You Know. I know

Юнги из-за всех сил старался не разбудить Чимина, пока слезал с кровати. Он надел футболку и пару домашних штанов поверх белья, в котором он спал, и на цыпочках вышел из комнаты. Выйдя из комнаты, он вздохнул с облегчением. Он доковылял до кухни и принялся за работу. Когда Юнги закончил, то пошел проверить младшего и увидел, что кровать пуста. — Чимин, — выкрикнул он. — Я здесь, — донесся голос Чимина из ванной. Секундой позже Юнги услышал, как смывается звуки слива воды в унитазе, а потом ее шум. Чимин вышел в одной паре спортивных штанов, висящий на его талии, его розовые волосы были в беспорядке после сна. Он улыбнулся Юнги. — Утречка, хён. — Утра, солнце, — Юнги улыбнулся в ответ. Когда Чимин подошел к нему, Юнги покачал головой сказал парню идти обратно в постель. Чимин резко поднял голову. — Но почему? — Просто сделай, как я сказал! — Почти промычал Юнги. Чимин взглянул на Юнги с опаской, но вернулся в кровать, складывая перед собой ноги и откидываясь на спинку кровати. Юнги довольно улыбнулся и снова скрылся на кухне. Он убедился, что все выглядит прекрасно, схватил поднос и двинулся в комнату медленно так, чтобы ничего не пролить. Чимин что-то делал в своем телефоне, когда Юнги вошел. Перед тем, как посмотреть на него, он немедленно отбросил свой телефон и в удивлении уставился на него. — Хён? Лицо Юнги осветилось улыбкой, и он подошел к Чимину. Осторожно поставив поднос перед парнем, он выпрямился. — Я сделал тебе завтрак в постель! — Сказал он. Чимин, не веря, посмотрел на Юнги, а потом на поднос с едой перед собой. Его рот слегка приоткрывался в удивлении, пока он смотрел на то, что стояло прямо перед ним. Там была тарелка риса, кимчи, пророщенная фасоль, яичные рулеты и, самое главное, большая тарелка супа. — Ты сделал суп из морских водорослей?! — Конечно! Это же твой день рождения! — Сказал Юнги и сел на кровать рядом с Чимином. — Я обязан съесть суп из водорослей. — Как ты вообще узнал, как готовить суп из водорослей? И яичные рулеты. И кимчи? — Ладно, я не делал кимчи. Я попросил твою маму сделать немного для меня. Но она просто сказала мне, как его приготовить. Самым легким блюдом были яичные рулеты, — Юнги счастливо усмехнулся. Чимин выпустил смешок, все еще не веря. — Я не могу поверить, что ты на самом деле приготовил суп из водорослей. Он посмотрел на Юнги и потянулся за поцелуем. Юнги встретился с ним на пол пути. Поцелуй был сладким и невинным и закончился тем, что Чимин улыбнулся в него. — С днем рождения, Чимини, — прошептал Юнги в его губы. Чимин украл у него еще один поцелуй и отодвинулся, улыбаясь. — Спасибо, хён. — Давай, попробуй это, — сказал Юнги, выглядя одновременно и возбужденным и нервным. Чимин поднял ложку и попробовал немного супа. Его брови тут же взлетели вверх, и довольный стон соскользнул с губ. Юнги лучезарно улыбнулся, сидя рядом, гордый тем, что его усилия были оценены. — Это так вкусно, хён! Юнги ухмыльнулся и мысленно похлопал себя по голове. — Ты уже поел? — Спросил Чимин. — Я выпил кофе, — ответил Юнги. — Это не еда, — нахмурился Чимин и опустил ложку обратно в суп. — Открой, — сказал он, и Юнги открыл рот, закатывая глаза. Суп на вкус правда был хорош. Юнги взял поднял палочки и захватил немного риса, чтобы покормить Чимина. Чимин с радостью открыл рот. Они ели так: Юнги кормил его рисом с одной тарелки, а Чимин поил его супом. Когда вся еда была съедена, Чимин убрал поднос на пол и придвинулся к Юнги, опуская голову ему на плечо. — Я так наелся, — сказал он. Юнги усмехнулся и чмокнул Чимина в макушку. Он дернул плечом, чтобы заставить Чимин подняться с него. Чимин сделал это и вопросительно посмотрел на Юнги. — У меня... эм... у меня есть небольшой подарок для тебя, — сказал Юнги, почесывая затылок. Лицо Чимина просияло. — Это не основной подарок. Это больше как... эм... предподарок? — Юнги нахмурился на свои слова. Чимин хихикнул. — Тогда давай назовем это закуской. Юнги рассмеялся. — Закуска, да. Юнги потянулся к прикроватной тумбе и открыл ящик. Он вытащил оттуда аккуратно запакованную коробку. Юнги полностью развернулся к Чимину и протянул ее ему. Чимин взял коробку и одарил Юнги заинтересованным взглядом. Чимин не тот человек, который будет аккуратно распаковывать подарок. И никогда им не был. Именно поэтому он разорвал упаковку, чтобы посмотреть, какая именно "закуска" была внутри. Юнги слегка подпрыгнул, когда Чимин издал беличий писк. — Полароид! — Выкрикнул он и бросился с объятиями на шею Юнги, оставляя крепкий и влажный поцелуй на щеке старшего. — Спасибо огромное! Юнги усмехнулся и взъерошил волосы Чимина. — Я так понимаю, тебе