Игрушка с характером

      В последние дни Клаус частенько просыпался поздно. Что Элайджа живет в четком режиме, он, да и другие члены семьи, давно привыкли. Рассчитывать на вкусный завтрак от брата в столь поздний час не приходилось, а готовить Клаус не собирался, решив ограничится чашкой кофе.       Насвистывая навязчивую мелодию, направился на поиски своей непутёвой игрушки. И куда только заныкался Деймон? Задаваясь этим вопросом. Клаус обходил одну комнату за другой, но следа пропажи пока не обнаружил.       Он уже подумывал заглянуть в спальню Элайджи, когда заметил Деймона в библиотеке. Тот увлечённо читал, не замечая ничего вокруг, и Клаус смог приблизиться незамеченным. Только, когда его тень коснулась страниц, на него подняли взгляд. Вздрогнув, Деймон закрыл глаза и перекрестился.       — Изыди,— прошептал, но Клаус всё равно его услышал.       — Какие мы враждебные, — усмехнулся, почему-то едкости Деймона забавляли, а не бесили. Это было даже интересно.       — А мы все прям сама любезность,— положив закладку, Деймон захлопнул книгу и отложил её на стоявший у кресла столик.       Клаус бросил мимолетный взгляд на книгу. Похоже она была из собранной Элайджей коллекции.       — Любишь читать? — спросил задумчиво.       — Люблю, с чего тебя это вдруг заинтересовало?       — А я много историй знаю. Интересных, увлекательных, — взглядом прошёлся по фигуре Деймона. — Он ничего так. Сложён неплохо.       — И каких же? — усмехнулся. — Как страшный серый волк наводил страх на людишек?       Задумчиво на него посмотрел.       — Такие в моём запасе тоже есть. Да и в твоем думаю тоже. Насколько помню, ты сам не отличался альтруизмом по отношению к людям. И на твоем счету не один десяток отнятых жизней.       — Пожалуй, хотя до уровня страшилки мне еще очень далеко.       — И кто тут страшилка? — осмотрел присутствовавших в библиотеке. — Неужели я?       — Ага. Страшилка для новообращенных. Будешь плохо себя вести, придет Клаус и убьет       — Вот ещё тратить время на всяких недоумков.       Деймон рассмеялся.       — Значит, я могу спать спокойно, — хитро ухмыльнулся. — Или мне плохо себя вести нельзя?       — Одному нельзя, а вот вместе… — ухмыляясь, Клаус представил себе как бы они неплохо размялись бы на простынях в его комнате. Деймон бы скулил и извивался, подставляясь и давая трахать себя.       — Может хватит меня взглядом раздевать? Я вообще-то вижу.       — Ну раз видишь… Не откажусь от полноценного раздевания, — нагло улыбаясь, продолжил сверлить его взглядом,       — А не многовато ли ты хочешь? — провел пальцами по волосам, удобнее устраиваясь в кресле.       Проследил за движением: на теле Деймона натянулась рубашка. Содрать бы её с него. Да и джинсы следом можно отправить. И белье точно лишнее.       — Слюной не захлебнись, — произнёс, потянувшись за книгой.       — Не бойся, не захлебнусь.       — Какая жалость. Долго планируешь пялиться?       — Нарисованным на холсте ты бы смотрелся просто великолепно. Особенно если убрать всё лишнее, — задумчиво проговорил Клаус.       Деймон удивленно замер, так и не взяв книгу. Такого предложения он явно не ожидал. Клаус ждал ответ.       — Подумай.       — И почему же я должен согласиться стать твоей натурщицей? — по интонации было не ясно просто язвит Деймон или действительно хочет получить ответ.       — А ты предложи мне что-то интересное для себя и если оно мне подойдет, то бартер можно осуществить.       Деймон задумчиво смотрел на Клауса. Кажется, уйдя в собственные размышления, он не заметил, как стал отстукивать пальцами ритм на столешнице.       Клаус не торопил, было любопытно, какой бартер ему предложат.       — Каникулы, — наконец прервал молчание Деймон. — Ты дашь мне уехать.       Клаус ошеломлённо посмотрел на него. Каникулы? А не слишком ли много за один рисунок? Его с ответом не торопили. Прислушавшись, Клаус понял, что Деймон даже дышать перестал, ожидая его решения. Неожиданно. Похоже это было действительно важно для него. Задумчиво смотря, обмозговывал предложение. Сбежит? Деймон мог бы, но учитывая, что ради спасения брата притащился к нему, тому, кого ненавидел — это вряд ли.       — Значит каникулы хочешь? — за вопросом последовал кивок. — Уехать желаешь, — обдумывая постукивал нервно ногой. — Надолго?       — Две недели.       — Хм,— смотря на Деймона, вспомнил слова брата о том, что для взаимности нужно доверие и не зажимать клешнями. — Ладно… — в голосе читалось "но".       — Ты не договорил, — настороженно произнес Деймон. — Боишься, что сбегу?       — Зная тебя, не думаю. Ты прекрасно знаешь, чем всё тогда закончиться. Кэтрин сбежала и потеряла всех, кого любила. Ты не она. Да и не пришёл бы сюда изначально, если бы тебе было на всех плевать.       — Тогда в чем дело?       — Один рисунок за две недели свободы от меня… — задумчиво на него посмотрел. — Дёшево.       — И чего же ты хочешь?       — Хочу рисовать, — в порыве резко приблизился, обвёл кончиками пальцев контур тела, представляя как кисть скользит по коже.       Во взгляде Деймона было явно замешательство, хотя отстраняться он и не спешил.       — Из тебя бы вышел отличный холст.       — Не думал, что ты боди-артом увлекаешься. Это, мягко говоря, неожиданно. И какие требования к холсту?       — Желательно ничего лишнего на нём, — не удержался от улыбки и подмигнул Деймону.       Тот фыркнул, но ответил на улыбку.       — Хорошо, я согласен.       — Отлично,- хлопнув себя по ногам, Клаус поднялся. — Идём.       — Что прямо сейчас?       На возмущение лишь хмыкнул..       — А чего ждать? Мы всё обсудили, пришли к соглашению. Так что вперёд и с песней.       Похоже Деймона весёлое настроение Клауса обошло стороной.       — И куда мне? В мастерскую?       — Если есть желание, можем и ко мне в спальню пройти.       Клаус расплылся в улыбке, Деймон же демонстративно закатил глаза.       — Нет так нет, тогда в мастерскую.       Стоило им войти, Деймон заинтересовано заозирался.       — И куда же мне? Как это всё будет проходить?       Закрыв дверь от любопытных глаз, Клаус направил его к кушетке.       — Одежду можешь оставить там.       Деймон приблизился к стеллажам, не спеша расстегивая пуговицы рубашки. От внимательного взгляда не ускользала ни одна деталь. Вот одна пуговица покинула своё место и его взору открылся участок обнажённой кожи. Клаус не торопил, но сдерживать себя приходилось, куда с большей охотой он просто сорвал бы вещи с Деймона и уложил на эту кушетку, разведя ему ноги, и подхватив под бёдра…       — Кхм,- чужое покашливание заставило вернуться из мира грёз в реальность. — Рисовать планируешь?       На Деймоне остались лишь боксеры. Ухмыльнувшись, Клаус приблизился, рассматривая "холст" более внимательно. Пальцы скользили вдоль тела, не касаясь, но так близко, что Деймон наверняка ощущал исходивший от них жар.       — И как давно ты увлекся боди-артом? Мне казалось, что ты за классическую живопись, — спросил Деймон, не шевелясь.       — Дорогуша, я его изобрёл, — довольно улыбнувшись, обдумывал какие цвета и какой рисунок будет лучше смотреть на гладкой, холодной коже вампира.       — Ты сейчас серьезно? — в голосе звучало явное удивление.       — А похоже что шучу? — горящий энтузиазмом и нескрываемым возбуждением взгляд был направлен на Деймона.       Наконец нащупав нужный рисунок и цвета, Клаус потянулся за кистью.       Больше вопросов Деймон не задавал, лишь осторожно наблюдая за ним. Макнув в краску, нажал на плей, и комнату заполнила приятная, обволакивающая мелодия. Клаус словно отключился, и место Деймона занял самый обычный холст. Его картина была на удивление послушна, подстраиваясь под его движения, давая скользить кисти, куда нужно.       Часы летели незаметно, и будь Деймон человеком давным-давно уже с усталым стоном повалился бы на пол. Но на счастье Клауса, человеком он был лишь внешне. Внутри же ледяная кровь хищника и холодное сердце убийцы.       Стоило последнему мазку лечь на "холст", и Клаус сделал шаг назад, оценивая работу в целом. Картина смотрелась что надо, пожалуй стоило сохранить её на память. Жаль в прежние времена такой возможности не было.       