Путь в Имладрис

Наблюдая за Глорфинделем, полировавшим клинок, король неожиданно спросил: – Поправь, если я ошибаюсь, но… твои отношения с Тургоном ведь были далеко не идеальными? По крайней мере, в последние годы перед… Он не договорил. Язык не поворачивался сказать о гибели тому, кто сидел сейчас перед ним вполне живой. Однако Глорфиндель понял. Не прерывая работы, коротко кивнул: – Верно… Кстати, учти на будущее, аран: если тебе когда-нибудь придёт в голову, что тебя не понимают, вспомни, что когда понимают полностью и во всём – это ничуть не лучше… – Ты имеешь в виду… – Да. Тургона, помнится, это здорово раздражало… отчасти поэтому я ещё в Нэврасте предпочитал обитать в сторожевых крепостях, а в Гондолине старался поменьше бывать во дворце. Гил-Галад усмехнулся: – Не потому ли решил в Харлонд перебраться? Чтобы меня не напрягать? Глорфиндель поднял клинок на уровень глаз, чуть повернул, придирчиво оценивая полировку, и только потом ответил: – И это тоже. Хотя главная причина в другом. Случись что – здесь военачальников и без меня более чем достаточно: и ты сам, и Галдор, и Элронд. В Митлонде – Кирдан, хоть он от этого всячески отмахивается. А в Харлонде – только те, кто дозорными отрядами командует. Да и с гномами мне, честно говоря, интересно познакомиться поближе. – Тоже неплохая идея… – нолдоран в задумчивости наклонил голову. – Надеюсь, ты всё же будешь здесь появляться хоть время от времени? Ответом был короткий смешок, явно означавший что-то вроде «а куда ж я денусь!» Отложив почти готовый клинок, Глорфиндель наконец взглянул на нолдорана: – Ну, а если срочно понадоблюсь – осанвэ никто не отменял.

***

Вообще первая зима в этих землях оказалась для него более чем плодотворной. Отношения с Гил-Галадом постепенно наладились и стали если не дружескими (да они к этому и не стремились), то, по крайней мере, полностью устраивавшими обоих. Несколько раз он выезжал вместе с дозорными отрядами – то с северными, то с южными, пока в качестве рядового воина. Либо просто устраивал вылазки в ближние окрестности Форлонда или Митлонда – тогда к нему охотно присоединялась Альтамирэ. Возвращаясь, тренировал воинов, занимался с Элрондом, с удовольствием возился с ребятнёй. Работал и один – то за письменным столом, разбирая старые записи, приводя их, как и обещал Кирдану, в удобочитаемый для всех эльфов вид, то в мастерской – восстанавливая в памяти то, что делалось когда-то. И понемногу, постепенно осваивался со своими новыми способностями. Альтамирэ, как когда-то в Гондолине, охотно поддерживала мужа. Когда речь зашла о возможном переезде в Харлонд, она, ни минуты не раздумывая, заявила, что едет с ним. Оторвавшись от книги, которую задумчиво перелистывал, не читая, Глорфиндель взглянул на неё: – Ты ведь прекрасно знаешь – долго на одном месте я не усижу, всё равно будут поездки… возможно, длительные. Альтамирэ подошла к нему, лёгким движением пригладила растрепавшиеся волосы: – Зато возвращаться ты будешь не в пустые холодные стены, а в дом, где тебя ждут. Он улыбнулся, прижал к щеке её ладонь: – Тоже верно. Да и сюда приехать можно в любой момент. Таким образом, вопрос был решён сразу и без лишних споров. Галдор, впрочем, не упустил случая пошутить: – Знаешь, я бы удивился, если бы ты остался спокойно жить здесь. Глорфиндель усмехнулся в ответ, хотя усмешка вышла не слишком весёлой: – Если бы я искал спокойной жизни, меня бы здесь не было… ни тогда, ни теперь. От этих слов Галдор вдруг почувствовал, как по спине пробежал холодок. Словно с глаз, да и с самого сознания сорвали повязки – он впервые понял совершенно очевидную вещь: останься Алкарингвэ тогда в Амане, и очень многое могло бы обернуться совсем иначе… Возможно, и он сам сейчас был бы не здесь, а, пройдя через Мандос и последующее возрождение, жил себе в Тирионе… Впрочем, он не дал себе долго раздумывать об этом, заговорив о чём-то другом.

