Кошмар, о котором ты мечтаешь

— Ну же, Данбар, соглашайся! Или ты испугался? Тео Рейкен стоял за решеткой прямо напротив Лиама, положив руки на стальные прутья и направив на бету взгляд своих зеленых глаз. Тот мешкал. Уговор был сомнителен, особенно если шел от самой хитрой задницы Бейкон Хиллс, но делать было нечего: или так, или никак. Если Лиам хотел спасти всех, приходилось пользоваться любыми возможными (и невозможными) средствами, например, выбравшейся из ада химерой. Почему нет? Удивительно, но, смотря на Тео, Данбар испытывал невероятное чувство дежавю. Хотя что тут необычного, если такое и вправду было, только почти год назад. После тех событий с охотниками Лиам, разумеется, остался со Скоттом, а Тео принялся колесить в поисках своего пристанища. Как оказалось, мир тесен, и судьба-злодейка в конечном итоге свела вместе этих двух. Все произошло очень просто: Тео за очередную стоянку в неположенном месте забрали в полицейский участок, а когда тот все-таки выпросил телефон, то единственным номером и был номер Данбара. Он, на короткий срок оторвавшись от своего альфы, остановился именно в том городе. Вот так они и встретились. — Ну же, Лиам, у тебя нет другого выбора, — Выбор есть всегда, — злобно ответил парень и отвернулся. Он не мог выносить этих наглых глаз. — Не спорю, но в данном случае тебе лучше последовать моему совету. Все честно, Лиам. Ты освобождаешь меня отсюда и даешь временный дом, а я рассказываю, как избавиться от охотников. — Но что дает гарантию, что ты не соскочишь? — Данбар все же повернулся и, сверкнув глазами в сторону химеры, сложил руки на груди. — Ну, если ты действительно поселишь меня в своем доме, то вряд ли я смогу уйти от своей части уговора. Ты ведь будешь жить рядом! — лицо Тео выражало эмоцию по типу «это же элементарно, как ты этого не понимаешь?». Помешкав еще пару минут, Данбар все же кивнул и, подозвав ближайшего полицейского, выпустил горе-знакомого.

