Выбор

Весть о прибытии незваных гостей застала барона Пиру за трапезой. Крупный мужчина средних лет обожал коротать будни с кувшином вина в руке и всевозможными яствами на столе. Это, несомненно, сказалось на его фигуре, потому и выделялся дворянин среди окружающих своим огромным округлым животом. Сегодня барон никого не ждал, а потому уже поддал побольше алкоголя, собираясь провести этот вечер так, как и многие другие до этого. Но что-то в этот раз пошло не так. Слуга принес весть, что в гости к юному маркизу Ларуа, племяннику барона, явился герцог Мидонский. Иуш Пиру никогда не трезвел настолько быстро. Визит ближайшего родственника короля не сулил ничего хорошего. Зачем тому вздумалось навестить мальчишку? Маркиз, будучи очень болезненным практически с рождения, не имел связей при дворе. Барону пришлось срочно мчаться к герцогу на встречу. Герцог Мидонский прибыл с охраной. Он уже спешился, и сейчас поправлял свою одежду. Это был высокий мужчина. Его длинные темные волосы были собраны в высокий хвост. Он был одет довольно скромно для своего положения: ткани черного и темно-синего цвета, узоры вышитые серебряной нитью и небольшая россыпь бриллиантов на воротнике камзола. Никаких кружев или бессмысленных безделушек. Ирмир редко надевал украшения, да и не любил он выделяться из толпы. Тем не менее на пальцах его можно было рассмотреть два перстня, которые являлись родовыми реликвиями, а в ушах красовались два тонких кольца серебристого цвета. По обе стороны от герцога встали телохранители. На их плащах можно было рассмотреть вышитый герб, демонстрирующий льва, схватившего ястреба. Не дожидаясь приглашения, дворянин направился к центральному входу. — Ваша Светлость! — запыхавшийся барон перехватил герцога, когда тот только зашел в дом. — Я не был уведомлен о вашем визите! Герцог остановился и бросил на барона надменный взгляд. Иуш Пиру выглядел растрепанным, он никак не мог отдышаться. На голове уже проглядывала лысина, под руками на одежде можно было заметить мокрые следы. Герцог поджал губы от отвращения. Он втянул воздух, надеясь определить статусную принадлежность мелкого аристократа. Пахло от него только потом и алкоголем, что выдавало в бароне бету. — А я обязан был вас уведомлять? — надменно спросил герцог. — Я хотел навестить вашего племянника, а не вас… — Но мальчик сильно болен, — взвился Иуш. — Он не может принимать гостей. И я, как его опекун, не могу позволить, чтобы его беспокоили лишний раз. Маркиз находится при смерти, и любое волнение может стать для него летальным! — Я не займу много времени, — произнес герцог. — Но маркиз спит! Нельзя же просто так будить больного человека! Вы можете переговорить со мной. Я его опекун… — Не заинтересован, — строго отрезал герцог. — Раз маркиз спит, я могу подождать его пробуждения. Сегодня у меня нет срочных дел. Как бы ни пытался Пиру выпроводить незваного гостя, но его уловки не работали. Барон не знал, что ему делать. В том, что к мальчишке пришел представитель высшей знати, он видел опасный знак. Но и терпеть в имении герцога, который никуда уходить явно не собирался, не хотелось. Лучше спровадить побыстрее и просить совета у покровителей. — Я отошлю слугу проверить его состояние, и, если он не спит, вас к нему проведут, — все-таки сдался барон. Сам герцог и его охрана серьезно нервировали мужчину. Не каждый день в поместье вторгаются вооруженные до зубов головорезы. Не всякому дворянину разрешалось иметь собственную армию. Герцог Мидонский же обладал подобной привилегией, а потому с ним старались не конфликтовать особо. Пусть он и был ограничен в действиях указами Верховного Совета, но, если вдруг ему придет в голову ослушаться, беды не миновать. Герцог кивнул. Временно его провели в гостевую комнату. Прислуга принесла яства, к коим дворянин не прикоснулся. Через десять минут ему позволили навестить маркиза. У дверей спальни герцог оставил свою охрану. В комнате обнаружился слуга, которого мужчина тут же прогнал. У этой беседы не должно быть лишних ушей. Маркизу Ларуа едва исполнилось семнадцать лет. Он родился раньше срока, и был довольно болезненным ребенком. После смерти родителей, видимо, от огромного стресса маркиз и вовсе слег. Ныне же юноша своим внешним видом больше напоминал старика. Он был таким