-Эмили, прости меня...

Запах. Запах прогнивших использованных бинтов, впитавших в себя чуть ли не литр безостановочно льющейся крови из открытой раны продырявленной голени. Металлический стол, больше смахивающий на операционную койку, дотверху забит разорванными упаковками медицинских средств при оказании первой помощи, от простецких марлей, до жгутов с ремнями и обвалакивающими прочными тканями. Под тусклым светом шатающейся неоновой лампы, которая являлась единственным источником освещения всей лочужной крохотной комнатки, елозевшему на потёртом жёстком диванчике, обтянутом искусственной бордовой кожей, Хэнку, стоящая на коленях, вторая личность в помещении старалась утихомирить крупную колющую царапину своего напарника. -…Поверить не могу, что у твоего сына получилось тебя ранить… Удивительно… А ведь когда-то он и оружие создавать толком не умел… — личность закрутила ещё пару оборотов чистого бинта вокруг повреждённой икры и закрепила кончик ржавой булавкой. — Похоже, ученик превзошёл учителя…иронично, не правда ли? — после сказанного, учёный, видимо до жути раздражённый произошедшей ситуацией, вышедшей из-под контроля, недовольно отвел глаза, и скептически хмыкнув, скрестил руки на груди. -Тц, тоже мне, «превзошёл»! Слишком громко сказано, учитывая море тренировок и несколько введённых ему ампул с антителами. Этому гадёнышу крупно повезло, не использовавший он огненную магию в последнюю секунду, я бы с лёгкостью задал Марку трёпку. — ответил он, занявшись разглядыванием собственных треснувших в некоторых местах, стёкл любимейших очков, — Э-эх, теперь придётся искать им замену… — проанализировав старую, угольного цвета обраму, Хэнк досадно вздохнул, нагнувшись к перевязанной ноге, — Ну что там? Всё? Ходить-то смогу? -Должен по сути, я старался сшить её максимально крепко, насколько позволяло заклинание. — аккуратно поднявшись на ступни, учёный, принимая опору лучшего друга, придерживающего его за локоть, как ни в чём не бывало, вполне здоровый и не жалующийся на какие-либо симптомы, поблагодарил: -Вот спасибо. Что бы я без тебя делал, Джон. -Пустяки, и не в такие передряги мы умудрялись вляпаться. — мужчина, лет 30, именуемый себя преданным товарищем учёного, с которым был знаком уже более 9 лет, будучи правой рукой Хэнка в деяниях второсортного характера, а именно нелегализованной научной деятельностью, связанной с душами людей и монстров, сложил остатки скомканной ваты в раздвижной ящик шкафа, находившегося напротив больничной кровати, где волялись неубранные постельные принадлежности, в том числе и полупустые пачки с разноцветными таблетками. -Да уж, ты прав. — с улыбкой на устах, учёный смахнул с пишущей поверхности ошмётки скомканной пыли, потёр пальцами друг о дружку и невольно скривил выражение лица, — Ну и бардак тут конечно, мог бы и прибраться здесь, пока меня не было. Ты подготовил то, о чём я тебя просил? -И-извини, будет сделано… — Джон мигом кинулся к столу, начав загребать содержимое в мусорные вёдра, — К.конечно, остальные уже во всю кропотают, но… Что, если т.тот тип приведёт сюда подмогу? Не испортит ли это весь наш план? — бросив на лаборанта жгучий взгляд, полный дикой самоотверженности, Хэнк, нацепив обратно раму на нос, ответил: -Не беспокойся об этом, для остальных гостей у меня в запасе припасен небольшой сюрприз. Ребята разберутся с ними. Можешь оставаться спокоен, мой друг, мы обязательно достигнем результатов. На сей раз я не оплошаю. — огромное испачканное полотно взмыло в воздух и расплескавшейся волной выделило серое облако едких песчинок в атмоферу, словно побитый мясистый ковёр. Разветривая ладонью частицы пагубных микробов, теперь ветающих над странной конструкцией, представляющей собой чем-то отдалённо напоминающую серебристую механическую перчатку, у конца которой торчали 5 чёрных зубчиков, смахивающие на оторванные лапки гигантского насекомого, вещица казалась не из лёгких. Внутри таинственной штуковины блестело стёклышко, отражающее намертво застывшую алую жидкость, по видимому, полностью залитую до краёв. Не отрывая сверкающих небесных глаз от собственного творения, учёному вручили тряпочку, после чего Хэнк бережно водил влажной тканьевой салфеткой по аппарату, возившись с железякой, словно с младенцем, приговаривая — Ничего, вот доделаю тебя до конца и посмотрим, какова несуществующая сила разрушения пространства и времени… Я докажу всем никчённым гениям, что они ошибались на мой счёт, хахаха… Именно… Ошибались!.. -…Но папа! -…эмили, я сказал, НЕТ. — твёрдо настоял скелет, ударив костлявым кулаком о древестную составляющую дверного прохода. — ты остаёшься здесь под надсмотром своей бабушки и это не обсуждается. — в гневе выйдя из комнаты, по пути встречая взбудораженных криком на верхнем этаже, Ториэль и Азриэля, тот бесцеремонно распихавает их в разные стороны лестничного проёма и игнорирует возмущённые замечания принца на совершенную Сансом дерзость в гостевом доме. Увы, сейчас он не настроен просить прощения и раскидываться извинениями. Подумать только, мерзопакосный тип, пытающийся убить его дочь, оповещает скелета о необходимости припереться в заброшенную больницу, чтобы удостоверить отца о тайном покушении на Эмили, если скелет не предпримет «благоразумие» и не отправится на встречу будущей погибели! — «Я что, похож на идиота, который мог согласиться на подобное? Ересь несусветная! Ей ещё нужен такой безолаберный отец, как я. Ох, господи, ну почему из десятка сотен учеников школы, куда я её запихнул, Эмили пригляделся именно ОН? …Будь с нами Фриск, наверняка она бы не разделяла со мной таковых мыслей… Но я считаю, что этот лживый, безхребетный пацан не достоин и взора нашей малютки…» С надутыми, от твёрдого высказывания главы семейства о запрете последующих встреч блондина и шатенки, мокрыми раскрасневшимися щёчками, девушке, в угоду слабому физическому здоровью, оставалось лишь переворачиваться с бока, на бок и разочарованно пялиться в обклеянную живописными, узорчатыми салатового цвета, обоями, стенку, шмыгая носом. Марк не виновен в безумстве своего родного отца…разве справедливо рассматривать лишь одну негативную сторону медали семейного древа лучшего друга, зациклившись только на невнятных поступках, которые сам парень признавал, казались дурацкими, необдуманными, глупыми…? А хотя…что из себя вообще представляет слово «справедливость»? Верно…это всего-навсего слово…пустое, рваное, обманчивое слово…не имеющее значимости в сегодняшнем мире…утратившее важность термина, со времён зарождения Матушки-Вселенной. Другой вопрос, почему его стали приплетать к всевысшим описаниям характеристики образа человека, когда на самом деле оно- мыльно размытое понятие, существование и правдивость которого и по сей день продолжают благотворить…? «Папа заблуждается… Марк хороший, чудесный лучший друг… Он ведь всегда защищал меня и помогал в трудную минуту… Я…я не хочу терять с ним нашу дружбу…я не хочу его терять!..» — укрыв личико в прохладную простынь перьевой подушки, девушка вновь продолжила выдавливать из карих глаз солёные капли горькой утренней росы, всю ночь не смыкая век. Первый лучик солнца, приветливо машущий сонной, пока не пробудившейся от крепкой дремоты, изумрудной, подтягивающейся поляне, вместе с охабкой диких еловых деревьев, а за ними и шепчующим мелким раскинутым травам, отдающие в подарок утру свежие весенние запахи ароматной пыльцы, вдыхающие которые, понимаешь- насколько прекрасна и неотразима здешняя дикая природа, прямиком стучался девочке в окно, с просьбой пустить путников в её скромное жилище и подбодрить, скачущими вовсю, резвистыми зайчиками. Долго терев два фиолетовых мешка, шатенка истощённо приподняла взгляд на закрытый шторой, прятавшийся подоконник и…кажется, на нём плясала какая-то…взъерошанная тень…? Пару секунд девушка пыталась всмотреться в размытую серую фигуру, удивлённо потряся головой, дабы выяснить, не является ли мираж больным воображением? Медленно сползая с кровати, она маленькими шажочками приблизилась к раздвинутой занавеске. Раскрыв путь мерцающему светилу, заполонившему четверть, погружённой во мрак, комнаты, напротив Эмили, удивлённо хлопающей слипшимися ресницами, разгуливало пернатое, белоснежно чистое создание, урчав себе что-то под крошечный клювик. Заприметив глядевшего на него огромного «великана», взбутитиневшийся голубь энергично распушил гладкие клылья, принимающие солнечные ванны, и видимо, поприветствовав хозяина новостройки, стал непрерывно зыркать на шатенку крохотными бусинками. Спрашивая саму себя, а кого она ещё ожидала встретить, кроме как птицу на 2 этаже бабушкиного дома, девочка вот вот собиралась впустить симпотяшку, однако громкие крики, от которых, будто землетрясением зашатался натянутый высокий потолок, не дозволили осмелеть пташке и та со страхом, взмахнув конечностями, исчезла в вершине сказочно пёстрого розовеющего небосвода. Обернувшись к двери, трясущуюся кариглазку ожидало подслушивание личностных тёрок скелета старшего и негодующего козлика. Опять очередной скандал, очагом конфликта которого снова является Эмили? -…ДА НЕУЖЕЛИ?! А если я тебе расскажу, с чьей ошибки до сих пор продолжается эта история, А?! -Ох, Азриэль, не начинай… — Что не так, мам?! Весёлая же история, вспомним, посмеёмся, навестим магилу Фриск, пусть она тоже посмеётся. Ну, весело же?! -…тори, заткни его глодку, пока я ему не врезал… -Ха-ха, а кроме твоего «пугающего» образа и угроз разбить мне морду, ничего больше не хочешь предложить?! -ТАК, ВСЁ, ЗАМОЛЧАЛИ ОБА! -… -… -…Мам, он первый начал. -Хватит! Вам обоим не надоело уже? Спорите, словно малые дети, а не взрослые мужчины. -пх, кто тут ещё мужчина. -Санс! Угомонись. Я договорюсь с Азгором по поводу больницы и он пошлёт команду расследовать это дело. Сейчас вся полиция города стоит на ушах. Ты ведь знаешь точные координаты этого места? -знаю, но не скажу. мало того, он не должен быть в курсе событий, о которых я тебя оповестил. мне не нужна помощь. я сам справлюсь. -Ну вот, опять, ОПЯТЬ! Ты его слышала? Вернулись к тому, с чего начали. «Я всё сделаю сам». -тебя не спрашивали. -Но Санс…! Почему ты… -…просто пообещай мне, тори, что разговор останется между нами. -А про моё существование ты, видимо, позабыл! -хех…а с тобой у меня способ покороче. -Ой, правда?! Ладно, давай, давай, пихай мне лицо своими бластерами, я гото… -прости. прости за то, что не уберёг фриск. и ты тори…тоже прости… я ушёл. -Чт…п-подожди…куда ты…? -куда надо. -С-стой!..