Тогда я не знал, что наступит конец

Со вчерашнего дня ничего не изменилось

Всё та же повседневность, только тебя больше нет

©Bts-134340

***

      В супермаркете царила приятная прохлада, в отличие от улицы, где беспощадно жарило летнее солнце, настигая несчастных прохожих даже в тени. Выудив из одного из многочисленных холодильников бутылку воды, парень направился к кассе. В такую погоду есть не хотелось, а из жидкостей организм готов был принимать лишь ледяную воду. Посетителей в супермаркете, кроме него, не было. Мало кто решался покинуть родные стены в такое пекло. Благо здесь работал кондиционер. Оттого парень и тянул время, около десяти минут выбирая одну бутылку воды. Пройдя на кассу, он сгрузил покупку на ленту и полез в карман джинс за кошельком. Да, он наконец вернулся к Хосоку спустя такое длительное время. К кому только не перекочёвывал кожаный потрёпанный товарищ. Он путешествовал и в карманах Джина, и в руках Чимина, и валялся дома, забытый в разгар активности. И вот, наконец, он в руках законного обладателя, но отчего-то взгляд на любимую вещицу пробуждал грусть где-то там, в глубине.       — С вас шестьдесят тысяч вон, — лениво произнесла кассир, упаковывая бутылку в пакет.       — Да, хорошо, — кивнул Хосок, выбираясь из накатившей ностальгии по былым денькам. Он стал шарить по кармашках кошелька, надеясь найти хоть что-то. Внезапно его внимание привлёк лист бумаги, сложенный в несколько раз. Он будто ожидал чего-то. Чон отчётливо помнил, что хранилось в его кошельке, и данный лист в этот список не входил. Слегка нахмурив брови и при этом заинтересовавшись, он вынул бумажку и развернул её. Этот лист оказался письмом на формате А4. Не понимая, что оно тут забыло и что это вообще за письмо, Чон вчитался в написанное:       Хосок, если ты читаешь это письмо, значит то, о чём мы с тобой говорили на днях, всё-таки произошло. Не знаю, как скоро ты найдёшь его, надеюсь, что вообще найдешь.       Ты, пожалуй, единственный, кто был в курсе происходящего, и хочу сказать тебе спасибо за то, что ты согласился поступать так, как я этого захочу. Это безумно важно для меня. Знаешь, будучи призраком, вашим духовным наставником, я понял, что оставаться сильным, не опускать руки — так тяжело. Как ты всё время сохраняешь улыбку на своём лице? Когда всё вокруг рушится, подобно карточному домику… Ты поистине сильный человек, и я всегда восхищался этим.       Мне не с кем было поделиться мыслями о происходящем, но, думаю, что с тобой можно. Ты ведь фактически в курсе всех дел, верно?       Я всё не мог понять, почему это происходит со мной? Зачем я здесь? Как долго пробуду с вами? В чём заключается моя миссия, и когда всё завершится?       Я долго шёл к этому выводу, несколько месяцев. Сначала думал, что должен собрать вас всех вместе, потом, что обязан вспомнить всё. Но это не вязалось с моими частичными исчезновениями. Ха, теперь мне не так сложно говорить об этом. Похоже, я почти готов. Ладно. Так вот, и тут я подумал, ведь всё это время я старался помочь вам, и в итоге пришёл к выводу, внимание (тут сделаю паузу, выдержу интригу), я должен был помочь вам прийти в норму. Каждый раз, когда у кого-то из вас что-то налаживалось — я медленно исчезал. Первый раз произошёл на крыше, помнишь, мы отмечали победу Юнги в конкурсе? Вас с Чимином тогда не было дома, а мы с ним наряжали крышу. Так вот, когда я вешал гирлянду, это и произошло. Я испугался и решил, что не буду говорить вам об этом. А потом всё закрутилось, мы с Чимином поссорились, вы уехали в Пусан, а я был так напуган тем, что могу исчезнуть и вновь причинить вам боль, что ушёл. Просто сбежал, потому что трусил. Позже это повторялось раз за разом: Чимин во всём признался, потом он стал хореографом, и всё остальное… Рычагами к этому были вы, парни. Вы — моя миссия, причина моего возвращения. Но не вините себя в моём исчезновении, это должно было произойти. Иначе просто никак. Хочу сказать спасибо за то, что позволили мне ещё ненадолго окунуться в жизнь. Не грусти сильно, Хося. Помни, я всегда был и буду рядом. Даже сейчас, пока ты читаешь это письмо, я здесь, хоть ты и не видишь меня. Я рядом, и всё в порядке.