худым, что, казалось, можно рассмотреть каждую косточку под тонкой прозрачной кожей. Под глазами были огромные темные круги. Щеки впали, губы выглядели сухими и немного отдавали синевой. Волосы соломенного цвета разметались по подушкам. Сложно было осознать, что сейчас перед герцогом находится молодой альфа. В таком возрасте представители данного статуса обычно могли похвастаться высоким ростом и мощным телосложением. Этот же парень даже на омегу походил слабо. Веки маркиза вздрогнули и медленно поднялись вверх. На герцога взглянули яркие голубые глаза — единственная черта, которая не отвращала взгляд. — Меня зовут Ирмир, — приветливо улыбнулся герцог. — Я пришел, чтобы сделать вам предложение, Эрик. Усталый болезненный взгляд маркиза ничего не выражал. Сложно было понять, услышал ли он вообще собеседника. — Мой опекун, — наконец произнес маркиз Ларуа слабым охрипшим голосом. — Он распоряжается всем… Оставьте меня в покое… Кто бы знал, каких усилий ему стоили эти слова. Силы давно покинули Эрика, и он уже давно был готов к смерти, которая, видимо, была как никогда близка. Веки вновь опустились. Маркиз надеялся, что теперь незваный гость уйдет. — Боюсь, ваш дядя — лицо заинтересованное, он не оставит вам шанса на выживание, — ответил герцог. — Учитывая, что именно он вас и убивает. Маркиз вновь открыл глаза и внимательно уставился на герцога. — Вы подозревали, не так ли? — усмехнулся Ирмир. — До гибели ваших родителей вы неплохо себя чувствовали, а после — ваше состояние слишком резко ухудшилось. Уверен, барон Пиру травил вас все эти годы. Причем делает он это с молчаливого позволения Верховного Совета. Сейчас именно он, как ваш опекун, занимает ваше место в Совете. Он преданный пес, который делает все, что прикажут ему покровители. Вы же неким влиятельным лицам просто не нужны. Когда вас не станет, барон окончательно унаследует все ваше имущество, все привилегии и даже титул. От вас избавятся окончательно… Маркиз вновь закрыл глаза. Конечно, он подозревал. Но когда не стало родителей, ему было все равно. Может никто его и не травил, может он действительно потерял жажду к жизни и сам сдался болезни? Сил на сопротивления такой печальной участи не было. Да и кто бы ему поверил, попробуй он оказать сопротивление своему дяде? Он всегда был болезненным ребенком. Его слово против слова опекуна. А Эрик ведь даже шагу не способен сделать без сторонней помощи. Его окружает прислуга, нанятая Иушем. Ему бы не позволили напрямую связаться с Советом или королем. — Что вам нужно? — спросил маркиз. — Я могу спасти вам жизнь, — ответил Ирмир. — Но для этого у меня должны быть определенные полномочия относительно вас. Я не могу стать вашим опекуном, ведь в нас нет кровного родства. Но выход есть… — Какой? — спросил маркиз. — Станьте моим младшим супругом, Эрик. И откуда только силы взялись? Но маркиз даже едва не подскочил от удивления. — Вы же в курсе, что я альфа? Как я могу стать вашим мужем? — возмущенно произнес Эрик. — Три столетия назад, когда в нашей стране были проблемы с омегами, подобные браки не были редкостью. Двое супругов альф и один супруг омега… это была привычная картина для благородных семей. Вы должны были слышать о таком… — Но этого никто больше не практикует. — Это так, — кивнул герцог. — Но тут есть интересная лазейка в законе, которая и способна помочь в нашей ситуации. Браки аристократов заключаются только с разрешения Верховного Совета, в ином случае они считаются недействительными. Но вот на брачный союз двоих альф это правило не распространяется. Подобные браки не заключались уже практически два столетия. Они считаются унизительными для младших супругов-альф, да и омеги не желают связывать себя сразу с двумя мужьями… Сейчас нет демографических проблем, потому эта практика исчерпала себя. Однако подобный брак можно заключать на законных основаниях без разрешения Совета. — Выйти замуж за альфу… да вы издеваетесь надо мной… — произнес Эрик. — Ваше предложение унизительно… Кто вообще добровольно пойдет на такое? Вы завладеете моими деньгами и моими землями… А я стану вашим слугой? Рабом? На что вообще имеет право младший супруг-альфа? — Только на то, что позволит ему старший супруг, — ответил герцог. — Я делаю вам подобное предложение не потому, что мне нужны ваши