Ох, чёрт… Последующие события озвучались бугурчащими мыслями принца вслух, потом целой записной книжкой ожесточенных проклятий, а в конце окончательным затишьем, воспроизведённым благодаря скрежету сквозной защёлки. Приглядываясь к нежающимся в тесных лужицах, ползущего вверх, богрового подмигивающего диска, обтёсанным доскам, девушке вновь невыносимо сдерживать струю капель глубоководно терзающих ностальгических воспоминаний, связанных с матерью. Она- причина раздора любящей семьи, именно по её ошибке дядя возненавидел отца шатенки и вот уже как полгода они не напрямую делают всё возможное, чтобы пособачиться… Хоть Эмили и попросила парня забыть тот случай в парке, сама она не отрицала праведности его тогдашней фразы… «…НАПОМНИ, ИЗ-ЗА ЧЕГО ПОГИБЛА ТВОЯ МАТЬ?! ИЗ-ЗА ТЕБЯ!..»; «…ВСЕ, АБСОЛЮТНО ВСЕ НЕПРИЯТНОСТИ ПРОИСХОДИЛИ ИМЕННО ПОЭТОМУ…!»: да, верно…потому что она наивная и любопытная…любопытная маленькая девочка… «Но…куда же собрался папа? В какую-то больницу… Судя по словам бабушки, Д. Хэнк находится в розыске…? А Марк?! Что тогда будет с ним? Ох, сколько вопросов и ни на один я не знаю ответа… Или… Нет…папа не мог… Он…зачем он пошёл туда в одиночку? Там ведь…наверняка есть и другие учёные…папа не справится с таким количеством врагов…! Как мне быть…? Я…я больше не намерена бездействовать! Нужно отговорить его любой ценой! Иначе…нет, я не дам ему погибнуть! Только вот…каким образом бесшумно удрать из дома?» — покосившись на светлый подоконник, где кариглазка совсем недавно встретила нежданного гостя, острым ум тотчас замудрил гениальный план уровня типичных шпионажных фильмов, герои которых, с помощью подручных средств, достигали своей цели, конструируя всякие «иноземные» штуки, коих свет не видывал, однако в нашем случае доза эпичности слегка завышена, так как верёвки из свёрнутого постельного белья- давным давно превратились в невероятно дикую классику. Но лишь на секунду шатенка умудрилась зациклиться на идеальной схеме будущего побега, дотронувшись до оконной рамы, ни с того, ни с сего распахивается входной проём, откуда доносится знакомый ласковый голос: -Эмили, дорогая, доброго тебе утра. — бабушка-коза приветливо ей улыбнулась, потом продолжила, — Вижу, уже проснулась? А у меня в духовке вот вот поднимется твой любимый ириско-коричный пирог. Пойдём позавтракаем, вчера ты почти ничего не ела, думаю, голодовка никому на пользу не идёт. Особенно, такому прекрасному и стройному дитя, как ты. — Ториэль знаком пригласила девочке спуститься на 1 этаж, ожидая шатенку у перил. Эмили незаметно прикусила нижнюю губу от досады. Сбежать в ближайшие 20 минут ей точно не удастся. Но нельзя тратить ни малейшей минуточки зря! Осталось придумать способ отвлечь внимание заботливого рогатого монстра и затем незаметно шмыгнуть во двор. Делов то! «Ч-что?! Н-нет, я не хочу её обманывать! Это ужасно подлая идея…!» — раскритиковала она саму себя, медленно плетясь за спиной старушки. — «М-может, есть другой способ…например, уговорить бабушку выпустить меня наружу…» Уютная кухонька, по которой распространились ядерно сладкие приправы корицы, со смесью свежесваренного молочно-кофейного напитка, плескающегося в золотистой расписной турке, кишила комфортом абсолютно в каждом уголке комнаты, будь букет крупных ромашек, тянущихся из прозрачной вазочки к солнцу или же висящие зелёные полотенца, украшающие чистую блестящую мойку, любая утварь здесь дополняла гормоничное сочетание интерьера с помещением, что, несомненно, радовало Эмили, но вместе со всем, наводило страшную тоску по детству… -Присаживайся, дорогая, чай остывает. — она легонько пододвинула стул и присела на краешек пушистого сиденья, завёрнутого в шерстяное покрывало. Устроившись напротив, Ториэль расставила 2 блюдца с фарфоровыми кружками, вооружилась лопаткой, и румяный кусочек лакомства в аппетитной слоёной корочке нежился рядом с девочкой, обжигая сочностью запаха носовые рецепторы. Сверля глазами полную тарелку, шатенка потеряла всякое желание прикасаться к пище, будто сама совесть не позволяла ей схватиться за столовые приборы. — Эмили, — обеспокоенно отозвалась бабушка, — Прошу, съешь хотя бы половину…нельзя устраивать себе забастовку… -Извини… — прошептала кариглазка в полуслова — Аппетита совсем нет… — со вздохом облокотившись усталой, вялой лапой на лоб, алые зрачки насквозь одоревали внучку стыдливым смятением, что отражалось в мимике её дрожащих губ перед следующей фразой, — …Скажи…ты ведь знаешь, куда отправился папа? — Ториэль на мгновение замерла. Вопрос заставил шерсть по всему телу выпрямиться под резким ударом электрошока. Опустив рогатую голову, она молча бегала взором с одного края стола на другой, мысленно не понимая, какой ответ дать девочке. -Я…я…не знаю… Клянусь тебе… Он не обмолвился этим, когда уходил в последний раз… Мне и самой любопытно выяснить… -Так давай же выясним! -Эмили… Нам, а в частности, тебе, не стоит вмешиваться… Во-первых, слишком опасно, во-вторых…твой отец и сам в состоянии постоять за себя. — опечаленно повернувшись к маленькому овальному окошку, кариглазка решила сдаться. Похоже, иного пути ей не достичь. Только лишь свернуть на тёмную дорожку лжи… -Хорошо…тогда…я хочу послушать несколько фактов об улитках, если ты не против… -Ох, та самая книга…! — Ториэль вспохватилась, выскакивая из-за стола, — К-конечно, дорогая, конечно не против. Раньше я прочитывала её своим, упавшим в Подземелье, деткам. Что-то вроде традиции…наверное, настало время и тебе с ней ознакомиться. Сейчас…она заволялась где-то у меня в подвале. — поспешив к стеклянному настенному шкафчику, в котором размещались остальные фарфоровые принадлежности для чаепития, бабушка-коза достала крохотный ржавый ключик, размером с мизинец. — Подожди немного, я схожу за ней. — отперев мрачную черноту, лесенку в которую растворяла, Ториэль исчезла в гуще теней различного потрепанного добра, скомковавшегося одной месистой кучей. Дождавшись затишья, девочка на носках метнулась к прихожей, с большой надеждой, что проход окажется не заперт. Прикоснувшись, ручка тихо щёлкнула, прорезы высвободились и дверной косяк опустел, распростёрто принимая шатенку наружу, пестря зеленью домашнего сада. Не переводя духа, Эмили так же бесшумно укрылась за калиткой, унося ноги как можно дальше от участка жилища, намеренная внедриться и слиться с толпой народа у окраины мегаполиса. На удивление, главное шоссе, напрямую связывающее выезд из каменных джунглей, не было загружено, отчего передвигаться сквозь дороги, раскиданные вдоль иссушенных, затвердевших полей, оказалось совсем не страшно. Труднее стало, когда шатенка пересекла границу частных коттеджных посёлков, словно до жути знакомых ей, и попала на окупиравованную улицу, повсюду и везде понатыканную полицейскими постами, состоявшими из отрядов 3-5 стражей правопорядка. Обнаружив всю дальнейшую картину своего будущего пути, она, трясясь от страха стать пойманной или узнаной, прижалась спиной к холодной стенке. «Чёрт… Только не это…! Что же делать?! Как мне обойти их и не выдать себя?!» — девушка ещё раз выглянула за угол, внимательно кидая взгляды на решение запутанной головоломки. Внезапно её бросает в жар, как только пара высоких фигур оборачиваются в сторону и дают Эмили опознать знакомых монстров — «О, нет! Тётя Андайн и дядя Папайрус! Ну почему именно здесь?!» — кусая нокти, кариглазке будто специально ставят непреодолимые длинные препятствия, которые она не в силах перепрыгнуть, — «…Ладно, спокойно. Если я буду петлять между домами, то…возможно, они меня не заметят…наверное…» — выстраивая траекторию, шатенка долго жестикулировала, потом нервно глотнуна слюну и бросилась наутёк к краю здания по близости. Проскочив незамеченной, девушка расслабилась, облегчённо выдохнув. — «Не попалась. Но…неужели придётся пробираться таким путём почти до конца квартала…?» — прислонив руку к подбородку, она задумчиво хмурилась, сверля взглядом асфальт. — «А может…нет. Наверняка тёте с дядей уже доложили о моём побеге из бабушкиного дома. Скорее всего поэтому они тут… Я не могу обратиться к ним за помощью… По крайней мере, сейчас…» — заново разнюхивая обстановку, Эмили вновь осмелилась высунуть нос. Полицейские, облокатившись на капот машины, пристально крутили головами, явно рыскающие в поисках не ради защиты гражданских, которых, к слову, практически не наблюдалось на горизонте, а мельтешили лишь группы в синих накитках, да узких фуражках. В это самое время пышный рыжий хвост, выглядывая из-под расписного головного убора и чёрного козырька, бродил, нарезая круги, с телефонным аппаратом у жабр. Увы, девушка стояла слишком далеко, чтобы подслушать весь разговор. По мимике водоплавующей заметно, как новости, переданные через трубку, взбудоражили рыбу не на шутку. Сунув прибор обратно в карман жакетки, она обратилась к своему подопечному, и повесив руку на его плечо, разъяснила узнанное положение вещей. — «…Дядя уходит? Интересно, куда? Я бы проследила за ним, но…мне нельзя отвлекаться от миссии. Я должна спасти