понравилось. Чимин отстранился, чтобы осмотреть коробку. — Очень понравилось, хён! — Воскликнул он. — Я всегда хотел себе такой! Но эти штуки просто чертовски дорогие! —Он начал распаковывать коробку и вытащил камеру. Широкая улыбка буквально приклеилась к лицу Юнги, пока он наблюдал за тем, как Чимин бережно и с любовью крутит в руках камеру. Его сердце наполнялось теплом, когда он смотрел на Чимина. А потом Чимин внезапно поднял камеру и сделал снимок Юнги, которого вспышка застала врасплох. — Ой! — Выкрикнул он. — Я просто хотел удостовериться, что она работает! — Хихикнул Чимин и вытащил снимок. Он слегка потряс его и подождал пока снимок проявился. Широкая улыбка расцвела на его лице, когда фото, наконец, стало видно. Улыбающийся деснами Юнги на всю фотографию и его немного сморщенные у уголках глаза. Юнги придвинулся ближе, чтобы взглянуть. — Я выгляжу как идиот! Пожалуйста, удали это! — Хён, это полароид. Ты не можешь удалить фото, — закатил глаза Чимин. — Ох. Ты прав, — Юнги почесал свой нос, — ну, тогда выкинь ее! — Ни в коем случае! — Чимин убрал фото подальше от Юнги, который пытался схватить его. — Я люблю это фото. — Ты можешь сделать фото по-лучше! — Проскулил Юнги. Чимин покачал головой. — Я не выкину ее, — он показал надувшемуся старшему язык и придвинулся, чтобы чмокнуть Юнги в губы. — Это мой день рождения. Тебе не разрешается дуться. Юнги нахмурился на это. — Отлично, — пробубнил он. Чимин положил фото на прикроватную тумбочку и пододвинулся, чтобы забраться к Юнги на колени. Устроившись по-удобнее, он прижался к груди Юнги. Тот инстинктивно притянул Чимина руками за спину, нежно вырисовывая пальцами круги на его коже. Чимин поднял камеру и повернулся к Юнги. — Улыбочку! — Сказал он и развернулся с широкой улыбкой, чтобы сделать снимок. Когда фотография проявилась, на ней были изображены улыбающийся Чимин с глазами полумесяцами и Юнги, прижавшийся губами к его виску. — Хён! — Донесся голос Чимин из спальни. — Да? — Ответил Юнги с кухни, на которой мыл посуду. Секундой позже голова Чимин выглянула из дверного проема. — Ты можешь дать мне машину? — Что? — Юнги обернулся назад. — Куда ты собрался? — В колледж, конечно. Юнги выключил кран и быстро вытер руки о кухонное полотенце. — Но сегодня твой день рождения! — Я абсолютно уверен в том, что колледжу наплевать на это, хён, — сказал Чимин, ухмыляясь. Но он быстро убрал ее с лица, когда увидел, как поникло лицо Юнги. — Что не так? Юнги опустил взгляд в пол, пока говорил, его голос был тихим. — Я надеялся провести весь день с тобой. — Ох, — произнес Чимин. Он близко подошел к старшему и сильно прижал его к груди. — Хён, посмотри на меня, — нежно сказал он. Юнги поднял взгляд, надувая губы. Чимин не мог отказать себе в том, чтобы поцеловать эти очаровательные пухлые губы. — Не то, чтобы я пытался оказывать на тебя плохое влияние, но ты точно должен пойти? — Спросил Юнги. Чимин хихикнул в ответ. — Точно. Это очень важно. Юнги простонал и опустил голову на плечо Чимин. Парень успокаивающе похлопал Юнги по спине. — Это всего лишь одна лекция. Это займет всего 2 часа. Юнги только что-то проворчал и ничего не ответил. — Всего 2 часа, хён. И я буду весь твой. Юнги поднял голову. — Хорошо, — сдался он, — тогда пойдем. Юнги подъехал к колледжу Чимина немного раньше и остался ждать в машине, пока он закончит. Он отправил Чимину сообщение, чтобы тот знал, где он находится. Он откинулся на спинку сидения и закрыл глаза, слушая песни играющие по радио. Когда заиграла одна из его собственных песен, он сначала сморщился, а потом улыбнулся. Слышать свою собственную песню, случайно играющей на радио или ТВ, всегда ощущалось странно. Не то, чтобы ему не нравилось это. Он горд, что они вместе с Чувоном смогли так далеко зайти. Но Юнги думал, что, возможно, это всегда будет немного странно. Он не была уверен, что когда-нибудь сможет полностью поверить в это. Его глаза распахнулись от звука того, как Чимин забирался на пассажирское сидение. Он слишком сильно погрузился в своей собственный мир, что даже не услышал звука открывающейся двери. Чимин бросил свою сумку на заднее сидение. — Привет, хён, — ухмыльнулся он Юнги. — Привет, малыш. Как твои занятия? — Юнги выпрямился на своем сидении. Чимин пожал плечами. — Нормально. — Он вытащил несколько полароидных фотографий из кармана и показал их Юнги. — Смотри, я наделал фоток! — Сказал он с восторгом. Юнги забрал у Чимина фотки и пробежался по ним взглядом, смеясь над некоторыми смешными кадрами его друзей. — Ты собираешься использовать всю пленку за один день? — Я всегда могу купить еще, — сказал Чимин. — Ты же