Выбор

Несмотря на достаточно длительную разлуку, Артур не забыл своего папу-омегу. Малыш встретил Стефана задорным смехом. Как же сильно Стефи скучал по своему сыну, как же он волновался об Артуре. Это непросто — быть оторванным от такого маленького ребенка. Наконец, он мог быть с сыном не тайно. Не нужно переживать, что его застукают или вскоре малыша вновь придется оставить. Все волнения позади, и это дарило чувство безумного облегчения. Не передать всей той любви, которую чувствовал Стефан, обнимая и прижимая к себе сына. Артур явно был рад. Он очень любил папу. Няни-омеги хорошо заботились о ребенке, но все равно никто больше не дарил малышу столько любви и нежности. Может, он инстинктивно узнавал в Стефане своего родителя. В любом случае на папиных руках Артур чувствовал себя расслабленно, почти не капризничал и много улыбался. Стефан не желал отходить от Артура ни на минуту. Ему больше никто и ничто не было важно. Он постоянно нюхал волосы сына, наслаждаясь проступающими нотками собственного запаха. И, если нюх Стефана не обманывал, вполне вероятно, что Артур — омега. Это не очень обрадовало Стефи. Все-таки альфы имели куда больше власти и свободы, чем омеги. Не хотелось, чтобы в будущем совет выдал малыша-омегу непонятно за кого замуж. Конечно, альфы-аристократы также часто вступают в вынужденные браки, но они хотя бы способны себя защищать. Однако думать обо всем этом было слишком рано, и у малыша был еще и достаточно влиятельный отец, который вряд ли позволит обидеть Артура. — Вы вернулись в имение, но я вас совсем не вижу, — голос герцога заставил Стефана вздрогнуть. Омега сидел в кресле, а на руках у него спал сын. Стефи и сам немного задремал, потому и не увидел, как альфа зашел в комнату. — Прошу прощения, — тут же произнес омега. Он ни на секунду не забывал, какой властью обладает этот мужчина. Стоит Ирмиру захотеть, и Стефи вновь окажется на улице. Он снова будет оторван от сына. А значит, омега не имеет права на ошибку. Он должен еще больше стараться, чтобы герцог не стал его выгонять. В любом случае, Стефан был готов на все, лишь бы и дальше оставаться рядом с сыном. — Я так и не поблагодарил вас за рождение сына, — произнес Ирмир. — Он чудесен. Спасибо за него. С тем, что Артур чудесен, Стефан был согласен. — Я надеюсь, вечером мы поужинаем вместе? — спросил герцог. — Конечно, — ответил омега. Мужчина приблизился к креслу, на котором сидел омега, и опустился перед ним на колени. Он наклонился и поцеловал спящего Артура в лоб. А после перевел внимательный взгляд на Стефана. — Я хочу попросить прощения, — произнес Ирмир. — Неправильно требовать абсолютного доверия у того, кому сам не доверяешь. Я должен был выслушать вас, Стефан. Мое импульсивное решение не привело ни к чему хорошему. Мне стоило сразу во всем разобраться, а не делать поспешных выводов. Стефан почувствовал себя неловко. Он считал, что не заслуживал того, чтобы у него отбирали сына. Но в остальном… Он врал, скрывал очень важные вещи, шел на поводу у Алистера и даже помогал ему. Он был вполне ожидаемо наказан за собственную глупость и трусость. — Я считаю, что вы поступили правильно, — произнес Стефан. — Своими действиями я поставил нашу семью под угрозу. Я знал, что вы и Эрик находитесь в опасности. Знал и молчал. Я даже рад, что вы обо всем узнали… Не думаю, что смог бы признаться сам. Я усвоил свой урок. За мои преступления вы могли отправить меня на виселицу. Но вы этого не сделали… Поэтому все мои страхи, мое недоверие, моя озабоченность собственной безопасностью… все это оказалось неоправданным. Стефан не чувствовал раскаяния за свои прошлые поступки, хотя прекрасно понимал, что он много чего натворил за свою жизнь. Крал, обманывал, соблазнял несвободных альф ради подарков и денег, он убил. Он прекрасно понимал, что час расплаты рано или поздно настанет. Нельзя было назвать его невинным ягненком, которого наказали ни за что. И свое наказание он смиренно