Ну какой из тебя хулиган?

Внутри служебного помещения никого не было, но в любой момент туда мог прийти либо Илья, либо Ян, и я по-любому получу выговор за постороннего в лице Кости. Поэтому разговор нельзя затягивать. Мы шагнули за порог и оказались в небольшой комнате с круглым деревянным столом в самом центре, несколькими стульями вокруг и большими стеллажами у стен со всяким хламом. Документы, реквизит и прочая ерунда. Окон здесь не было, а источниками света служили тусклые настенные светильники. Я закрыла дверь и уселась на столе, смело приковав свой взгляд к Косте. Он немного осмотрелся, а затем взял стул и сел напротив меня. Слишком близко… Почувствовав себя не комфортно, я немного подвинулась назад. Успокаивало лишь то, что я сидела на уровень выше.   — Ну наконец-то. Спасибо, что все-таки согласилась выслушать. На самом деле, я просто хотел извиниться. Как бы банально это не звучало, — начал брюнет. — Не знаю, есть ли смысл все объяснять. В тот период я перестал общаться со многими людьми. И так вышло, что ты стала одной из них. Я очень об этом сожалею, правда. «Сожалеешь… Никогда в жизни не поверю. Увидел меня в ресторане и почувствовал угрызения совести, да? А теперь хочешь облегчить себе жизнь, навешав мне лапши на уши» Я вдруг захотела возмутиться вслух, но вовремя сдержала этот порыв и ограничилась своими мыслями. Мне уж точно не хотелось спорить с ним, что-то доказывать, строить из себя обиженку. Прошлое должно оставаться прошлым. Ситуация с Костей преподала мне огромный урок, который помогает мне фильтровать круг общения, поэтому я должна быть ему благодарна. Если честно, мне пришлось очень долго внушать себе эти мысли, чтобы смириться с произошедшим. И вот они — плоды моей долгой, усердной работы над собой. — Да, я понимаю. И… совсем не обижаюсь, поэтому можешь не беспокоиться. Возможно, это должно было случиться, чтобы мы оба что-то поняли для себя. По крайней мере мне твоя пропажа помогла кое-что понять. Но, повторюсь… я не обижаюсь, — спокойно проговорила я, пристально вглядываясь в его серые глаза. От эмоционального всплеска меня очень спасало то, что Костя сильно изменился внешне. Я помню его совсем юным мальчишкой с белыми волосами, черной линзой, забавной манерой говорить и странным вкусом в одежде. Сейчас передо мной сидел взрослый темноволосый парень в стильном черном костюме, в котором для меня не поменялся только взгляд. Я думала, что не смогу противостоять эмоциям, чувству ностальгии или элементарному волнению, но… я, напротив, вела себя довольно хладнокровно. И не ощущала ничего подобного. — Это... это здорово. Теперь расскажи мне немного о себе. Почему ты работаешь в клубе? — спросил юноша, ни на мгновение не опуская глаз. Чем дольше я в них смотрела, тем больше замечала, какие же они покрасневшие. Наверное, не выспался, как и я. — Потому что мне очень нужны деньги. А здесь хорошо платят, — честно ответила я, пожимая плечами. — Я думаю, ты могла бы найти более достойное место. — Мне плевать на «достойность», — фыркнула я. — Мне нужна была работа, на которую я смогу приходить ночью, сделав все свои дела днем, и получать достаточно денег, чтобы оплачивать… все, — запнувшись, я отвела взгляд и скрестила руки на груди. С последними словами я поймала себя на мысли, что не очень хочу рассказывать Косте о своей жизни. Все-таки мы уже давно не близкие друг другу люди. — Полина, — брюнет вдруг встал со стула и вплотную подошел ко мне, обхватывая мое лицо правой рукой. Его большой палец плавно прошел по моей щеке, заставляя меня почувствовать напряжение внутри себя и начать нервничать. Немного подавшись назад, я попыталась повернуть голову в сторону, но Костя тут же задействовал вторую руку, чтобы заставить меня смотреть только на него. — Ты чего? Не бойся, — посмеиваясь над моей реакцией, сказал он. — Как ты считаешь, мы могли бы снова начать общаться? Если отбросить все обиды. — Вряд ли, — даже не думая, ответила я. Его теплые пальцы медленно скользили то вверх, то вниз по линиям моих скул. — У тебя своя жизнь, а у меня — своя. Разве между нами осталось что-то общее? — Уф… Как же бесит твое хладнокровие, — скривился он. Я нахмурила брови, с недоумением наблюдая за тем, как быстро меняется настроение Кости. Он вроде бы пытался сдерживать свое раздражение, но оно все равно вырывалось наружу. — Когда ты последний раз плакала? — Не помню. Очень давно, — мне захотелось выиграть игру, которую он начал, поэтому я соврала. А еще хотелось