знаешь, что эта пленка очень дорогая, да? — Ухмыльнулся Юнги. Чимин застенчиво улыбнулся. — Хён, я тебе когда-нибудь говорил, какой ты красивый? — Сказал он слишком уж сладким голосом и чмокнул Юнги в щеку. Юнги обескуражено покачал головой и испустил смешок. — Я знал, что ты со мной из-за денег, — поддразнил он Чимина. — До тебя так долго доходит, — подмигнул но старшему. Юнги отвесил Чимину подзатыльник. — Засранец. — Чимин-а! — Воскликнула миссис Пак, открывая перед ними дверь. Она заключила своего сына в объятия. — С днем рождения, мой маленький мальчик! — Сказала она. Чимин тихо простонал, но счастливо улыбнулся и ответил на объятия матери. — Мне 23, мама. Я не малыш. Миссис Пак отстранилась, чтобы взглянуть сыну в лицо. — Значит только Юнги дозволено называть тебя "малышом"? — Спросила она, дрязняще поднимая брови. Юнги громко кашлянул на это и толкнул их обоих обратно в дом. Миссис Пак усмехнулась, а Чимин почесал свой нос, пока его щеки краснели. Юнги нашел отца Чимина на кухне и поздоровался с ним крепкими объятиями. Мать с сыном вошли секундой позже, мистер Пак обнял своего сына и поздравил его с днем рождения. Они уселись за кухонный стол. Чимин сел ближе к Юнги, прижимаясь боком к груди старшего и позволяя ему обернуть руку вокруг своих плечей. Им было довольно комфортно выражать такую близость в присутствии родителей Чимина. Старший, похоже, вообще не переживал по этому поводу. На самом деле, миссис Пак бесчисленное количество раз умилялась, наблюдая, как мальчики прижимаются друг к другу. — Итак, как у Юнги получился суп их водорослей? — Спросила миссис Пак. Чимин оживился: — О, он был очень хорош! Ты хорошо научила его, мам! Юнги рядом с ним слегка краснеет. Миссис Пак в отрицании замахала рукой. — Это все он сам. — Я тоже хочу попробовать еду Юнги, — прокомментировал это мистер Пак. — Тебе правда следует это сделать, пап! Он очень сильно прокачался! Сейчас он может сделать настоящую еду. Не просто рамен быстрого приготовления. — Сказал Чимин, зарабатывая легкий удар по голове от Юнги. По ходу разговора Юнги чувствовал себя в безопасности все больше и больше. Он машинально пропускал пальцы через волосы Чимина, осматривая все вокруг себя. Он говорил и смеялся, абсолютно спокойно чувствуя себя собой рядом с этими тремя людьми, которые значили для него так много. Он смеялся над чем-то, что говорит мистер Пак, и видел как тот смотрит на свою жену, когда она смеется рядом с ним. На секунду Юнги задумался над тем, как он сам смотрит на Чимина: в глазах нежность, а лицо излучает обожание. Чимина начинал что-то увлеченно рассказывать, и, когда он поворачивался на парня, чтобы посмотреть на него, он знал. Он знал, что, да, он тоже смотрит на Чимина так. Волна тепла захлестнула его , и он прижал Чимина немного ближе к себе. Юнги оставил нежный поцелую на голове парня. Движение настолько маленькое и едва заметное, учитывая как близко они сидели. Но Юнги заметил, как миссис Пак стрельнула в него глазами, они сияли. Он одарил ее неловкой улыбкой, смущенный тем, что его поймали. Обед оказался очень громким, потому что все принялись травить шутки. Главной целью, однако, все еще оставалось смутить именинника. Мистер и миссис Пак рассказывали все смущающие истории из детства Чимина, в которые Юнги еще не был посвящен. Например, однажды на свой день рождения шестилетний Чимин настолько сильно хотел в туалет, что в спешке успел снять с себя шорты и закончил свой забег, врезавшись в стену. Его родители нашли его на полу, наполовину голым и с кровоточащей головой. Ничего серьезного не было, но, в конце концов, Чимину наложили швы, и на фотографиях с дня рождения у него огромная марлевая повязка на весь лоб. Юнги смеялся от души, пока Чимин в своем кресле пытался сползти настолько, насколько это было возможно. Его слабые попытки защитить свою честь остались незамеченными. Сердце Юнги забилось быстрее в груди. Этот дом заставлял его заставлял его чувствовать себя как дома больше, чем это когда-либо удавалось дому, где он провел детство. Он не мог перестать благодарить того, кто решил поместить Чимина на его пути. Чимин не только возвращал ему улыбку, он так же давал Мину все, о чем он мечтал всю свою жизнь — семью. Когда он смотрел на трех людей, сидящих перед ним, пререкаются друг с другом, как они всегда это делают, он чувствует, как его горло слегка сдавливает. Он думает, мог ли он иметь когда-нибудь тоже самое со своими собственными родителями, если бы он жил так, как нравится им. Он потряс головой, прогоняя мысль, услышав звук прекрасного смеха Чимина. Потому что это сейчас не важно. Это никогда не будет