Дороги назад нет

***

      На небольшой площади стояла виселица, наспех сколоченная за ночь. Погода стояла жаркая и солнечная. Люди уже начинали собираться, громко обсуждая грядущую казнь. Лица солдат, стоявших неподалеку от виселицы, были покрыты испариной. В толпе можно было увидеть Билли Бонса, высокого, мускулистого, полного решимости. Рядом с ним стояло ещё несколько пиратов, детально рассматривавших площадь и пытающихся подсчитать, сколько же нужно людей, чтобы спасти капитана Вейна.       Элеонор Гатри ещё не явилась, зато советники губернатора уже выстроились в ряд, ожидая казни. Спустя несколько минут послышался стук копыт — прибыла повозка, на которой везли обвиняемого. Тут же показалась Элеонор, вставшая рядом с советниками.       — Когда лорд губернатор прибыл сюда, он многое вам обещал: закон, порядок… — громогласно говорил впопыхах найденный судья, но Чарльз Вейн уже не слышал его.       Он был напряжен. И вовсе не страх скорой смерти заставлял его мышцы нервно вздрагивать. Пусть его казнь превратили в спектакль, пусть Элеонор Гатри специально ускорила ее, пусть приспешники губернатора не считают его за человека… Все это не важно. Важно то, что его смерть заставит людей в Нассау задуматься, зачем им нужна эта власть, заставит их принять решение, подтолкнет к действиям.       Сквозь дымку, которая заволокла его взгляд, Чарльз заметил Билли. Тот был готов спасать его, выйти и убеждать людей в том, что казни не должно быть. Но Вейн лишь отрицательно покачал головой, глядя на Билли. И Билли все понял. Казнь должна состояться. Казнь — это призыв.       — Желает ли приговорённый сказать последнее слово перед исполнением приговора? — спросил судья.       Чарльз Вейн, ни капли, не изменившись в лице, начал говорить:       — Люди, которые привели меня сюда, боятся не меня. Я стою здесь, потому что они боятся вас. Они знают, что мой голос, который сопротивлялся порабощению, когда-то жил и в вас, и до сих пор живет. Меня привели сюда, чтобы показать вам смерть, напугать вас, и заткнуть эти голоса. Но знайте: нас много, а их мало. Страх смерти — это выбор. И нас всех им не перевешать. — Чарльз обернулся, чтобы увидеть палача и кинул ему напоследок, — делай свое дело, ублюдок.       Тот накинул на шею капитана Вейна петлю, плотно затянул её и отошёл. Элеонор Гатри, неподвижно стоявшая вдалеке, казалось, улыбалась, глядя на Чарльза не отрываясь. Лошади пошли вперед, увлекая за собой повозку. Вейн, сделав два шага вперёд, повис в петле, последний раз схватив ртом воздух. Билли и другие пираты с тяжёлым сердцем смотрели на тело отважного капитана, болтающиеся на виселице.       Внезапно раздался выстрел. Веревка, крепко обвившая шею пирата, разорвалась.       Чарльз Вейн рухнул на землю, тяжело дыша и кашляя. Сквозь толпу к нему подбежала тонкая фигура в плаще, сняла верёвку с его шеи и вставила в руки Вейна пистолет.       — Прости, но не могла смотреть, как тебя вешают, — её слегка хриплый голос показался Чарльзу безмерно знакомым, но времени на разборки не было.       Билли и его люди слегка замешкались, но все же смогли собраться и, растолкав толпу, подняли Вейна с колен. Пока один из пиратов уводил Чарльза сквозь людей, Билли с остальными успешно прикрывали их, отстреливаясь от английских солдат. Испуганная Элеонор поспешила скрыться в сопровождении шести человек.

