Выбор

Стефи пытался забыть обо всем, что связано с отцом. Когда-то Стефан даже любил и уважал его. Наверное, любой ребенок тянется к своему родителю, сколь равнодушным или жестоким он бы ни был. Но тогда наивный омежка не мог представить, что скоро познает самое страшное предательство в своей жизни. Виконт Тианор был крайне азартным человеком. До смерти супруга он контролировал свои слабости и вовремя останавливался в развлечениях, проигрывая не столь значимые суммы. Как только не стало омеги, он перестал себя сдерживать. Может, так на него повлияло горе. Или супруг-омега имел над ним хоть какую-то власть и просто умел вовремя останавливать азартного супруга. Виконт выигрывал, но чаще проигрывал. Долги росли. Тианор проиграл огромную сумму и был вынужден продать имение, чтобы расплатиться. Он продал все ценное, что было в имении. Стефан наблюдал за этим с изумлением, но он не мог ничего поделать. Тогда он был совсем ребенком. Отец же будто и не замечал, что у него на попечении находится малолетний сын. Чтобы забыться, он стал пить много алкоголя. Виконт скитался по разным лачугам, таская за собой сына. Вот так из юного дворянина, которого впереди ждало сиятельное будущее, Стефан превратился в бедняка и оборванца. Он вынужден был носить на себе лохмотья, скитаться по улицам в поисках еды. И как же сильно он завидовал, когда смотрел на прекрасных дворян, снующих по городу. По крови омега был одним из них, но по сути он оказался никем. Он с восторгом и трепетом смотрел на пышные наряды и блеск бриллиантов, каждый раз вспоминая своего прекрасного папу. Отец никогда не бил его, не повышал голоса. Когда он напивался, просто полностью игнорировал своего сына, будто забывая обо всех бедах. Полностью уходил в себя. Возможно, он чувствовал вину за то, что потерял все, что у него было, по собственной вине. Но мужчина все еще надеялся, что удача ему улыбнется и он отыграется. Виконт влез в еще большие долги, пытаясь вернуть былое богатство. Однажды люди, которым задолжал отец, пришли в их дом. Они устроили погром и угрожали убить отца, если тот срочно не вернет долг. Виконт был настолько беден, что ему совсем нечего было отдать. Тогда те люди и увидели Стефана, который прятался в одной из комнат. Омега помнил, как его схватили за руку и поволокли за собой. Он умолял отца помочь ему, тот лишь смотрел в его сторону ничего не выражающим взглядом, не спеша прийти на помощь. Да, тогда виконту дали отсрочку на уплату долга. Но какова была цена? Стефан открыл глаза. Все тело пылало, но это был не щекочущий жар течки. Омега принялся срывать с себя тяжелое одеяло в надежде, что станет легче. Боль прокатилась волной по телу. Стефи чувствовал себя полностью выжатым. Как же он ненавидел течки. Обычно омега предпочитал проводить их один, хотя и в этом случае приходилось нелегко. К сожалению физиология сыграла с ним злую шутку. Гормональные взрывы слишком сильно отражались на его самочувствии. Может, причина в том, что он слишком рано лишился невинности. Тогда тело юного омеги не успело окончательно сформироваться, а после, из-за нанесенных повреждений, в организме произошел сбой. Увидев четкий след на запястье, Стефан приподнял руку. Чуть выше брачного браслета явно отпечатался чей-то хват, который уже успел посинеть. Судя по ощущениям, все тело было покрыто синяками и ушибами. А ведь мужья были с ним довольно аккуратны. За эти несколько дней Стефан успел себя много раз проклясть за то, что согласился на этот брак. Двое молодых альф буквально замучили омегу. Обижаться на них не получалось, ведь они были в своем праве и вели себя довольно аккуратно и нежно. Просто течка длилась слишком долго, а Стефи совсем отвык принимать альф. Те же, под воздействием феромона омеги, не всегда могли себя полностью контролировать. С помощью колокольчика, который стоял на столике у кровати, Стефан позвал прислугу. Обычно он предпочитал обходиться без чужой помощи, но не в этот раз. Омега помылся и переоделся. Ему принесли жаропонижающий отвар. Хотелось надеяться, что он быстро придет в форму. Хорошо, что течка происходит раз в несколько месяцев. Стефан думал, что после течки мужья утратят к нему любой интерес. В принципе, его подобное вполне устроило бы. Еще до начала течки он принял средство, которое уменьшает риск наступления беременности. Окажется ли оно эффективным, покажет только время. Половой акт вне течки практически неэффективен в плане зачатия. Хотя исключения бывали, но слишком редко. Потому и мужьям нет смысла прикасаться к нему в другие дни. Только если захотят поразвлечься. Несмотря на все надежды, вскоре в его спальню