Memoriae signantes

Начало марта, 1995

      Осознание реальности свалилось на меня гигантским грузом весом в тонну вопросов и ответов. Все смешалось в очередной клубок, распутать который было страшно. Возможно, это один из случаев, когда лучше блаженное неведение?       Гарри молча смотрел на меня, переваривая информацию и боясь озвучить свои мысли. Закрыв глаза, я попыталась взять себя в руки. Паника не поможет ситуации, а слезы и истерика не помогут найти убийцу. Нужно собраться и сложить все факты.       Вдох, выдох. Раз, два, три…       Мы никак не могли встретить акромантула — значит, мы убили что-то другое. Или кого-то другого.       Вдох, выдох. Четыре, пять…       Заклинание, которым убили Крауча, очень похоже на то, которым я избавилась от не-паука. Нужно найти информацию о нем.       Вдох, выдох. Шесть…       Убийца изменил нам с Грюмом память, потому что мы стали свидетелями. Или профессор изменил мне память, чтобы я не узнала, что он убийца.       Вдох…       Или акромантулом был Крауч, а убийца я?       Рваный выдох, сопровождающийся отчаянным стоном, заставил Гарри вздрогнуть. Он все еще смотрел на меня серьезным и задумчивым взглядом, не говоря ни слова.       — Гарри… — не зная, что сказать, я пыталась хоть как-то заполнить гнетущую тишину, — если это так, я не знаю… это не может быть так… если взять этот вариант, все так складывается… но не должно!       Воздуха перестало хватать несмотря на отчаянные попытки вдохнуть поглубже, легкие отказались его принимать. Горло сдавливали невидимые руки, мешая спокойно говорить, мыслить. Руки и плечи задрожали, как от удара током.       Вдруг стало тепло и мягко от удушающих объятий друга, закрывших от всего мира. Гарри погладил меня по голове, и от избытка эмоций я не смогла сдержать слезы, всхлипывая в его плечо.       — Ты не сделала ничего плохого, — успокаивал Гарри, — мы все расскажем Дамблдору, он всегда знает, что делать.       — Э-это не изменит… того, что слу-случилось!       — Того, что случилось, ничто не изменит, — печально заключил он.       Для него эти слова значили не меньше, чем для меня. Через что прошел Гарри Поттер все знали из ежедневных газет, но никто не знал, чего ему стоило пройти через это. Что он чувствовал после той истории с профессором Квирреллом, считал ли себя убийцей? В этом не было его вины, но от этого не легче.       Я позволила себе окончательно обмякнуть в руках Гарри, почувствовав в нем опору, физическую и моральную. Его поддержка отличалась от той, которую обычно проявляла Дафна, и его простое присутствие рядом сейчас мне было необходимо.       Приходя в себя, я тихо поблагодарила его. В ответ Гарри сжал меня еще крепче, говоря, что мы во всем разберемся.       Коридор озарил бледный серебристый свет, вынуждающий зажмурить глаза, привыкшие к темноте. Послышалось тихое покашливание, от которого все внутри похолодело.       — Гарри? — осторожно поинтересовался мужской голос.       От неожиданности мы отскочили друг от друга, обернувшись. Старосты Пуффендуя и Когтеврана рассматривали нас с большим удивлением.       — Какая интересная из вас пара, однако! — хихикнула Мариетта Эджком в свою маленькую ладошку, отчего свет, исходивший из ее палочки, затрясся.       — Кое-что случилось, — Гарри украдкой взглянул на меня. Но мои красные глаза и опухшее лицо старосты проигнорировали.       — Извини, Гарри, но мы должны снять с вас по десять баллов. Я провожу тебя к гостиной. Мариетта, ты…       — Отведу Веронику, да-да… увидимся на третьем этаже через пятнадцать минут!       Хитро улыбнувшись, староста подхватила меня за руку и повела к лестницам, оставляя ребят позади.       Впервые в жизни с меня сняли баллы, но это совсем не волновало на фоне предшествующих событий. После того, как я выплакалась, стало значительно легче, хотя ясности мыслей не прибавилось. От страха задеть хоть одну нить, связывающую меня с убийством, я старалась не думать об этом вовсе. По крайней мере, не сегодня.       Утром расскажу все Дамблдору. Сначала напишу письмо родителям, а затем расскажу Дамблдору.       — Вероника, ты что, правда встречаешься с Гарри Поттером? — заговорщицки шепнула Мариетта, вынуждая меня вернуться к реальности.       — С чего ты взяла?       Что-то внутри подмывало меня парировать, что я встречаюсь с Драко Малфоем. Но учитывая, что она только что увидела, ситуацию это только испортит.       — Ты только что с ним зажималась, я же не слепая!       — Кое-что произошло, — я стушевалась, отгоняя все непрошенные мысли о причине, — Гарри просто оказался рядом и поддержал меня. Между нами ничего нет, Мариетта.       — Ну конечно, Гарри Поттер же каждую слизеринку готов поддержать! — недовольно пробурчала староста.       Желания продолжать разговор не было от слова совсем, поэтому ответа Мариетта не дождалась и, к моему облегчению, не заводила диалог снова.       Едва оказавшись в спальне, я осмотрелась по сторонам и тут же бросилась к Дафне в кровать, предварительно задвинув полог и кинув на него заклятье тишины. Предстоял долгий разговор.