Деймон открыл было рот, собираясь что-то сказать, но подняв палец вверх, Клаус прервал его.       — Стой тут, никуда не уходи.       Фотоаппарат нашёлся довольно быстро, и Клаус вернулся к своему "шедевру". Щёлкнул затвор.       Деймон смотрел растерянно, но молчал. Фотографируя, Клаус рассматривал его более внимательно. Теперь всё виделось ясно и чётко, каждый мазок на своём месте, каждый цвет подобран идеально. Даже наличие белья не ощущалось инородной полосой, а было идеально вписано в композицию.       Улыбнувшись, Клаус только сейчас осознал — Деймон не шевелился, не язвил, а стоял молча и не возражал против его действий. Поднял на него удивлённый взгляд.       — Деймон… — позвав, щёлкнул перед его носом.       — Я тебя прекрасно слышу, — с усмешкой посмотрел на его руку.       — Ты… странный. Такой тихий.       — И что тебя в этом не устраивает?       — Необычно.       — Не один я веду себя необычно. Ты тоже был непривычен.       — О чём ты? — задумчиво смотрел на него.       — Ты когда рисуешь другой. Когда ты взял в руку кисть, для тебя всё вокруг словно перестало существовать. Ты был так умиротворённо увлечён. И столько эмоций в жестах в мимике. Наблюдать за полётом твоего вдохновения было довольно интересно, так что я не хотел мешать.       — Я люблю рисовать, — смущённо пожал плечами. В такие моменты он всегда был один, а натурщиков заставлял забыть. Но не в этот раз. Сегодня всё иначе. Смотря на Деймона, нежно поправил прядь, хотя она вроде и не мешала. Деймон не спешил отстраняться, лишь взгляд с собственных рук перевел на Клауса.       Молчание затягивалось, но не один не спешил отводить взгляд.       — Ты не мог бы… — протянул руку к фотоаппарату и тут же отдернул ее назад.       — Не мог бы что?       — Показать. Не мог бы показать, — запах смущения удивил Клауса, чтобы Деймон Сальваторе да чего-то смущался? И к смущению явно примешивалось любопытство.       Посмотрев на Деймона, на экран фотоаппарата, снова на Деймона, повернул изображения к нему. Не встретив возражений, тот переключил на следующий кадр, изучая его с явным интересом.       — Вот смотри, — увеличив снимок, Клаус что-то показывал, — здесь краска идеально легла, словно холст и она одно целое.       Деймон удивленно посмотрел на него, будто не очень понимал о чём речь.       — А вот тут, — перелистнув и найдя нужное, Клаус в очередной раз увеличил фрагмент, на котором чётко виделось слияние двух цветов,плавно переходящих один в другой. — Видишь, как краска слилась и при этом осталась собой?       Ему слегка заторможенно кивнули. Эх Деймон не художник. Может зря он ему все это говорит?       — Интересно. Рисунок ассиметричен, но в нем чувствуется какая-то система, — задумчиво произнес Деймон, всматриваясь в узор.       Клаус не удержался от самодовольной улыбки, слышать такое было приятно, и он этого не скрывал.       — Мне нравиться контраст теплых и холодных тонов, — они рассматривали очередной кадр, — это добавляет жизни что ли. А исходя из чего ты выбирал оттенки?       — Интуитивно, как видел так и брал.       — Это правда удивительно, — отведя взгляд от последней фотографии, улыбнулся Клаусу.       Он не удержался от ответной улыбки. Слышать подобное о своей работе было приятно. Он всегда очень трепетно относился к своим творениям и редко позволял кому-то их увидеть. Деймон не спешил отворачиваться и Клаус залюбовался чертами лица. Да он уже писал эти скулы, губы, но хотелось очертить их контуры вовсе не кистью. Запечатлеть бы на них поцелуй. Оставить след, который впитается под кожу и останется там навсегда.       — Я, пожалуй, пойду. Мы ведь закончили?       Сказано это было почему-то очень тихо. Клаус огорчённо кивнул.       — Да, закончили.       Деймон быстро вышел, даже не забрав вещи. Клаус разочарованно опустился на диван. Закинув ногу на ногу, отложил фотоаппарат. Осторожно коснулся кончиками пальцев губ. Хотел бы он, чтобы сейчас в его объятиях грелся этот заносчивый вампир, а не ощущать вновь холод одиночества.