папу.» — шатенке снова удалось обвести вокруг пальца зевающих полицмейстеров, проскользив на открытую, с двух сторон, узкую улочку, едва ли не опракинув выбрашенные картонные коробки с мусором. Испуганно трясясь, кариглазка попятилась вглубь прохода, таращась в дикой панике, что её могли услышать, но «лунная походка» не продлилась долго, через мгновение девушка почувствовала прикосновением спины твёрдый извилистый тупик, который тут же исчез. Превозмогая желание позволить вырваться тонкому крику, крепко сдавив ладонями губы, она оборачивается, и потеряв равновесие, приземляется на дорожное покрытие. -Эмили…?! — отозвался знакомый голос, — Ч-что ты здесь делаешь…? — изумленно разглядывая золотистыми зрачками невесть откуда взявшуюся лучшую подругу, парень медленно нагнулся, протягивая кисть, в качестве помощи, — Не ушиблась? Прости, наверное я тебя сильно напугал. — хлопая ресницами, девушка всё-таки узнала блондина, и приняв поданную руку, навалилась на него всем телом, прижимаясь крепче к его груди. -М…Марк! Боже, я не могу в это поверить! Мы снова встретились! Ты не представляешь, насколько сильно я скучала! — слегка покачнувшись от стремительного приближения шатенки, тот мельком укололся дозой смущения, однако, придя в себя, улыбнулся, погладив макушку её русых волос. -…Я тоже скучал по тебе, Эмили… — нежиясь друг у друга в объятьях примерно полминуты, ребята неловко отлипли и парень решил повторить вопрос, сказанный ранее — Так что ты здесь делаешь? Повсюду копы, не выпускающие жителей из города, как ты вообще умудрилась сюда пробраться? -Э…ну…я… — девушка в волнении отстранилась, — …Папа решил в одиночку исследовать какую-то заброшенную больницу… По словам бабушки, она находится недалеко от города, потому я хочу остановить его, чтобы он не совершал глупостей. Я убежала из дома и сначала подумала срезать через окраину, дабы затеряться, но…совсем не ожидала здешней осады… -Пх, ну ты даёшь, конечно. — слегка насмешливо отреагировал парень, — А ничего, что ты абсолютно безоружна и собираешься проникнуть туда, куда лишь по СЛУХАМ отправился твой отец? -Д-да, но…у меня не было другого выбора… — потомив, она продолжила — Марк, знаешь…мне кажется, папа разузнал, где скрывается Д. Хэнк и хочет его одолеть… -Чего…? Серьёзно?! Что ж…в таком случае… — убрав рукава в недра толстовки, он уверенно наклонился к ней — …я пойду с тобой. Если всё действительно так, то вдвоём нам будет держаться гораздо лучше. Особенно для тебя. -Постой, постой…! Выходит, ты…тоже направлялся туда? -…не совсем… Честно говоря, я понятия не имею, где отец, но…мама попросила меня выяснить, что с ним стало… Я до последнего отпирался, поскольку видел, какой кошмар творится в этом районе…ты бы знала, сколько я настрадался с чёртовыми камерами…они повсюду. А хотя, ты и сама в курсе. — внезапно шатенка издала тихий «Ой…», что не привело парня в относительный восторг. — Эмили…??? Только не говори… Ох, чёрт. Этого ещё не хватало… -Прости… — она досадно опустила мордашку, замешкалась, теперь боязно оборачиваясь слева на право. Марк схватил её за запястье и повёл к моросящему свету, отскакивающему от стены близко, с нагруженной белыми автомобилями до линии горизонта, проезжей части. -Пора убираться отсюда. Не отходи от меня ни при каких обстоятельствах. — кивнув в знак обещания, девушка следовала по пятам, соблюдая его примеру, когда нужно было резко останавливаться или пригнуться, в зависимости от положения. Сторожившие тени хоть с первого взгляда по обыкновению старались разведывать округу безо всякого напряжения, то перекатываясь с ноги на ногу, то устало взмахивая своими головными уборами, однако парень держался максимально настороженно, до кучи бросая взор на шатенку через каждые 30 секунд. Потихоньку прорвавшись практически до последней преграды, выгородевшийся прилавками закрытых бутиков, блондин рывком прислоняет кариглазку обратно к предыдущему тёмному углу, из которого они еле вылезли, и укрыв собой, присаживается. — Дело плохо… — тихо прошептал он — Они идут сюда… — и действительно, Андайн в сопровождении, огромных размеров, монстра, выглядещего лохматым, белоснежным воякой из семейства собачьих, половина морды которого будто окрашена в чернила, брела по пешеходной зоне, резвистым говором давая о себе знать. -Ну и чего ты тут учуял?! Ни души кругом! Давай прекращай свой старческий маразм и возвращайся обратно к посту. -Н-нет, командир, я правда что-то чуял…! Совсем рядом…оно двигалось… — теснее прижавшись к верхней одежде лучшего друга, Эмили дрожащими кончиками пальцев впилась в плечи блондина. Он, искусав всю свою губу от волнения, указывает девушке на противоположный выход с другого конца дренного переулка, слегка подталкивает её бежать, как можно скорей, а сам, замудрив опасную тактику избавления от преследования, разжигает в ладони искрящиеся угли, тлеющие в потоках вакуума двух прижатых стен, и тронув прикосновением чёрный, набитый доверху, пакет, лежащий в компании остального легковоспламеняющегося мусора, позволил огню распространиться, поднявшись рыжим языком пляшущей копоти ввысь. Мерзопакостная вонь проползла гнилью аромата сереющим дымом до главной улицы, где у рыбы с подручным чуть не выкатились глазные яблоки от удивления и прибывающего во всю шока. -Да это пожар, Догго! Вот, что ты чуял! Ну и запах! Че стоишь, живей за песком! — рядовой в припрыжку исчез, пока водоплавающая, отмахиваясь от проникающего в лицо, пара со смесью выдувающегося пепла, пыталась, щурившись, разглядеть хоть малейшую деталь в разросшимся пожарище. Спустя какое-то время друзья успешно покинули роковую улицу, кипящую одиними лишь милиционерами и пересекя оживлённую местность, выдохшись от безостановочного бега, укрылись от камер в другой лачужной улочке. -Невероятно, Марк…! — смеялась шатенка, вспоминая недавний поступок парня, — Тебе удалось отвлечь мою тётю магией огня! Это гениально! — сверкая улыбкой, она подняла карие зрачки, но заметив его тяжёлое, утомленное дыхание и стикающие вовсю градом с подбородка капли пота, натянутые губы, как порчей сняло. — М…Марк, что с тобой?! Тебе не хорошо?! — в перерывах между вздохами и кашлем, он выдавливал из себя звуки, отдаленно напоминающие смех. -Хах…хах… Да…это и…в правду…было…забавное зрелище… — тронув краснющий лоб блондина, Эмили тут же сдергивает руку, кожа, нагретая до придела, похоже на раскаленную поверхность чугунного утюга, едва ли не обожгла её, отпечатав малинового оттенка выцветающее пятно. -У тебя жар, Марк! — слабо покачав головой, он опроверг сказанное предположение, и жестами умоляя не подходить к нему пару минут, захлопнул глаза. Шатенка послушно отодвинулась, жалостно пронизывая друга печальным взглядом. — «Неужели, эта магия настолько ужасно утомляет? Теперь понятно, почему он её почти никогда не использовал…» — подождав, сколько необходимо, даже с избытком, чтобы дать Марку чуточку вздревнуть, она углядела ворочения, и подскочив ближе, уселась напротив него. — Марк…? — распахнув веки, парень очнулся и…кажется, окончательно остыл. — Слава богу, ты цел! — обкрутив его руками, шатенка обняла до сих пор сонного блондина, который, внезапно ободрившись, вскочил с места: -Эмили…! — робея, укрылся он слоем своего капюшона — …Н-не…н-не пугай меня так!.. -…Извини, пожалуйста…я не специально. Всё хорошо? -Д-да, я в норме. -Точно? Уверен? Может ещё поси… -Говорю же, я в норме. -…Ладно… — заприметив оставшуюся тревогу в её нотке, Марк наклонился к ней и с лаской погладил свисающий кончик чёлки. -Мне очень приятно, что ты так сильно беспокоишься обо мне, но я правда в порядке, поверь. — оголив белые зубы, он широко растянулся в улыбке, после чего, хрустнув пальцами, огляделся. — Можно поздравить нас с маленькой победой- мы надрали копам зад. Хоть что-то потрясающее за сегодняшний день, не считая встречи с тобой. -Марк… -Ась? -Такое…у тебя часто происходит…? -Ты про что? А… Нет, не часто, только в крайних случаях. Таких, как этот, к примеру. -Получается, твоя магия преобладает ещё и в огонь? -Ага, это заклинание, которому меня научила мама, ну…как научила…показала, разве что. Подобные фокусы передаются по наследству, однако…по неизвестной причине, мне очень трудно его контролировать… Хотя…возможно, я слишком неопытен, в будущем научусь использовать эту штуку правильно. -А меч и щит? -Они не связаны с заклинанием, потому и пользуюсь я ими гораздо чаще. Но не исключено, что ими тоже могу обжечь кого-либо… Да и щит не долговечен… Ох… Нужно отойти чуток от магии… Башка немного кружится. -Тогда давай останемся! -Нет уж, хватит, выспался. Сейчас проветримся, походим и полегчает. — насупившись, шатенка буркнула: -Какой же ты упёртый… — усмехнувшись, парень дружески перевёл стрелки. -Ой, кто бы говорил. Идём уже. В петлях между аллеями, пересекающими столботворения из прямоугольников с жилыми квартирами и различными универмагами, паре не составляло труда, как и прежде, проскакивать незамеченными, причины тормозить тоже отсутствовали, до того, пока девушка, окаменев, застыла возле угла. Образ персоны, стоящей у чёрного лимузина, сразу навёл облака давних воспоминаний, шторм которых выбросил к берегу, запечатанную пробкой, стеклянную бутылку, внутри скрывающую послание, начирканное простым карандашом, в виде отрывка сказанной когда-то ранее, фразы: «…Нет. Я не готова стерпеть эту боль… А иначе, снова испорчу всем счастливую жизнь…» -Эмили, ты чего? — потряся её за плечо, обратился парень, еле видимый в полумраке, — Нам нужно спешить, не забыла, кого хочешь спасти? -Знаю, но погляди туда! — он высунул голову, и только обратив внимание на узнанную личность, беглым взмахом перегородил шатенке путь. -Даже не вздумай вылазить! От неё мы наклепаем лишь одни неприятности, обойдём