-Эмили, прости меня...

Сдавленная тяжестью своих горьких ошибок, девушка, что есть мочи тянется к неоновому свету, прикоснувшись пальцами до оболочки прочного стекла. Нет. Он не может так просто сдаться. Марк никогда не опускал руки, он храбр, вынослив, прямо сейчас, изматывая себя до полусмерти и понимая, насколько противник превосходит его в силе, им движет одна единственная цель- сохранить шатенке жизнь, только ради неё…парень готов умереть. И пусть в данный момент ей еле удаётся держать голову, оставаясь в сознании, ему необходима поддержка. Она должна привести блондина в чувства, окутать бодрящим ледяным ведром воды, полным решительных побуждений. Разве не для этого нужны друзья? -Марк… Я-я…верю в тебя…! Прошу…оставайся целеустремлённым! И…н-не переживай…улыбнись. Что бы не произошло со мной…будь счастлив…! — на мгновение парню как будто прошептали божественную молитву… Сам ангел спустился к нему с небес? Кошмарные сны, подобные коршунам, вцепившимися когтями в бездыханную добычу, с криками разлетелись при виде белоснежно чистой невинной девы-лебеди? Галлюцинации от резкой потери крови? Её голос…нежный, ласковый, будто пение милейшей крохотной пташки, сотканный из тысячи нотных нитей, под которые не грех написать просто великолепную чувственную песню… Она простила его? После тех ужасающих слов, выплеснувшихся во время ссоры, после всей той лжи, шатенка готова закрыть глаза на жестокое предательство своего непутёвого лучшего друга и как ни в чём не бывало, продолжать поддерживать блондина? -…Э-Эмили… Т-ты… — восторженно приподнявшись, насколько ему позволяло нынешнее состояние, Марк, по требованию девушки, не перестающей подтирать раскросневшиеся глаза и влажные насупившиеся щёки, растягивает на устах подрагивающую улыбку, чем приводит шатенку в восторг. У неё получилось, он расправил свои «крылья» надежды и обрёл второе дыхание -…Ты…потрясающая… — прошептав это, жар внутри ударил в тело, растопляя замёрзший кусок уже сдавшейся расколотой души, востанавливая отлетевшие острые грани, крепко нанизывая их друг на друга прочным клеем и соединив разбросанные пазлы в простое непоколебимое чувство…описываемое лишь одним словом… -Ох, нет, нет, нет. Даже не думай о том, что снова встанешь на моём пути. — постукивая каблуками угольно кожаных ботинок, облачная тень, обёрнутая в халат, сделала пару широких шагов к израреному сыну и с язвистостью дикой кошки, пользуясь беззащитностью парня с проколотой лодышкой, решила высмеять такое быстрое поражение, болезненно приструнив его непоколеченную ногу к леденящей кафельной плитке, — Забавно наблюдать за твоим поведением, ты ради неё горы сможешь свернуть, а может и шею…ммм… Да, пожалуй, второе, как нельзя лучше описывает безуспешные попытки помахаться со мной, сынок. Надеюсь, этот случай преподаст тебе урок. — отец блондина всё же клюнул на уловку. Изображая полноценную никчёмность, тот, подобрав нужное мгновение, энергичным замахом впился остриём алого оружия в коленную чашечку, отчего, после яростного крика, чудом увернулся от броска небесного цвета, кола. -АХ, ТЫ…! — прошипел сквозь зубы учёный, не верив происходящему, — Наглый щенок, да как…ты посмел?! «Отлично, я его ранил, что теперь? До генератора я не добегу, тем более, он не позволит к нему приблизиться. Отец покалечен, но не лишён бдительности. Тогда…нет, я не брошу её снова… Но…одному мне не справиться… Эмили, ты будешь спасена. Я клянусь тебе.» — до последнего вынашивая глубоко запрятанные магические сгустки, самое время было освободить накопленный пожар эмоций, и догадываясь, что после выпущенной ультимативной способности состояние блондина окончательно подурнеет, он, окутав огненными зрачками личико девушки, овладевает гущей рыжего пляшущего языка пламени и всплёскивая руками, создаёт вокруг себя волнующиеся ленты. Окутав ладони выдыхающегося