Нимфоманка

Первый раз Осаму отдалась ему в шестнадцать. Как думал Чуя - по хоть какой-никакой любви или симпатии. На деле - из интереса и нескончаемой развратности. Интерес девушки был удовлетворён сполна. Результат превзошёл все ожидания. Дазай пробовала с разными партнёрами и партнёршами по несколько раз в неделю, но раз за разом возвращалась к Накахаре, который принимал её любой - грустной, мокрой после неудачной попытки утопиться, пьяной. Принимал хоть в два часа ночи, хоть в пять, принимал её со смазанной помадой и в уже потрёпанной после недавнего акта одежде. Осаму знала, что может прийти в любой момент и в любом настроении - в итоге она будет удовлетворённой, чистой, в заново постеленной кровати и в нежных объятиях. Утром она получит вкусный завтрак и множество на удивление нежных прикосновений. Секс с ним по необъяснимым для девушки причинам всегда был наиболее великолепным. Его плавные толчки до основания, а потом движение назад - так, чтобы внутри была только головка, а потом снова и снова. Широкие ладони никогда не забывали оглаживать или придерживать талию, бёдра и ноги шатенки. Немало внимания уделялось и пышному бюсту. Остальные партнёры грубо мяли его и оставляли яркие укусы, глядя на которые на Накахару накатывал резкий холод. Он аккуратно проводил по ним носом, нежно целуя, а после принимался вылизывать и посасывать соски, да так плавно, что Осаму просто таяла, протяжно постанывая. А как он целовался... Шатенка сходила с ума, послушно открывая ротик и позволяя влажному языку скользить между своих пухлых губ. С невероятным желанием сплеталась с ним языками, размазывая помаду и слюни. Накахара всегда имел невероятно опьяняющий вкус, особенно заводили мафиози лёгкие покусывания нижней губы. Если они целовались на прощание, то девушка явно ощущала его вкус у себя во рту, пока не перебивала кофе или чем-либо ещё. После секса, когда девушка уже едва дышала, Чуя помогал дойти ей до душа, а там мыл её отдельной мочалкой, которую купил после третьей их совместной ночи. Приобрёл он и зубную щётку, и второй комплект посуды. Даже перенёс некоторые вещи Дазай, чтобы она могла собраться на работу, если вчерашняя одежда была порвана в порыве страсти, что порой случалось, как бы осторожен парень не был. После водных процедур, Чуя менял постельное бельё, чтобы уложить чистую, одетую, и до дрожи в коленях удовлетворённую напарницу в свежую постель. Накахара специально купил нежно-розовую, невероятно "по-девчачьему" нежную ночнушку для неё. Чуя не раз ложился на плоский животик девушки, нежно потираясь щекой. Однажды, когда обоим было уже восемнадцать, даже пытался поднять тему ребёнка, на что Осаму только горько рассмеялась. -О чём ты, Чуя? Из меня будет худшая мать, хотя ты был бы прекрасным отцом, если бы не был эспером из мафии. Он никогда не принуждал её и никогда не выставлял за дверь. Никогда не позволял себе ударить её даже в порыве страсти, не мог оставить Дазай грязной на полу, всегда проявлял не поддельную заботу и нежность, которая была чужда обоим. Только Чуя дарил её Осаму. И каждый раз девушка задавалась вопросом - зачем? зачем он делает всё это?

***

Накахара всегда смотрел на напарницу с восхищением. Он испытывал, то самое редкое чувство любви, когда о похоти не думаешь вообще. Однако, когда Дазай прямым текстом, без грамма смущения сказала, что хочет заняться с ним сексом лицо Чуи было не отличить от яркого томата. И это не смотря на то, что юноша был уверен в своём неумении краснеть. Он хотел, чтобы ей было приятно, постарался позаботиться обо всём необходимом. Первое, что сказала Осаму, когда переступила порог его квартиры было - -Ты у меня первый. Постарайся аккуратнее там, хорошо? Чуя кивнул, взяв девушку за руку и неуверенно поцеловал. Совсем невинно - лёгкое касание губ к губам, а между ног Дазай уже тянулась сладкая нега. -Я сделаю всё, чтобы ты не пожалела о том, что доверилась мне. После чего крепко обнял девушку, из-за чего оная опешила. -Хей, Чу, не воспринимай всё так серьёзно. Для неё это - необычный опыт. Для него - согласие и знак доверия.