с другой стороны, так в разы безопасней. — но кариглазка с отказом высвободила собственное запястье из цепких оков блондина, скривив сердитую физиономию. -Пусти! Я хочу с ней поговорить! — выяснив, что обыкновенная просьба не сработала, девушка попробовала второе, ни менее эффективное средство. — Ну пожалуйста, умоляю тебя, Марк…! — засияв щенячими глазками, она уверяла себя, парень не устаит перед ними и в конце концов сдастся. -Нет, Эмили, перестань делать этот взгляд…! — жалостно съедая его, шатенке пришлось придельно надолго уставиться, чтобы он согласился. Раздраженно выдохнув, блондину, сделовшемуся черезчур мягкотильным, надоело смотреть на её неоднократные попытки задеть частицу ранимой души лучшего друга, радушки которой и без того неотразимо прекрасны, словно колоски поспевшей пшеницы, колыхающиеся в чистом поле. Ему никогда не избавиться от эдакой гипнотической манипуляции невероятно блестающих очей… — Ох… Окей, твоя взяла… Иди… Только не долго…! — легонько подпрыгнув, девушка поблагодарила парня и завернула к до сих пор не уехавшей, припарковавшейся машине. — …Да почему я опять купился?! Каждый раз одно и тоже… Не прекращая скручивать короткий локон пурпурного цвета на палец в ожидании, Кара бездумно перепрочитывала название вывески у входа в офисную многоэтажку, и выйдя из парилки-автомобиля лишь ради свежести слабо дующего теплого ветра, теперь сожалела, что ступила в божий свет, чуя, как солнечный шар с жадным наслаждением пропекал верхнюю часть затылка, отчего становилось ощущение хуже, чем высиживание внутри растянутого транспорта. Вдруг…натянутой тонкой струной пронёсся зов…мелодично звучащими колокольчиками дойдя до неё. Нет… Невозможно… Ей всего навсего послышалось, верно…? -Кара! Приятно снова встретиться! — к сожалению, голос не исчез и не развеял ведение, а наоборот придал воплощению визуальный облик, в образе довольной подходящей шатенки, — Давненько не виделись. Как поживаешь? — округлив зрачки и сдав треть резких шагов назад, Кара в действительности боялась воспринимать существование полтергейстов и наличие сторонней нежити… Выглядящая, словно сумасшедшая, она бледнела с каждым последующим мгновением, игнорируя недоуменные эмоции кариглазки, приблизившуюся к ней на короткую дистанцию, — Эм… Кара? Ты что, не узнаёшь меня? Это я- Эмили. — из дрожащих уст наконец вылетел невнятный, разорванный ответ: -В…вот именно…ч-что узнаю…! — непонимающе дёрнув бровью, девушка своей реакцией ещё пуще смутила давнюю знакомую, которая готова была потерять сознание, — Т-ты…чего тебе нужно…?! Отмстить мне?! Забрать меня с собой?! -…Н-нет! Я тебя давно не видела, поэтому решила поздороваться… — по мимике розововолосой становилось очевидным, куда катилась её несусветная выдумка, приправленая пеленой голюциногенного тумана. -…Матерь божья… Так ты- ЖИВАЯ…?! — указав на шатенку пальцем, прокричала Кара. -Ну естественно! А какой мне ещё быть? -Н-но…тогда…в лаборантской… Ты же… Т-тебя же… — она запиналась, вспоминая картинки тех страшных дней, въевшиеся ей в разум. — Я…я…помню, как вытащили твоё тело и… -Эй. Это уже давно в прошлом. Смотри, я в порядке, на мне ни царапинки. — в качестве доказательства, Эмили продемонстрировала свободно поднятые руки, — Ладно, может найдётся 4 зажитых синяка. -…Что ж…э… Здорово… Т-то есть, я имела в виду, здорово, что ты цела…да… — совсем засмутившись в догадках, какие слова правильнее подобрать, после сказанного Кара поникла взором в землю. -А ты кого-то ждёшь? — поинтересовалась шатенка. -…Да, жду… Пока мой отец оформит документы о переезде, мне не особо занимательна деятельность подписывания бумаг, поэтому я решила подождать снаружи. -Постой, о переезде? Ты переезжаешь в другой город? Почему? -…Какая тебе разница?! — внезапно огрызнулась розлововолосая, — …Меня всё равно здесь ничего не держит… Обучение в школе магии было абсолютно бесполезным… В отличие от тебя, у которой магия имеется с самого рождения, в моей душе не нашлось и капли волшебства… Отец запихнул меня туда, считая, что сделал счастливее, а в итоге подверг 8-летним мукам… Теперь я хочу забыть ту жизнь, как ночной кошмар и… -Начать всё с чистого листа, да…? — переглянувшись с огорчённой девушкой, вокруг воцарилась неуютная секундная пауза. — Знаешь, после больницы мне тоже пришлось учиться заново… -Заново? — не поняв контекста, переспросила Кара. -Ага…учиться заново любить жизнь… — изумившись неожиданным окончанием реплики, она уже было желала разузнать, что за беда свалилась на плечи Эмили в тот злополучный период, но постойте…с каких пор её вообще интересуют личные проблемы своей ненавистницы? — Кара, не уезжай, прошу тебя. Я не хочу терять такого друга, как ты. -…Ч-что…? Д-друга? Ты считаешь меня своим…другом? -Конечно! Хоть мы не часто общались, но у нас с тобой всё впереди! И мне правда станет очень грустно, если ты покинешь город… -Пф, что с того…? У тебя есть Марк… Я-то тебе за какой надобностью? -…Да, однако, у меня есть лучший друг… А у тебя нет… И…я хочу занять его место. -С-серьёзно? Снова загянаешь ту же телегу? Оставь свои… — Эмили, успевая перебить собеседницу, не дала ей договорить. -…В иной раз я не отступлю! — притянувшись к розоволосой мощным магнитом, шатенка сжала Кару в лёгких объятьях, — Никто не заслуживает переносить одиночество. Уверена, в твоём сердце явно затаилась та магия, которая завётся магией дружбы и я помогу тебе обуздать её. Клянусь. — испытывая странные колебания в области грудной клетки, она, очарованная сладкими речами, покрылась сыпью молодых мурашек и обездвижилась, не снимая ошеломление со своего лица. При возможности сказать, язык мигом заплетался в тугой узел, но пройдя усилия, у неё получилось. -…Я…подумаю над твоим предложением… — вероятно, переубедив теперь нового друга, Эмили заулыбалась настолько широко, насколько предоставлялось возможным, щурясь от воплотившегося в реали, бездонного счастья, — А…Наверное, я позднавато дёрнулась…спрашивая такое, спустя 10 минут… Твой дом совершенно в другом районе, каким чудом тебя сюда занесло? -Э… Ну… — убрав ладонь за шею, кариглазка помялась, — Рассказывать довольно долго… Мой папа в опасности и мы собирались отправиться в заброшенную больницу, кое как выбравшись сюда, ибо нас чуть не поймала полиция, а вместе с тем и моя тётя, хе… -Секунду, «МЫ»?! С тобой кто-то есть? -Да, со мной Марк, с ним я встретилась по пути в город. -…Ах, точно, как я сразу не догадалась… А где он? Неужто струсил подойти ко мне?! И с каких это пор я начала пугать его?! — вдруг, из-за стены вырвался раздражённый говор: -С тех самых, когда могла сдать меня копам без зо всякого сожаления! — фыркнув для вида, она ответила: -Нужен ты мне, тебя им сдавать! Радуйся, на ТВ всё-таки засветился, правда, репутация у твоего алхимика-папаши конечно потрясающая. Представить не можешь, сколько я ухахатывалась, пока смотрела тот нелепый репортаж! — послышался придворный, накаляющий атмосферу, смешок. -Очень смешно… — отозвался парень, скрипнув зубами. -Чё ты такой хмурый, как лис, проглотивший обиду? Раслабься, может повезёт с родителями в следующей жизни. — раззодорив Марка окончательно, не желая больше терпеть бестрашных насмешек из уст розововолосой, он выглянул у края угла и медленно поплёлся к девчонкам. Заподозрив неладное, Кара нырнула за спину шатенки, однако продолжала назойливо злить блондина, — Эмили, защити меня, иначе он, сгорающий от ревности, раскромсает моё тело на кусочки! -Как низко ты пала, прячась за той, над которой издевалась на протяжении целого месяца, даже не извинившись… -А подслушивать женские разговоры неприлично, Марк. — тихое рычание из-под капюшона развеселило Кару пуще прежнего — Ой, да перестань строить гримасы опасного хищника, ты просто завидуешь, что её обоятельное внимание резко перенаправилось в другую сторону, и теперь не только ты у неё в приорететах- единственный любимчик! -Заткнись, дело вообще не в этом…! -Так, хватит! Прекратите немедленно! — запуская друг в друга невидимые молнии, сверкающие у каждого в ясных глазах, Эмили растолкала обоих по противоположные от себя барикады, недовольная наведением скандала, дошедшего, как ей показалось, до высоченного пика. Виновники сего устроившего торжества, в честь невероятного воссоединения, с идентичным настроем отдалились, вынашивая вагон и маленькую тележку запасных фразочек, которые вновь запустят цикл ненавистливых издёвок. Казалось, инстинкт дежавю, постучавшись в калитку разума, пробудил шатенку ото сна. -Эмили, пойдём. Мы уже потратили несусветное количество времени в пустую. — поправив кройку алой ткани, покрывающую торчащие пряди, парень не извил желанием повернуться к розоволосой и удостоить девушку прощанием. Кариглазка мнимо согласилась с тем, что придетствие нарочно растянулось и поспешно улизнула за Марком, но внезапно придержав его, щипнула за рукав толстовки. -Подожди-ка… А…ты точно знаешь, где твой отец? И в каком направлении та больница? -…Ну…нет? — шатенку перекосило в скулах, и она, хлопая ресницами, каплю прикипела от недоразумения, в которое они влипли. -Марк, если это была шутка, то явно не смешная… -Я серьёзно, мне казалось, ты в курсе, раз прошла через окраину практически одна и указывала нам путь. -Я указывала нам путь…? — растянуто вздохнув, он прислонился к вискам. -Ох, ясно. В копилку новая проблема… — прошаривая идеи, Эмили цепляет взором Кару, из далека с любопытством наблюдающую малёванную, искривлённую картину происходящего. Фигура девушки как будто сверкала некой подсказкой, оставленной благородной госпожой-удачей. Вернувшись к ней, чем розовоглазая оказалась явно озадачена, шатенка пробует попросить мизерной доли помощи. -Эм… Кара, нам правда нужно спешить, но… Ни я, ни Марк оказывается, не знаем, куда