(Без)надёжный роман

В субботу вечером я наношу на губы тёмно-красную помаду и надеваю кожаную куртку поверх футболки с принтом в виде охваченного пламенем черепа. Спешно натягиваю чёрные джинсы, порванные на коленках, и шнурую тяжелые армейские ботинки. Кажется, я в полной мере готова к этой гонке, и у меня остаётся ещё целых пятнадцать минут до того, как Влас заедет, чтобы забрать меня. Спускаюсь вниз, чтобы наскоро перекусить парой бутербродов и стаканом вишнёвого сока, но застаю на кухне своего сводного брата, который допивает свой кофе, сидя на высоком барном стуле. - Куда направляешься? – привычно спрашивает он, пока я достаю из холодильника всё необходимое для приготовления бутербродов. Я неопределённо пожимаю плечами. – К нему, да? Ты узнавала о девушке, о которой я говорил тебе? - Да, она была психически неуравновешенна, - отвечаю неохотно, отрезая хлеб и колбасу. Артём хмурится. – Может, хватит копаться в его биографии? У меня такое чувство, что ты интересуешься им больше, чем я. - Потому что, в отличие от тебя, у меня есть голова на плечах, и я хочу знать, с кем на самом деле встречается моя сестра, - ворчит Артём, резко отодвигая в сторону чашку. Она чудом не падает со стола. – Этому парню нельзя верить… Ты в курсе, что его отец сидел за какие-то финансовые махинации? - Ты в курсе, что мне насрать? – отзываюсь в тон, откусывая от бутерброда большой кусок. У меня ещё около десяти минут, но я думаю выйти пораньше. – Почему он должен отвечать за своего отца? А вообще… где была твоя голова, когда ты едва не получил срок за избиение своего одноклассника? Мне осточертело его предвзятое отношение к Власу. Даже если мой сводный Брат №2 окажется полным кретином, то это будет только моей проблемой, которая никак его не касается. Если он так беспокоится о моих чувствах, то почему не думает о том, что даже если расстанусь с Власом сейчас, то это, чёрт возьми, ранит меня, потому что я… - Самсонов забрал своё заявление, ты в курсе? – интересуется Артём холодно, прерывая поток моих размышлений. Я едва заметно улыбаюсь. Отлично. – Надеюсь, ты никак этому не посодействовала? - Нет, что ты, братик, я же просто безголовая девочка, которая даже свою жизнь построить не может без ошибок, - произношу язвительно, делая несколько глотков вишнёвого сока. Нужно спешить. – Послушай, может, я и идиотка, но уже не ребёнок. Я могу отвечать за свои слова и действия. Я знаю, что доверилась Власу слишком быстро, но… Чёрт возьми, ты не думал о том, что он единственный человек в этом мире, который не ебёт мне мозг с этой блядской ответственностью, который не указывает, что я должна делать и как, который… принимает меня такой, какая я есть, а не ждёт каких-то сверхъестественных действий, меняющих мир… Если этого мало, чтобы слепо пойти за человеком, то ты просто никогда не был мной. Тебе не было страшно, больно, обидно, и ты не испытывал этой ебучей необходимости притворяться, что всё на самом деле нормально, чтобы наше охуенное общество тебя не затоптало. Тебе охуеть, как повезло, братик, и этот мир тебя обожает! Так наслаждайся этим, а не пытайся влезть в мою уёбистую жизнь! Слова сами собой срываются с языка, и я тут же жалею об этом. Он не должен был всего этого услышать, но мне просто надоело, что все вокруг пытаются решить, как мне лучше жить, хотя на самом деле даже не имеют понятия, что моя жизнь из себя представляет. Как можно указывать другому человеку, что он должен делать и чувствовать, если ты не знаешь, что творится в его голове? - Если единственная причина, по которой ты с ним, это одиночество и страх – почему ты никогда мне об этом не говорила? – хмурится парень, заглядывая мне в глаза. В них плещется непонимание. - Помнишь, список качеств, за которые ты ценишь меня? Я красивая, я интересная и