***

Когда Дазай ушла из Мафии Чуя был разбит. Кое не лезла в дела напарников, но не могла не заметить изменения в поведении ученика. Ей было больно за него, но Чуя постарался быстрее увлечься работой, что явно получилось. Озаки забыла о том инциденте, Мори отпустил исполнительницу ни без надежды вернуть, а Накахара помнил. Помнил, какие мягкие её волосы, помнил вкус её помады, помнил приятный тембр её голоса. Помнил её всю. И не хотел забывать. А потом ему сообщили, что она в пыточной. Что Чуе придётся её пытать. И от этого сердце забилось быстрее. Дазай была прикована за запястья и ноги её подогнулись из-за неудобной позы, в которой, наверняка, она провела немало времени. Он услышал приглушённое: "Чу-у-уя...". -Дазай, вернулась-таки? Девушка натянуто улыбалась. Она по-блядски расставила ноги, от чего юбка задралась сильнее. Накахара попытался проигнорировать это, подойдя к ней в упор. -Где тигр? Расскажи всё, что знаешь и я, может быть, отпущу тебя. Раздался смех экс-мафиози. -Чу-уя, я так скучала по тебе... поехали в твою квартиру? Ты же ещё не выбрасывал мои вещи, да? -Скумбрия, я не шучу. Скажи. Сквозь звон Накахара понял. что она освободилась. Предсказуемо. Он вздохнул, чувствуя, как Дазай жмётся к нему. Парень едва держался сохранять спокойствие, пока она вовсю ласкала его член через ткань брюк и боксёров. -У меня уже четыре года не было того крышесносного секса, Чуя, представляешь? Парни, девушки, игрушки, лучшие съемные партнёры ни разу и близко не стояли с тобой. Я хочу к тебе в постель, или на диван, да и в кресле было классно, пусть и не очень удобно. Ах, а помнишь, как я пришла к тебе, пока ты купался? Я хочу повторить абсолютно всё... Может даже тот опыт со связы...мф Чуя не выдержал, грубо заткнув поцелуем, от которого у Осаму подкосились колени. Снова этот горьковатый вкус напоминающий то самое вино, которое Рыжий так лелеял, а девушка вылакав его сказала только: "Ну и бодяга, конечно. Где ты достал такую дрянь? В смысле полмиллиона йен?!" Дазай вцепилась в его плечи, позволяя прижать себя к каменной стене, но на этот раз без наручников. Что-то не давало ей покоя. Что-то явно не так. Накахара как-то слишком грубо сжимал её грудь, даже не пытаясь раздеть и только задрал повыше юбку, резко сорвав трусики и отбросив подальше. Неужели он такой потому что скучал? Или сильно сердится, что Дазай так с ним поступила? Ох чёрт... Осаму ощущает его возбуждение, разводя ноги шире и пытаясь обхватить ими талию. Девушка не успевает оценить происходящее, как слышит звук расстёгивания ширинки и при этом отсутствие шелеста фольги презерватива. Может это от звона в ушах от возбуждения? Впрочем, не важно. Она открыто течёт, наконец ощущая столь желанный член внутри. Нет, что-то точно не так. -Ч-чуя, ты же надел презерватив? Парень игнорирует вопрос, тут же начиная грубо толкаться в горячее лоно, сорвав бинты с шеи и пятная её достаточно болезненными укусами и засосами. Так на него не похоже, но от этого не менее приятно. Глубже, жарче, быстрее. Глубже, жарче быстрее. Прошло всего ничего, а экс-мафиози уже на пике. Как стыдно, но она не в том состоянии, чтобы растягивать удовольствие, из-за чего Осаму с громким стоном кончает, а спустя ещё несколько глубоких толчков ощущает глубоко внутри разливающееся тепло. От осознания лицо становится пунцовым, а с губ срывается тихий стон. Накахара тут же выходит, наблюдая, как из неё вытекает собственное семя вперемешку с её соками и усмехается. Мафиози натягивает на неё трусики и застёгивает юбку. -Прости, конечно, но ближайший год ты не получишь никакого секса в принципе. Я прослежу. - и, перекинув экс-мафиози через плечо, направляется к своей машине под удивлённые взгляды остальных. Дазай даже не может ничего сказать. Ей стыдно и крайне неловко. Она прячет красное лицо в одежде парня, сжав ноги. Густая сперма бывшего напарника так странно ощущается там, внутри. Может всё-таки просто принять противозачаточные? Можно было бы, но... Дазай устала от непостоянности. Пусть у неё бывает регулярный секс, но он совсем не тот. Нет больше тёплой от рядом лежащего тела постели и объятий. Девушка действительно очень скучала по Чуе. Так может это её шанс измениться? Ещё давно Ода сказал, что дети меняют людей к лучшему. Осаму перевела взгляд на мафиози, сидя на заднем сиденье. -Чуя? - крайне неуверенно позвала. Накахара не отрываясь от дороги кивнул и Дазай продолжила. -Ты сделал это осознанно? -Издеваешься? - парень был раздражён от этого вопроса. Он грубо поцеловал её, держа за волосы. Его язык пошло и вульгарно сплетался с её. Оторвавшись, Чуя вытер с уголка губ слюну и посмотрел ей в глаза. - Не задавай таких глупых вопросов, Скумбрия. Сердце Осаму пропустило удар. Она не заслуживает такого человека, как Чуя... - говорит Дазай, когда мафиози в этот же день перевозит её вещи в их общую квартиру. Она не заслуживает его. - повторяет девушка вновь, когда Накахара начинает лично привозить и забирать её с работы. Не-зас-лу-жи-ва-ет. - твердит снова и снова, видя любовь с которой Чуя относится к ней не смотря ни на что. Может от части она и права, однако смирившись, Дазай начинает меняться ради него и их общего ребёнка. Экс-мафиози начинает с горелого омлета и кофе с утра, а через месяц это превращается в запечённую индейку с соусом на ужин. Осаму начинает увлечённо пытать Накахару своим кулинарным мастерством всё чаще и чаще. Чуя, в общем-то и не против. Да, у неё не сразу всё получается, но разозлить беременную жену - себе дороже. Почему жену? Они в тайне расписались, чтобы Накахаре было спокойнее. К шестому месяцу Осаму направляют на УЗИ. Девушка дико волнуется по этому поводу. Когда двойной чёрный узнаёт, что у них будет дочь - больше всего радуется, почему-то Накахара. Именно тогда, разглядывая снимки их ребёнка великий мафиози впервые пустил слезу счастья. Дазай долго смеялась над ним, хотя в душе разливалось приятное тепло. Она - нужна. Она -любима. Положив руки на живот девушка вздыхает - скорее бы. Она часто разговаривала с дочкой. Любила гладить достаточно большой живот и чувствовать едва ощутимые толчки. Заметив такую Дазай - мафиози только мягко улыбается. С каждым месяцем она изменяется всё сильнее и только в лучшую сторону.