идти…и… -И…? Ладно, я поняла, ты просишь меня помочь тебе, верно? — процетировала она мысли шатенки, пока та неуютно сжимала коленки. Эмили кивнула. — Что ж… По правде сказать, не уверена, что смогу быть вам полезна… Хотя… — взглянув на прозрачную коробку, возвышающуюся перед остальными собратьями-небоскрёбами, её посетило одно любопытное соображение, — Подождите тут немного, я скоро. — сверкая пятками, перед девушкой раздвинулись автоматические двери, и захлопнувшись, Кара легко затерялась в иллюзиях стёкольных пакетов, да вентажных раскошных лесниц, змейкой изгибаясь наверх к вершине работающего офисного планктона. Забывшись, Эмили остаётся наблюдать блики солнечных лучей, с перекрёстным танцем, обильно на славу начищенных до блеска, окон, потому вздрагивает, когда тёплая ладонь вновь косается её плеча. -Неужто свалила? Слава тебе, господи. — потешно изобразив облегчение, Марк весело произнёс — Кажется, всё-таки не зря ты с ней поболтала. Пусть хоть какую-то пользу принесёт. И как тебе только удаётся ладить со всеми? Давай выкладывай, хитрюга, что у тебя там за магия дружбы, а? — желая немного взбодрить девушку и поднять ей настроение, он игриво щекочет нежные участки её шеи, из-за чего выводит шатенку на лёгкий смех, и подхватив на руки, запракидывает к себе за спину. Минутка дурачаний прекращается и ювилирно поставив Эмили, словно пушинку, обратно на ноги, она не перестала изливаться сладкогласным пташным трепетанием, высокими нотами трогая за струну чувств блондина. — Теперь понятно, ты просто околдовала меня в нашу с тобой первую встречу. -Но тогда…моя душа была совсем иной…магия тоже… -Эмили, не важно, какая у тебя душа, главное- твоё искреннее, чистое сердце, бьющееся до самого конца. И я никому не позволю его ранить. — кариглазку восхищенно пронзает столь откровенная речь, винным цветом залив персиковые раздутые щечки девушки. -С-спасибо… Но я…эм…ну…считаю, что…не стою всего твоего внимания…которое ты стараешься мне уделить… Чувствую себя полнейшей эгоисткой… -Перестань выдумывать чепуху! Я уделяю много внимания, потому что…з-забочусь о тебе, вот и всё…! Ведь я твой лучший друг. Поэтому отбрось бредни из головы. Ты за меня ничего не обязана. — деликатный разговор прерывает Кара, охотно врывающаяся в компанию с вальяжными новостями. -Короче, — начала она, казалось, по написанной подсказке — Запоминайте маршрут. Шагайте прямо до окончания перекрёстка и заворачивайте влево, откуда, не сходя с улицы, перейдите 2 пешеходных зебры, уперевшись в цветочный ларёк. Повернёте направо и через 4 сектора огороженных отелей безопасно выдейте к дорожной трассе. Отец настаивал именно через них, потому как шанс встретить копов по этой дороге практически нижайший. — затушив высказывание усталым выдохом от минутного монолога, Кара закатила глаза, в предвкушении ценической благодарности, если не из уст блондина, то со стопроцентной вероятностью от Эмили. К её глубочайшему сожалению, парень успел придраться раньше. -Я понимаю, что мы тебе вдвоём представляемся, как величайшие гении, готовые зазубрить 120 формул с единственной лекции, но вопрос, где больница из новостей, до сих пор открыт. -Ах, ну вот и делай добро после этого! Естественно кто-то однозначно будет недоволен. — поязвила розоволосая, установив вид уколотой обиженки. -Но Кара… Марк действительно прав, нам всё ещё неизвестно местонахождение моего отца… -Вы не дослушали меня, а уже бросайтесь с обвинениями. Я не договорила. -Так договаривай, чёрт возьми! -Ладно, ладно, не кипятись. В общем, недалеко от трассы растёт линия леса. Направляйтесь туда, и никуда не сварачивайте, таким образом дойдёте прямиком до вашей больницы. Участок узнайте сразу же, он вычащен до основания. Теперь я закончила. Доволен? -Доволен. — огрызнулся парень, хватая шатенку за кисть, — Эмили, нам пора. Наболтайтесь ещё. — двигая кариглазку со скоростью гепарда, у девушки в последнюю секунду получилось помахать Каре в знак прощания и вытянуть момолётное «Спасибо!». Следуя указаниям, подкинутым Карой, ребята, под руководством блондина, мечущиеся туда-сюда, долго не обнаруживали ни единого магазина флористики, что со временем раздражало Марка, который наматывал ту же плёнку раз за разом, что она специально обманула их, дабы втихоря злорадствовать над тщетными поисками друзей, ищущих горшочек с золотом на конце радуги. Эмили перекраивала его додумки, сотканные из презрения и многолетней ненависти к розоволосой, нитками уверенности и надежды на дальнейшие взаимоотношения со своей одноклассницей. Девушка стремительно советовала отпустить прошлые обиды, тянущиеся липкой жвачкой, начиная от школьного детства, заканчивая её поступлением, открывшем двери в незабываемое страстное приключение, порой жестокое, опасное, не видящее конца, но приключение, подарившее столько эмоций, сколько не подарит ни одна американская горка в мире- отвратительные и одновременно потрясающие ощущения… Фактически, Кара честно заработала, невыданную парнем в награду, признательность. Они двигались на верном пути, вскоре убедившись в этом. Здоровые махины, укрытые от посторонних глаз двух с половиной метровым забором, мелькали ближе линии горизонта, а значит, находились наподалёку. А вот и банер с расписными бутонами, завернутыми в прозрачную упаковку, неожиданно встал, напрямик скреплённый составом гаражных линеек с плоскими ржавыми крышами. Отпраздновав появление несчастного ларька, на которого парень успел повесить кучу бирок с проклятиями, Эмили настроила его не унывать и дальше маршировать вперёд. Просочившись между новомодными бетонными конкурентами, делившие как площадь улицы, так и клиентов своих 5-звёздочных гостиниц, пара достигла пустоши волнистых холмиков рядом с шоссе, кое они успешно пересекли. Мрачность зелени, темными отблесками изумрудных листьев прыгая с ветки на ветку, наводила перекрестный ужас у обоих, запугивая горластыми криками воронов, скукожившиеся на суках, распевавшие громкие, никому не нужные песни, шелестом кустарников, разросшиеся в глубоких оврагах, куда не грех опракинуться при неосторожности ходьбы, кроной дубов, с прожорлевым аппетитом погрызанной дикими зверями, навешанная, словно нарядная новогодняя ёлка, прицепившимися болотистыми мхами, ядовитыми плющами, удушающими ствол собственными лианами и на десерт, путаницей из тысячи тропинок, протоптанных бог знает, кем. Хотя последнее не шипко заботило наших ребят, их навигатор не терпел пересчета маршрута в местном кольце ада, а всего навсего фокусировался на единственном логическом варианте: прямо. Долгожданно обойдя заготовленные капканы нетронутой природы, они, утонув в гуще высокой травы, лицезрели то, что трофей за несравненно жуткое место безукоризненно присуждается потрёпанному, вымоченному в песке времени, заброшенному зданию. С первых же кадров шатенке стало не по себе, спровоцировав у неё грубое, сжимающее тело в крохотный ящечек, беспокойство. Эти дырявые окна, не имеющие рам, заплесневевшие полностью наростами лишайников, эти стены, обшарпанные с разных сторон сыпавшейся сырой дряхлой штукатуркой, эти скопившееся шматки медецинской утвари, валяющиеся у раздробленных арболитовых плит, раньше олецетворявших себя, как цельные комнаты разрушенного заднего крыла бывшей поликлиники… Эта атмосфера кошмара и уродство, сотворившееся с лечебным учреждением, до чёртиков напугало впечатлительную девушку, которая хоть и не верила до конца в потусторонние силы, но страшилась представлять судьбы подобных зловещих мемориалов, вряли бы подобную масштабных размеров, больницу забросили просто так…верно? -…Мда, давно я здесь не был. Чувства всё такие же паршивые, как и в детстве. — прорезал голосом парень мерзлую тишь, чем усмерил кровь кариглазки застыть в жилах. Скрепив тиснее их рукопожатие, ощущая ужасть в побледнении её лица, он бодро добавил, — Не переживай, я буду рядом. А если я рядом, то ты у меня в безопасности. -…Д-да…я знаю… — заикаясь, ответила она. — Ты когда-то бывал тут в детстве? -Ага, случалось, отец притаскивал меня сюда для тренировок. Отдам ему должное, если бы не он, я бы скорее всего сейчас не умел сражаться. Но светлое пятно воспитания с лихвой перекрывается теми опытами, которые он на мне ставил… -Он…ставил…на тебе опыты?!.. — шепча, дрожаще огляделась девушка. -Именно. Всегда желал отомстить ему за это. — ярким клинком сверкнуло остриё караллового лезвия у блондина в свободной правой руке. — И теперь у меня появился микроскопический шанс. — подбросив рукоять, он попутно глянул в сторону шатенки, отважно заверив, — Эмили, ни при каких условиях не отпускай меня, слышишь? Пообещай мне. -Обещаю. — с твёрдой уверенностью произнесла она, — Но тогда и ты пообещай мне, что будешь максимально осторожен! — усмехнувшись, парень ласково улыбнулся ей. -Хорошо, обещаю. Набрав в грудь свежего воздуха, оба смельчака врознь нарушили покой очерствелого помещения, оборвав его музыку мёртвой, похоронной тишины, исполнявшуюся оркестром живых духовых инструментов, играющих на опадающих колючих струнах весёлой виолончели, под аккомпанемент выступала свирель наплывного прохладного ветра, однако концерт резко кончился, как только слушатели покинули зал гармонии, зайдя за порог, еле держащейся петлями, двери. Их приветствовал весьма дикий, неухоженный холл грязных перламутривых оттенков, сливаясь с серными потёками гниющих стен, бальзамитовых треснутых лестниц, деревянных, прибитых одним лишь согнутыми гвоздём, шляпка которого покрыта ржавчиной, сырых перил, впрочем, как и гвоздь, тут всё держалось на мизинце и не внушало доверия, а иначе, ударяло смачно в зародок неокрепшей психики любопытного искателя адреналина. Непрозрачные малахитовые проёмы, остеклённые будто осколками дна темных бутылок, мешали проникнуть