Мы очень слабы и уязвимы
3 мая 2019 г., 14:00
В момент, когда я осознал себя,
То понял, что должен уйти.
Мне нужно разобраться в себе,
Даже если потребуются все дни и ночи.~
©Bts-make it right
***
— Нашёл? — согнувшись и пытаясь отдышаться, спросил Хосок. — Нет. Хоби взревел и растрепал свои волосы. Им до сих пор не удалось отыскать Чимина. Они оббежали район несколько раз, но младшего словно и след простыл. Ни малейшего намёка на то, куда он мог бы пойти. — Ладно, давай ещё раз. — Может, хватит? Перебесится и вернётся домой, — Сокджин смотрел в сторону. — Хён, я тебе вмажу, — он бросил раздражённый взгляд на друга, который излучал безразличие ко всему происходящему. — Нам не помешает помощь Юнги, — заметив это, Хосок достал из кармана мобильный и набрал знакомый номер. В трубке тишина. Характерный звук и голос Юнги: «Я занят. Перезвоните никогда.» — Грёбаный автоответчик! Где этого урода носит? — взвыл Чон и бросил телефон об землю. — Эй! Успокойся! — возмутился Джин, напуганный поведением друга. Он подобрал мобильный и вложил его в руки Хосока. К счастью, аппарат пострадал незначительно: пара мелких царапин. — Ладно. Давай так: я сбегаю на реку, а ты сходи в парк, или где вы обычно шатаетесь, — Сокджин решил проявить больше участия, поскольку видел, как Хоуп волнуется за друга и как ему тяжело делать всё это фактически в одиночку. Ким немного остыл, пока они искали друга. Решил, что поговорит с Чимином и тогда уже решит, что делать дальше, но для этого его нужно найти.***
С каждым шагом парень понимал, что, возможно, всё это не напрасно. Правда, он слишком молод, чтобы сейчас вот так покончить с жизнью. Столько всего ещё не сделано. Что скажут хёны? А родители? Медленно шагая, он добрался до трассы. До пункта назначения почти километр. Действительно ли в нём говорило сомнение? Или он боялся? Боялся расстаться с близкими? Попрощаться с жизнью оказалось для него самым сложным и в то же время самым простым решением собственных проблем. Мимо проезжали машины, проходили люди. Полдень. Он шёл мимо кафе и кофеен, заполненных в это время. Люди улыбались, смеялись, разговаривали, попивая кофе или орудуя палочками в своих тарелках. Всё было так суетно и спокойно одновременно. Всюду жужжала жизнь. Жизнь, в которой один человек уже не нуждался. Если бы кто-то знал, что среди всех этих жизнерадостных и довольных всем людей идёт отчаявшийся парень, стал бы ему кто-то помогать? После смерти хёна на Чимина все вешали звание убийцы. Да что все, он сам так считал. Долгое время обвиняемый хотел сам уйти вместо своего хёна. Жалел обо всём, что сделал и наговорил в тот роковой день. Воспоминания стали бить по стенкам черепа. Снова разболелась голова. Чимин как никогда хотел выпить. Кажется, после появления Джина он старался меньше пить, чтобы не считать все происходящее сном или галлюцинациями по пьяне. Но сейчас очень хотелось. Алкоголь сможет затуманить разум, и сделать задуманное станет гораздо проще. Парень зашёл в первый попавшийся на глаза магазин. Купив соджу, он продолжил свой путь. Открывать бутылку парень по какой-то причине не торопился. Просто шёл вперёд, пока слева от него не появились перила мостовой. Погода, как назло, была солнечной, и лучи, отражаясь от воды, слепили глаза. Пак посмотрел на другую сторону моста. Что сделать с воспоминаниями? Они как цунами накрывают разум своей волной. Бьют по самым слабым точкам, а затем отступают, чтобы нарастить новую волну. Танцор подошёл к краю моста. Просто смотрел вдаль, смиряясь со своей участью. Он всё решил. Он всё для себя решил. Наконец парень открутил крышку и сделал первый глоток. Очень смутно помнит, как жидкость обжигала, сейчас этого нет, словно пьет воду. Вкус стал до тошноты привычным. — Что же я делал всё это время?! Аа?! — раздался отчаянный крик, который напугал добрую