Прекрасная пора (Haikyuu!!)

      Хаджимэ очень внимательный…       Настолько, что иногда у меня сердце щемит от умиления. Брюнет никогда не кричал на меня. Был нежен и спокоен. Хотя я много раз слышала, как он шутливо ругается с другом детства по телефону. Для меня это удивительно. Но его лицо правда кажется счастливым. Обожаю в такие моменты ложиться к нему на колени и чувствовать как сильные, но грубые руки перебирают мои коротковатые пряди.       Ему не так давно стукнуло двадцать семь. Иваизуми с каждый годом становится всё лучше и лучше, а у меня складывается такое ощущение, что я мёртвым грузом вешу на его шее. А ближе к менструации эти мысли лишь крепчают. Парень прекрасно видит как я переживаю из-за всяких глупостей, накручиваю себя. Мы встречаемся уже несколько лет и Хаджимэ знает какой у меня цикл, как трудно я переживаю всё это и как мне больно. Даже несмотря на загруженный график находится рядом, подготавливая горячие грелки и воду с мёдом, имбирём.       И сегодня тоже… он сходил в аптеку. Купил всё о чём я только попросила и даже больше. Уселся сзади меня, включая мою любимую передачу и обнял, согревая низ живота. Так мило! И что-то я не могу устоять перед этим, начиная плакать. Хлюпаю носом, развернувшись в сторону возлюбленного. Заглядываю в его зелёные глаза, замечая удивление. — Х-хаджимэ! — начинаю реветь, утыкаясь в сильное плечо. — Джунко?! В чём дело? Почему ты плачешь? — взволновано трогает тот мою макушку. — Ты такой замечательный! — слышу смешок, а затем ощущаю крепкие объятия. — Самый невероятный мужчина в мире! Я тебя так люблю-ю! — вновь заливаюсь я в своей маленькой истерике. — Джунко, я тоже тебя очень люблю. Но наверное никогда не смогу привыкнуть к тому какой эмоциональной ты бываешь, — вновь посмеивается тренер, плавно оглаживая мою спину и плечи.       Резко выпрямляюсь, присаживаясь перед ним. Губы сомкнуты в дуге, концы которой направлены вниз, из носа чуть ли сопли не текут, а глаза уже успели немного покраснеть от слёз. Я смотрю на его лёгкую улыбку с возмущением. — Ты не понимаешь, Хаджимэ?! — спрашиваю со всей, присущей мне, серьёзностью. — Что именно не понимаю? — склоняет тот слегка голову. — Ты невероятно замечательный! — твёрдо произношу я, видя как тот едва сдерживает смех. — Возможно это я понять могу. Но зачем плакать? — тянется тот к моим щекам, утирая влажные дорожки и стряхивая солёные слёзы с ресниц. — Ты правда не понимаешь… — надуваю я губы, чуть ли не начиная плакать вновь. — Так. Не надо. Милая, — отдёргивает тот сухой платочек, поднося к моему носу и утирая что-то… всё же текли у меня сопли, — ты так этим растрогалась? — всё же доходит до брюнета. — Да! Как тут не растрогаться, Хаджимэ? Мне ведь так повезло, что можно и поплакать от счастья, — кидаюсь в его объятия, чувствуя как на плечи падает плед. — Мне тоже очень повезло. Стоит ли мне иногда плакать от счастья? — усмехается Иваизуми. — Нужно… — целую я его шею.       Да нам двоим нужно каждый день рыдать от того как нам хорошо вместе. Главное мне сейчас опять не расплакаться.