***

Переезд особых хлопот не доставил. В Харлонде и в самом деле хватало пустующих домов, прежние жители которых всё же решили вернуться в Аман, а с устройством на новом месте охотно помогли друзья. И уже в середине весны Глорфиндель и Альтамирэ понемногу обживали уютный дом по соседству с Линварэлем. Однако впереди был ещё официальный разговор с Советом мастеров. Кирдан настоял на том, чтобы пойти на Совет вместе с Глорфинделем. Объяснил он это предельно просто: – В прошлый раз ты сюда ездил ситуацию оценить и пообщаться – и всё. А сейчас – уже вполне официально, как один из военачальников Гаваней. И лучше, если Совет мастеров услышит это от меня. Вопросов меньше будет – типа что, да почему, да зачем… Глорфиндель коротко кивнул. Вообще он мог, конечно, справиться и сам. Тем более, Линварэль с товарищами, не раздумывая, поддержат его. Но это означало, что снова, как когда-то, придётся кому-то что-то доказывать… Тогда, во время Исхода, он доказывал не столько окружающим, сколько самому себе – что может быть нужным, что его место – действительно среди них… Проходить этот путь второй раз ему совершенно не хотелось. Очень вовремя вспомнились слова Ариэн: – Научись принимать помощь. В этом нет ничего стыдного даже для сильнейших. Тем более – когда помощь предлагается от чистого сердца. Да, сейчас тебе кажется, что ты и сам прекрасно справишься с чем угодно. Но кто знает, какие испытания тебя ждут впереди? Жизнь эльдар длинна…

***

Когда Совет мастеров выслушал Кирдана, бывшие гондолинцы явственно оживились. Они-то отлично помнили, на что способен Глорфиндель. Однако остальные пребывали в некотором сомнении. И одну из причин озвучили сразу: – Значит, схему патрулей придётся перестраивать… – Нет необходимости, – Глорфиндель был абсолютно спокоен. – В ближайшем будущем я буду выезжать с дозорами только как простой воин… можете считать это защитной мерой от возможных непредвиденных отъездов. А дальше – посмотрим. Такой вариант членов Совета вполне устроил. Обсудив кое-какие детали, эльфы разошлись. Кирдан задержался, обсуждая что-то с одним из мастеров. А к Глорфинделю подошёл Линварэль и с ним ещё один нолдо. Улыбнувшись, он проговорил: – Добрая встреча! – Воистину добрая, Аэниль! – откликнулся Глорфиндель. Он сразу узнал этого нолдо. Ровесник Наурэлинда, он принадлежал к Дому Крота и был одним из младших подмастерьев Маэглина. В мастерской Аэниль был поистине неистощим на выдумки и идеи (по большей части, впрочем, совершенно неосуществимые), а в свободное время – на всяческие проказы и озорства, за которые ему частенько доставалось. Вот и сейчас – вроде давно уже взрослый, явно один из лучших мастеров в Харлонде (иначе едва ли оказался бы в Совете), а в глазах мерцают прежние озорные огоньки. – А быстро, однако, наши согласились, – заметил Линварэль, – я думал, придётся их уговаривать. – Да ладно, – Аэниль засмеялся. – Все их возражения – это так, политические игры. От шанса стать чуть более независимыми от Митлонда они ни за что не откажутся. – От Митлонда? – Глорфиндель вопросительно поднял бровь. – Да, именно так. Понимаю, звучит странно, но… Синдар подчиняются нолдорану ровно настолько, насколько сами сочтут нужным. Так что настоящий король в Гаванях – Кирдан, сколько бы он ни отмахивался от этого. – Логично. Кстати, есть ещё Элронд. Он имеет полное право зваться королём как синдар, так и нолдор… хотя совершенно не стремится к этому. – А ведь верно… Он прямой потомок и предыдущего нолдорана, и Элу Тингола… – Ладно вам о королях! – засмеялся Линварэль. – Предлагаю отправиться домой и устроить дружеские посиделки. – Неплохая идея! – Глорфиндель тоже рассмеялся. Уже по дороге, что-то вспомнив, он словно невзначай поинтересовался у Аэниля: – Кстати, ты не в курсе – кто и как ухитрился наши рабочие записи сохранить? – В курсе… – Аэниль смущённо усмехнулся, потёр переносицу. – Это я тогда накануне праздника тетрадь взял. Думал, смогу сам разобраться, как вы делали, чтобы металл светился при приближении морготовых тварей… Одного не учёл – что там полно обозначений, которых я не знал. Кертар я к тому времени худо-бедно понимал, но этого оказалось недостаточно. Ну, и сунул в сумку, думал утром на место положить… Когда всё началось, Маэглин нас с младшими дома оставил – мол, вы последняя линия обороны, если что… Мы, правда, всё равно дома не усидели, хотя и далеко не уходили, помнили приказ. А потом встретили Идриль, она велела собирать женщин и детей, кого сможем, и вести к их дому, к подземному ходу. Я тогда успел сумку схватить, что-то из еды туда сунул, а про тетрадь и не вспомнил, она там так и лежала всё время… Ну, а потом, в Гаванях уже, Кирдану отдал. – Понятно… Что ж, благодаря твоему любопытству мы сможем восстановить то, что делали тогда. За разговорами они сами не заметили, как дошли до дома. Аэниль тоже жил неподалёку, а не встречались они до сих пор просто потому, что он лишь недавно вернулся из Ост-ин-Эдиль. Именно там обосновался Келебримбор с теми, кто последовал за ним. Об этом городе Аэниль рассказывал с удовольствием, упомянув заодно, что там, как и в Харлонде, гномы и эльфы существуют во вполне добрососедских отношениях. Более того, нередко бывают гостями друг друга. Однако, когда Линварэль в шутку поинтересовался, что же он не остался там, Аэниль лишь отмахнулся и заявил, что ему и здесь неплохо. Постепенно к компании присоединились ещё несколько друзей, и вечер прошёл весело и непринуждённо.

