Душевное (не)спокойствие

Дни пролетали со скоростью падающего с метлы подбитого бладжером охотника квиддича. Пара уроков — и мальчишка почти свободно писал в своем собственном блокноте с бесконечным количеством страниц, что таскал везде с собой. Такие же бесконечные вопросы мальчугана, освоившегося в доме, заставляли мага каждый вечер варить себе лекарства от головной боли. Серьезно, как немой ребенок может производить столько шума? Также зельевар помогал свыкнуться с мыслями о магии и немного затронул тему того, что придется сделать, когда к ним в дом явятся другие люди. Однако брюнету все это время не давала покоя одна мысль :«Как, Мерлин его побери, мальчишка будет колдовать?» Этот вопрос заставлял задерживаться в лаборатории на гораздо большее время, чем требовалось для создания всего лишь обезболивающего. Однако нужный рецепт упрямо не хотел приходить в голову магу. Через четыре дня на крыльце дома появились четверо магов в мантиях. Среди них легко угадывалась островерхая шляпа профессора трансфигурации. Вышедший к ним хозяин внимательно осмотрел каждого. Этих людей он знал. Кингсли ручался за них и обещал поддержку. В том же письме, пришедшем с совой час назад, объяснил детали и требования. А специальными чернилами было выведено четкое обещание содействия в деле, суть которого передала Минерва с грифом "Секретно". Виновник происходящих событий находился в гостиной, нетерпеливо дожидаясь новых указаний от Сева. Легилименцию, несмотря на все протесты Минервы и Северуса, провести требовалось. И лучше, если это будет проходить в привычной обстановке для маленького ребенка. Снейп настаивал на своем присутствии, хоть того и не требовалось: в составе магов был знахарь из больницы святого Мунго. Когда подготовка была завершена, в полной тишине прозвучал голос легилимента:  — Легилименс. И глаза мальчишки будто враз остекленели, а в уголках уже собиралась влага. Тело ребенка мелко задрожало, и в какой-то момент голова самого Снейпа взорвалась болью. Невероятно громкое «НЕТ» прошлось по всем нервным окончаниям внутри черепной коробки. Бледные пальцы зельевара мелко подрагивали. Чей-то отчаянный, дрожащий голос продолжал атаковать сознание будущего опекуна бессвязным набором слов: «Хватит… Красный… Молнии… Свет… Отродье» Когда голос в голове потерял силу, становясь все более затихающим шёпотом, волшебник неверяще уставился на испуганного Поттера, зажимающего уши руками, зажмурившись. Дело принимало все более опасный поворот. Знахарь сориентировался быстро и приказал заканчивать процедуру, принявшись успокаивать Гарри и восстанавливать силы. Уложив сына ДжеймсаЛили на диван, взрослые дали тому зелье сна без сновидений и ушли в кабинет Северуса — сопоставлять документацию. Через два долгих часа посторонние покинули особняк. Последней исчезла профессор, бросив напоследок взволнованный взгляд на мужчину. Тот лишь невнимательно кивнул и попрощался. Сейчас зельевар раздумывал над диалогом с легилиментом, состоявшимся наедине.  — Мистер Снейп, Вы же понимаете, что произошло во время процедуры. За все то время, что Вы с ним провели, происходили ли подобные случаи? — Нет. Однако он смог перенестись по каминной сети. — Возможно, предрасположенность к ментальной магии передалась по наследству. — И проявилась, когда воспоминания мальчишки разворотили. Надеюсь, пока что это останется в тайне. — Мистер Кингсли…? — Я сам сообщу ему.  — Итак, пятилетний ребенок обладает способностью невербального общения. Что дальше? Стихийная магия? Чтение мыслей? Хотя чему я удивляюсь, с его-то родителями… - бессознательно бормотал маг, глядя на все ещё спящего Гарри. Помассировав виски, он поднял лёгкое тело на руки и медленным шагом добрался до комнаты мальца, где уложил того в кровать в надежде, что тот не проснется до утра. Надежда оказалась зловредной, и в час ночи на пороге кухни появилась лохматая голова мальчишки. Сонное и дезориентированное выражение лица шло бонусом. Снейп даже не пытался уснуть, голова была забита отнюдь не лёгкими мыслями. — Ну и какого черта ты не спишь, ребенок? Дозы лекарства должно было хватить до рассвета. Гарри лишь пожал плечами. Блокнот остался в комнате. Снейп окинул взглядом ребенка, раздумывая над формулировкой того, что должен сказать.  — Сядь. Мне нужно кое-что тебе сказать. Сегодня выяснилось кое-что... ммм… необычное, - Гарри приподнял бровь. Ему-то казалось, что необычнее уже некуда. — У тебя есть не просто волшебные силы, а ещё и умение общаться путем мыслей. Поэтому мы будем с тобой тренироваться и развивать это умение. Когда ты подрастешь, я расскажу тебе все детали и объясню более подробно, сейчас же тебе нужно знать только это, как и то, что о твоей силе не должен никто узнать. Хорошо, ребенок? Глядя на очень неуверенный кивок и потерянный взгляд, Снейп ощутил укол совести. Вот так сразу вываливать все на мальчишку было рискованно и резко, но у него болела голова, язык заплетался, а тело ломило от усталости. Это не способствовало долгому обдумыванию. — А теперь давай спать. Пошли. — «Сев, Сев! Как слышно?» С того ночного разговора монолога с элементами мимикрии прошло две недели. Все это время малой тренировался разговаривать в чужих головах - не всегда удачно. Поэтому сейчас Северус бы порадовался такому четкому голосовому сигналу, если бы не одно но: маг находился в лаборатории за очередным экспериментом. Голос прозвучал, рука дрогнула, и как результат - едкое облако дыма.  — Гарри Поттер-Принц! Что я говорил на счёт твоего поведения, когда я занят?  — «Прости-прости. Но у меня получилось! Ещё и так далеко. Знаешь где я? На чердаке!» Снейп бы действительно порадовался, это было самое большое расстояние проверки связи. Но неудавшееся зелье грозило лишить воздуха и подпалить волосы. Завершив уборку, зельевар поставил пометки в тетради и поднялся в гостиную. За это время также закончилась вся волокита с документами, и Гарри теперь действительно носил фамилию Принц. А ещё сегодня тридцать первое июля, семь утра, и Северус действительно недоумевает, ибо - какого Дамблдора этот мальчишка уже не спит?  — Ребенок, раз ты уже встал, то бегом сюда. Принц-старший критически осмотрел шоколадный торт с живым изображением дракона и разноцветные свёртки на столе. А ещё шарики на полу и в воздухе и серпантин и пришел к выводу - перестарался. Однако когда спустившийся Гарри закрыл ладошками дрожащий рот, а шире глаза представить было трудно, облегчённо выдохнул: - Ну, с Днём рождения, ребенок. — «Это все правда мне?» — Не делай из меня монстра. Конечно, тебе. Когда подарки были распакованы, а внушительная часть торта съедена, Северус проговорил:  — А теперь собирайся, мы идём гулять. — «А можно я надену новую одежду?» — Так и планировалось. Когда Поттер убежал переодеваться, в дверь позвонили. На пороге стояла Минерва МакГонагалл — Уже было подумал, ты не придешь. — Я бы в любом случае пришла. Выход из дома пришлось отложить. МакГонагалл ещё долго играла с мальцом в новые игры. Только через час женщина аппарировала, а Северус и Гарри вышли. Через пять часов прогулки устали оба. Аттракционы, парки, сладкая вата и мороженое. Глядя на счастливую улыбку ребенка, Снейп все чаще улыбался и сам. Да, немного криво и мимолётно, но улыбался. И чувствовал, будто делает это и для себя тоже. Будто сейчас все то, чего не было в детстве, восполняется. А пронзительно-зеленые глаза ребёнка, так похожие на глаза его матери, дополняли картину почти идеального дня.  — « Может, ещё мороженого?» — Заболеешь. И… - тут Северус осекся. В его глазах появился ужас, а ноги резко замерли. - Я же не покормил тебя! О, Мерлинова борода, ты же не ел сегодня ничего, кроме сладкого. Как я мог забыть? Я ужасный опекун. Надо передать эльфу, чтобы он… Бормотание вперемешку с громкими восклицаниями резко прервали. Брюнет удивлённо смотрел на мальчишку, который его крепко обнимал, но, в силу своего возраста и роста, макушкой упирался в живот.  — « Ты самый лучший в мире оп…опекун, Сев. Честно-честно. И я очень-очень люблю тебя» — Гарри... Боже мой, ты замечательный. Спасибо. Северус мягко улыбнулся и присел на корточки, ероша вихры мальчишки и приобнимая. — Но нормальный обед никто не отменял, поэтому нам стоит поторопиться. Давай, отпускай меня. — «Не хочу» Гарри упрямо мотнул головой, а в глазах отразилась такая печаль, что…  — Ладно, маленький вымогатель, залазь на плечи. Со вздохом произнес мужчина, поворачиваясь спиной. В голове послышался донельзя довольный писк, а через несколько секунд Гарри уже сидел на плечах Северуса и обнимал за шею.  — Только не мешай идти, а то опущу вниз. —  «Неправда, не отпустишь» — Вот что с тобой будешь делать, не отпущу.