важно. Эти люди перед ним приняли его просто таким как он есть. Они любят его без каких-либо условий. Чимин повернул голову, чтобы посмотреть на Юнги. Его глаза были наполнены беспокойством, и он дернул головой, спрашивая, что не так. Юнги покачал головой и улыбнулся Чимину. Он взял Чимина за руку под столом и крепко сжал. Когда парень сжал его руку в ответ, Сердце Юнги наполнилось теплом не только из-за любви Чимина, но из-за мысли, что он, наконец, наконец-то, он принадлежит семье. Два парня сидели в гостиной, когда родители Чимина вынесли торт с двадцати тремя свечками на нем. Чимин вскочил на ноги, пока все остальные пели ему "с днем рождения". Он попытался задуть все свечи за раз, но пропустил, как минимум, пять. Юнги обязательное размазывает немного торта по лицу Чимина, тот тоже не может удержаться от этого. Миссис Пак делает фото двух парней, улыбающихся друг другу каждым дюймом своих лиц. Они умылись перед тем, как все же сеть кушать торт. Юнги состроил Чимину щенячьи глазки, так что младший должен будет сделать всем кофе. Все четверо сидели в гостиной: родители Чимина на диване, а Юнги в кресле-мешке, пока Чимин был на ковре на полу. Юнги почти вслух умиляется тому, как большой малыш Чимин выглядит, скрестив ноги на полу и открывая свои подарки так, будто бы сейчас рождественское утро. Когда Чимин был близок к тому, чтобы закончить восхищаться подарками, которые он получил от родителей, Юнги заерзал в своем кресле. Он сделал большой глоток крепкого кофе, который сделал Чимин, и попытался успокоить нервы. Юнги еще не отдал свой подарок Чимину и все больше начинал думать, то это глупый подарок. Он должен был остановиться на наборе манги. Когда Чимин отложил свои подарки в сторону и выжидающе взглянул на Юнги, он знал, что пути назад уже нет. — Хен, где же мой "главный"? — Спросил Чимин, подпрыгивая на полу. Юнги посмотрел прямо на родителей парня и увидел их ободряющие улыбки. Они уже знали, что Юнги приготовил для Чимина. Эти улыбки каким-то образом расслабили его, и он решил просто пройти через это. В любом случае, сейчас он ничего не сможет сделать. Или он отдает Чимину диск или говорит, что у него нет подарка. Юнги сделал глубокий вдох. Он поставил пустую кружку кофе на стол и вытащил диск из своего кармана в куртке. И перевернул в своей руке. — Ну, это и есть главный. Я эм.... надеюсь тебе понравится, — смущаясь закончил он. Чимин прыжком придвинулся ближе и взял диск из рук Юнги. — Что на нем? — Любопытно спросил он. — Песня. Я... ну, написал песню для тебя. Это даже не песня, по правде говоря, просто рэп. Подожди, но я все еще думаю, что это песня, — протараторил Юнги. — Не важно, ты понял, что я имел в виду. Я не умею петь, поэтому я читал рэп. Он очень плохой, я знаю. Ты, наверное, ожидал чего-то другого, но, хорошо, да, мне жаль, я- Юнги был прервал маленькой ладонью, закрывшей его рот. — Ты собираешься дать мне послушать ее сегодня, или ты планируешь проговорить все время? — Сказал Чимин, в его глазах плясало озорство. Двое взрослых усмехнулись тому, насколько взволнованным выглядел Юнги. Когда тот слегка кивнул, Чимин убрал свою руку. Он вскочил и отошел, чтобы взять свой переносной CD-плеер из старой комнаты. Он впрыгнул обратно к гостиную и плюхнулся на пол прямо напротив Юнги. Вытащив диск из коробочки, он поместил его в плеер. Одарил яркой улыбкой Юнги, а затем ударил по кнопке плей. Когда заиграло всего несколько первых нот пианино, Чимин ахнул. Он уставился на Юнги широко распахнутыми глазами. — Это наша песня! — Воскликнул он, не веря. Юнги смог только слегка улыбнуться и кивнуть. — Он, хён... — оборвал себя Чимин, его голос был полон эмоций. Он больше не смотрел на Юнги, пока продолжал слушать песню. Когда музыка достигла пика, послышался голос рэпующего Юнги. Парень закусил губу, пока слушал, как его голос заполнял комнату. Это было пианино? Или это было мороженое? Возможно, это было море, продолжающее тянуть меня Не важно, как много я думаю Я все еще не знаю Разве это важно? Разве важно, как ты предстал передо мной? Я продолжаю себя спрашивать Потом я услышал твой голос в моей голове Он говорил, что это не важно Ты сказал, что это не важно И, я знаю, ты прав Ведь ты здесь сейчас Ты нашел меня снова Ты нашел меня, когда я потерял сам себя ты нашел меня, когда я был разбит Но, ты знал, почему я продолжаю думать как? Потому что я все еще не знаю, кого благодарить В моей голове хаос Как минимум, так было раньше И затем пришел ты И твой звонкий смех И твое теплое сердце Ты растопил лед вокруг меня Ты собрал все мои кусочки Лего Собрал меня вновь Я — тот, кто был сломлен Ты — тот, кто