*****

До дома они шли молча. Ну почти. Рейкен все время о чем-то болтал, кажется, высказывал свои ожидания по поводу жилища Лиама, а тот в свою очередь ничего ему не отвечал и молился, как бы этот шаг не стал для него роковым. Когда они оказались на месте, Тео был, мягко говоря, удивлен. Он ожидал квартиру или максимум небольшой частный домик, но, когда перед ним открылся вид на огромный особняк с широкой внизу, но сужающейся кверху лестницей, колоннами и аркообразными окнами, у него буквально отпала челюсть. — Это дом моих родственников. Хоть мы и не особо общаемся, но они согласились оставить его мне, пока сами в отпуске. Тео лишь отрешенно кивнул, задрав голову и прикидывая, какой же на самом деле высоты этот дом. Восходя по лестнице, он машинально коснулся рукой одной из колонн, мягко проведя подушечками пальцев по гладкому камню цвета слоновой кости. Это не осталось без внимания Лиама. — Да, и еще, — сказал тот, все еще наблюдая за пальцами Рейкена, которые тот никак не мог оторвать, — я тебя настоятельно прошу ничего тут не трогать и уж тем более не бить. Здесь одна только вазочка стоит подороже твоей химерьей шкуры. — Даа, и откуда такие богатые родственники у тебя? — он специально выделил последнее слово, окинув взглядом фигуру Лиама. Парень, не найдясь с ответом, лишь вздохнул и, не дожидаясь своего «гостя», прошел внутрь. Разувшись, он сразу проследовал на кухню и, открыв холодильник, с прискорбием обнаружил, что в нем пусто. Лиам как раз собирался сходить в магазин, но Тео нарушил все его планы. — Что, пусто? — раздалось за спиной Данбара, отчего тот аж подпрыгнул. — Ты совсем придурок? Нельзя так пугать! — он глубоко вдохнул, а потом продолжил: — Но я вынужден заметить, что да, там пусто, и раз уж ты сорвал мой поход в магазин, то туда пойдешь ты. Я дам тебе список. Тео собирался сказать, что он и так все запомнит, но Лиам уже вручил ему заветный листок. — Я тебя прошу, не забудь ничего отсюда. А теперь иди, иди, я пока подготовлю твою комнату и заранее уберу все ценные вещи оттуда. Буквально насильно вытолкнутый из дома, Рейкен покорно отправился в магазин, по пути читая, что же такого написал Лиам своим аккуратным почерком. Данбар же тем временем плотно закрыл дверь, надеясь больше никогда не увидеть рядом с собой Тео, и снова открыл холодильник. На нижней полке лежали остатки овощей, и оборотень решил сделать на скорую руку салат. Едва он успел не торопясь все порезать, в дверь постучал Рейкен. — О, я смотрю ты салатик сделал, — Рейкен окинул голодным взглядом тарелку и посмотрел на Лиама. — Ты там что, на самолете в магазин гонял? Да, я сделал салат и делиться с тобой не планировал. Но раз уж ты вернулся так не вовремя, то садись. Данбар благополучно поделился с Тео, а тот незаметно достал бутылку купленного им вина и поставил на стол между ними. — Ты серьезно? Зачем ты ее купил? — Надо отметить новоселье, пускай и временное. — Я не пьянею. С таким же успехом ты мог купить детское шампанское. Хоть вышло бы дешевле. — Ты не пьянеешь, но я-то да. У меня не такая быстрая регенерация, поэтому в голову немного дает, я пробовал пару раз. Да и дело не в состоянии опьянения, а в самом факте того, что ты пьешь. Не отказывайся. Тео с загадочным взглядом протянул Лиаму бокал, который достал из шкафа по ходу своей речи. Едва Рейкен налил им обоим вино, в дом без стука влетел растрепанный молодой человек, оказавшийся Стайлзом (двери Рейкена закрывать не учили, конечно же. А что делать, если твоим последним помещением в любом доме был максимум лифт?). Его глаза и так были чересчур открыты, но от вида Тео, сидящего напротив Лиама с бокалом в руке, они буквально вылетели из орбит. Правда, длилось это недолго. Как только шустрый мозг Стилински обработал полученную информацию, тот сощурился и мерной походкой подошел к столу. Все молчали. — Даже не говори мне, что он, — начал Стайлз, увидев попытки Лиама открыть рот, и ткнул пальцем в сторону химеры, — делает у тебя дома и почему вы пьете вино. Серьезно? Ты вообще в курсе, что не пьянеешь? — Он нет, я да. Я купил эту бутылку отметить новоселье у Лиама. Прежде чем Тео понял, что только что сказал, Стайлз вновь округлил глаза и посмотрел на бету. Лиам сидел, закрыв лицо рукой и молясь всем известным и неизвестным ему богам. — Отметить что, Лиам? Мне послышалось? — Данбар снова не успел открыть рот в ответ Стилински. — Да ты вообще понимаешь, с кем имеешь дело? Ты что, не помнишь, что было год назад? А два года назад? Ты реально думаешь, что, приютив эту химерью задницу, ты станешь лучше? НИ ЧЕР-ТА! — Это был уговор, мне пришлось. Зато теперь он снова может нам помочь. Ты ведь знаешь, что он тогда помог нам победить охотников, поможет и сейчас. У всего есть цена. — Послушай, Лиам. Ценой за его приют может или стать твоя голова, или этот красивый дом, или жизни вообще всех вокруг! У него вообще есть план? — А может, вы поговорите прямо со мной? — вклинился Тео, до этого покорно молчавший. — Да, у меня есть план, и довольно неплохой, но я не могу вам его сказать. Если я его расскажу, то сразу же окажусь на улице. — А откуда мы знаем, что он у тебя есть? Может, у тебя его вовсе и нет? — Тут придется просто поверить. У меня он есть, и в ближайшее время мы начнем его исполнение. Вздохнув в ответ, Стайлз развернулся и, еще раз окинув взглядом сидящих за столом, вышел, громко хлопнув дверью. — Теперь мне точно нужно накатить, — произнес Лиам, залпом выпивая свой полный бокал и следом хватаясь за бутылку.