явились оба муженька, чем серьезно всполошили омегу. Растрепанный, страшный, больной. Мужья наверное хотели, чтобы у Стефана был сердечный приступ. Ладно в течку, когда он источал феромоны, Стефи мог позволить себе быть немного неухоженным. Но сейчас своим ужасным внешним видом он мог вызвать только отвращение. Так что румянец стыда тут же залил щеки. — Мы не хотели вас беспокоить, — произнес герцог, занимая одно из кресел. Маркиз остался стоять у входной двери. — Мы узнали о вашем плохом самочувствии и почувствовали свою вину. — Со мной все хорошо, — поспешно произнес Стефан, полностью укрываясь одеялом. Он надеялся, что так сможет прикрыть синяки. На нежной светлой коже они были слишком хорошо видны. — Эрик? — спросил герцог, бросая косой взгляд на младшего супруга. — Ты хотел что-то сказать? Теперь и маркиз поднял на Стефана внимательный взгляд. Омега очень удивился, когда тот пришел к нему в течку. Хотя, вероятно, альфу просто привлек запах супруга. — Я хотел попросить прощения за свое поведение, — произнес Ларуа. — Я вел себя слишком высокомерно. Вы были правы, я сам поставил свою подпись под брачным договором, а потому не имел права относиться к вам подобным образом. Я сожалею о своих словах. Для Стефана подобные перемены были не совсем понятны. С другой стороны, разве это не к лучшему, что второй супруг больше не будет пытаться убить его взглядом или унизить словом? — Все хорошо, — благовоспитанно улыбнулся Стефи. — Я не держу на вас зла… Под пристальным взглядом голубых глаз омега почувствовал себя неуютно. — Не произойдет ничего ужасного, если вы будете показывать свои истинные чувства, — произнес маркиз. — Нет ничего плохого в том, что вы можете испытывать ко мне неприязнь после всех моих выходок. Маска, которую вы носите… за ней не видно вас настоящего. Улыбка сошла с губ омеги. По контракту он предоставлял мужьям в пользование свое тело, но не обязан был открывать душу. Он и так вел себя настолько правильно, насколько возможно в данной ситуации. Был отзывчивым и ласковым в течку, хотя порой от чужих прикосновений становилось до одури мерзко. Всегда был послушным и приветливым, не компрометировал своих мужей ни словом, ни делом. Этого мало? Разве он не может считать себя идеальным мужем? — Эрик, вы же только помирились, — вмешался Ирмир. — Не стоит снова накалять обстановку. Нет ничего плохого в умении контролировать свои эмоции. Вот ты ведешь себя невоспитанно, и из-за этого у нас постоянно возникают проблемы. Я ценю твою искренность, но все же… должна быть грань. Эрик отметил, что выражение лица Стефана стало практически затравленным. Альфа ощутил свою вину. Он не хотел снова задеть омегу, просто пытался добиться хоть немного искренности. — Ты прав, — произнес маркиз. — Прошу прощения. Герцог кивнул, а после перевел все свое внимание на омегу. — Ваша течка нам немного вскружила голову, Стефан. Впредь мы будем лучше себя контролировать, чтобы избежать подобных последствий для вашего здоровья. А пока… чтобы немного загладить вину… — герцог поднялся на ноги и подошел к постели. Из кармана он извлек небольшой тканевый мешочек, из которого достал массивный перстень. Стефан, как зачарованный, смотрел на драгоценность. — На перстне изображен герб моего рода, — произнес альфа. — Вашу руку… Стефан протянул вперед правую ладонь. Герцог аккуратно надел на его безымянный палец перстень. Теперь Стефи мог хорошо рассмотреть ценность. На белом металле был выгравирован оскалившийся лев, который когтями схватил ястреба. — Никогда не снимайте его, Стефан, — произнес герцог. — Вы можете повернуть перстень изображением внутрь, чтобы он не привлекал лишнего внимания. Если попадете в беду, можете продемонстрировать эту реликвию тем, кто смеет вам угрожать. Наш род широко известен, потому мало кто посмеет причинить вам вред, зная, чьим супругом вы являетесь. Да, Стефан любил блестящие сияющие вещички. Но этот перстень был особенным. Его приняли в семью. — Спасибо, — произнес омега. Но омега не чувствовал радости. Если повезет, он не забеременеет, и через пять лет этот брак будет расторгнут. Он станет очень обеспеченным независимым омегой, который больше не будет нуждаться в поддержке альф. Ему больше не придется терпеть чужие прикосновения и насиловать себя. Стефи останется со своим титулом виконта. Он станет бесполезным для Алистера, и тот от него отстанет. Это был бы идеальный вариант прекрасного безоблачного будущего. А если не повезет, и он забеременеет… все усложнится. Но даже так он не сможет быть преданным своей новой семье, потому что тот, кому он задолжал, рано или поздно потребует свою плату.