отстроил меня заново Я не знал, что это возможно Но как-то ты это сделал Как ты это сделал? Как тебе всегда удается заставлять мое дыхание сбиваться? Я был счастлив Но потом это случилось Нас разлучили И я снова себя потерял Я позволил себе идти Я позволил жизни оставить меня Как я не знал тогда? Это позволило моей жизни уйти Позволило тебе уйти Ты — кислород, что течет по моим венам Но я променял кислород на никотин Я утопил себя в море дыма Я не оставил ни капли места для свежего воздуха Возможно, я должен был знать Что ты всегда найдешь путь назад Возможно, я знал Но, может быть, я просто сдался Ты снова пришел, как глоток чистого воздуха Ты снова нашел меня Единственный, пускающий жизнь по моим венам Единственный, заставляющий меня хотеть жить Единственный, заставляющий меня улыбаться Ты — тот, кто спас меня Все хотят узнать, в чем смысл жизни Когда я вижу тебя, я знаю, что это ты Ты — смысл моей жизни Мой прекрасный ангел Ты нашел меня Глаза Юнги все еще были прикованы к Чимину в попытке понять, какой выражение у него выражение лица. Но он не мог точно видеть, потому что тот обхватил голову руками, уставившись в пол. Он ненавидит ее, заключил Юнги. Именно поэтому он даже не посмотрел на него. Он, наверное, не хочет ранить Юнги словами о том, что ему не понравилось. — Тебе не понравилось, да? — Сказал Юнги, его голос прозвучал грустнее, чем он рассчитывал. — Мне жал- Слова застряли у Юнги в горле, когда Чимин поднял на него слезящиеся глаза. До того, как Юнги смог бы понять, что происходит, Чимин оттолкнулся с пола прямо на его колени. Он взял лицо Юнги в свои руки и поцеловал его до звездочек перед глазами. Дыхание Юнги оборвалось, когда он попытался ответить Чимину, и, когда Чимин отстранился, Юнги натурально задыхался, его глаза были закрыты, и он чувствовал, как Чимин дышит ему на лицо. — Я люблю ее, хён. Так сильно люблю, — пробормотал Чимин, — я- Его голос надломился, и веки Юнги взметнулись вверх. Одинокая слеза текла по щеке Чимина. Юнги нежно смахнул ее большим пальцем и поцеловал кончик носа парня. — Правда? — Спросил он. Чимин кивнул. — Правда. Она такая... красивая, хён. И то, что ты написал ее для меня. Я не могу выразить, настолько это много значит для меня, — когда потекла следующая слеза, Юнги так же смахнул ее. — Это была правда до самого последнего слова, Чимини. Ты же знаешь это, да? — Прошептал Юнги. Чимин улыбнулся сквозь слезы. — Я знаю, — прошептал он и снова прильнул к своему парню. В этот раз поцелуй не был глубоким и настойчивым, а нежный и чувственный. Спустя несколько мгновений Чимин улыбнулся в поцелуй. И, достаточно скоро, все обернулось тем, что они просто прижимали свою лица близко и улыбались друг другу в губы. Яркая вспышка и какой-то звук щелчка заставили их обоих подпрыгнуть и отстраниться друг от друга. Когда до них дошло, что родители Чимина все это время смотрели на них, и миссис Пак сейчас сделала фотографию на фотоаппарат Чимина, они оба покраснели. Чимин быстро слез с колен Юнги и встал прямо. — Привет, родители. Я совсем забыл, что мы тоже здесь, — он прозвучал больше как робот. Даже сквозь все свое смущение Юнги издал смешок. — Ох, да. Мы все еще здесь, — хихикнул мистер Пак. Мама Чимина была занята тем, что трясла фотографию для того, чтобы она быстрее проявилась. Когда это все же случилось, она широко улыбнулась и показала фото своему мужу. — Хорошо получилось! — Сказала Она. — У меня прекрасные навыки фотографа! Юнги хотел вырыть яму в земле и залезть туда. Он предполагал, что у Чимин думает сейчас то же самое. Но то, что Чимин сделал вместо этого, — это пробормотал извинения и убежал на кухню. Юнги подумал секунду, а затем решил присоединится к Чимину, бормоча что-то о том, что проверит его. Как только он ушел в кухню, он обнаружил Чимина прислонившимся к кухонной тумбе и спрятавшим пылающее лицо в ладонях. Юнги хмыкнул и подошел к нему. Он мягко потянул руку Чимина, заставляя ее упасть. — Господи, хен. Я не могу поверить, что мы целовались прямо перед моими родителями. Юнги усмехнулся. — Ну, это ты начал, — сказал он. — Это ты! Это ты написал песню! — Возразил Чимин. — В песне не было строк о том, что ты должен наброситься на меня перед своими родителями, — Юнги показал ему язык. Чимин в ответ надул губы. Юнги тыкнул в его пухлую щеку, умиляясь. — Я уверен, что им все равно, малыш, — сказал он. Чимин ответил: — Но дело не в этом! Человек просто не может спокойно целоваться перед родителями. А моя мама даже сделала фото. Почему моя семья такая? — простонал он. Юнги обернул свои руки вокруг талии Чимина и притянул его ближе к своей груди. Тот опустил свою