*****

Они сидели за столом уже почти час. Вернее, сидел-то Лиам, а Тео, подложив под голову руки, лежал, перебирая кусочек скатерти между пальцами. Он опьянел сильнее, чем предполагал, и, наверное, потому, что Данбар после бокала и пары глотков из бутылки отказался пить вообще. Вино, которое купил лежащий напротив, оказалось откровеннейшей гадостью, однако сам Рейкен считал его восхитительным, но и тут Лиам не был уверен: он думал, что Тео просто все равно, что пить. От Рейкена разило алкоголем, он бессознательно улыбался и вырисовывал подушечкой пальца узор на столе. После довольно продолжительного молчания его пьяный голос все же прервал тишину: — Знаешь, Лиам, тебе хорошо живется. У тебя есть стая, считай, семья, вот этот красивый дом, — он попытался подняться и окинуть рукой помещение, но его желудок и голова были против этого, поэтому тот примирительно вернулся на стол. — А у меня никого нет. Никого, понимаешь? — Я не виноват, что ты убил собственную сестру и стал циничным и эгоистичным ублюдком. В ответ последовал только тихий смех. — А ты прав. Знаешь, ты прав, — Тео поднял голову, и его глаза засияли желтым. — Но лучше уж так, чем все время быть личной собачкой МакКолла. Тишина. Секунда, и Лиам зарычал, одним движением схватив Рейкена за воротник футболки и выбросив того из-за стола: парень упал на бок и проехался по кафелю еще пару метров. А в ответ снова был смех, на этот раз громче и явно веселее. — Задело, да? А знаешь, что по-настоящему задевает? Правда. С этого момента у Данбара окончательно слетели тормоза. Он дернул Тео за ноги на себя и, усевшись на него сверху, принялся наносить удар за ударом по лицу. Тот не сопротивлялся, наоборот: с каждым ударом его улыбка растягивалась все шире, открывая бете вид на окровавленные зубы. После пары-тройки таких Лиам снова зарычал и, вонзив когти глубоко в ладони, медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. — В этом твоя проблема, Лиам. Ты хочешь, чтобы Скотт научил тебя контролю, но он не сможет тебе помочь. Вы слишком разные: он спокойный и уравновешенный, ты вспыльчивый, — сплюнув кровь на пол, Рейкен продолжил: — и, как я уже понял, сильный. Его способы тебе не помогут, но, к счастью, у меня есть идея получше. Предлагаю еще один уговор. — Еще один? Уговор в уговоре? А просто так ты помочь не можешь? — У всего есть цена, Лиам. Ну так что? Согласен? По голосу Данбар почувствовал, что Тео успел слегка протрезветь (или же он не пьянел вовсе), но нотки алкоголя все еще веяли. — Твои условия, Рейкен. — Я помогаю тебе избавиться от ярости, а с меня… ну, скажем, желание. — Желание? Всего лишь? — Зря ты так говоришь, у меня очень богатая фантазия, — химера загадочно улыбнулся. Лиам снова был в нерешимости. Зная Тео, это могло быть все, что угодно, от «пробежать голым по улице» до «спрыгнуть с крыши, крича «I believe I can fly», однако желание приобрести контроль над собой перевесило, и Лиам, кивнув, выдавил из себя согласие. — Ну вот и славненько, а теперь, будь добр, слезь с меня, ты очень тяжелый, а я все еще пьяный. Данбар поспешно встал и, протянув руку лежавшему, помог ему подняться. Тот шатнулся и, тихо спросив, где туалет, побежал по указанному направлению. Едва он забежал внутрь и закрыл за собой дверь, послышались не очень приятные звуки, от которых Лиам зажмурился.