посмотреть на то, как далеко он может зайти. Кажется, его сильно задел тот факт, что я не страдаю без него. — Не верю, — усмехнулся юноша, отпуская мое лицо. — Я же нравился тебе еще с Одессы. Или ты думала, я не знал? — Зачем ты это говоришь? — возмутилась я, подавляя в себе вспышку смущения. — Чего ты хочешь добиться? Или… подожди, сколько ты выпил? — При чем здесь… Ты выглядела такой беззащитной в ресторане. Мне показалось, что ты все еще скучаешь по мне. А тебе, оказывается, все равно, — сунув руки в карманы брюк, сказал он. В его голосе я слышала возмущение вперемешку с обидой, словно он требует от меня душевных переживаний и чувств. И чем дальше, тем настойчивее. — Я не хочу с тобой пререкаться. Хотя бы потому, что у нас мало времени, — ответила я, поглядывая на дверь. — А еще... ты пьян. Если тебе очень хочется это услышать, я действительно скучала. Очень долго и слёзно. Но все рано или поздно проходит, я иду дальше… — Что ты чувствуешь, когда смотришь на меня? — резко перебил юноша, поймав мой взгляд. — Ничего, — холодно ответила я. После моего ответа в комнате воцарилась тишина, которую едва слышно разбавляла доносящаяся из зала музыка. По лицу Кости можно было понять, что ему есть, что сказать. Что он что-то чувствует, но всеми силами старается это подавить и просто промолчать. То же происходило и со мной. Мы оба боролись с внутренними ощущениями, чтобы не показать друг другу свои слабости, и оба не собирались сдаваться. — Хорошо, — тишину нарушил мягкий голос Кости. Он первее меня справился со своим внутренним смятением. — Пусть будет так. Знаешь, клуб — не самое лучшее место для работы. Особенно, когда ты хрупкая симпатичная девушка. Поэтому вот, возьми, — брюнет протянул мне черную визитку, на которой красовалась белая эмблема его команды BHM и телефонный номер. — У меня всегда найдется хорошая работа для тебя. Буду ждать звонка. Я взяла визитку и молча проследила за тем, как юноша покидает служебное помещение. Меня охватил какой-то ступор. На ум начали приходить разные вопросы, на которые я не могла найти ответы. «Что только что произошло?» — все еще недоумевая от разговора с Костей, спросила я себя и спрыгнула со стола. Во-первых, меня очень удивила его подозрительная жажда увидеть мои слезы и убедиться в том, что мне было больно от его исчезновения. А во-вторых, он предлагает мне работать в его команде? В качестве кого? Меня словно ударили по голове чем-то тяжелым и оглушили — именно так я чувствовала себя по пути к стойке. Взглянув на визитку, которая теперь неизменно будет служить мне напоминанием о сегодняшней ночи, я положила ее в сумку и начала бегло перечитывать фамилии в списке на бронь. Искать какой-нибудь другой, более действенный способ, чтобы отвлечься, мне не пришлось. Он сам появился на горизонте. — Где ты была? — выпалил Илья, поставив руки на пояс. Наверное, воображал себя крутым руководителем, но на самом деле выглядел смешно. — Я была возле десятого стола, — невозмутимо ответила я, уткнувшись в книгу записей. — Я видел, как ты заходила с ним в служебное помещение. Ты же знаешь, что персоналу запрещено проводить туда посторонних? — Почему не помешал в таком случае? Видел же... — спросила я, заведомо зная ответ на этот вопрос. — Чтобы показать запись с камер хозяину и наконец-то избавиться от меня? — Почему ты такая смышленая и такая тупая одновременно? — съязвил Илья, усмехнувшись. — Наверное, поэтому мы и не сработались. Потому что тяжело общаться с исключительно тупыми, — довольно улыбнувшись, ответила я и направилась к вешалке с одеждой. — Надеюсь, если меня уволят, ты хотя бы предупредишь меня звонком. Чтобы не собираться на смену зря. — Не беспокойся. Я обязательно тебе позвоню, — копируя мою манеру разговора, которая отличалась некой расслабленностью голоса, сказал он. Накинув на себя свое длинное серое пальто, я вышла из клуба и побрела в сторону дома. Мне было все равно на холод и на опасность пути в ночное время. В голове накопилось слишком много мыслей, и я надеялась хотя бы чуть-чуть освободить место для новых идей по дороге домой. Видимо, меня все-таки уволят. Илья сделает все, чтобы разгорелся скандал. Если это случится, мне придется искать другую работу с заработком, который будет не меньше прошлого. Иначе я просто не потяну свою жизнь. Открыв сумку, я нащупала там визитку и несколько раз пробежалась взглядом по телефонному номеру. «Нет, ни за что», — пронеслось у меня в мыслях. Я не буду работать в его команде.