***

      Благодаря бесконечному самообладанию уже с раннего утра я просматривала книги по редким заклинаниям необычных народов и племен. Несмотря на бессонную тревожную ночь, я смогла взять себя в руки и попасть в библиотеку к ее открытию.       К сожалению, никакой информации про нужные мне заклинания не оказалось, что было ожидаемо. Что я вообще пыталась найти, учебник по легким смертельным проклятиям индийский племен в школьной библиотеке? Нет, нужно было включить голову и разобраться в ситуации другим путем.       Я вспоминала слова Мистера Робардса, который сообщил директору и Министру про обстоятельства смерти Крауча и для наглядности выписала их на пергамент: проклятья не требуют высокого мастерства, вызывают страшные последствия, представляют собой простые механические нарушения работы органов, распространены в племенах Южной Азии. И добавила пометку про Индию.       Волшебники из племен вряд ли обучаются в школе. Могут эти заклинания быть тайными знаниями, которые передаются из поколения в поколение, или это простые выбросы энергии наподобие заклинаний без четкой вербальной формулы? Может они вообще не используют палочки, и поэтому от них слабый магический след? Так, стоп, Вероника, это слишком быстрая последовательность вопросов!       И все же я старалась записывать все мысли, которые приходили в голову, чтобы потом разобрать их и выделить здравые.       В детстве моя магия проявлялась спонтанными выбросами энергии, в приливе злости я могла пожелать кому-то упасть, и этот человек непременно падал. Такой же механизм может быть и у этого заклинания, но пожелание уже гораздо опаснее. Тогда почему у него четкая вербальная формула и движения палочкой? Я была бы рада возможности поэкспериментировать с движениями палочкой и вариантами произношения формулы, но с таким заклинанием много не поэксперементируешь.       Я изобразила схему движений палочкой на пергаменте: она была похожа на несколько следующих друг за другом зубцов разной высоты. Следом написала заклинание «Диль Ка Доура». Вербальная формула это или просто фраза, она точно не на латыни, стоит сначала найти перевод.       — Дарс!       Я вздрогнула от неожиданности и осмотрелась по сторонам. Напротив стола бледным призраком нависал Драко, на лице которого застыла привычная маска безразличия.       — И тебе доброе утро, Драко, — выдохнула я, — что случилось?       — Доброе? — выплюнул он и обошел стол, вставая надо мной.       Определенно я что-то натворила, раз он снова ведет себя как придурок. Неужели нельзя по-человечески обсудить ситуацию, взяв себя в руки, как сделала это я после тех писем?       — На завтраке, который ты пропустила ради непонятных книжек, — он оглядел странный набор книг на столе, ни одна из которых не входила в школьную программу, — все обсуждают то, что ты теперь встречаешься с Поттером. Какая радостная новость, поздравляю, Дарс! — Губы Драко исказились в издевательской улыбке, натянутой как тугая струна и способной оставить глубокие порезы на душе, стоит только коснуться.       Чертова когтевранская староста с языком без костей пустила нелепые слухи, не прошло и дня. Но как теперь объясниться?       — Драко, это не правда, — я встала, чтобы было легче смотреть ему прямо в глаза, что все равно не получалось из-за разницы в росте. — Вчера кое-что случилось и Гарри был рядом, но Мариетта увидела то, что хотела увидеть.       — Что же такого случилось? Твое важное дело вчера — Поттер?       — Нет. Я пока не могу рассказать, что произошло. Гарри оказался рядом случайно.       — Ты никогда ничего не можешь мне рассказать, мне это уже осточертело! — улыбка пропала с его лица. — Я честен с тобой и хочу к себе такого же отношения, но у тебя опять какие-то тайны с Поттером. Я устал, Вероника.       