блондина, через струйные потоки пота, слившиеся с пеленой полузасохшей крови, Марк, словно властелин могущественного горящего феникса, подымает жёлтоватый пепел, тем самым выгородившись непроходимой вовсю дымящейся стеной. В помещении воцарился душный серый туман, пропахнувший гарью и отравляющим лёгкие, едким дымом. Не успевая откашливаться, учёный наобум бросает раскрученные цепи, однако, под слоем пылающей огненной стихией, звенья мгновенно начинают таять, превращаясь в густую, медленно стикающую голубую субстанцию. -Ч…что…?! Невозможно… Магический огонь не способен плавить оружия… Чтобы это сделать, необходима температура свыше 200°С… Как он… — но в следующий же миг, сколько бы не вглядывался Хэнк в столб проворного бунтующего костра, парня уже и след простыл, оставив негодующего отца в неведении, а шатенку шокирующем неносытном восхищении. Неужели лучший друг и на такое способен? Невероятно… -К…какой же…я трус…сбежал…к…как последняя крыса с корабля… — огрызаясь на совершенный поступок, хромой, ковыляющий до дверной ручки, Марк истошно набирает в глодку желанный кислород, хватаясь за узкий проход, ведущий на волю из невыносимого адского пекла. Распахнув входную дверь, на пороге его встречает Сара, на удивление, угнетённо спокойная, что ввело сына в недоумение: тогдашняя речь произвела на мать какое-то истимое впечатление? Или её втайне гложет вина за ошибку, по которой она не остановила мужа? Обессиленно рухнув на спину, не останавливая одышки, он, устроившись частью кипятковой окрашенной морашки, прислоняется к прохладной поверхности деревянного паркета с блаженством, по немногу начиная остывать. Не проронив ни слова, женщина молча наблюдала за происходящей сценой, скрестив руки на груди. Когда парень издал окончательный глубокий вздох, протерев ладонями всё ещё мокрое лицо, Сара наконец заговорила: -Ну и стоило оно того? Я предупреждала, что для использования заклинания «Пиромании» ты слишком неопытен, а если бы ошибся? О последствиях, мы, естественно, думаем в последнюю очередь. -Да… — зажмурив веки, ответил блондин -…Оно того стоило. — потерявшись в сладких мечтах и воспоминаниях о шатенке, принявшей к нему снисхождение и одарившей вспышкой возродившегося упования, он внезапно вскочил на колени — Я спасу Эмили любой ценой! -Ага, конечно, только поднимись на ноги для начала, спасёт он… Довольно с тебя. Мало того, что полуживым вернулся, так вдобавок истратил всю магию впустую. Ох… — направив тусклый взгляд к ничем не привлекающей внимание, кухонной настенной тумбочке, она, поджав нижнюю губу, пробубнила -…Всё таки мне придётся её дост… -А…где Снежок?! — обернувшись к крыльцу, парень, не обнаружив привязанного поводка на перилах, в непонятках захлопал ресницами. -…Ты же его сам отпустил, забыл, что-ли? -…Я…?! — задумчиво дотронувшись пальцем у виска, Марк яро старался освежить, набитую иными мыслями и событиями, память. Может, резвивый голосистый комок удрал по собственной инициативе, раскусив мелкими прожорливыми, наточенными зубками кожаный материал безобидной шлейки? В таком случае, выявленная новость возводит абсурдность положения дел в максимальный абсолют. «…Боже, я даже собаку умудрился потерять…вот дубина.»  — разрываясь от стыда, блондин облокачивается лбом на суставы, протяжно застонав. — «Мама права, я толком встать не в состоянии… Нет, мне надоело быть лжецом, я поклялся, что спасу Эмили! Только…как…?» За окном прихожей раздалась яркая белая секундная волна. В стекле неожиданно начала мелькать неизвестная группа бродячих личностей, коих столпилось у ступеней немалое количество разного роста и строения. Не без опаски Сара медленно приблизилась к раскрытому проходу, лицезрев внезапную картину маслом. Перед домом стояла кучка, состоящая из 7 взволнованных монстров, которых она видела впервые. Однако…присмотревшись к 3 