я… сильная, - напоминаю с вымученной улыбкой, не пытаясь отвести взгляд. Он вскидывает брови. – Ты ценишь во мне силу, Артём. А он видел меня слабой… Слабой, беспомощной, покалеченной, убитой и совершенно потерянной. Ты хоть раз за эти шесть грёбанных лет видел меня слабой? Нет, милый. Не считая пары месяцев после исчезновения Марины, но и это я пережила без тебя. А знаешь, почему, сладкий? Потому что оно тебе нахуй было не надо. Тебе нравилось то, какой я была для тебя, и ты втрескался в этот образ. Но не в меня, малыш, совсем не в меня. Поэтому, прежде чем говорить о том, что я не знаю Власа, подумай о том… знаешь ли ты меня? Закончив говорить, я подхватываю свой рюкзак и почти бегом направляюсь к выходу из дома. Не могу здесь больше находиться. Они осточертели мне все – отец с его грёбаной моралью, сводный брат, который проявил к моей жизни хоть какой-то интерес только тогда, когда в ней появился другой парень… и её незримый призрак, который преследует меня в ночных кошмарах. Мне осточертело всё это. Влас уже ждёт меня на соседней улице. Он выбрасывает сигарету, когда появляюсь в поле его зрения, и я с ходу бросаюсь в его объятья, прижимаясь к губам, чуть горьковатым от привкуса никотина. Я хочу забыться, раствориться в нём, хотя на самом деле понимаю, как это всё безумно. Я стала зависимой от него, потому что он единственный, рядом с кем я чувствую себя… нормальной. - Всё в порядке, детка? – интересуется он, обеспокоенно вглядываясь в мои глаза. Я устало улыбаюсь. - Я скучала по тебе, - шепчу, зарываясь пальцами в его волосы. Влас выглядит слегка обескураженным. Наверное, это первый раз, когда я проявляю чувства к нему без манипуляций с его стороны. Но я хочу, чтобы он знал об этих чувствах. Я только сейчас поняла, что хочу быть честной с ним. - Я тоже соскучился, детка, - отзывается парень, легко касаясь губами моего виска. Я прикрываю глаза, наслаждаясь его прикосновениями. – Надеюсь, этот дурацкий заезд быстро закончится, и мы сможем остаться вдвоём… Я киваю, ведь сама не могу этого дождаться. С каждым днём мне становится всё больше его мало. Мне хочется чувствовать его запах, вкус его губ и приятную дрожь от прикосновений. Понятия не имею, что происходит, но это пугает меня и волнует одновременно. На гонку мы приезжаем с небольшим опозданием. Парни уже начинают готовиться к старту, и мне приходится отпустить руку Власа и пойти к остальным зрителям, толпящимся за полосатой лентой. Я беру себе колу у парнишки, приторговывающего едой и напитками, и невольно прислушиваюсь к разговорам собравшихся. Большинство из них ставят на Власа, и я удовлетворённо улыбаюсь, наблюдая за парнем, который в очередной раз проверяет свой мотоцикл и надевает защитный шлем. Я верю в то, что этот самоуверенный ублюдок победит. Объявляют старт, и я неосознанно сжимаю в руках банку колы, наблюдая за парнем в шлеме, на котором нарисованы языки пламени. Первые пару минут всё идёт хорошо. Влас почти сразу вырывается вперёд, обгоняя ближайшего соперника на пару метров, и я уже почти выдыхаю, когда парень приближается к финишу. Но он вдруг съезжает на обочину. Зрители пораженно ахают, глядя, как мотоцикл несётся по кочкам, и как тело гонщика влетает в ближайшее дерево. Вокруг начинается шумиха, слышатся ахи и вздохи, и только я по-прежнему не могу отвести взгляда от языков пламени на чёрном шлеме, совсем не замечая, как кола из крепко зажатой в руках банки стекает по моему запястью… Если это сон, то я хочу скорее проснуться, а если нет… хочу уйти вместе с ним, независимо от того, что ему предназначено – жизнь или смерть. Всё вокруг вдруг просто теряет смысл, и я ощущаю, как тошнота подкатывает к горлу, пока группа крепких парней вытаскивает безвольное тело Власа на дорогу… Я не могу потерять его так же, как её когда-то…