Малфой развернулся и собрался уходить, а я не знала, как его остановить. Не могла же я ему сказать о том, что я убийца, а Хмури предатель, и что происходит какая-то чертовщина. Соврать? Бессмысленно. Но не отпускать же его так.       — Драко! — я схватила его за руку, по пути снеся стул. — Я знаю, кто убил Крауча.       Это сработало — Малфой остановился и развернулся ко мне. Застыв на месте, он смотрел на меня, ожидая пояснений. Ну конечно, теперь вопросов в его голове еще больше.       — Я была в лесу с профессором Грюмом тогда, помнишь? Я не знаю, что именно произошло, мне изменили память. Это связано со смертью Крауча.       — С чего ты взяла, что это связано?       — Драко, я не могу пока рассказать подробности, в моей голове каша, — я вернулась к столу и стала искать среди книг переводчик с хинди, — я пытаюсь все понять, но мне еще нужно время. Сейчас надо убедиться в заклинании, и тогда я буду ближе к разгадке.       — Желаю удачи в расследовании, в которое Поттер тебя втянул, — разочарованно бросил Малфой и ушел.       Пусть лучше не верит мне, чем будет считать убийцей. Я разберусь во всем с его поддержкой или без, а после мы помиримся.       От нервов и отсутствия завтрака я почувствовала, как голова закружилась. Но сдаваться было нельзя, поэтому я взяла себя в руки и пошла к мадам Пинс за переводчиком. Спустя еще несколько часов копания в словарях, на пергаменте помимо схемы заклинания и вербальной формулы я наконец-то смогла написать перевод: «Сердечный приступ».

***

Начало апреля, 1995

      Родителям о произошедшем я так и не написала, не стоило отправлять такую информацию совой. Если есть даже малейшая вероятность, что по случайности письмо увидит кто-то не тот, то мне конец. Скоро должно начаться третье испытание, на него обычно приезжают родители, поэтому я дождусь и скажу лично. Осталось за это время не сойти с ума.       — Ника, послушай, — позвала Дафна, — я немного переживаю за тебя в последнее время. Понимаю, ситуация совсем невероятная, но тебе нужно нормально поесть и выспаться.       В последнее время я действительно не могла нормально спать и почти не ела. Но исправить это не так просто, тем более сейчас мне было совсем не до этого — нужно выяснить, что с Грюмом не так. Не могу же я так спокойно сидеть и ждать.       Переживания Дафны можно было понять, но у меня не было сил на то, чтобы успокаивать и ее, а она вместо поддержки лишь вносила суету.       — Я ценю твою заботу, но сейчас она ни к чему.       — Может лучше обратимся к директору?       — Директор хороший друг Грюма, — вздохнула я, — не знаю, стоит ли ему доверять. Мне кажется, что устроить такое без его ведома было невозможно.       — Тогда скажем профессору Снейпу, или Флитвику, или родителям.       Как будто я не прокручивала все это у себя в голове! Что Снейп или Флитвик могут сделать против директора?       — Нам нужно в дуэльный клуб, — не дожидаясь ее, я покинула спальню.       Сегодня в дуэльном клубе собралось много учеников — профессор Флитвик обещал весьма интересное занятие. Вместе с ним был профессор Грюм, а значит под «весьма интересным» можно понимать что-то травмоопасное. В прошлый раз для меня это закончилось визитом в Мунго, и повторять снова как-то не хотелось. Интересно, мог ли он подстроить это? Нужно быть осторожнее.       За этот месяц, помимо помощи Гарри с подготовкой, я изучила немало новых защитных и сдерживающих заклинаний, чтобы в случае чего быть готовой. Когда я не знала, что делать дальше с проблемой, я тренировалась. Это успокаивало и помогало справиться с тревожными мыслями, заполнившими мою голову как рой жужжащих пчел.       