Сила трёх

Всё, на что Хейл был способен, выбравшись в клуб — уныло сидеть у стойки и тянуть пиво. Но дома было гораздо хуже. После убийства Триады и воцарения нового Хозяина нападения прекратились, и сёстры с удвоенной силой взялись за Дерека. Под двумя взглядами — «я же говорила» Лориным и «бедняжка-Дерек» Кориным — у него начиналось несварение. Заказав бармену ещё бутылку, Дерек повернулся лицом к танцполу, непроизвольно ища в толпе знакомую фигуру, ту единственную, которая его интересовала. Понимание, что это ужасно глупо, и мысль, что невозможно влюбиться в человека за пару недель и полдюжины встреч, ввергала в уныние. — Привет. Угостить тебя? — от знакомого голоса у Дерека шерсть встала дыбом. Он не видел Стайлза с того момента, как тот вышвырнул их из логова Триады. И не уверен, что хотел бы видеть. Хотя кому он врёт. Конечно, хотел. Зато точно не хотел хотеть. Стайлз выглядел так же, как в день их знакомства. Румяный, с сияющими глазами и озорной улыбкой. Вот только ему больше не было нужды скрываться. Его сила сбивала с ног, и Дерек завидовал обычным людям, способным спокойно танцевать и напиваться в эпицентре этого торнадо. Под взглядом демона Хейл чувствовал себя абсолютно беззащитным. А загнанный в угол зверь предпочитал атаковать. — Та слезливая история про мёртвую мать тоже была частью плана? — выпалил он и тут же пожалел о своих словах, но уже поздно было идти на попятную. По-хорошему, ему не нужно было начинать этот разговор. — Что из твоих слов вообще было правдой? Эта женщина действительно была тебе небезразлична? — Да, я любил её, но желание отомстить нисколько не мешало мне желать власти. — И ты действительно не знал, кто я, когда флиртовал со мной? — Я ни разу не солгал тебе за всё это время. — Стайлз придвинулся чуть ближе, стараясь заглянуть в глаза. Дерек отшатнулся, чувствуя волну ярости, огнём текущую по венам. — Ты использовал нас. Как приманку. Ты затащил нас в самое логово врага, преследуя свои интересы. Мои сёстры могли пострадать. — Эта битва была неизбежна, ты же слышал пророчество. Но благодаря мне, она прошла на наших условиях. — На твоих условиях. Вот только пророчество оказалось бракованным. Вместо того, чтобы уничтожить зло, мы породили куда большее, — Дерек уже практически кричал. — Мы должны бороться с такими, как ты, а я могу думать лишь о том, как объяснить сёстрам, что я не хочу тебя убивать. Дерек сглотнул и уставился на горлышко бутылки, желая иметь возможность окунуться в неё целиком. Захлебнуться дешевым пивом, которое отдавало мылом. Захлебнуться, и не видеть наглые карие глаза. — Останься со мной, и сможешь бороться со злом до конца своих дней, — Стайлз ухмыльнулся и слегка толкнул Хейла плечом. — Что? — Дерек ошарашенно вытаращился на него, чувствуя, как злость и отчаяние рассеиваются, словно туман под ярким солнцем. — Мелинда не уточнила, в чём должна заключаться ваша борьба, — Стайлз пожал плечами. — Ты можешь бороться с моими грязными кружками, которые я всегда оставляю у кровати, а потом сам же о них запинаюсь. Можешь бороться с моей привычкой засыпать, зарывшись в бумаги, а потом стенать, что испортил их, залив слюнями. Есть миллион гораздо более приятных способов победить меня, — и демон придвинулся ещё ближе, обдавая ухо Дерека жарким дыханием. — Как насчёт надрать злу зад, Дерек, м? И я сейчас не фигурально выражаюсь. Юркий язык коснулся его шеи, и Дерек вздрогнул. Он резко обернулся и вцепился вылезшими когтями в чужие предплечья. Стайлз смотрел на него тёмными блестящими глазами, в которых отражались его собственные, светящиеся неоном. Кожа демона была белее бумаги и оказалась холодной на ощупь, когда он обвил пальцами шею оборотня. Во тьме и суматохе клуба никто не обращал на них внимания, и Дерек не выдержал. Он выпустил клыки и зарычал, позволяя миру окраситься в красный. Спустя минуту Стайлз уже тащил его через толпу, ловко работая локтями. Он