голову на плечо парня. — Именно поэтому я так сильно люблю их, Чимини. Мы должны быть счастливы, что они есть у нас. — Сказал Юнги Чимину в волосы. Чимин тяжело вздохнул. — Я думаю, да. Но это так смущающе, хен! Я был на твоих коленях! Юнги рассмеялся и туже сомкнул руки вокруг Чимина. — Все в порядке, солнце, — заверил он парня. Чимин поднял голову и обернул свои руки вокруг плеч Мина. — Ну, что сделано, то сделано, — сказал он. — Именно, — согласился Юнги. Он огляделся вокруг, чтобы убедится, что они одни, а затем захватил надутые губы Чимина своими. Он целовал его мягко, скользя своими губами напротив пухлых губ парня. Когда он повернул свою голову для более глубокого поцелуя, Чимин запустил руки в его волосы, притягивая его ближе. Юнги не знал, как долго это длилось, но он думал, что прошло всего пара секунд, когда раздалась еще одна вспышка и звук затвора. Они снова отпрыгнули друг от друга, и в этот раз Чимин был больше раздражен, чем смущен. — Мама! — Крикнул Чимин. — Может, ты прекратишь делать это? — Но вы, мальчики, так мило выглядите! И, Чимин-а, эта камера такая смешная! — Миссис Пак счастливо улыбнулась. — Дай ее сюда, — сказал Чимин и обошел Юнги, чтобы дотянутся до матери. — Что? Нет! Я хочу сделать больше фото! — Она отвернулась, чтобы защитить камеру от попадания в чиминовы руки. — Нет! — Воскликнул Чимин. — Отдай мне обратно! Юнги просто стоял в стороне и с удовольствием наблюдал за борьбой матери и сына за камеру. Мистер Пак появился за сражающимся дуэтом и с любовью улыбался смотря на них. Он встретился глазами с Юнги и жестом показал ему подойти. Юнги обошел миссис Пак и Чимина, которые снова начали кружить вокруг друг друга. Юнги проследовал на мистером Паком в гостиную и вышел через входную дверь. На улице становилось темно, и Юнги мог видел пар черед своими глазами, когда выдыхал. Он положил руки в карманы, чтобы защитить себя от холода, и взглянул на отца Чимина, ожидая, когда старший заговорит. — Ты же очень сильно любишь Чимина, правда? — сказал мистер Пак. Юнги немного застал врасплох этот вопрос. Но он кивнул и ответил: — Да, это так. Мистер Пак замолчал на время, размышляя над своими следующими словами. Он сделал глубокий вдох, а потом выдохнул перед те, как продолжить. — Я не собираюсь говорить тебе, что я выслежу тебя, если ты разобьешь моему сыну сердце, — он посмотрел на Юнги. — Я просто хочу сказать тебе, что не надо. Не надо причинять моему мальчику боль. — Я никогда не сделаю ему больно, папа, — уверено сказал Юнги. Мистер Пак кивнул. И ровно тогда, когда Юнги подумал, что разговор закончен, отец Чимина заговорил снова. — И Юнги-я, — сказал он, — не позволяй ему причинять боль тебе тоже. Горло Юнги сдавило. Он сглотнул несколько раз, чтобы избавиться от комка. — Я знаю, что он этого не сделает, — пробормотал Юнги, не способный говорить из-за всех тех эмоций наполнивших его. У него было непреодолимое желание обнять человека перед собой. Мистер Пак одарил Юнги нежной улыбкой. Он положил руку на его плечи и развернул их обоих. — Давай вернемся внутрь, — сказал он, — я надеюсь, те двое еще не поубивали друг друга. Юнги испустил смешок, пока они возвращались обратно в дом. Юнги подъехал на стоянку и поставил машину в привычном месте. Он подвинулся, чтобы выйти из нее, но Чимин, тянущий его за рукав, заставил его остановится. Он вопросительно поднял брови, глядя на младшего. — Еще слишком рано, чтобы заканчивать день, хен, — надулся Чимин. — Сейчас ночь, Чимини, — сказал Юнги. — Да, но все еще рано, — сказал он, — я пока не хочу домой. — Юнги сел обратно и задумался. Была еще одна вещь, которую он хотел сделать, пока колледж Чимина не помешал бы этому. — Хорошо, тогда. Пойдем, — он жестом показал Чимину выйти из машины. Юнги взял его за руки и повел прочь с парковки. — Куда мы идем, хен? — восторженно спросил Чимин. — В твое любимое место. Чимин смотрел на мир, пока качался вперед и назад на качелях. Метал скрежетал каждый раз, когда он летел вперед. Юнги все еще полностью не доверял этим качелям, так что он просто сидел на соседней, слегка раскачиваясь. — Прошло много времени с тех пор, как я последний раз был здесь, — сказал Чимин, откидывая голову назад, чтобы почувствовать ветер на своем лице. Юнги улыбнулся. — Счастлив? — Очень. Уютная тишина повисла между ними двумя, разрушаемая лишь трещанием сверчков и скрипом металла. Юнги глубоко вдохнул и выпустил весь воздух с улыбкой. — Здесь это произошло, — сказал он нежно. Чимин немного приостановился. — Да, я помню, — сказал он. — Я был так напуган. — Правда? — Юнги приподнял бровь. — Конечно, я был напуган, — Чимин испустил