и поваляться солнечным зайчикам на горчичную пыльную плитку, побитую и раздробленную беглыми местами. Высота потолка составляла приличную, на тот момент, цифру, учитывая выявленные по бокам, балкончики, напротив входа и подсчёт в 3 фигурирующих этажа сооружения. Чудовищная громадина с двумя дополнительными ответвлениями внутри казалась Эмили ещё менее привлекательной, чем снаружи… Но…конкретная причина, зачем и привела её сюда, построившись мягкими кубиками, судьба, вместе с лучшим другом, стояла на пьедестале всего наивысшего- спасение отца, однако где же искать сумасшедшего скелета, додумавшегося проникнуть в осиное гнездо, по извилинам этого каменного лабиринта? -Тебе не кажется, что слишком тихо? — обратился к девушке блондин, ястрибиным взглядом обшаривая прихожую поликлиники и улавливая ультразвуки освободившимися из-под покрывала, новострившимися ушами. -…Даже черезчур… — заметила шатенка, становясь белее сугроба, — Может быть, они давно сражаются друг с другом, а мы опоздали? Или наоборот- опередили папу? -…Не исключено… — вдруг он, ни с того ни с сего, замер. Эмили привидилось, словно парень морщился, в попытках распознать…запах? Сменившись в лице, Марк ловко затащил кариглазку за своё плечо, укрывая тем пробившую до мурашек девушку. — Я чую его… Он тут. -К-кто?! -Мой отец. — меч, удержанный в пальцах блондина, теперь поднялся выше, искрясь магическим блеском пунцового заката. Готовый в любой момент одолеть напасть, вздумавшую прыгнуть исподтишка, очи, приземлившиеся к затемнёмному углу слегка крепкого бортика, слились с ароматом ауры пронырливого душка. — Ну, покажись же! -…Э-эх, умудряешься ты портить сюрпризы, сынок. А вышел бы такой красивый элемент… — расцарапав голосистым эхом поверхность скверного помещения, хозяин, присвоивший себе многогранное королевство тухлого царства, с величайшей ухмылкой, знакомой нам, физиономии, почтил прибытием своих особенных гостей. — В праве, я несоизмиримо удивлён вами двумя. Какая муха укусила тебя образумиться и привести её прямиком ко мне? -Где отец Эмили?! Что ты с ним сделал? Отвечай! — на рычащие крики сына учёный немного приподнял светлые брови, и с вежливой изюменкой, будто на сцене грондиозного спектакля, стоящий под свисающими декорациями, изобразил хорошо играющего актёра. -Отец… Эмили? Ах, точно! Отец твоей лучшей подруги, которому я посылал радостное приглашение в мой скромный рабочий удел! Уж и запамятовал… К великому сожалению, вы- первые и последние новоприбывшие сюда, и потревожавшие меня и моих подчинённых. -…Что?.. — искозившись в потрясении, опешил Марк, поворачиваясь к девушке, не находившей себе места от запутавшихся лесок рвущихся скомканных воспоминаний. — Это невозможно… Ты врёшь! -Мне незачем тебе лгать. — возразил Д. Хэнк, меняя спектр эмоций лица с картонной добродетельности на очаровательно мерзопакостную ухмылку — Но раз уж присудилось такое внезапное поощрение, я не дам ему выскользнуть из рук! — вязкая порция задорного смеха сопроводилась громким защёлкиванием створок замочной скважины снаружи. Теперь парень с девушкой были отрезаны от общества. Вслед за щелчком шатенка успела разглядеть убегающую тень под окнами, совершившую заблагонамеренное деяние, после которого определилось неизбежное: ловушка с треском прихлопнулась, засыпав глыбами, тем самым замуровав пещеру, кипящую разноцветными пузырями, ядовитым озером. -Бежим. — скомандовал блондин, и ребята пустились наудёр к дряхлому безпроглядному тоннелю, словно приглашающему на увлекательную экскурсию по дворцу естественных наук. Не задумываясь о развилке, предшествующей у них на пути, Марк свернул влево и мощно примкнув Эмили к себе, экипировавшись прозрачным щитом, подставил его перед грудой летящих, острых наконечников янтарных стрел. Выстояв после внеочередной атаки, он слегка взмахивает со лба частицы пота, с гнётом желчи прошёптывая, — Он заставил своих сотрудников преследовать нас… У них что, другой работы нет? — стоять и возмущаться казалось плохой идеей, поэтому тащив девушку за собой, Марк, не опуская своего защитного барьера, оборачивался назад, заверив, что необходимо оторваться от, наступающих на пятки, личностей в одинаковой белоснежной обёртке, не расстающихся со свестящимися натянутыми тетивами, возникающие от собственных промахов по ловким, подросковым мешеням, уворачивающихся, словно мелкие кролики в разгар зимней охоты. Переместившись в левое крыло разваливающегося домишка, ребята притормозили у тупика. Время тикало галопом, как и конюхи резвивых лошадок, рассекающие воздух срезни в мелидчайших сантиметрах от сетчатки глаза, и предпринимать бдительные решения надобно было молниеносно, иначе рискуешь стать заложником безумного гения, положивший на шатенку смертельный взгляд ещё с их первой встречи. Девушка торопит парня скорее мчаться по ступеням широкой лестницы, протекающей между 1 и 2 этажами поликлиники. Марк приперает дверной проём и ступает за подругой, крайне странно повиливая левым плечом. Обнаружив пустынно цветущий коридор, сшибающий целым букетом химозных примесей, гиблых цветочных горшков, фашистскими вьюнками, честно завоевавшими территорию почти чёрных подоконников, парень толкает изношенную пластиковую, одну из неухоженных палат, дверь, впуская кариглазку первой и закупоривает её, как может, обставив ручку пыльной спинкой стула, попавшегося первым, что бросились в глаза мало симпатичной каморки. Они всё ещё не в безопасности, но позволить отдышаться и уровновесить бьющиеся души, калашмачившиеся с диким, барабанным ритмом могут себе позволить. Внимательно фильтруя суждения по полочкам мало казавшись реальных событий, блондин, устанавливая макушку в притык к холодной, будто облитую азотом, стенке, досадно вздыхает, накручивая себе вину за вновь втянутую в опасность, шатенку, которая усидчиво не состыковывает сказанные отцом Марка, фразы и утреннюю подслушанную ссору родственников девочки. -К…как же так? Раз папы тут нет, то…где он может быть… — тресясь от переполнявшего её волнения, Эмили, не отрываясь от заливистого травяного стёкольного пакета, покрывающее отверстие напротив забаррикадированного входа, смотрела в окно, впившись пальцами в растрепанные русые волосы. -А с чего ты вообще взяла, что он пошёл именно сюда? — заданный парнем вопрос пуще зарыл шатенку на дно ложных предположений и доказательств. -Я…я…слышала, как папа разговаривал с бабушкой и дядей, не желая передавать им координаты места этой больницы…а потом ушёл, неизвестно куда… Вот я и решилась отправиться за ним…думала, что он здесь вовсю сражается с твоим отцом… Я должна просить прощения… Теперь из-за меня мы тут застряли… Можешь злиться на меня и бросить…я это заслужила… -Ох, Эмили… — выслушав, ответил он со вздохом, — Везёт тебе во всякие передряги вляпываться. Но твоя неистинная храбрость меня восхищает… — на удивление для кариглазки, его благосклонная улыбка окатила унылое личико девушки, — Ты думай, прежде чем разбрасываться такими негожими словами. Я никогда тебя не брошу. -П-правда…? — занудно переспросила она, дюже сдавливая их ручной замок — И…мы всегда будем вместе? -…Конечно. — заверил блондин. — Ладненько, пора выбираться. Погостили и полно. -А…Марк…слушай… — девушка подошла к зелёному свету, исходящему от горящего искожающегося светила, — Окно…возможно, получится разбить? Может попробуешь? — хмыкнув, позади парня, как из ножен пространства, вновь повис алый клинок, приготовившись замахнуться, он неуверенно произносит: -Сомневаюсь, что смогу, но стоит рискнуть, ради любопытства. Отойди-ка! — Эмили отбегает в сторону и по всей комнате разносятся вибрации, плохо восприимчивые человеческим органам слуха. Когда попытка, очевидно, неудачная, заканчивается, скорчив измученную физиономию, Марк, со злобой шипя, сжимает онимевшие от удара руки. — Зараза! Впрочем, так я и предполагал… -Ты в порядке?! -Да, вот только разбить его не выйдет. Эти стёкла противомагические. Мой меч тут бессилен, в принципе, и любая другая магия тоже. — с блаженством выкручивая себе пальцы и довольствуясь их резким хрустом, парень опрокинул на закорку своё оружие. -Зачем ставить такие окна в больнице…? -В психиатрической больнице. — поправил её Марк, — Для того, чтобы невменяймые пациенты разного рода не вынесли всё к чертям и не попрощались с жизнью. — вдруг, он прислушался — Тише. Замри. — шатенка затаила дыхание. Из коридора доносились приближающиеся цоконья нескольких каблуков. На мгновение они притихли. Бесшумно скользнув к девушке, заслонив её, блондин подкрался мышью к затворному стулу, и услыхав беспечные дёргания пластиковой ручки с другой стороны двери, расчётливо мотылял глазами с твёрдого седенья на загороженный входной проём. Рисковый ход и ответственность за девушку мешали сконцентрироваться на ответной атаке непрошенному лицу, кто бы это ни был, он представляет угрозу в любом случае, получается, требуется срочно капитулировать. Со всей силы ударив стопой о гладкую структуру дешёвого пластика, грохот и треск ненадёжных крепнений сносят бывшее препятствие и дверь наваливается, своим весом придавив обескураженного подручного учёного, химичившего с воображаемым колчаном, откуда никак не удавалось вытащить ядерного цвета, метательные дротики. Моментально вылетев из палаты, Эмили упустила мизирную схватку лучшего друга и приятеля Хэнка в неравных условиях, погробленного белой плитой, когда тот в свою очередь, как по высчитаным конструкторным схемам, провёл лезвием по бедру соперника, отпечатав след глубокой кровоточущей раны на разодранной одежде. До кучи прижав пяткой обуви запястье немощного Джона, обранившего магические стрелы, парень бегло произносит — Передай отцу, что он больше никогда меня не увидит. — оставив гневным сиеновым взглядом мужчину в