молча впихнул его в туалет, выбрал пустую кабинку и ногой распахнул дверь. В холодном электрическом свете он походил на наркошу, надеющегося вытрясти дозу у дилера. Хотя зависимым здесь ощущал себя только Дерек. Стоило облезлой щеколде войти в пазы, как Стайлз запустил руки Хейлу под футболку, оставляя на его коже мелкие царапины от тупых человеческих ногтей. Услышав предупреждающий рык, он развернулся к мужчине спиной, сделал неуловимое движение рукой, и ремень Дерека сам вылетел из шлёвок. Ладони Стайлза легли на пахнущую хлоркой дверь, и демон запрокинул голову, оголяя бледную шею. Дерек скользнул когтями по его животу, задрав дизайнерскую рубашку, и холодная бархатистая кожа стала шершавой от мурашек. Это проклятое тело хотелось сминать, сжимать до хруста, до вскрика и болезненного стона. И вспомнив, что перед ним не человек, Дерек отпустил себя. Стоило ему надавить чуть сильнее, и под пальцами брызнула кровь. Стилински застонал и прогнулся ещё сильнее, поддаваясь, подставляясь, сплетая идеальную ловушку для звериной сущности Хейла. Звякнула о кафель и укатилась куда-то в сторону вырванная с мясом пуговица, джинсы упали на грязный пол, и Дерек, наконец, прижался членом к неестественно белым бёдрам. Белья на Стайлзе не было. Они трахались, как одержимые, если так можно сказать про демона и оборотня. В какой-то момент хлипкая дверь слетела с петель под их напором. Всё, что успел сделать Стилински — подхватить её своей силой, заставляя парить в проёме, прикрывая их от чужих глаз. Потеряв опору, он был вынужден закинуть руки Дереку за шею, чтобы не рухнуть. Хейл жадно вздёргивал его за бёдра, практически отрывая от пола, и вновь насаживал на себя. Стайлз вывернул голову, насколько ему позволяла поза, и от вида красных искусанных губ Дереку захотелось завыть. Он сдёрнул парня со своего члена, повернул к себе лицом и, вновь подхватив под бёдра, принялся долбиться в него прямо на весу, жадно целуя. — Оставь меня себе, волче. Я буду твоим, а ты — моим, — Стайлз застонал Дереку в рот. Его дыхание было частым и поверхностным, а слова — хриплыми и невнятными. — Зачем я тебе? Теперь весь ад у твоих ног. — Мы, лисы, очень жадные существа. Давай, Дерек, решайся. Оставь себе лису, хороший парень. Пусть у этой сказки будет хороший конец, — и Стилински забился в его руках, пачкая спермой свою окровавленную рубашку. Дерек дёрнулся, как от пощёчины. Его будто холодной водой окатило, как дворового пса, слишком шумно сношавшегося под хозяйскими окнами. Не будет хорошего конца. Не с этим существом, так рьяно прикидывающимся человеком. Счастливый конец невозможен, когда острые зубья капкана сжимают твою ногу, дробя кости и разрезая жилы. На этой мысли оргазм и настиг его, принеся с собой отступившую было тоску и безысходность. Оставляя привычно разомлевшего Стилински прямо там, в тесной кабинке клубного туалета, Дерек ненавидел его за эти чувства. Но гораздо больше он ненавидел себя, когда мысленно поклялся, что это было в последний раз. *** — Убирайся, — Дерек отвернулся, показывая, что разговора не будет. Он сидел в своём ресторане посреди ночи и методично напивался, заперев все двери на замок и задвинув засовы. Но когда это останавливало Стилински. — Я принёс тебе подарок, — у того в руках была стеклянная банка из-под майонеза, заполненная чем-то, похожим на пепел. — Что это? — спросил Хейл, даже не взглянув на нарушителя своего спокойствия. Они так ни разу и не встретились после клуба. Даже не поговорили. Дерек сбрасывал все звонки и удалял сообщения, не читая их и чувствуя себя при этом капризной девицей. — Не что, а кто, — Стайлз поставил банку на стойку, перегнулся через неё и без спроса потянулся за стаканом, наливая и себе тоже. — Ты убил одного из своих прислужников для меня? Как благородно с твоей стороны делать за нас всю работу, — Дерек вновь наполнил бокал. С некоторых пор он отвратительно медленно