***

      Как только капитан Вейн был достаточно далеко от площади, Билли с друзьями разбежались в разные стороны и попытались скрыться. Внезапно Бонсу преградили дорогу трое солдат. Одного из них парень сразу смог застрелить, второго удалось ранить шпагой, но вот третий смог ударить его по голове, и Билли, потеряв равновесие, упал на землю. Однако, до того, как солдатская шпага пронзила его сердце, кто-то вступился за него, выставив свою шпагу наперерез. Пока Билли приходил в себя, бой уже был окончен. Зато он смог рассмотреть своего спасителя: черный плащ, покрывавший его спину и надёжно скрывающий лицо, был окровавлен. На ногах были старые сапоги, за поясом красовалась шпага и два пистолета. Лицо рассмотреть было затруднительно, но тут незнакомец подал ему руку, и Билли с ужасом понял, что перед ним девушка. Тонкие длинные пальцы надёжно уцепились за его руку, и девушка быстрым рывком помогла ему подняться.       — Нам нужно уходить. Здесь недалеко есть безопасное место, я покажу, — проговорила она бархатистым голосом, и Билли последовал за ней.

***

      Пробежав ещё несколько минут, они остановились у невзрачного темного дома и вошли внутрь. Внутри оказалось довольно светло и уютно. Девушка села за стол, откинула капюшон и улыбнулась Билли, который все это время завороженно наблюдал за ней.       — И так, у тебя, полагаю, много вопросов. Мое имя Карлотта, для друзей просто Карла. Много лет назад я жила на Нассау, но по некоторым личным причинам я была вынуждена его покинуть. Я вернулась сюда несколько дней назад. И сегодня утром услышала новость о казне некого Чарльза Вейна, прославленного пиратского капитана. Меня поразило его бесстрашие, и я решила, что если вы с друзьями намереваетесь просто смотреть, то я, пожалуй, вмешаюсь. А сейчас я прошу тебя отвести меня к нему, чтобы я могла поговорить с ним, — голос девушки ни разу не дрогнул, лишь слабо подрагивающая мышца левого века выдавала ее волнение.       Хотя Билли этого не замечал. Он без стеснения разглядывал новую знакомую: ее черные как смоль волосы, сплетенные в тугую косу, ее глубокие карие глаза, ее точёные черты лица, идеальные изгибы губ…       — Да, я. Я отведу вас к нему. Конечно.

***

      Билли с Карлой отправились к дому, куда было решено отвести Вейна. У дома уже собрались практически все люди Билли. Карла шла на ватных ногах, ругая сама себя за несобранность — она привыкла, что это может стоить ей жизни. Когда они вошли в дом, Чарльз Вейн сидел на стуле, вальяжно куря сигару. На его шее виднелся свежий синяк от петли. Увидев Карлотту, он затушил сигару, кивнул всем, чтобы их оставили наедине, и встал навстречу девушке.       — Господи, Чарльз, это правда ты? — По ее щекам потекли слезы, но, сделав несколько глубоких вдохов, она тут же собралась с мыслями и осушила солёную жидкость рукавом, — не думала, что мы ещё свидимся.       — Сколько лет прошло, м, Карла? Пятнадцать? — Вейн равнодушно взирал на нее, стоя рядом со стулом.       — Шестнадцать лет и четыре месяца. Чарльз, ты ведь знаешь, что этот выбор был сделан за меня. Я рада, что ты жив, — Карла попыталась улыбнуться, но вышло не слишком убедительно.       — Знаю. Я не злюсь на тебя и никогда не злился. Не стоило меня сегодня спасать. Я был готов умереть.       — Я не могла смотреть, как ты умираешь. Извини. — Карла сделала несколько шагов в сторону Вейна, и тот инстинктивно отпрянул.       — Чего ты хочешь сейчас, Карла? Зачем возвратилась, зачем спасла, зачем пришла сюда? — Вейн вернулся в прежнее положение, сел на стул и потёр рукой саднящий синяк на шее.       — Столько вопросов, Чарльз. Я вернулась, потому что наконец-то смогла. Спасла тебя, потому что ты заслуживаешь жизни. Сюда пришла, чтобы поговорить. А чего я хочу? Не знаю, Чарльз, — на последних словах ее голос предательски дрогнул.       — Знаешь, — резко и грубо сказал Вейн, — но это неважно. Я спрошу у тебя это один раз. Хочешь быть в моей команде, Карла? — На этих словах пират резко встал, в пару шагов сократив расстояние между ними до нескольких сантиметров, и впился пальцами в плечо девушки.       — Да, Чарльз. Я готова идти за тобой хоть на край света и сражаться до конца, — Карла вырвалась из цепких пальцев Вейна и спешно вышла.