Нимфоманка

Беременность. Осаму переносила беременность тяжело скорее морально, чем физически. Ей было боязно — внутри неё растёт новая жизнь. Этот маленький человек объединит в себе гены её любимого человека и её самой. Об этом, кажется, мечтает каждая девушка, но далеко не все видят масштаб этого. Для экс-мафиози это прежде всего ответственность. Радоваться она будет после родов, которые при должной подготовке пройдут успешно. Работа была достаточно спокойной до того момента, как об этом случайно не узнали коллеги. Ситуация была максимально глупой — ей снова было плохо, и когда Акико в очередной раз поинтересовалась здоровьем шатенки, та не задумываясь ответила, что беременна. Только потом по удивлённым лицам коллег Дазай поняла, что сказала. Ото всех посыпались вопросы, в частности от Ацуши. — Дазай-сан, почему вы не сказали? А это мальчик или девочка? А кто отец? — юношу буквально распирало от вопросов, что вызывало лёгкую улыбку на губах шатенки. — На таком сроке ещё нельзя понять, какого пола будет ребенок, но его папочка уверен, что это девочка, когда я думаю наоборот. Хм… Ну… Не думаю, что вам важно знать больше, — Дазай попыталась улыбнуться. Такой вопрос вогнал её в краску. Всё-таки её избранник — член исполнительного комитета Портовой мафии, которая, как известно, не в ладах с ВДА. Девушка надеялась, что на этом опрос кончится, но присоединились остальные. Кёка-чан боялась что-либо спросить, поэтому просто пряталась за Акико, которая вместе с Наоми восторженно гадали, кто смог так сблизиться с их коллегой. Рампо уже хотел было озвучить догадку, как в кабинет ворвался запыхавшийся Накахара. Все в комнате приготовились атаковать Чую, как Осаму смущенно улыбнулась, подзывая к себе, под удивленные взгляды окружающих. — Папочка, прости, что пришлось отвлекать от работы, — Накахара и бровью не повел, подходя к девушке. Его сильные руки легли на её талию, а сам мафиози легонько чмокнул в нос Осаму и тут же опустился на колени. Он задрал рубашку кареглазой, прижался к её животу с крайне серьёзным выражением лица. — Он правда толкается… — Чуя посмотрел в глаза Дазай, глупо улыбаясь. Буквально пятнадцать минут назад девушка сообщила ему об этом, из-за чего парень сорвался с работы, наплевав на отчёты. Он прежде всего отец, а потом один из сильнейших эсперов Японии и убийца. Ему было искренне наплевать на непонимающих коллег шатенки, которые косвенно являлись его врагами, плевать на то, что из-за этого придётся задержаться после работы. Главное, что сейчас он слышит, как внутри его любимой женщины проявляет первую активность их общий ребенок. Первым тишину прерывает Кёка, подойдя к Чуе. Они нечасто, но всё-таки пересекались в мафии, а от Кое-она и вовсе знала о нем едва ли не большую часть. — Поздравляю, Накахара-сан. Из вас точно будет прекрасный отец. — О чем вы? Он наш враг, правая рука Мафии, да и вообще это вторжение, — Начал было Куникида, но кинутой подушкой его заткнула едва не плачущая Наоми. С разрешения Накахары Изуми аккуратно потрогала уже округлившийся живот шатенки, а вот на Ацуши тот строго осмотрел. — Мальчик-оборотень… я слежу за твоими действиями. Дазай же просто улыбалась. Она была искренне счастлива. Теперь больше не придется скрывать их отношения и ребёнка. Хотелось закричать на весь мир, что Накахара Чуя принадлежит только ей, но это и так было понятно. После этого происшествия в агентстве Осаму начали делать поблажки, периодически помогая с отчетами или другими мелочами. К тому, что отцом ребенка является Накахара все отнеслись почти одинаково, положительно. Что ещё можно было ожидать от такой девушки-катастрофы? Всё-таки уже не было секретом её прошлое. Всё было бы совсем хорошо, если бы не упрямец Доппо. Да, такой занозы в заднице ей только не хватало… Это единственный человек, который был категорически против. Категорически против до определенного момента. Весной, в один из последних додекретных дней Дазай они вышли из здания почти в одно время. Накахара встретил её на машине, выйдя на встречу. Парень с неподдельной искренностью поправил длинное платье Осаму, огладив животик. Именно в этот момент Доппо смог заметить в нем нечто, кроме угрозы. Он и до этого видел то, как нежно Чуя заплетал её волосы в косы, пока девушка ему что-то увлеченно рассказывала, то, как мягко он целовал её и ещё не родившегося ребенка, общаясь с ними двумя, то, в конце концов, как он смотрел на спутницу жизни — его глаза искрились счастьем и восторгом. Было видно, что он уважает мать своего ребёнка и безумно любит. Именно тогда, сопоставив все эти факторы, Куникида попытался поверить в то, что он может быть хорошим отцом. Сделать это ему никогда не суждено, но то, что он пробует — уже прогресс, как говорится. К этому времени девушка освоила кухню значительно лучше, и Чуе уже не нужно было придумывать лживые комплименты сгоревшему карри: по той простой причине, что это блюдо было бес-по-доб-но. Накахара гордился девушкой и на одном из таких ужинов просто взял и сказал то самое: — Выходи за меня. Осаму не сразу поняла — дело в том, что этот день ничем не отличался от других — и ещё с минуту осмысливала эти слова, а потом покраснела и в этот самый момент подалась к нему, чмокнув в щечку: в её глазах читалась бесконечная благодарность и любовь. — Я согласна. Большего не нужно. Ко(нец) (на самом деле хуй знает, Катя, то ли ты реально еблан и забыла дописать слово, то ли так и задумывалось, но тут конец этот я уже своим комментарием попорчу, а ты уж исправляй так, как было на самом деле(да, це был ебанутый бета))