подозрительно похожим по внешним признакам, сородичам, женщину осенило, что перед ней Само Семейство Королевской династии Дриммуров. От осознания происходящего, волосы на макушке остолбенели. Она невольно потянулась к скромной кройке своего испачканного сарафана, как не заметила внизу скачущего реактивно белоснежного пляшущего пса с длинным высунутым розовым язычком. Неужто…вся собранная компания- и есть родственники девочки? Двинувшийся на шаг вперёд, невысокий скелет с каменно чёрствым выражением лица, не предвещающим ничего доброжелательного, низким тембром голоса промолвил: -где эмили? что с моей дочерью?! В тернистых лозах предвкушения, когда паразитирующий яд замотает в узлы давно не сопротивляющийся постепенно засыпающий рассудок, считай под крупной дозой введённого наркоза, дремота с ласковой ненавистью уводит шатенку вглубь выкопанной норы, погружённой в кромешный мрак, вцепившись в её немощно свисающую кисть, которой управлять она не в состоянии. На экране аппарата гордо мерцает процентное содержание набранной в специализированную склянку количество дозы гранатового цвета тягучей жидкости: 76%. Выветривая из помещения после недавнего инцидентного «пожарища» облака нависшего серого дыма, учёный распахивает совсем крохотное верхнее окошко, тем самым клубы отравленного воздуха, вместе с влетевшим попутным ветром сдувает магические пепельные остатки, больно дерущие глаза. Сквозь прорезанную створку сочился ослепляющий луч уже уходящего за горизонт, зевающего светила. Облокотившись спиной на дребезжащую машину, Хэнк мимолётно ухаживал за гранями запотевших стекол очков, тщательно оттерая прилипший к ним чёрный налёт. Свист раздался из ниоткуда. Имитируя свойства залитого железом бравого точеного наконечника, бирюзовый отблеск сверкнул во мрачной мгле у подъёма наружу. Окажись учёный в паре сантиметров левее и внутри глазного яблока красовалось бы изящное надлобье вытянутого копья, разкрошившего бы черепушку вдребезги. Блистающее цветом морской волны, оно глубоко вошло в протоки бетонной стенки, распространив пару трещин вокруг себя, и исчезло, само собой оставив дыру пылиться от сыпавшейся серой краски. Спустив одну почти незаметную холодную каплю с кончика носа, Хэнк, нахмурившись, не успел поближе рассмотреть чуть не проткнувшее ему лицо, оружие, как орава голубизны повылезала из-под земли, заключив злодея в клетку. -ЭЙ, ТЫ! — вдруг отразился величавый клик гордо ткнувшей вытянутый палец озлобившейся воительницы. — Только двинься- я тебя в лепёшку размажу! — собравшиеся вместе 9 монстров друг за другом вваливались в подвал, лестница которого еле вмещала столько новоприбывших гостей. По итогу из кучи вылезала и рогатая династия Дримуров, готовая мгновенно вступить в бой, и трясущаяся за спиной рыжей, дёрганная ящерка, старающаяся с дальнего расстояния углядеть панель управления сложной запрограмированной техники, и высокий скелет, схватившийся за свои костяные атаки, и в беспредельном гневе вылупивший бездонные глазницы, праведный отец, а также оставшиеся потерпевшие из семейки Лайсонов, к которым у офицера Андайн после окончания, найдётся много интересных вопросов. Поразмыслив, что дела плохи, Хэнк, словно не придав значению сказанных рыбой, угроз, хватается за свои цепи и возвышается над публикой, изображая всемогущего ястреба, за которым охотится банда браконьеров. Отыскав в толпе собственное израненное чадо и обеспокоенную жену в глубоком смятении, учёный беспощадно заскрипел зубами. -Не думал я, что ты удосужишься предать меня, приведя сюда копа, Сара. Ну. Теперь это будет на твоей совести. -ЗАВАЛИСЬ! — крикнула рассвирепевшая водоплавающая, снова целясь новой созданной сияющей фаларикой, — Умничать будешь в другом месте, куда тебе давно пора! — воодушевившись дерзким настроем своего лейтенанта, младший скелет торжественно подхватил: -ЗА