Флитвик торжественно произнес небольшую речь о том, как он рад нашим успехам на занятиях, и сказал, что сегодня некоторых из нас ждет небольшое испытание. Как будто нам их и так мало!       — Я хочу пригласить в центр зала учеников, которые больше всех побеждали в дуэлях в этом году: Вероника Дарс, Гермиона Грейнджер, Эрни МакМиллан, Падма Патил, Лайза Турпин. — После того, как мы вышли, профессор продолжил: — Вы уже много раз пробовали сражаться один на один или командами, а ситуации в нашем мире бывают разные. Сегодня вам предстоит сражаться друг с другом, но теперь каждый сам за себя. Единственный победитель получит ценную награду, которая пока что останется сюрпризом.       Замечательно! Одновременно четыре сильных противника, никого нельзя упустить, иначе тебя ударят в спину. Думаю, почти все начнут сражаться с позиции защиты, кроме, может быть, Лайзы или Гермионы.       Профессор дал нам пять минут на подготовку, после чего снова собрал в центре.       — Прошу, только не поубивайте друг друга, — добродушно сказал Флитвик и наконец объявил: — Начинайте!       Я тут же поставила на себя несколько простых щитов, чтобы спокойно успеть использовать мощное защитное заклинание. Оно требовало хорошей концентрации и сложной магической руны.       Падма воспользовалась дезиллюминационными чарами, Эрни поставил вокруг магические щиты. Гермиона не ставила защиту и выжидала некоторое время, как будто знала, что Лайза собиралась на нее напасть.       — Дуро! — быстро среагировала когтевранка. Гермиона не успела бы поставить щит, поэтому бросилась на землю и уклонилась от заклинания.       — Орбис! — из палочки Гермионы стремительно вылетел голубой луч, попадая прямо в грудь Лайзе.       Пол под ней стал вязким и словно густой кисель потянул вниз когтевранку. Когда та уже по шею была в этой зыбучей жиже, пол отвердел и превратился в землю. Лайза выбыла из боя очень быстро.       Пока Гермиона попыталась подняться, Падма быстро воспользовалась заминкой и бросила к ней Редукто. Небольшой взрыв перед лицом отбросил Гермиону обратно на пол, вынуждая ползти назад и отражать летящие в нее заклинания с помощью простых, но быстрых щитов.       Это был шанс вывести ее из игры. Я переглянулась с Эрни, который так же ожидал моих действий, не желая подставлять спину. Мне не хотелось бросаться нападать на Гермиону или Падму, иначе не успею закончить заклинание и придется сражаться с небольшими щитами. Обычно моей реакции хватило бы для такого боя, но я не в лучшем физическом состоянии, поэтому рисковать не стоит.       Я продолжила чертить палочкой последние движения, что Эрни воспринял как возможность безопасно атаковать Гермиону. Она стойко держала оборону даже против двух противников, но вид у нее был измотанный.       — Вентум дефенсио! — воскликнула я, закручивая палочкой воздух вокруг себя в мощный поток и создавая ураган.       Легкий ветер стал распространяться по залу, вынуждая всех противников обернуться на мгновение.       — Фладжеллум! — палочка обратилась в хлыст и крепко обхватила Гермиону, обдавая ее потоком сильного ветра, — Экспеллиармус! — оружие гриффиндорки полетело ко мне в руки. Не ожидала, что она так быстро выйдет из игры.       Вернув свою палочку в исходный вид, я продолжила закручивать ураган вокруг себя, который служил прекрасной защитой. Палочку Гермионы я убрала в карман, драться двумя я все равно не умела.       