принял. — Я узнал кое-что о вашем прошлом… — произнес Ирмир. Стефан почувствовал, как кровь отливает от его лица. — Мне жаль, что альфы всю жизнь причиняли вам лишь боль. Признаюсь, я поступал не лучше. Я не стремился углубить наши отношения, ваше подчинение и сговорчивость меня вполне устраивали. При том, что я предложил вам стать частью моей семьи, сам я не принял вас до конца. В итоге, вместо того, чтобы расспросить и выслушать, я вышвырнул вас из дома. Мне стоило сразу во всем разобраться. Стефан задумался о том, как много о нем узнал Ирмир. Знает ли он только о связи с Алистером? Или ему стало известно и о том, что Стефан пережил в детстве? Нет, если бы Ирмир узнал, не стал бы возвращать омегу домой. Одно дело, что раньше Стефан флиртовал с благородными альфами, но совсем другое — что омега по сути был дешевой шлюхой, которую имели все, кому хотелось. Эрик не отвернулся от Стефана, когда узнал, просто потому, что он до смерти влюбленный мальчишка. С Ирмиром все совсем иначе. Сиятельный герцог ни за что не допустит, чтобы такой омега оставался его мужем. Так ведь?.. Но если Стефан снова будет врать, то ничем хорошим это не закончится. — Вы уверены, что знаете обо всем? — невесело усмехнувшись, спросил Стефан. — Всего знать я несомненно не могу, — ответил герцог. — Лишь то, что рассказал мне о вас ваш бывший покровитель. Возможно, в чем-то он мне соврал, а что-то может не договорил. Но я склонен верить хотя бы некоторым его словам. Значит, Алистер и Ирмир разговаривали. Что о Стефане герцогу рассказал Риор, полностью зависело от его настроения в тот момент. Алистер мог быть заботливым и внимательным, а мог — жестоким и безжалостным. Ну судя по тому, что Ирмир разрешил Стефану вернуться домой, Алистер был весьма аккуратен в своем рассказе. Это дарило надежду, что маркиз не злится на Стефана за то, что тот провалил свою миссию. Значит, наказания от него ждать не стоит. Хорошо бы, чтобы Алистер больше не пытался втянуть Стефана в какие-то свои новые игры. — И после услышанного вы согласны, чтобы я вернулся в семью? — спросил Стефан. — Самое страшное преступление для меня — это предательство, — ответил Ирмир. — Я считал вас предателем, Стефан. Сейчас я поменял свое мнение. Несмотря на риск для собственной жизни, вы спасли Эрика. Конечно, то, что вы скрывали, могло привести к очень плачевным последствиям для всех нас. Но я общался с другим омегой, который когда-то был под покровительством Алистера Риора. Я понимаю, почему вы так сильно его боялись. И, может, я не совсем заслуживал вашего доверия. В любом случае, я хочу, чтобы вся эта история осталась в прошлом. Начнем все сначала? Начать все сначала? Звучало даже слишком соблазнительно. Забыть, наконец, свое несчастное прошлое и просто жить. Не оборачиваться. Быть счастливым. — Я буду только рад, — произнес Стефан. — Я тоже, — улыбнулся Ирмир. На сей раз альфа потянулся к Стефану и аккуратно поцеловал его в губы. После он вновь наклонился к Артуру и поцеловал его щечку. Малыш сонно завозился. А Ирмир принюхался. — Значит Артур все-таки омега? — удивленно спросил герцог. Стефан с волнением ждал реакции своего старшего супруга на это известие. Несомненно, любой дворянин хотел бы, чтобы его первенец родился альфой. Супругам-омегам нередко доставалось за то, что они не смогли произвести на свет наследника-альфу. — Что же, — Ирмир поднялся на ноги. — Надеюсь, он вырастет таким же красивым, как вы. Альфа повернулся и собрался дальше идти по своим делам, когда услышал голос Стефана: — А когда вернется Эрик? Ирмир обернулся и окинул внимательным взглядом омегу. — Эрик будет оставаться в моих приграничных владениях, пока не сойдет снег, — ответил герцог. — До тех пор придется вам потерпеть меня как своего единственного супруга. После этих слов Ирмир отправился восвояси. Стефан же почувствовал тоску. Он очень скучал по Эрику, волновался о нем. Хотелось надеяться, что зима закончится как можно быстрее.