РЕШЁТКУ?! -На тот свет! — направив на свисающую цель десяток первичных атак, Андайн маневренно спрыгнула с лестницы, совершив мягкую посадку в центр комнаты. Отделив внимание учёного, чтобы остальные члены группы успели добраться, до выдавливающей из себя последние спокойные вздохи, мучавшейся Эмили, она заприметилась, как достойный и доблестный противник, готовый пожертвовать жизнью в бою один на один с решительным человеком. «Хе, мы это уже проходили…а повторение- мать учения!» — небесные копья взмыли ввысь и посыпались градом, со звоном ударяясь о крепкие, сплетенные магией, звенья. Однако наш «крепкий орешек» оказался не по зубам даже страже правопорядка. Хэнк раскручивал цепи в руках с такой небывалой скоростью, что стрелы просто напросто отскакивали от своеобразного щита, укрывающего хозяина от любых невзгод. — «АХ, ЧЁРТ БЫ ЕГО ПОБРАЛ! Откуда у этого крысёныша столько накопленных магических оружий?! Видать, с молодости тренировался, дабы по чайнику сразу не надавали.» — вдруг дребежжащие скрепленные изогнутые кольца, удленившись, метнулись напролом, окружая Андайн, и по-видимому намечающие обернуть и ухватиться ей за горло. Но только они приблизились, как энергетически заряженным раскатом по потолку прошлась сногсшибательная радужная молния и ударила прямо в эпицентр разразившейся битвы. Сжав в лапах белоснежные мечи «Хаоса», Азриэль перехватил шатающиеся кандалы, пытаясь разрушить неподдающиеся оковы. К несчастью, сделать это оказалось затруднительнее, чем он предполагал. Хотя стараться долго не пришлось. Учёный саморучно отозвал их и хрустнув, они исчезли, испаряясь в воздухе крохотными голубыми частицами. Как же…? Он теперь безоружен? -Что?! Силёнок не хватает на двоих сразу, уродец?! Я готов раскромсать твою жалкую рожу! — проигнорировав риторический вопрос, Хэнку не удалось сдержать улыбки. Его насмешило неподобающее поведение и подростково нелевый диалект принца Королевской крови, обязывающего вести себя сдержанно в любых ситуациях, а оказавшегося внутри обыкновенным кричащим ребёнком. В правду уморительно…но так нахально… Следующий бросок желейной лебедки не пощадил обоих, сметя рыбу с козликом с ног, от чего пара скривившихся морд мгновенно озверела, пустив в учёного из глаз пару мерцающих звёзд. Тут, на макушку блондинистых волос, откуда не возьмись, свалилась одна маленькая косточка, слегка болезненно стукнув Хэнка, соскользнула вниз и самоуничтожилась об лоб твёрдой изумрудной плитки. Потреся головой, он недоумённо поднял глаза, в попытках определить, кто над ним так ихо потешнулся. Однако опустить взгляд ему не предоставили возможности, прорвавшись из-под стены гейзером, синяя атака вонзилась учёному в спину, проткнув насквозь, затаившую дыхание, грудь. Вылупив зрачки, он не мог сдвинуться с места, застыв бездушной статуей перед оглянувшимися в сторону, напарниками. -ОГО, А Я ДУМАЛ, ЧТО ПРОМАХНУСЬ. — эффектно вскинув своим алым шарфом, младший скелет гордо задрал черепушку, наслаждаясь результатами проделанных трудов. -Молоток, Папс, ты как раз вовремя. — похвалила рядового Андайн, отряхаясь от прошлого падения. — Что ж, мы загнали его в ловушку, как и планировали. Эмили в порядке? -ОНА…НУ… АЛЬФИС ДО СИХ ПОР ПЫТАЕТСЯ ОТКРЫТЬ ТУ ШТУКУ, ВРОДЕ ОНА ПОЧТИ ВЗЛОМАЛА БАЗУ ДАННЫХ. ДИТЯ ПОКА ЧТО БЕЗ СОЗНАНИЯ. -А почему бы вам просто не разхреначить её вдребезги? -САНС ПРОБОВАЛ, НО НИЧЕГО НЕ ВЫШЛО. -И не выйдет. — вмешалась подошедшая к компании, Сара — Купол создан из противомагических компонентов, разрушить такой практически нереально. -Эмили, держись… — шептал парень, облокотившись к краю неприступного барьера. — Мы обязательно освободим тебя. -С-Санс, мне н-нужна твоя помощь…! — с трясущимися когтями перебирая различные коды на панели данных, купающаяся в собственном поту, ящерка активнее давит на клавиатуру, и при каждом отрицательном