Падма и Эрни вновь окружили себя щитами. Возникла пауза, никто не решался атаковать первым, но и ждать долго они не смогут. На очередном круге взмахнув палочкой сильнее, я направила в противников поток ветра, чуть не сбивший их с ног. МакМиллан бросил в меня несколько заклинаний, которые были поглощены воздушными вихрями. Падма присоединилась к нему, но ни одно из заклинаний так и не достигло цели — красные, зеленые и синие лучи попадали в вихри и продолжали свое движение внутри них.       Заклинание, которому учила меня мама, удалось на славу: я находилась под защитой, но могла отвечать противникам их же чарами. В школьную программу такое, как правило, не входило.       Судя по всему, мои противники объединились против меня. По крайней мере друг друга они не трогали, лишь делали безуспешные попытки пробить мою оборону. Я снова обратила палочку в хлыст на мгновение и ударила им по полу прямо перед собой.       — Баубиллиус! — яркая молния заискрилась по полу, ослепляя оппонентов на несколько секунд.       Я двинулась к ним вместе с окружавшим меня ураганом. С новым витком я отправила несколько крутящихся в воздухе вокруг меня заклинаний в Эрни, но отразил их.       К счастью, чар было поглощено достаточно, поэтому с каждым кругом палочкой я отправляла их в Эрни и Падму, увеличивая скорость оборотов. Рука уже начала болеть, а голова кружиться, но щиты противников ослабли раньше: Эрни не успел отразить парализующее заклятье, вокруг Падмы прогремело несколько взрывов, заставляя ее отвлечься от обезоруживающего заклинания.       Сделав еще несколько кругов палочкой, я развеяла ураган и выдохнула. Хлопки остальных учеников слились в гул, улыбающийся Флитвик стал осыпать поздравлениями, а Грюм удостоил меня одобрительным кивком. Остаток сил позволил мне дойти до профессоров.       — Признаться, даже я не владею таким заклинанием! — воодушевился Флитвик, когда Грюм расколдовал проигравших, — мисс Дарс, поздравляю вас с заслуженной победой! Надеюсь, это «Руководство по созданию заклинаний» Балфура Блейна поможет нам увидеть еще больше ваших достижений в будущем.       Профессор вручил мне толстую и драгоценную книгу и не смог оставить без внимания мой восторг.       — Вижу, как у вас загорелись глаза! — хихикнул он, — И не напрасно, эта книга послужит вам хорошим помощником. И, конечно, вы можете обращаться ко мне, если вам понадобится совет.       — Благодарю, профессор, — искренне улыбнулась я, — это очень ценный подарок.       Всех участников битвы отпустили отдыхать, остальных же учеников ждали привычные занятия по парным и командным дуэлям. Уходя, я заметила в толпе взволнованный взгляд Дафны.       Подруга поспешила за мной, нагнав в коридоре, и схватила за плечи.       — Ника, послушай меня, ты истощена. Давай сходим к мадам Помфри! Ты вся бледная, — она взяла мои руки в свои, — у тебя руки дрожат. А твой взгляд во время битвы! Я никогда не видела у тебя такой безумный взгляд!       Ее слова сливались в сплошной шум, молотками стучащий по голове, выводили из себя. Мне нужна была тишина, а не суетливые и бесполезные замечания подруги. Все, что мне хотелось, это собраться с мыслями около озера, перенести их все на пергамент и освободить голову, пока она не взорвалась.       Трясущимися пальцами я сжала подаренную книгу посильнее, ледяная дрожь прошлась по всему телу вместе с выдохом.       — Дафна, — я раздраженно оттолкнула ее, — пожалуйста, оставь меня в покое.       — Как скажешь, — она обиженно поджала губы и позволила мне уйти. Магическая руна — рисунок, изображаемый палочкой при чтении сложных заклинаний. Дуро — превращает цель в камень. Орбис — закапывает противника под землю. Редукто — заклинание взрыва. Вентум дефенсио — защитное заклинание, создает ураган, удерживающий заклинания в потоке воздуха, чтобы впоследствии их отразить. Не входит в учебную программу, передается в семье Дарс. Баубиллиус — выпускает яркую молнию из палочки.