покое, Марк возвращается в компанию к девушке, но только он утихомиривает ярость, шатенка видит приближающуюся толпу с западной стороны крыла и предупредительно выкрикивает сигнал тревоги. Обернувшись, на оболочку барьера пришлась львиная доля обстрелов, и вопреки нескольким способностям блондина, одна из самых прочных даёт просечку, скапливая молнии ползущих трещин с последующими столкновениями игольчатых наконечников. Смятение обшивает девушку, подобно тряпошному мешку, она блещет по стенам, указав парню на уж больно странно обитый замаскированный проход, практически по середине всего второго этажа и предлагает выломать его, тем воспользовавшись для отвлекающего манёвра. Пыхтящими отголосками согласия он рубит прилепленный раскрашенный паралон, за которым пряталась новая найденная деревянная дверь, на удивление, открытая. Мощно хлопнув ею, ребята забежали внутрь. Пространство напоминало чёрный ход с винтажной лестницей, по видимому, скручившейся заводной пружиной на 3 этаж, пробелкой выбритыми участками комнатных углов. Закаулок теснил резким лимонным освещением и церкулирущим везким нагнетённым предчувствием. Марк не хвалился желанием тут останавливаться, поскольку выбить эту дверь нескольким помошникам, всё равно, что скатиться с заснеженной горки, однако девушка настоятельно рекомендовала блондину хоть на милисекундочку присесть и отдышаться, как следует. Мокрющий лоб, переизбытки движения и выявленная рана в левое плечо, которую он до последнего собирался скрыть, потрепала его нормолезованное состояние в два коротких счёта, чего Эмили не дарило верных надежд на спасение, угасающих, после каждого столкновения с врагами. -Марк…твоё плечо…! -Да знаю я! Сейчас подлатаю. — кроющая нежно салатовая дымка окружила согнутые пальцы, весящие над бурым пятном, выцвевшем на толстовке, но мгновенно исчезнув, парень тяжело уронил руку — Н-не могу… Магии не хватает… -Тогда давай я перебинтую его тебе! Где-то же должна быть парочка матков. Пойду поищу. — парень немедля удержал шатенку в упорной хватке. -Нет, не вздумай отходить от меня! Это слишком опасно. -Но ведь ты ра… — единым духом рубиновый клинок проскользает меж локонов кариглазки, деля корпус шафранового стержня на 2 точные, как будто по линейке, испорившиеся половинки. Разъярённым хищником подскачив на ноги, парень оскалился, и вычислив стрелка из-под тишка, комфортно разместившегося вдоль ступеней, сверепо понёсся напролом, эталонно ломая подчистую все, промелькающие в воздухе, атаки, смертельно близко летящие к девушке. У подручного Хэнка, из-за того, что место сражения черезчур мало, а увернуться или поджать хвост не получалось, возникли серьёзные неприятности, против бойни один на один с авантюризным, феноменально уверенным в себе, мечником на ближнем фланге. Дикой выпущенной, выкатывающей свои ядовитые клыки, коброй, Марк, ошеломляя огненными зрачками, забившуюся в угол, добычу, выкрикивает: -Как же вы меня достали! — подымая рукоять меча, грань откусывает жёсткую плоть, проделывая на ней луч бордового стежка вокруг ключицы. Вырубленный вновь нанесённым ударом, только уже коленом в живот, подручный дерганно скатывается по стене, выплёвывая скисшую лужу крови. Холодно оглядывая плоды проделанной работы, парень, будто тряпичную куклу, пнул неподвижное тело на землю, убрал большим пальцем прыснутые ощутимые алые капли с подбородка и повернулся к прикусившей язык, шатенке, неловко нахмурив брови, — …Ты цела? Надо убираться отсюда. Лечение отложим на потом, в более надёжном месте. — догадавшись, что явно испугал до изнеможения, Марк приблизился к белиловой, как мел, вкопанной девушке и помог подняться, оправляя подругу от перенесенной кровопролитной резни, — Прости, ты не должна была этого видеть… Я просто слегка ранил его, ничего особенного. — сладко приобняв кариглазку за плечи, он успокаивающе погладил её затылок. Наконец тишину прервал неоднозначный колеблющийся голос: -С-со мной всё хорошо… Пойдём. — выглядящая той, которая могла упасть в обморок, Эмили доблестно держалась бодрячком, вцепившись в кисть измаявшегося блондина, еле волочившего своё оружие по перилам бесконечной лестницы. Сюрпризы следующего этажа не заставят себя долго ждать, но либо по великодушному колесу фартуны, либо же подкидной картой таро, коридор больницы напевал арию меланхольчной тихой гавани, плывущей по течению реки, байдарки. Ожидать подкидыша приходилось элементарно где угодно, что для наших ребят фурировало выдавливать из паники новейшую синсацию. У посетившего ими, третьего яруса колоссальные отличия с предыдущими коридорами практически отсутствовали, если не брать в счёт финальное возвышение, всплывшее по дороге к центру коварного вместилища. Оглядывая лучшего друга, постепенно топавшего медленней, девушка начала замечать ту дикую боль, отражающуюся в безмовных глазах страдающего парня, расслабившего повреждённое плечо, как будто увесистой гантелей, стягивающее руку вниз по всем законам притяжения. Стискивая зубы, он феерично мужественно хранил молчание, не смея жаловаться о насущном положении ноющего тела. Тут, ко внимательности Эмили, верный алый клинок преждевременно пропал из-за спины блондина, знатно подкосив его на колени — …Марк! — взволновано закричала она, слышая натянутые глубокие вздохи парня. -Не…беспокойся…я в норме, просто…маленько устал… — выдал он, попытаясь приподняться. Не стесняясь, шатенка грамотно повесила на себя здоровую руку Марка, чтобы тот использовал её, в качестве опоры. Без лишних возражений, которые в данный момент вряд ли были нужны, они доковыляли до лестничной площадки. — Нужно…подняться наверх…оттуда на крышу…а там уж разберёмся… Меч пока держать нет сил, потому…как можно быстрее уносим ноги… — через силу преодолев нескончаемые пределы крошившихся ступенек, пара минует 3 этаж, из конца которого странно посвистывал цокующий ветер… Мирно переваливаясь с ноги на ногу, ака война на полигоне с тучей мед-сотрудников сыграла с ними злою шутку, Эмили, наряду с выдыхающимся парнем, достигает середины последнего близнеца-коридора, неотличимого от своих собратьев, и видит, скорее всего, последнюю путёвку к свободе из проклятого «дома сумасшедших». Чердак был хорошо освещён с западной части крыла, благодаря вталкивающим свет, прозрачным, обычным, всем нам знакомым, стёклам, к коим становилось нелегко привыкнуть, после тех часов пройденного изумрудного калейдоскопа. Вокруг выхода на крышу торчали по разные стороны меленькие закаулки, сослужившие пунктом привала, тащить лучшего друга оказалось куда труднее, чем шатенка себе представляла. -Эмили…мы почти дошли…не стоило останавливаться… — неохотно блондин облокотился о стену, подстрахованный девушкой. -С-сейчас…минутку и поднимимся. -…Ты утомилась, таща меня, верно? — поняв, что он мгновенно расскусил её, кариглазка скривилась в отчаянной досаде, отведя зрачки. -…Я…нет, конечно…я просто…волнуюсь за тебя и… -Перестань…я ведь вижу. Тебе незачем скрывать это. Эх…знал, что стану обузой… -Н-нет, Марк! Неправда! -Ещё какая правда, без меня ты бы выбралась быстрее… -Без тебя я бы не справилась! — одним прикосновением своей лодони к его щеке она наказала ему молчать, — Прошу, не говори больше так! Ты на протяжении всего побега защищал и сражался ради того, чтобы я была в порядке! Доверься мне, мы спасёмся вместе! — вновь нежная рука, укутывающая прохладной…такая могучая самоуверенность в её тонком голосе действительно… воодушевляет. -…Хех, что ж… Как скажешь. — ответил парень мягкой улыбкой. Но постойте… Опять…опять душераздерающий аромат, приправленный отливным чётким ведением… И он совсем рядом… Мысли не поспевали за соображениями, накатанной лавиной кружась в страшном вихривом урагане, где одна, упущенная блондином, фраза девушки уронила на стол судьбы последнюю черную доминошку: -Нужно проверить, открыт ли люк. Я ненадолго, клянусь. — выглянув на середину коридора, дабы опровергнуть неблагоприятную теорию о закрытом чердаке, она поздно оглядывается при истошном крике блондина: -ЭМИЛИ! ОСТОРОЖНО! -…А?! — …под грохотание медной трубы, вычищенный до блеска, берюзовый экспонат, тесно прибитый узами магического свёртка к гремящим звеньям, распиливает своим шипящим заостренным наконечником устья взбитого воздуха, спресованного в вакууме затерянного лабиринта. Вот вот взорвавшейся петардой, небесный жезл дерганной струной колеблется, искромётно насвистывая себе сезонную песенку… Легкий толчёк? Оторвавшимся беленьким пёрышком от родного ангельского крыла, шатенку лишают слуха на мгновение, когда сердцебиение её души начало бешено барабанить в перепонки. Смутный гул щебетал до тех пор, пока ей не вздумалось обернуться. Остриё, намертво всадившееся каменной сваей в грудину, исчезает за спиной, потерявшего мгновенное равновесие, парня. — Марк! — бросившись на колени рядом с лучшим другом, внешняя открытая рана повергла девушку в кромешное оледеление. Из глотки ошмётками выскакивали приступы горького надрывистого дыхания и омерзительного кровавого кашля. Малость дёрнув подбородком, он с усилием не закрывая век, натянул корявую ухмылку: -Эми...ли… Т…ты…цела… К…какое облег…чение… — выдавливая из связок скрипучий, порванный смех, блондин продолжил — …Бе…ги… Ухо…ди скорей… -Н-НЕТ!..Я никуда не уйду без тебя…! М-Марк, пожалуйста, держись…! Я что-нибудь придумаю!.. Т-ты будешь в порядке…т-ты…выживешь… — теряя над собой контроль, слизистые заполнялись океаном нескончаемых слёз, медленно переползающие в тихую дерганную истерию, сопровождаемую вескими всхлюпами. -…Эми...