соотношении нервозно вздыхает, укладывая забитую формулами, голову на дёргующиеся чешуйчатые лапы. — Я-я…не знаю, каким образом отменить функцию выкачки энергии… Е-если я с-сейчас облажаюсь, т-то из-за меня Эмили может п-погибнуть…! — проговаривала она сама про себя, цокая кнопками — Н-не выходит…! О-опять…! -альфис, перестань паниковать и успокойся! — глядя на бледную рептилию, старшему скелету пришлось отвлечь её подручными методами, крепко потрепав за плечи, — давай сюда, я сам всё сделаю. — он было приготовился отнять панель, как вдруг ящерку осенило. -…Я-я поняла! — громко кликая по клавишам, Альфис поправляла спадающие с морды, очки и облегчённо отбросила их, когда чёрствая неподкупная программа наконец сжалилась, высветив сообщение на экране об приостановлении загрузки на 85%. Раскрасневшись, она широко улыбнулась, никак не верив, что этот кошмар в кои то веки закончился. — П-получилось! — радостно закричала рептилия. На голос откликнулись остальные члены группы спасательной миссии, позабыв о назначении сторожить и контролировать клетку, в которую папался учёный. Во время мимолётного ликования и похвалы от команды нашей жёлтой умняшке, справившейся с достаточно сложной головоломкой, никто не задумывался, какого масштаба ошибку они совершают… -Он удрал! — будто под куполом городского цирка, выступающим воздушным гимнастом, отец блондина вальяжно жонглировал небесной плёткой, бесстрашный артист, паясничающий перед собранной публикой, он элегантно позировал зрителям и созерцал саркастической улыбкой вновь застёгнутой добродушной маски. Приземлившись на один из пошатывающихся блоков питания, рядом с которым в большой неполной стеклянной колбе болталась переливающаеся цветом фуксии жидкость, Хэнк за мгновение похитил алый «артефакт», вытащив углообразную банку из внутренности уже утихомирющегося, благодаря ящерке, аппарата. Испуганно глядя на всю происходящую картину, Альфис поздно осознала, на кого замахнулось длинное растянутое оружие учёного. Звук протяжного шлепка раздался по помещению, у виновника которого на наконечнике осели мгновенно высохшие капли бурого окраса. Схватившись за расквашенную идеально ровной протяжной линией левую часть лица, рептилия чудом сдержалась от тонкого оглушающего стона. -АЛЬФИС! — чуть ли не надорвалась Андайн, несясь со всех ног — УБЛЮДОК, СДОХНИ, МАТЬ ТВОЮ! — копья пулями выстрельнули в Хэнка, однако, мимо. Тут размером в кулак разлетелись огненные, трещащие искрами пламени, шары и кружась в бешеном вальсе, взорвались. Белоснежный рукав захватило пляшущее оранжевое пепелище. Прикусив губу, учёный в лёгкой панической атаке, уворачиваясь от гневных стрел воительницы, нырнул в распахнутое окно и скрылся за ближайшими крышами частных домов. — Проклятье! Мы его упустили! — рассвирепевшая от ярости, рыжая ударила наконечником о землю и повернулась к раненой ящерке, окутав её царапину жалостливым взглядом — Ты как? Очень больно? В следующий раз этот подонок останется со сломанным хребтом, я тебе обещаю. -Всё х-хорошо, Андайн. Я в п-порядке. Главное, что теперь Эмили в б-безопасности. — слегка дернув уголки губ, она покраснела. -Боже, нас семеро и мы умудрились профукать одного какого-то поехавшего на голову, придурка?! Идиотизм… — ворчливо проговорил козлик, закатив глаза. -ТАКОВА ЖИЗНЬ, ПРИЯТЕЛЬ. — пожав плечами, ответил скелет. После того, как все угомонились и более менее пришли в себя, отворить купол у отца шатенки вышло машинально легко, потому Альфис, заслуженно заработующей тяжко заживаемый шрам, который не в силах излечить полностью даже Ториэль, крутясь около мордашки ящерки то тут, то там, стало до жути стыдно за объём собственных накопленных несколькими годами знаний, их не хватило, чтобы облегчить страдание девочки, а не выдумывать перековерканный всюду велосипед. Усложнять детали- не лучшая черта