Твой хён

      В супермаркете царила прохлада. За окном жарило солнце, заставляя всё блестеть. Парень сжимал в руке письмо и, зажмурившись, старался остановить хлынувший поток слёз. Человек, что всегда улыбался, не смог сдержать себя сейчас. Всё это время он с огромным усилием старался отвлекать себя от мысли, что старший снова ушёл. Так же внезапно, как и появился в их жизни ещё раз. Просто растворился в воздухе, сохранив при этом улыбку на лице. Хосок ведь знал, что это рано или поздно произойдёт, но ничего не делал для того, чтобы это предотвратить.       — Молодой человек… — растерялась кассир видя, как парень ни с того ни с сего разревелся. — Что случилось? У Вас не хватает денег? Ничего страшного, берите так.       Но тот никак не ответил, а лишь взревел в голос, больше не пытаясь остановить поток слёз.       — Молодой человек!

Ты всегда остаёшься прекрасной,

Не говоря ни слова, обними меня, как в тот день, как в те времена.

Причина, по которой я пережил ад и выбрался из него — это только ради тебя.

©Bts-make it right

***

      — Сохи-я-я-я! Сохи, скорей открой дверь! — стучал по несчастной деревяхе Намджун, переминаясь с ноги на ногу. И нет, он вовсе не хотел в туалет.       Причиной его активности была недавно совершенная в его офисе находка. Из-за неё он отменил все свои назначенные встречи, жутко нервничал, пока стоял в пробке, и самостоятельно пробежал с десяток этажей, потому что посчитал лифт слишком медленным.       — Сохи-и-и! — снова протянул Джун. Одышка после длительного забега почти прошла.       — Да иду я, чего кричишь? — возмущались за дверью, попутно щёлкая замками. Увидев супруга, который своей багровостью напоминал варёного рака, Сохи вскинула брови. — Так уж невтерпёж?       — Я не в туалет ехал, — нахмурился Джун. — Но что-то ты так долго дверь открывала, что теперь захотелось. Подожди меня, — пока Сохи запирала дверь, Намджун скрылся в уборной.       Ким прошла на кухню, где стала собирать лёгкий перекус для супруга. Сегодня он вернулся домой раньше обычного, значит произошло что-то действительно значительное. Сейчас, нарезая тонкими ломтиками свежий хрустящий батон, она невольно предалась воспоминаниям. Если бы после выпуска из университета ей сказали, что она станет женой молодого бизнесмена с прошлым артиста, Сохи бы смело рассмеялась шутнику в лицо и ещё долго делилась бы этой шуткой с друзьями. Она и представить не могла, что смыслом её жизни станет тот самый начальник, который раздражал каждым своим действием, тот самый босс-косячник. Губы против воли растянулись в улыбке.       — Сохи. И снова ты на кухне, — возмутился Джун. — Дома нужно отдыхать. Иди лучше сюда, — он уселся на диван и похлопал по месту рядом с собой, приглашая супругу.       — Как же, ты не голодный? — вскинула брови Сохи, но всё же оставила своё занятие и пристроилась рядом с мужем.       — Это подождёт, — отмахнулся он и вскинул вверх руку с зажатым в ней конвертом. Выражение его лица говорило о том, что содержание этого конверта невероятно важное, но только ему.       — И что же это? — поинтересовалась она, разглядывая обычный белый конверт.       — Это письмо. Письмо от НЕГО.       — От кого? — Сохи абсолютно перестала понимать супруга.       — От хёна. Джин-хёна.       — Который вернулся, а потом снова исчез? — глаза Ким распахнулись от удивления. Намджун всем происходящим делился с супругой, с давних пор у них завелось правило: никаких секретов. Пусть во всю эту историю ей всё ещё сложно было поверить, но она старалась. Потому что зачем Джуну придумывать всё это?       — Да, — он кивнул и заметно поник. Уход старшего всё ещё приносил боль.       — Ладно. Но с чего ты решил, что это письмо от него? Ты уже прочёл? — Сохи запустила руку в волосы Джуна и стала перебирать пряди, чтобы немного отвлечь от грустных воспоминаний.       — Я не читал. Вернее, не всё. Только начало. Но и этого хватило, чтобы понять, от кого оно, — он улыбнулся. — Не хотел читать в одиночестве. Может, ты сделаешь это? — Ким протянул письмо, глядя на супругу с надеждой в глазах.       — Я? Ну, хорошо, — кивнула Сохи и приняла конверт. Пока она вскрывала его и доставала письмо, Джун пытался удобней устроить свою голову на коленях любимой. Наконец, оба справились со своими задачами. — Готов? — в ответ Ким только кивнул. — Тогда я начну.       Привет, Джун. По этому корявому почерку ты должен понять, кто пишет тебе. А с другой стороны, должен же быть во мне хоть один изъян, верно? К тому же, сейчас он особенно безобразен, ведь я стараюсь писать быстрее, пока ты не вернулся с какого-то внезапного совещания. Кстати, у тебя очень удобное кресло, жаль, что ты сломал его.       Я так мало времени провёл с тобой после возвращения и немного жалею об этом. Стоило сразу отыскать тебя, поговорить по душам, но тогда всё это казалось мне невозможным.       Безумно рад тому, что ты стал таким крутым дядечкой, пусть мне и известно, что ты так и остался тем старым добрым рукожопом. Правда, ты молодец. Я изначально был уверен в тебе, и ты единственный, за кого я не переживал. Ведь знаю, что ты невероятный человек. Также знаю, что тебя всё ещё сильно заботит распад группы. Не думай, что это твоя вина. Это совсем не так. Как старший, я понимаю тебя и знаю, как неуправляемы порой эти оболтусы. Но что с этим сделать? Твоя задача не в том, чтобы всегда опережать их мысли и действия. Это невозможно, мы ведь не сверхлюди, да? По крайней мере ты не сверхчеловек, и это нормально. Но твоя обязанность заключается в том, чтобы потом исправлять их косяки, делать так, чтобы в итоге все снова были дружны, добры и пушисты. Сложно, знаю. Но ты ведь и сам понимаешь, что это необходимо, да? Иначе ты не стал бы лидером, если бы не был способен на многое. Твои речи всегда вдохновляли меня, пусть я и не подавал виду. Думаю, остальных тоже они вдохновляют. Чёртов ты президент, Намджун.       Знаешь, мне тут мысль пришла недавно. Поделюсь с тобой. Жизнь каждого — кино: у нас разные звёзды и истории, у нас разные ночи и утра, но все наши сценарии скучные. Серьёзно, скучные до безобразия. Но если их объединить в одну большую историю, может выйти что-то интересное. Кому, как не лидеру, знать это? В твоих руках шесть сценариев, которые нужно умело сплести меж собой. Но не будь кукловодом, просто стань направляющим. Уверен, всё у тебя получится.       Ладно, я слышу шаги в коридоре, думаю, это ты возвращаешься. Твою неуклюжую походку я узнаю издалека.