половину прохожих. Приметив бутылку у парня в руках, люди стали обходить его стороной. — Сколько можно?! Почему он, а не я? Аа?! — со злости Чимин швырнул бутылку как можно дальше, и она плюхнулась в воду в нескольких десятках метров от моста. Пить вообще больше не хотелось. Конец пьянкам в сложных ситуациях. Пора повзрослеть и научиться принимать вещи такими, какие они есть. Пак положил руки на перила и прислонился к ним лбом. Нерешительность давала о себе знать. Она не позволяла совершать парню безрассудные поступки на протяжении всего сознательного существования. Или он всё-таки боялся попрощаться с жизнью? «Пожалуй, нет», — с этой мыслью Чимин перелез через перила, продолжая держаться за них. Прохожие окидывали парня презрительными взглядами, некоторые звонили в специализированные службы, но никто не осмеливался подойти и предложить свою помощь. Многие делали вид, что не замечают парня, проходя мимо. Пак стоял на самом краю лицом к воде. Страшно очень. Сейчас его метаниям не было предела. Именно здесь и сейчас он должен либо решить все свои проблемы, либо продолжить с ними бороться. Нога соскользнула, и танцор, испугавшись, что есть силы вцепился в металлическую перекладину. Хоть и отчаянно, но он выбрал борьбу. Решил, что не в праве прерывать бессмысленную, ничтожную, ненужную, но всё-таки жизнь. Парень перелез обратно, а несколько людей, ожидавших представления, облегчённо, а возможно и разочарованно, вздохнув, продолжили свой путь. Простояв у моста ещё несколько минут, Чимин решил просто пойти туда, куда его поведут ноги. Он просто пошёл навстречу судьбе, поворачивая, где вздумается. Наблюдая, как мимо проходят мужчины и женщины; школьники и, наверняка, студенты; счастливые парочки; он впервые обращал внимание на лица всех этих людей, а точнее, на их эмоции. Они были самыми разнообразными: веселье и беззаботность, уверенность и строгость, потерянность и задумчивость, серьёзность и хладнокровность. Все такие разные, но объединённые в одной системе под названием «Жизнь». Сейчас танцору этого так не хватало. Только что он хотел покончить с собой, но не смог. Его жизнь уничтожена им самим. Сможет ли он снова проживать беззаботные деньки, наполненные всеми теми эмоциями, которые он увидел в лицах других людей? Правда, боль не отступала. В ушах всё ещё звенел голос старшего: он так пугал. Все мысли и выводы, к каким пришёл парень, были лишь для отвлечения от этого голоса. На душе продолжали скрестись кошки. Вина посильнее затягивала верёвку на шее, когда парень отвлекался от мыслей. Возвращаться домой Пак попросту боялся. Он даже не знал, что скажет Джину. Находясь в Сеуле, единственным путём возможного отступления он видел Пусан. Но и там его ждали родители и родственники, которые жаждали увидеть не того Чимина, который убил человека, а того, который жил музыкой, танцами, мечтой и всегда улыбался. А в данный момент парень не мог играть эту роль. Придётся скитаться, пока все события и слова не разойдутся по своим местам. До того момента, пока каша в голове не разберётся по своим составляющим. «Вокзал», — пронеслось в голове парня. — «А что? Многие там скитаются». Чимин решил, для начала, понять, где он находится, ведь ноги увели его достаточно далеко от знакомых улиц.***