её характера…но выдувать из этого трагедию? «-Альф, ты как всегда.» — встретила смехом водоплавающая мысли рептилии. Тем временем, кариглазка, спустя столь долгое заточение, была освобождена. Однако, радоваться рано: Эмили всё ещё находилась в беспамятстве, а значит, ей предстоит долгая реабилитация под надзором старшего скелета, рептилии и бабушки-козы, в данный момент поддерживающей её внутреннюю энергию души. А у семьи Марка дела будут обстоять не…совсем благополучно. Хоть Сара и не причастна к проделкам и ужасам, творившимся здесь несколько часов назад, но косвенно, за соучастие Андайн имеет право задержать домохозяйку, в том числе и за бездействие, оказанное в момент нападения на девушку. Выяснение по делу о злоумышестве длилось не один час, включая разговоры с Мэром их народа, стоящего на стороне матери, вынужденной вместе с сыном жить в таких неподобающих условиях. Марку же предоставляли слово, но он отказывался как-либо вмешиваться в рутину взрослых, не проронив ни звука, а лишь караулив ложе, где вислоухая матушка безостановочно вылечивала его лучшего друга. Санс не позволял блондину приближаться к дочери, косо пялясь на парня в перерывах между диалогом с учёной ящеркой, но он, так или иначе, теперь никогда не сможет выкинуть из сердца чувства, которые она внушила ему тогда, уверенная, что Марк несомненно сумеет её спасти.                                                                *** -С-Санс…? — приоткрыв коморку, рептилия, высунув голову, обратилась к спиной стоящему над койкой, скелету, регулирующему ампулы капельницы, тот не поворачиваясь, отозвался: -в чём дело, альфис? -Т-там это…ну… Марк хочет навестить Э… -нет! -Н-но Санс…! -я ещё раз повторяю- нет! — снова огрызнулся отец шатенки, удосужившись развернуться к коллеге лицом. — я и слышать ничего про него не желаю! пусть проваливает из моего дома. -С-Санс…я считаю, что т-ты поступаешь неправильно по отношению к э-этому юноше… -а ничего, что именно он устроил весь совратившейся переполох?! -Д-да, но… Разве все мы идеальны? Вспомни, сколько…сколько ошибок ты совершал в своей жизни… Каждому необходим 2 шанс. — белые зрачки дёрнулись при взгляде настаивающей рептилии. Долго помолчав, скелет с озлобленностью отвёл глазницы. -я давал ему уже несколько шансов на образумие и как видишь, никакого урока он из них не увлёк. поэтому передай, чтоб убирался, пока я не вышел. скоро эмили должна очнуться. -…5 минут. Ему большего не нужно. У-умоляю тебя, Санс… Он и так пострадал достаточно, чтобы доказать тебе обратное… — после очередного «нет», Альфис совсем потускнела, устало оперевшись на дверь, -…Ладно… К-как скажешь… Эмили очень расстроится, когда узнает… -она не узна… альфис. ты. -5 минут. -…ладно. время пошло. — предчувствовав, что план удастся, учёная в выигрыше ухмыльнулась, спрятав светившиеся хитрые глазки за входной проём. Пятьсотый раз благодарив ящерку по пути к подвалу, хромой парень в угоду потери возможности передвигаться на двух ступнях, чуть ли не вприпрыжку мчатся вниз, по пути умудрившись почти поцеловать физианомией растеленный до комнаты линолиум. Дёрнув ручку, он набрёл на себя тучу недовольства перед щуримщимся от тихой ненависти, которую легко прочесть в искривленных скулах, упрямого отца шатенки. С порывом негодования Альфис и вытолкала его силой из помещения, за что потом вынуждена была поплатиться смачным порочным ругательством в свой адрес. Не обращая внимания на оры Санса, доносившиеся снаружи, блондин погрузился в пучину тишины, сконцентрировавшись на заготовленный в уме чёткий сценарий будущих фраз. Захлопнув веки и сжав пальцы в вспотевшие ладони, он глубоко вдохнул. Сейчас ему впервые придётся тщательно поговорить с ней, после стольких событий, свалившихся на них обоих, как снег на голову в июне. Марк знает, чья это вина и почему вынужден навечно быть