Что есть океан, как не множество капель

      Александра Гидеона Лайтвуда нельзя было назвать сладкоежкой. Даже тогда, когда все многочисленные родственники насыпали не меньше двух ложек сахара в чай, Алек предпочитал обычный чёрный кофе без сахара и настолько горький, что другим просто повырывало бы глаза. А ему хоть бы что. Ещё и мычать от удовольствия было не зазорно. Но если бы его спросили, с каким лакомством у него ассоциируется Магнус Бейн, то он бы не задумываясь ответил, что Магнус — это мороженое! Причём не простой ванильный пломбир в вафельном стаканчике, нет. Это обязательно было бы какое-нибудь плодово-ягодное, на молочной основе с фруктами, в привлекательной и оригинальной посуде. И когда смотришь на этот шедевр, то ни на что другое уже и не обращаешь внимания, словно до этого со стола убрали абсолютно всю посуду, оставив лишь белоснежную скатерть для изумительного контраста. Считается, что порция мороженого может успокоить нервную систему и даже активизировать мозговую деятельность. Но рядом с Магнусом почему-то всё было в точности наоборот. Не успокаивалась нервная система ни черта, наоборот, барахлила как старый патефон, который Алек однажды нашёл у Магнуса в лофте. Мозговая же деятельность и вовсе отказывала, словно объелся этого мороженого так, что мозг просто заледенел. С другой стороны, одно из последних исследований засвидетельствовало, что этот продукт способен снимать нервное напряжение. Мол, молоко и сливки богаты Л-триптофаном — натуральным транквилизатором, который поднимает настроение и справляется с бессонницей. И тут попадание было просто стопроцентное. Если случалось что-то плохое, то было достаточно просто оказаться в объятиях Магнуса, и тогда становилось хоть чуточку легче. И если приходилось заночевать в Институте, вдали от любимого лакомства, то уснуть не представлялось возможным. Да, любимого лакомства.       Александра Гидеона Лайтвуда нельзя было назвать сладкоежкой. Но, без сомнений, Магнус Бейн был его любимым десертом. Воздушным, таящим от любого тёплого прикосновения, встречу с которым предвкушаешь, как маленький ребёнок. Да, определённо, Магнус Бейн — единственная сладость, которой Алеку всегда будет мало.

***

      Магнус Бейн, сколько себя помнил, был сладкоежкой настолько, что у любого другого склеилось бы в организме абсолютно всё. Даже уши были бы соединены между собой какой-нибудь карамельной нитью. А ему хоть бы что. Может, в этом и был секрет его вечно идеальной укладки? За прожитые годы он перепробовал если не все, то абсолютное большинство того, что вообще может предложить «сладкая» промышленность. Ему довелось перепробовать такие изысканные десерты, о названиях которых многие даже не слышали. Но фаворитом всегда оставался шоколад, именно он всегда гарантировал поистине фантастические вкусовые ощущения. Как, собственно, и Александр Гидеон Лайтвуд. Во всей вкусовой палитре Магнус отвёл бы ему место шоколадного мороженого. Ведь он, как и это мороженое, являлся совершенно самодостаточным продуктом, но и с такой же лёгкостью принимал предлагаемые Магнусом дополнения. Когда-то давно Бейн был знаком с одним шоколатье, и тот научил его одной премудрости, мол, секрет вкуса заключается в умелом сочетании компонентов высочайшего качества. С Алеком Магнус действовал так же. Как ноты, которые рождают волнующую наши сердца музыку, как краски, создающие на холсте истинные шедевры, результат создаёт автор. Так и Магнус Бейн в процессе работы с уникальным исходным продуктом раскрывал все его прелести.       И что таить, ему до перехваченного дыхания льстило то, как Александр Гидеон Лайтвуд раскрывался именно рядом с ним, как они идеально дополняли друг друга. Ведь в день, когда они только познакомились, Александр напоминал ему горький шоколад. Такой же неприступный, многими непонятый. К тому же горькое и сладкое сливаются с трудом, но в итоге получилось своеобразное ощущение, свойственное шоколадному мороженому. И этим можно было гордиться.       Магнус Бейн перепробовал многие сладости, даже те, о существовании которых уже давно позабыли. Но самое обычное, на первый взгляд, шоколадное мороженое, но с изысканной присыпкой из колотого ореха, с кусочками восхитительного молочного и белого шоколада, с тёплым сиропом внутри, казалось вершиной вкуса. Да, определённо, Александр Гидеон Лайтвуд — настоящий кулинарный шедевр.