— Хожу туда, как к себе домой, — хмыкнул Сокджин, когда они разделились. И действительно, этот мост словно стал его вторым домом, может, даже первым, учитывая, что дома у него больше не было. Пусть он и не помнил, но с этим мостом его связывало многое. Иначе не тянуло бы сюда так сильно. Таинственность пугала и щекотала нервы, то и дело пробуждая обрывки памяти, подбрасывая новые элементы пазла, который он хотел собрать, несмотря на то, что до ужаса боялся его. Боялся результата. Что будет, когда он всё вспомнит? Что он должен вспомнить? С каждым днём мысли о том, что это будет что-то хорошее, утопали в зыбучих песках мрачной реальности. Наивности и след простыл. Он ведь не ребёнок, как бы не хотел таким казаться. «Дом» встретил его шумом реки и воем ветра. Жизнь кипела, что вызывало в нём раздражение. Надоело чувствовать себя чужим, ненужным, лишним и незначимым. — Его здесь нет, — бросил он в никуда, поворачиваясь на месте. Джин перевесился через перила, взглядом устремившись в глубь, пытаясь разглядеть в ней что-то, но она лишь смотрела в ответ, заманивая своей загадочной улыбкой и сиянием мрака. Ничего. Сделал ли он это? Или же хватило ума? Трус он или же сильный? Сокджин не понимал, не мог сказать, поскольку не знал Чимина. Теперь не знал. Где-то в глубине души он обрадовался, что не обнаружил здесь Пака. Где-то там Джин не готов был видеться, и уж тем более говорить с ним. Не сейчас. Может, и вовсе не стоит контактировать с парнями? Если он исчезнет… стоит ли знать другим об этом? Нужно ли продолжать делать что-то или просто уйти? Растрепав волосы на затылке, он сунул руки в карманы и двинулся по улице. Бесконечное множество вопросов, на которые у него не было ответов и неизвестно, будут ли вообще. Призрачный парень, потерявший всё. Потерявший себя.***
К вечеру парень добрался до вокзала. Как оказалось, он ушёл достаточно далеко от ближайшей станции. Всю дорогу у Чимина в голове было абсолютно пусто. Сегодня он пережил слишком многое, кажется, даже стресс. Поэтому сейчас ему ничто не мешало слышать самые отдаленные звуки, быть очень внимательным ко всему, что происходило вокруг. Все слова, произнесенные прохожими, проходили через парня, надолго не оставаясь в памяти, и улетали куда-то дальше. Он всё слышал, понимал, но ни капли не обдумывал, а лишь отпускал за ненадобностью всей этой информации. Пак поднялся по ступеням и вошёл в здание. Тут он прошёл до лавочек в зоне ожидания и, найдя свободное место, наконец, сел. Блаженство медленно растекалось по худому телу от ног и поднималось наверх. Он так устал. И морально, и физически. Практически весь день Чимин был в движении, ни разу никуда не присев. Как же сейчас было хорошо и спокойно. Людей на станции оказалось не много, это связано с поздним временем. Многие уже уехали. Здесь остались лишь подростки, гулявшие весь день по Сеулу и не желающие ехать обратно в свой город. Также были и те, кто просто после рабочего дня решили съездить к родителям. И вот он — Чимин, не понимающий, зачем сюда пришел, что ждёт от этого места и сколько здесь пробудет. На лавочке, прямо за парнем, сидели две школьницы, предположительно последнего года обучения в средней школе. Он прекрасно слышал их разговор, хотя и пытался себя остановить, ведь подслушивать чужие разговоры как-то не комильфо. Но Пак ничего не мог с собой поделать: всё, о чём он пытался думать, перебивали два женских голоса. Сначала девушки обсуждали события проведённого вместе дня, после они плавно перешли на музыку и уже стали обсуждать своих кумиров. Одна из них выпалила восторженным голосом: — Ты видела камбэк видео Demon's? — Конечно! Я же продумываю теории, как я могу пропустить такое!.. — Правда? Ты строишь теории? И что думаешь на счёт «суицида» М-Кея? — они обсуждали это достаточно громко, так, что сидевшая рядом с Чимином женщина, обернулась и взглянула на девушек. А сам танцор заметно напрягся, услышав слово «суицид». Но школьницы всё продолжали: — Я не думаю, что это был именно суицид. Слишком непонятно, ведь там был лишь отрывок, где он падает с моста. А что происходило на самом мосту, никому, кроме агентства, не известно. Ситуация в клипе очень похожа на до сих пор не разгаданную тайну смерти Сокджина из BTS. Какое-то непонятное чувство волной пробежалась по телу Чимина. Он был взволнован тем, что о них ещё помнят, не вешая всей вины на него, и одновременно