***

Чего он уж точно не ожидал – так это приглашения побывать в Ногроде. Гномы вообще нечасто приглашали кого-то в свои подгорные чертоги, и среди эльфов тех, кто там бывал, можно было в полном смысле пересчитать по пальцам. За всю Первую Эпоху Глорфиндель мог бы уверенно назвать лишь четверых: Куруфина, Келебримбора, Эола и Маэглина. Возможно, бывал у гномов кто-то из их подмастерьев и помощников. Но – и только. Поэтому, когда Дойн заявил, что рад будет видеть его и Линварэля своими гостями, первой реакцией эльфов было удивление. Впрочем, гном высказал своё приглашение небрежно, словно бы вскользь, явно давая им возможность подумать. Закончив работу и распрощавшись до завтра с гномами, отправившимися к себе, Линварэль вопросительно взглянул на друга: – Ну, и что ты об этом думаешь? Глорфиндель ответил не сразу. Неторопливо разложил по местам инструменты, снял и повесил на крючок кожаный фартук и лишь потом негромко произнёс: – Думаю, что это не то приглашение, от которого можно отказаться. – Ты прав… Тем более, второго раза может и не случиться… Гномы вернулись к этому разговору через несколько дней. Как выяснилось, идея этого приглашения принадлежала даже не самому Дойну, а его товарищам. Более того, они успели уже отправить весточку в Ногрод и получить от короля позволение пригласить эльфов. Линварэль качнул головой: – Я вижу, вы всё предусмотрели. – А то как же! – поглаживая бороду, с довольным видом кивнул один из гномов – Трюгг. – Не хватало ещё пригласить, довести до места – и там узнать, что этого делать не следовало! Решено было отправляться в путь после любимого эльфами Праздника Плодов. Гномы настояли, чтобы их гости провели в Тумунзахаре (так город назывался на их языке) всю зиму. В самом деле – пока они доберутся до южной оконечности Эрэд Луин, настанет уже глубокая осень, а там и до снега недалеко. Не пускаться же в обратный путь всего через несколько дней! Тогда легче было бы вообще спокойно сидеть дома. Добираться предстояло пешком – это было проще и позволяло не беспокоиться ни о том, где кони пройдут, а где нет, ни о том, где и как они будут зимовать. Впрочем, для обоих народов такой способ передвижения был привычен, а особенно торопиться было вроде бы некуда. Оставалось только предупредить своих. Их жёны, впрочем, не хуже них понимали, сколь дорого стоит такое приглашение. Равно как и Гил-Галад и Кирдан. Так что препятствий для путешествия не было.

***

Эльфов мастер Дойн и его товарищи застали с клинками в руках – в ожидании спутников те решили не терять времени и заняться фехтованием. Начало осени выдалось тёплым, временами даже жарким, и оба бойца сбросили не только куртки, но и рубахи, оставшись полуобнажёнными. Остановившись поодаль, гномы наблюдали за ними. Эльфы двигались легко, словно танцуя. Стройные, гибкие, они сами казались сродни своим клинкам. Глорфиндель, фехтуя, успевал ещё что-то советовать товарищу: – Резче!.. – удар, ответ, ещё удар. – Руку не напрягай, – обмен сериями ударов… Когда, заметив гномов, они остановили бой, один из спутников Дойна вприщур взглянул на Глорфинделя и заметил: – Не хотел бы я с тобой в бою сойтись… Сдаётся мне, это то же самое, что ловить пламя голыми руками – поймать не поймаешь, только обожжёшься. Убирая клинок в ножны, эльф наклонил голову и медленно произнёс: – Ты прав, почтенный Трюгг… Пламя умеет кусаться… Линварэлю сделалось не по себе от этих слов. На миг перед глазами возник пылающий город… яростно сражающийся лорд Золотого Цветка… Кирит Торонат… И где-то на грани сознания – слова: «Пламя против пламени…»