С любовью, самый лучший хён в мире

      P. S. Передавай привет своей жёнушке. Она поразила меня своей красотой. Удачи вам, сладкая парочка, и не шалите на рабочем месте больше~       Сохи закончила читать, и в гостиной повисла тишина. Джун лежал на диване, уткнувшись лицом в колени супруги. Всё это время он просто слушал голос любимой, а в голове всплывали картинки того, как старший пишет это письмо, улыбается, словно смотря на Джуна. «Я изначально был уверен в тебе» — вспыхнули слова, и сердце сжалось.       — Ты как там? — мягко спросила Сохи, поглаживая Джуна по волосам. Но в ответ лишь молчание. Джун с головой ушёл в печаль, что словно волной растекалась по всему телу. — Джун, ты плачешь? — вскинула брови она. В ответ активное отрицательное покачивание головой. — Почему тогда мои колени мокрые? — Сохи улыбнулась, стараясь вывести супруга из такого состояния. — Ничего страшного в слезах нет. Но, раз говорить об этом ты не хочешь, может, я сварю тебе твой любимый кофе? — чуть запоздалое очередное покачивание. — Фильм? — снова. — Ничего не поможет? — Сохи шумно вздохнула, отчего прядь волос, упавшая на лицо, подлетела. — И даже вкусный ужин не развеселит нашего молодого папочку?       — Папочку? — спросил он в колени. Голос звучал заинтересованно. Уныние постепенно отходило на второй план. — Ты никогда не звала меня так.       — А теперь мы будем постоянно звать тебя папочкой, — расплылась в улыбке Сохи, когда Ким наконец попался на крючок.       — Мы? — Джун подорвался на месте и уставился на супругу, которая хихикала, глядя на него. Красные заплаканные глаза, влажные щёки, растрепанная шевелюра и помятый вид.       — Мы, — кивнула она.       — Ты не шутишь? — Ким не мог поверить своим ушам. Глаза Ким Сохи светились счастьем, и это не могло быть ложью. — О. Боже! Боже! Я стану папой! — расплылся в глупой улыбке Джун. — Правда? Я стану папой! — он поднялся с дивана и, подхватив Сохи на руки, покружил её.       — Осторожней, — смеялась она.       Джун отпустил Сохи и стал покрывать её лицо мелкими поцелуями. Двое взрослых искрились счастьем, наполняя им всё вокруг себя.       — Я люблю тебя, Ким Сохи. Любовь всей моей жизни и мама нашего будущего малыша, — их лбы соприкоснулись, глаза в глаза.       — И я люблю тебя, Ким Намджун.       Вещи, приносящие печаль, случаются, и это неизбежно, но рано или поздно приходит и счастье. Оно встанет на пороге, и аккуратно постучит в дверь, главное, впустить его в свои сердца и не закрываться.       Человек, что написал письмо, опустившееся на диван, точно знал, что счастье коснется этой семьи. Уже коснулось, как только они встретили друг друга. И как знать, быть может, он наблюдал за этим счастьем со стороны? Всё может быть.