ли… — вяло потянувшись кистью к раздавленному, мокрому личику, он утирает трясущимися пальцами с её нижних ресниц пару крупных капель — …п…рошу… Не плачь… В…всё…хорошо… -…Зачем?! Зачем ты это сделал?! — шатенку трясло, будто в лихорадке, происходящее здесь казалось ей наркотическим кошмаром, от которого, кажется, невозможно, но хочется проснуться, смять и выбросить из головы уродливо нарисованную картинку. -…Я-я не мог…п…поступить иначе… — истязания говорить резали горло на ласкутки, тем не менее, парню находилось сил подбадривать девушку — …З…наешь…я…я никогда н…не думал…что в м…моей…никчёмной ж…изни…п…появится такой радостный л…учик…как ты… — его голос, вечно воинственный и грозный, теперь затухал гнувшимся фитилём гаснущей свечи… — П…ожалуйста…перестань плакать…и…у…лыбнись… Улыбни…сь…для м…меня… — по просьбе, она старалась искорёжить свои слипшиеся солёные губы, превращая их в отдолённо похожие очертания смеха. — …Ха…х…а…х… Спа…си…бо… Я…с…част…лив… вид…еть её…у тебя…на ус…тах… — вторично издав пару смешков, скрестившиеся друг с другом, ладошки воссоединились тугим узлом скрутившихся пальцев. -…Эми…ли…прости…меня... -…М-Марк… — сквозь залитые мокрые глаза, шатенку постигли несуразные галлюцинации: серыми песчинками, пархающими в невесомости, рука лучшего друга плыла по дну воздушного прилива, смывая за собой лик тёплой, мягкой, точно льняное полоценце, бежевой кожи. Постойте…галлюцинации ли? — М-Марк…?! М-Марк, ты…! — опавшими лепестками, крупинки продолжали рассеиваться повсюду, стерая ластиком абрис алой расцветки одежды блондина. — Нет…! Нет, Марк, умоляю, не оставляй меня сейчас…!!! Ты обещал, что мы всегда будем вместе…!!! -…Я навсегда…останусь в твоём сердце… — фарфоровое лицо, покрывшееся извилистыми трещинами, красиво лопается, букетом рассыпаясь на тысячи микроскопических пылинок, — …я люблю тебя… -МАРК! НЕТ!.. — она не успевает коснуться плеч парня, как те оловянным порошком ложатся и стелятся тонким слоем сизого ковра. Простыни праха скомпоновались сажными миниатюрными кучками, до сих пор его крупицы ветали над поникшей головой бедной девушки, не верющей в собственное горе- дорогой ей монстр беспомощно погиб у неё на глазах… — П-почему…п-почему… ПОЧЕМУ?! — она обречена…она потеряла тропу истинности, мир, где они с Марком могли беззаботно мечтать о жизни, фактически…забыт. -Ахаха...! Я действительно не промахнулся? Поражаюсь своей точностью, учись, сынок, тебе пригодится. — насмешка… Неужто учёный…совсем безчувственен…? Воцаряясь, словно кролик из шляпы фокусника, Д. Хэнк явился на горизонте злополучного коридора, восторгаясь, что час от часу подоспел на сеанс наколяющейся драмы, — Думали сбежать от меня? Не выйдет. Чердак замурован ещё 10-летиями назад, жалкие попытки выпутаться только усугубляют ваше положение. Вы… — внезапно он запнулся в речи и чётче стал прищуриваться, по причине отсутствия стёкольных линз — …Что…? Коричневая душа…? — и правда, бурое сердечко парило рядышом со скорбящей шатенкой, прячущей сырой, изведённый, надломленный взгляд в пучке густых волос. — …Н-немыслимо…! Он…пожертвовал… — слова рывками срывались с языка, внушая определённые сомнения… — Что…что я наделал… ЧТО Я НАДЕЛАЛ…?! — вдаваясь в припадок, учёный начал ковыряться в торчащих светлых локонах, косив сузившимеся зрачками погребение серебряной пыльцы. -Сэр! — аукнулся незнакомый говор, — Там…! На улице…! — оглушающим взрывом бомбы, в помещение, наперёд с разбитыми стеклопакетами, ввалились грады бирюзовых копий, по мановению чудес не задев тело девушки. -…Она здесь! ВНИМАНИЕ! ВАШЕ ЗДАНИЕ ОКРУЖЕНО, НЕМЕДЛЕННО СДАВАЙТЕСЬ БЕЗ СОПРОТИВЛЕНИЯ! — шум громкоговорителя распространялся вибрирующими волнами, содрагая стены хлипкой больницы. Толпа, состоящая из экипированного наряда сослуживцев нефтевым потоком металась по поляне, контролирующая зоны входа и выхода, в кругу которых светился рыжий хвост воительницы. -Сэр, что нам делать?! Они оккупировали нас! -…Укройтесь там, где сможете… -А Вы, Сэр?! -Убирайтесь…! — однако удрать его коллегам далеко не удалось. У лестницы их любезно встретил экипаж вооружённых и приструнил к стенкам. Несколько здоровых лохматых монстров ворвались голопом, за ними следовали родные девочки, сопровождаемые Андайн с двумя скелетами. Обнаружив силует учёного, рыба крепче сдавила своё оружие, дикими прыжками приблизившись к преступнику. -Руки за голову, ЖИВО! — щелкнув кандалами, она вскинула его за шиворот, -Теперь ты за всё ответишь, подонок. — Андайн лично увела, пойманного в наручники, учёного, приказав Папайрусу патрулировать остальные этажи, откуда вовсю выталкивали связанных людей, пойманных на приличные сроки времени… -эмили! — взволнованный зов отца смог переключить шатенку и спустить обратно с небес на землю. -…П-папа… — подойдя ближе к месту проишествия, глазницы опустели от увиденного… Санс сразу понял, по какому поводу дочь проливает горькие слёзы. Он тихо укутывает её в объятья и утешительно ласково гладит по макушке. — П-папа…он…пожертвовал собой…чтобы защитить меня…! — подобно маленькому ребёнку, она больше 2 минут рыдала взохлёб, пока дряблая, не обессилила. — …И…извини… -тебе не за что извиняться, милая… Когда внутри никого не осталось, арестованных поволокли к патрульным машинам, выстраивающимися длинной колонной вдоль степного шоссе, в результате обысков тайного убежища нелегалов, было изъято свыше двухсот содержащихся в полулитровых банках, незаконно хранящихся душ, как людей, так и монстров, в последние из которых, вводили непонятные смеси, а вдобавок, разведенные растворы монстринской «Решимости», за что прилагается определённая статья в уголовном кодексе, помимо душ найден чужеродный прибор, о пользовании котором знало только 2 задержанных. Отныне, заброшенная поликлиника подвергнется сносу и перестанет привлекать подобные частные организации для своей экипировки. Выжитым кислым лимоном девушка спускалась вместе с отцом, огромленная музыкальными тарелками. Его фразы проскакивали мимо ушей, даже бурное облегчение тёти и дяди не приносило никакого удовлетворения. Шатенка осмыслила, что ей незачем больше жить. Она натворила столько глупостей, никчемная деревянная кукла, умеющая всего навсего ходить и разговаривать, незаслуженно осталась бродить по этой бессмысленной планете с вырванным кровоточащим сердцем… Марк…мёртв. Она, соответвенно, тоже. … Неуверенное нажатие на облезлую кнопку дверного звонка… -З…Здравствуйте… А семья Дриммуров тут проживает…? -ну допустим. -Ах, значит я не ошиблась адресом… Я- бывшая одноклассница Эмили…хотела бы её увидеть, п-пожалуйста… -гм…ладно, проходи. -Б…благодарю… — спустя неделю, после роковых событий, произошедших на окраине города, о шатенке не озвучивалось по новостям ни единой весточки. Очевидцы умалчивали подробности штурма нелегализованной корпорации, главу которого без жалости и сострадания осудили пожизненной колонией. Скелет проводил гостью к комнате кариглазки, а сам возвратился к начатому копанию с разноцветными коробками медикаментов. За дверью, на неизгладимое впечатление розоволосой, отчётливо доносился какетливый напев миндального отголоска, что весьма серьёзно урезало её ожидания. Постучав 3 раза, шопот заглох. Проем оттоворился, встречая Кару натянутой счастливой физиономией девочки. Спальня нарекалась пустой. Но тогда… -Привет. — поздоровалась шатенка, — Ты чего-то хотела? -Аа… Даа…то есть… П-привет…! Я…хотела навестить тебя… — медленно согнувшись косой корягой, потерянная девушка смялась, совсем не представляя, что сказать в достоверное алиби. -Здорово, присаживайся. — Эмили освободила путь к своей кровати и захлопнула входной проход. С первых же шагов по лицу брызнул давящий поток прохладного воздуха. Панорамное окно было растопырено настеж, трепещущийся в такт с ветром, изрисованный шёлк, держащийся на карнизах, грубо стиснут влево. — Прошу прощения за беспорядок, я разберусь с этой оплошностью. -…Н-не стоит, ты что…! — заикаясь, возразила Кара — …Мне тоже нравится, когда всё не на своих местах… У тебя это называется, наверное…творческим беспорядком? -Хах…ну да. — она недолго побродила туда-сюда, стараясь укрыть лёгко читаемую нервозность. Чтобы чем-то занять чешущиеся дрожащие руки, шатенка взяла неаккуратно валяющиеся пачки разбросанных таблеток, ровняя их башенками друг на дружку. — Я думала, ты уедешь из города, как и говорила… -…Мне пришлось поменять школу…уехать не позволило одно…странное чувство…и сон. -Сон? -Да… ОН…снился мне. — Эмили вздрогнула, случайно уронив собранную стопку. Выдавленные капсулы жемчужными бусинами покатились по бортику ящика и рухнули на пол. -М…Марк… — присев на корточки, пилюли выскальзывали из пальцев, но она упорно сжимала кулак, дабы горсть вновь не высыпалась. -Эмили… Я вижу, что ты страдаешь, ты винишь себя в случившемся — Кара помогла ей с потеряшками, вернув все на свои места — я понимаю тебя… 4-летней малявкой я стала причиной гибели моей матери… Я знаю, какого это- закапываться в бездну…но он попросил меня приглядывать за тобой. Ты ведь понимаешь, что Марк никогда бы так не поступил, а раз у него появился повод, значит… Я обязана выполнить его просьбу. -К-Кара… — девушка устала плакать. Ночные кошмары каждый день выматывают её, используя, как грушу для битья. До недавного времени, она не знала, о чем мечтать. Цель вспархнула неожиданно, вылетившим джинном из волшебной лампы… Да, наверно безрассудное, гиблое дело, родители изведутся, самопожертвование Марка проделывалось зря, увы, ей надоело маиться… Покончить с этим…единственный выбор, который она способна предпринять. «…Не получилось. Получится в другой раз. Если решительный человек жаждет- рано или поздно он добьётся своего. … В чём дело? Ох. Вы недовольны. Разве не такую концовку заслуживает ход данного эксперемента? Хорошо. Признаться честно, меня она так же не устраивает. В конце концов, пустота не имеет ни границ, ни счёта времени, а лишь упругую пелену беспросветного тканого тумана. Запись возобновляется…»