***

Собственно, само путешествие было ничем не примечательным. Нынешний Харлиндон при всём желании нельзя было назвать очень уж населённым, да и лесов здесь, в западных предгорьях Эрэд Луин заметно поубавилось с тех пор, когда край звался Оссириандом. Впрочем, ни Глорфинделю, ни Линварэлю в Первую Эпоху так и не довелось побывать в здешних местах, а потому сравнивать было не с чем. Дорога между Харлондом и Ногродом была нахоженная, в увеличении числа собеседников, а значит – в задержке в небольших поселениях синдар путники не особенно нуждались, поэтому продвигались на юг быстро, хоть и без особой спешки. Лишь время от времени ненадолго задерживались, чтобы поохотиться. Попасть в Ногрод можно было и с западного, и с восточного склона гор. Однако западный вход вёл к подземному городу через протянувшиеся на лиги тоннели и штольни, в которых не было совершенно ничего интересного или хотя бы достаточно примечательного, чтобы показывать это гостям. Потому гномы с самого начала собирались вести их через перевал к восточному входу. Накануне выхода к перевалу путники остановились на привал – последний по эту сторону гор. Пока готовился ужин, Глорфиндель принялся полировать меч. Большой надобности в этом, собственно, не было, но для воина это представляло своеобразный ритуал. Он неторопливо проводил по лезвию кусочком замши, вглядываясь словно бы внутрь клинка. И вдруг одним движением оказался на ногах, напряжённый, как натянутая струна. Линварэль вскинул голову: – Что? – Орки. Где-то недалеко. – Откуда ты… Вместо ответа он кивнул на меч в своей руке. Только теперь его спутники увидели, что клинок сияет льдисто-голубым холодным светом. Линварэль гибко вскочил, усмехнулся жёстко и недобро: – Что ж, когда так – к бою! Орочью банду они услышали раньше, чем те выскочили из-за деревьев. И разом развернулись к ним. Гномы, тоже успевшие вооружиться, вместе с ними встретили нападавших. Хотя орков было значительно больше, неудавшееся нападение врасплох уравняло шансы. Да и противостояли им сильные и опытные бойцы. К тому же у обоих эльфов с орками были свои счёты. Трюгг не смог бы ответить, когда Глорфиндель успел подхватить левой рукой пылающую ветку, но в какой-то момент ему показалось, что фигуру эльфа плащом окутывает светлое, нестерпимо сияющее пламя. Яркие искры каким-то непостижимым образом льнули к клинку, так что он и сам казался выкованным из живого огня – вперемешку голубовато-серебряного и золотого. Такого никто из орков просто не выдерживал. А тут ещё и отточенная сталь в руке эльфа, разившая врагов без малейшей жалости… Бой закончился быстрее, чем можно было ожидать. Всех ли орков перебили или же кому-то из них посчастливилось удрать – сходу выяснять не стали. Глорфиндель, убирая меч, негромко распорядился: – Линварэль, давай к ближайшему селению синдар – их надо предупредить. Тот коротко кивнул. Один из гномов охнул: – Да куда ты в этакую темень по незнакомым местам?! Да если ещё кто из этих удрать успел?! – Не в первый раз! – уверенно откликнулся тот и через мгновение уже скрылся в темноте. Глорфиндель тем временем занялся ранами своих спутников. Ясно было, что орки, даже если кто-то из них и уцелел, на маленький лагерь нападать не станут. Дойн, которому повезло не получить в бою ни одной царапины, хотя дрался он весьма яростно, взял в помощники одного из младших и начал стаскивать убитых орков к краю поляны. Наутро вернулся усталый, но довольный Линварэль. Синдар, жившие поблизости, были предупреждены об орках и обещали известить всех соседей. Задерживаться на месте побоища не стали. Однако Дойн и Трюгг, посовещавшись, решили несколько изменить маршрут, чтобы известить о случившемся стражу, дежурившую возле западного выхода из Подгорного королевства. Те, услышав об орках, предлагали путникам не рисковать и проделать остаток пути по тоннелям. Но маленький отряд продолжил свой путь к перевалу. К тому времени, как они перевалили гребень, солнце уже садилось. Короткий, но неожиданно ясный день поздней осени подошёл к концу. Впереди был спуск по тропинке, озарённой лишь светом звёзд, и врата Ногрода в конце пути.