смешок, — ты бы видел свое лицо. Ты выглядел так, будто бы увидел призрака. Юнги рассмеялся. — Я чувствовал себя так, будто бы увидел его. — Но все же. Почему ты испугался такого красивого призрака? — Чимин поиграл бровями. Юнги потянулся, чтобы ударить Чимина по руке. — Придурок. Чимин рассмеялся, и этот звук раздался эхом в тишине. Это согревало Юнги что-то в груди. — Как ты думаешь, что бы было, если бы я никогда так и не вернул свои воспоминания? — Спросил он. Чимин подумал несколько секунд, а потом пожал плечами. — Я не уверен. Мы могли бы все еще встречаться. — Ты был бы в порядке с этим? — Спросил Юнги. — С чем? С тем, чтобы встречаться с тобой? — Нет. С тем, что я считал тебя незнакомцем, когда мы встретились на пляже. Чимин пожал плечами. — Я не знаю. Возможно, я был бы не до конца в порядке, но у меня не было бы другого выбора, так ведь? — Ты мог просто забыть обо мне так же, как и я, и сойтись с кем-нибудь другим. — Что заставило тебя подумать, что я сделал бы так? — Потому что это проще. — Я не хочу проще. Я хочу тебя. Юнги уставился на парня. — Даже если это бы означало, что тебе будет больно? — Это не имеет значения до тех пор, пока ты счастлив, хен. — Чимини... — Юнги потерял дар речи, как только слезы выступили на его глазах. Он не понимал, что такого он сделал, что получил этого замечательного мальчика. — Я не заслуживаю тебя, — пробормотал он. Чимин прекратил раскачиваться и встал. Он склонился перед Юнги и взял обе его руки в свои маленькие. — Хен, посмотри на меня, — нежно сказал он. Когда Юнги встретился с ним глазами, он мягко улыбнулся. — Ты все еще не представляешь насколько замечательный ты человек, да? Юнги слегка шмыгнул носом. Слезы струились вниз по его лицу, Ни он, ни Чимин не пытались смахнуть их. — Знаешь, что я думаю? — Спросил Чимин и продолжил, не дожидаясь ответа. — Я думаю, мы оба достойны друг друга. Юнги вскинул голову — Почему ты говоришь так? — Потому что я правда считаю так, как сказал. Я сделаю все, что угодно, чтобы сделать тебя счастливым. И я знаю, что ты сделаешь то же самое и для меня тоже, — Чимин улыбнулся ему. — Мы любим друг друга, хен. Мы любим друг друга больше, чем что-либо еще, и, я думаю, что это то, чего мы заслуживаем. Мы заслужили любить так и быть настолько же любимыми в ответ. Мы заслужили быть счастливыми, хен. Юнги проигнорировал следующую слезу, пробежавшую по его лицу. Он освободил свои руки от рук и Чимина и обхватил ими его лицо. Взгляд, которым он одарил младшего, передавал все те эмоции, которые он не мог выразить словами. И по тому, как Чимин смотрел на него в ответ, Юнги понимал, что он понимает каждое несказанное слово. Юнги придвинулся и прижался губами в лбу Чимина. — Спасибо за то, что нашел меня вновь, — прошептал он ему. — Черт, сегодня ночью холодно, — сказал Чимин, слегка вздрагивая от холодного ветра, подувшего на него снова. Он прислонился к боку Юнги в поисках тепла. Их обувь стояла на песке чуть вдали, и Юнги уже начинал жалеть, что они их сняли. Но на них, как минимум, все еще были носки. Сегодня море было спокойным, волны лениво приливали к берегу, стараясь отбросить друг друга назад, но, тем не менее, все еще продолжая прибывать. Они выглядели правильно, на своем месте. Юнги обернул свою руку вокруг Чимина и прижал его до невозможности близко. Как море всегда так ясно отражало то, что оно чувствует, он никогда не поймет. — Ты не хочешь зайти в воду? — Спросил Юнги. Чимин вскинул голову вверх и посмотрел на Мина дикими глазами. — Ты с ума сошел? Вода ледяная! — Еще одна причина пойти, — Юнги хихикнул над смущенным лицом Чимина. — Я не понимаю твоей логики, — сказал Чимин с каменным лицом. — На самом деле, я не думал. — Именно, — Чимин снова положил голову на его плечо, но Юнги встал. Он оттряхнул песок со своих штанов и протянул одну руку Чимину. Тот только изумленно уставился на него. — Давай, Чимини. Встряхнемся немного, — подмигнул ему Юнги. — Ты пытаешься убить нас. Юнги наклонился и схватил Чимина за руку. Парень вскрикнул, когда Мин потянул его вверх. — Давай, снимай свои носки, — сказал Юнги, уже почти избавившись от своих. — Хен, ты сумасшедший! — Давай, Чимини, — проскулил Юнги. — Что на тебя нашло? — Чимин не смог сдержать смеха от восторга Юнги. — Я не знаю! Просто пойдем со мной! Чимин закончил снимать носки и позволил Юнги потащить себя в воду. Он выкрикивал целые серии проклятий, когда ледяная вода касалась его ног. Юнги делал то же самое и подпрыгивал на месте. — Блять, она такая холодная! — Кричал Юнги. — А чего ты ожидал? — Рассмеялся Чимин. И после этого Юнги начал пугать Чимина, брызгая его водой. — Ох, нет, ты