пьянел. — Тот, кто сейчас находится в этой банке, виновен в смерти твоей семьи, — стакан треснул в его руке, и резкий запах алкоголя смешался с ароматом крови. Дерек поднял ладонь к лицу, рассеянно наблюдая, как порезы постепенно затягиваются, выталкивая из себя мелкие осколки. Он не стал задавать никаких вопросов — зная манеру Стилински, в этом не было нужды. «И когда я успел изучить его?» — Дерек с горечью взглянул на пролитый алкоголь. — Когда я искал о вас информацию через компьютер отца, я заодно скачал старые файлы о расследовании пожара. Думал, может, кто-то в вашей семье обладал огненной магией, которую не мог контролировать. Там я наткнулся вот на это фото, — Стайлз выложил на стол немного помятый снимок с изображением одной из уцелевших стен, на которой можно было рассмотреть до ужаса узнаваемое пятно от огненной сферы. — Когда я понял, что вы — потомки Мелинды Уоррен, которая была кем угодно, но только не огненной ведьмой, я сразу заподозрил, что с пожаром не всё ладно. — Кто он? — наконец смог выдавить Дерек. В горле предательски пересохло, и он, за неимением стакана, приложился прямо к бутылке. — Она. Одна из ваших соседок. Возможно, ты её помнишь. Горячая такая блондинка, переехала в Бэйкон Хиллз за пару месяцев до пожара со своим жутковатым отцом. — Мисс «зови меня просто Кейт» Арджент, — Дерек закрыл глаза и медленно выдохнул. — На самом деле они не были родственниками. Джерард был сильным колдуном, связавшим себя контрактом с демоницей. Они путешествовали по стране и убивали целые семейства ведьм. В день пожара Кейт зашла к твоей матери и попросила воспользоваться вашей духовкой, посетовав на то, что у отца день рождения, а в их новом доме кухня прямо-таки доисторическая. Твоя мать была гостеприимной женщиной и пригласила её внутрь. Покидая прихожую, Кейт оставила входную дверь открытой. Пока она отвлекала твою мать разговорами, Джерард пробрался в дом и убил всех твоих родственников, одного за другим. Ему было плевать, что среди них были обычные люди — мужья и жёны потомков рода Уоррен. Он убил даже детей, у которых не мог отнять способности, потому что они ещё не пробудились. Когда Джерард добрался до кухни, Кейт попыталась оглушить твою мать, но та догадалась, в чём дело. Она сцепилась с Джерардом, ещё не зная, что в доме уже некого защищать. Твоя мать была сильной ведьмой, но с двумя противниками ей было не сладить. Она уже умирала, когда смогла добить колдуна его же кинжалом. Как только контракт был расторгнут в связи со смертью одного из участников, Кейт получила возможности сбежать. Но перед тем, как смыться, она успела поджечь дом. Вот только там уже некому было гореть. Дерек зажмурился, чувствуя, как по щекам катятся слёзы. Его семья не сгорела заживо. Они умерли быстро, не ощущая, как плоть стекает с костей, будто тающий воск. Стайлз слез со стула и положил руку ему на плечо. Так они и замерли, глядя на серый пепел в стеклянной ловушке. Неизвестно, что за мысли роились в голове у Стайлза в тот момент, но Дерек мог думать лишь о том, что сказки врут. Невозможно потерять лису, если она решила стать твоей. Нарушь хоть тысячу правил и соверши сотню ошибок. Расскажи её тайну, сожги её шкурку, выкинь хвост — лисе будет плевать. Дерек протянул руку и смахнул банку с останками Кейт Арджент на пол. — Убирайся, Стайлз. — Как скажешь, хороший парень, — прохладная ладонь исчезла, а спустя минуту хлопнула входная дверь. Дерек облокотился о стойку и уткнулся лицом в предплечья. Он смог отказать. Снова. Но это был лишь ещё один шаг по направлению к пропасти. В памяти всплыли слова Стайлза, произнесённые, казалось, долгие годы назад. «Сложно раз за разом отказываться от того, чего отчаянно жаждешь». Сейчас он понимал Клаудию Стилински, как никто другой. Закрывая ресторан и двигаясь в сторону дома, Дерек не мог думать о пропасти и тех опасностях, что она таит. Он мог думать лишь о шагах, ведущих к ней.