деньги, маркиз. В Верховном Совете сейчас серьезно нарушено равновесие. Его большинство подчиняется кучке дворян, которые творят все, что им вздумается. Король им не указ, они отвергают многие необходимые нам законы и принимают законы вредные для страны. Мне нужно ваше место в совете. Таким образом я получу ваше право голоса. Взамен вы получите безопасность и помощь лучших врачей. Я не могу вам обещать, что вы проживете долго и счастливо, ведь вас травили несколько лет, и, возможно, ваш организм уже не способен восстановиться, но шанс на выживание вы получите. Жить в позоре или спокойно умереть? Для Эрика ответ был ясен. Он уже давно готов к смерти. И сил бороться уже нет. — Кроме того, у меня есть сведения, что ваши родители погибли вовсе не из-за несчастного случая, — произнес герцог. — Их гибель оставила слишком много вопросов. Когда и с вами будет покончено, вряд ли останется хоть кто-то, кому будет интересна правда. Ваш дядя получит все, чего добивался. Виновные избегут наказания. Им все сойдет с рук… Маркиз внимательно уставился на Ирмира. Его родители утонули во время морской прогулки. Папа Эрика родился и вырос в прибережном городе. Он любил водные просторы, обожал красивые корабли. Морские прогулки для четы маркизов были не новы. Но во время одной из них что-то пошло не так. Судно пошло ко дну, а вся команда и все пассажиры погибли. Могли ли его родители быть убиты? Кому это нужно? Вероятно, тому, кто травит и самого Эрика. Дядя? Но он слишком мелкая фигура, чтобы организовать подобное. Хотя… Возможно, герцог просто манипулирует им, пытается добиться согласия на этот мерзкий брак? Назад пути не будет. Дав согласие, Эрик окажется в ловушке. Хотя и сейчас его положение крайне плачевно. — Я жду ваш ответ, Эрик, — произнес герцог. Выйти замуж за альфу… Весь двор поднимет его на смех. О нем все будут сплетничать, на него будут смотреть свысока даже те, кто ниже его по происхождению. Если, конечно, он все-таки выживет. А может вновь обретенный муж просто избавится от него, получив желаемое. Это не так сложно, вся знать в курсе, что Эрик очень болен. Так что не будет ничего странного, если жених умрет сразу после заключения брака. Вот только при этом его имя еще и в грязь втопчут. — Нет, — произнес маркиз. — Что же, — герцог поднялся на ноги. — Это ваш выбор. Вероятно, мой визит серьезно взволнует тех, кто желает вашей смерти. Так что, возможно, уже сегодня вас не станет. Сегодня он умрет? Эрик много думал о смерти и, кажется, был к ней готов. И все же стало страшно. Что же за последней чертой? Встретит ли он своих родителей в ином мире? Или просто исчезнет? И его дядя наконец получит желаемое. Ирмир повернулся спиной к маркизу и медленно двинулся к двери, давая Эрику еще несколько секунд на перемену решения. Он сам не особо был заинтересован в этом браке, и, по сути, просто выполнял просьбу. Так что, получив отказ, он все же вздохнет с облегчением. — Стойте! — громко произнес Эрик. Да, умирать было страшно. Столько лет в ожидании кончины без надежды на будущее. Бесполезный, беззащитный, пустой. А вдруг что-то действительно может измениться в лучшую сторону? Даже если он просто сможет встать с постели, как много возможностей у него появится. Столько лет пробыл бессловесной куклой. Но у освобождения есть своя цена. Ничего не дается бесплатно. Вероятно, за свою жизнь ему придется заплатить позором. Хотя не больший ли позор — сдаться не борясь? — Я согласен, — произнес Эрик. Ирмир вновь повернулся к нему лицом. Что же, он добился своего. По чужой просьбе взвалил на себя нелегкую ношу, с коей теперь придется разбираться. Но назад пути нет. — Тогда, мой дорогой жених, я не могу оставить вас в этом опасном месте. До заключения брака вам придется погостить в моих владениях. Эрик сразу же пожалел, что согласился. Он не ожидал, что забирать из дома его будут, неся на руках, как какого-то омегу. А еще меньше ожидал, что в доме поднимется большая буча, ведь барон не собирался никому отдавать своего племянника. Благо натренированные воины герцога быстро расчистили путь. Вот так, крепко впившись в практически незнакомого альфу, который нес его на руках, слыша звон стали и крики боли вокруг, видя кровь, маркиз Ларуа впервые за несколько лет покинул дом, который едва не стал для него могилой.