растерян. — Как это «не разгаданную», — завопила другая девушка, — Джина убил Чимин, и это давно доказано! Его вообще должны были посадить в тюрьму, но его агентство его откупило! Мне стыдно, что он был моим биасом, и что я была Army! Услышав эти слова, парень сжался, как только мог, и сейчас больше походил на загнанного в угол зверька. Он разочаровал не только своих хёнов и тонсэнов, менеджеров и продюсера, но и своих фанатов. Можно было считать всё, сделанное им — потраченным в пустую временем. Попытки другой девушки оправдать парня Пак уже не слышал. Слишком тошно стало от самого себя, от всех этих людей, от этого города… Чимин поднялся с места и целенаправленно, на ватных ногах, двинулся к кассам. — Здравствуйте. — Один билет в Пусан, пожалуйста.***
Днями позже
Просторная зала сверкала чистотой и богатством. Блестящий пол отражался в зеркальном потолке, создавая иллюзию бесконечности. Помещение было декорировано со вкусом. Шведский стол играл ключевую роль. Блюда на любой вкус, разнообразие вина и шампанского порадовало бы любого, кто заглянет сюда в этот вечер. К назначенному времени помещение стали заполнять гости, и вскоре зала наполнилась шумом деловых разговоров светского общества. Каких только тем не коснулись они в этот день: политика, образование, маркетинг, мода, кино — всё обсуждалось с интересом, вовлеченностью и пониманием темы. Люди наслаждались обществом друг друга, звенели бокалы, сияли улыбки. У одного из столов собрался небольшой круг людей, обсуждающих вопросы музыки. — Кстати, Джисок, я видел на днях вашу новую рекламу. Мне очень понравился музыкальный фон. Раньше не слышал у вас подобного. Нанял нового композитора? — мужчина в стильном костюме держал в руках тарелку с креветками. — О да, сам до сих пор не нарадуюсь, что удалось отыскать подобный талант. Этот парниша выиграл в нашем конкурсе. Идея была потрясающая — столько новых, неизвестных никому талантливых людей. Думаю, стоит почаще их проводить, — молодой мужчина активно общался со всеми желающими и охотно хвастался приобретением нового сотрудника. К ним присоединилась темноволосая женщина, державшая в руках бокал шампанского. На её плечи был накинут пиджак, прекрасное чёрное платье красиво облегало изящное тело. Увидев в кругу знакомые лица, она светло улыбнулась. — О, а вот и Госпожа Ким, — улыбнулся мужчина, слегка поклонившись. — Джисок, зачем так официально, — хихикнула она. — Прошу меня простить. Благодарю за гостеприимство и спешу поздравить с процветанием бизнеса. Вы большая молодец. — Спасибо, — она кивнула в знак благодарности, не скрывая улыбки. — Вас ведь тоже можно поздравить, верно? Новая рекламная кампания выглядит безупречно. — Приятно слышать. На самом деле это всё благодаря нашему новому композитору. Gloss создает настоящие шедевры. — Gloss… Я о таком не слышала, — задумалась она, на что собеседник хитро улыбнулся. — Никто не слышал, — добавил мужчина с креветками. — Он действительно находка. — Вот как… Сколько положительных отзывов, а ведь реклама вышла сравнительно недавно, — вслух рассуждала Сохи, разглядывая пузырьки в бокале с шампанским. — Меня заинтересовал этот композитор, — она подняла взгляд и улыбнулась, глядя прямо в глаза собеседнику. Мягкость улыбки говорила о том, что этой женщине можно доверять, но где-то в самой глубине карих глаз сверкала жесткость. Отказы были неприемлимы. — Не против, если я воспользуюсь его способностями? — Ох, ну это ведь находка нашей компании, Госпожа Сохи… — Ты сам расхвалил его талант до небес, грех не воспользоваться возможностью. Думаю, благодаря нему наша реклама заиграет по-новому. О деньгах можешь не волноваться. — Дело не в деньгах! — возмутился он. — Так что, одолжишь телефончик Господина Glossа? — она хитро улыбнулась, прекрасно зная, как ответит собеседник. — Так и быть, уломала.