не можешь, — сказал Чимин с хищным взглядом на лице. Они закончили брызгать друг в друга водой, смеясь и крича, пытаясь остаться сухими настолько, насколько это было возможно. Это не сработало, конечно же. После одной дикой ухмылки, появившейся на лице Чимина, Юнги даже не увидел, как он прыгнул на него, опрокидывая в воду, полностью вымачивая обоих. — Йа! — вскрикнула Юнги. — Мы так не договаривались! Они попытались встать, пока их вымокшая одежда тянула их обратно вниз. — Это ты начал! — Сказал Чимин, брызгая еще больше воды в Юнги. — Ты такой придурок, Чимин! — Юнги взял в захват его голову и сильно потер костяшками его голову. — Ах, хен, прекрати! — Чимин вырвался из захвата Юнги. Тот же просто рассмеялся и продолжил свое наказание. Когда они оба продрогли достаточно, чтобы лишиться чувств, до них дошло, что у них нет никакой сменной одежды. Чимин одарил Юнги убийственным взглядом. — Если я замерзну до смерти в свой день рождения, это будет твоя вина, хен, — сказал он. Юнги усмехнулся и потянул его за собой, чтобы взять их обувь и носки. — Давай, пойдем домой. Тут все равно не далеко. Чимин уже ощутимо трясся, и поэтому прижался ближе к Юнги. Они вернулись в свою квартиру, прижавшись друг к другу в поисках хоть малейшего тепла. Юнги старался контролировать потряхивание своего тела достаточно для того, чтобы попасть ключом в замочную скважину. Сразу же, как дверь открылась, Чимин забежал внутрь в их спальню. Юнги сбросил свою обувь на пол и закрыл дверь. Чимин вернулся с двумя полотенцами и бросил одним в старшего. Юнги вытер свое лицо и обернул полотенце вокруг себя. Он прошел в кухню и принес две кружки горячей воды. Чимин принял ее благодарно. Юнги зашел в их спальню. Он стащил мокрый свитер в который был одет и быстро высушил свое тело перед тем, как туго обернуть полотенце вокруг плеч и выйти обратно в гостиную. — Ты можешь пойти принять душ первым, — сказал Юнги Чимину. До того, как Юнги понял, что произошло, его внезапно прижали к стене, а губы Чимина оказались на его собственных. Его мокрая одежда прижалась к голой груди Юнги, пуская мурашки по его телу. Полотенце соскользнуло с его плечей и упало на пол. — Чимин? — удалось сказать ему в перерыве между влюбленными поцелуями. Он положил свои ладони на плечи парня и мягко оттолкнул его. — Малыш, что...? — произнес он на выдохе. Чимин посмотрел на него с расширенными зрачками и надутыми губами. Голос в голове Юнги говорил ему принять горячий душ и переодеться в сухие вещи, а его тело твердило ему позволить Чимину делать все, что он хочет. Чимин должно быть знал это, потому что прижался ближе к Юнги и переместил свои губы на его шею, посасывая и облизывая мягкую кожу. Юнги обернул руки вокруг груди парня, его тело действовало само по себе. Хотя его мозг все еще докучал ему. — Малыш, мы должны высохнуть... — Он оборвался на полуслове из-за стона вырвавшегося из его горла, когда Чимин засосал кожу за его ухом. — Чимини... Мы все мокрые... — Попытался он снова. Чимин снова захватил его губы и втянул нижнюю губу, а затем переместил рот на его челюсть. — Заткнись, хен. Дай мне спокойно получить свой десерт, — промычал он Юнги в кожу. — Десерт? — Юнги наклонил голову, давай больше пространства для действий парню. Чимин мокрыми поцелуями спустился ниже к его ключицам. — Ну, я уже получил закуску и главное блюдо, — он поднял голову, чтобы встретиться с Юнги взглядом. Его глаза сверкнули, когда он снова заговорил, — это — мой десерт. Юнги приказал своему мозгу заткнуться и придвинулся, чтобы подхватить Чимина под бедра. Парень запрыгнул на него, оборачивая руки вокруг шеи Юнги и зарываясь пальцами в его мокрые волосы. Юнги крепко прижимал его к своему телу. Когда они поцеловались, то поцелуй был влажный, глубокий и наполненный их безумными стонами. Чимин отстранился перым. Он прижался своим лбом к лбу Юнги, закрыл глаза и тяжело дышал. — Отнеси меня в кровать, хен, — прошептал он. На следующее утро они проснулись от ужасного холода. Чимин сел на кровати и чихнул, как минимум, 5 раз, пока не упал обратно на подушку. Юнги сбоку усмехнулся. — А я говорил тебе. Нам следовало снять мокрые вещи вчера. — Мы <i>сняли<\i> мокрые вещи вчера, — сказал Чимин с усмешкой. У обоих голоса были тяжёлые и хриплые. Юнги шлепнул Чимина по руке. — Ты знаешь, что я имел в виду, дурак. Чимин хихикнул и обернулся змеей вокруг Юнги, зарываясь лицом в его грудь. — Полностью заслужено, — сказал он, прижимаясь легким поцелуем к его груди. Юнги мог почувствовать, как Чимин улыбнулся в его кожу. — Не могу не согласиться с этим, — хихикнул он и оставил поцелуй на макушке Чимина.