обязан девушке жизнью. Ведь именно ему предписан ужасно тяжкий приговор, отвертеться от которого он не может, да и не хочет, зачем обманывать и играться с внутренним сознанием, искривлять правду, убегать от неё? Какой в прятках и собственных недосказываниях смысл, когда твоё внешнее состояние выдаёт тебя и раскрывает, как открытую расшифрованную книгу? Глупо, не так ли…? Убаюканная кучами лекарств, Эмили выглядела, словно спящая принцесса Аврора, уколовшая себе палец проклятой иглой. Такая спокойная, такая простая и одновременно удивительная героиня выдуманной сказки. Васильковое цветом, платьеце и наполнявшиеся жизненной энергией, розовенькие яблочки на щеках создавали портрету девушки вычурный и собирательный образ народной красавицы, при каждом взгляде на который парню внезапно отшибало мозги напрочь и выветривало голову, оставляя у лица рубиновые, хорошо выделяющиеся пятна, за что он себя грубо и бесцеремонно брался принижать. Скажет ли он когда-нибудь ей правду…? -Ммм… — послышалось утомительное слабое мычание. Душа блондина екнула вдвойне, когда рассыпанные по перине русые локоны заворочались, а светло-карие радужки выглянули из-под ставней обугленных длинных ресничек. Девушка долго щурилась, в попытках понять, кто перед ней находится. Но обнаружив красно-багровые расплывы, олицетворяющие верхнюю одежду постороннего, она с ноткой уверенности в слабом тонком голосочке, приподняла вялую, будто напиханную ватой, кисть и заговорила — М…Марк…? …Э…это ведь ты? Неужели…всё-таки получи… — не удалось ей закончить реплику, как шатенка почувствовала пламенное прикосновение мягкими кончиками пальцев о расправленную ею, холодную, практически ледяную ладошку. С теплотой начав поглаживать скомканные пряди, падающей со лба, чёлки, парень улыбался. Она жива! Она здорова! Наконец-таки он смог выполнить обещание, обещание, данное самому себе, теперь он не лжец! Эмили вовеки останется счастливой, какой он и желает её видеть…всегда. -Боже… Эмили… — спустя мгновение обратился к ней блондин, — Не могу поверить, что…ты в порядке… Уверен…твоя ненависть ко мне достигла максимального апогея… Ты…наверняка меня не простишь за всю ту боль, что я причинил тебе… Моя ошибка чуть не стоила твоей жизни… И…если ты больше не захочешь видеть меня, то…я уйду, обещаю… -Марк, что с тобой?! Как ты можешь нести такую бредовую околесицу?! — шокированно взорвалась девушка, дотронувшись до верхней части его лица, — У тебя жар? Или ещё чего похуже? — осознав, насколько тревожна и серьёзна кариглазка, Марк в ответ на предъявленные симптомы отрицательно покачал головой. -Без шуток, Эмили, тот конфликт… Тогда я задел тебя и понимаю, насколько больно… -Марк… -А ещё я оставил тебя одну в критичный момент, потому мой отец смог воспользоваться твоим доверием… -Марк… -…Я опозорил себя на твоих глазах во время сражения с ним… Я такой слабый и бесхребетный идиот, не способный защитить даже дорогого мне человека… -Марк…! -А ещё я отвязал Снежка, из-за чего он мог пропасть и заблудиться на улице…! — после минутного отчётного монолога, парень медленно стих. -…Ты…закончил…? — поинтересовалась шатенка. -…Нет, могу продолжить. -Не стоит. Марк…знаю, что такое предлагать не просто, но…давай забудем и начнём всё с чистого листа. Представим, что ничего не случалось тогда на прогулке, хорошо? Думаю, так будет лучше для нас обоих. Согласен? — он в раздумьях отстранил взгляд. -…Е-если…таким образом я смогу искупить свои грехи, то… Хорошо, я согласен. — отразив улыбку на устах, Эмили довольно ответила: -Вот и славненько. -…Э-Эмили…! — внезапно вырвалось у него. -Да, что такое? -Я…я хотел…сказать…сказать, что…я…я… — прервавший низкий тембр голоса с громким хлопотом об стену раскрыл дверной проход, и указав жестом на выход, скелет бросил блондину не добродушный приём во всей своей красе: -5 минут давно прошли.