*****

Проснувшись следующим утром, Данбар чувствовал себя ужасно разбитым, и дело было не в алкоголе. Бета опять повелся на все эти химерьи уловки, и теперь он буквально связан с этим гнусным недочеловеком узами долгов. Что самое обидное, Лиама ведь предупреждали, что иметь дело с Рейкеном себе дороже, но тот как всегда не слушает никого и делает только так, как знает сам. Что же, теперь пора было признать свою ошибку. Лиам поднялся с кровати и прошел на первый этаж, по пути заглянув в комнату Тео. Тот мерно посапывал, обняв кусочек одеяла, и периодически хмурился во сне. Несмотря на факт того, кто на самом деле лежал в кровати, Данбару это показалось милым, однако он тут же тряхнул головой, отгоняя эти мысли. Приготовив завтрак, оборотень уже собирался было есть, но тут на лестнице показался виновник странных мыслей. Он чувствовал себя превосходно вопреки вчерашнему инциденту с алкоголем. — Между прочим, пока ты вчера спал, я думал о том, как составить программу по укреплению твоего самоконтроля, и у меня родился неплохой план, поэтому мы приступаем сегодня же, — сказал Тео, спускаясь с лестницы. Как только закончился завтрак, пара уселась в автомобиль и поехала по указанному Рейкеном направлению.

*****

— Что ж, всю твою программу можно назвать «клин клином вышибают», — начал Тео, как только они приехали на ближайшую заброшку. — Как ты уже понял, три нескрываемые вещи тоже помогают, но не так эффективно, как хотелось бы. Мой же способ основан на достижении кульминации твоего гнева, после чего произойдет переход к разрядке. — И откуда ты только таких умных слов нахватался? Неужели читать начал? — Очень смешно, Лиам. Когда ты поймешь, насколько это действенно, так смеяться ты уже не будешь. Пожалуй, начнем, и ты во всем убедишься. Тео быстро подошел к Данбару и сильно ударил его по лицу. Глаза оборотня на секунду сверкнули желтым, однако сразу затухли. — Ты идиот? Мог хотя бы предупредить? — Лиам разрабатывал челюсть, потирая место удара. — Тогда не было бы нужного эффекта. Рейкен ударил снова, на этот раз в нос. Брызнула кровь, неровными полосами приземлившись на асфальт. Лиам тихо рычал, собирая в ладошку капли красной жидкости. На руках уже начинали проглядываться когти. — Давай, Данбар, злись! Но вся злость ушла. Исчезли рыки, когти, кровь остановилась, и Тео обреченно вздохнул. Его мозг почему-то не находил веской причины для ярости, несмотря на то что нос, кажется, был сломан.«И где это спокойствие было вчера?» — Нет, так не пойдет. Обычными ударами тебя не прошибить. Рейкен выпустил когти и несколько раз полоснул ими по животу Лиама. Тот отшатнулся, опустив голову, а когда поднял, злобно оскалился. — Вот, это намного эффективнее. Но обротень химеру не услышал. В его голове в один момент перестали существовать все звуки, оставив место только злости и желанию отомстить. Лиам тяжело и часто дышал, периодически скалясь и еле-еле удерживая себя от ответного удара. — Нет, мой друг, дышать — плохая идея. Задержи дыхание, Лиам. Но тот его не слушал. Ярость захлестывала его, он видел только бьющуюся жилку на шее Тео и думал о том, как вскроет ее, позволяя крови бить сильным фонтаном. — Лиам, задержи дыхание сам, или я тебе помогу в этом, — Рейкен многозначительно посмотрел на стоящего напротив, но реакции не последовало. Парень одним махом приблизился к Лиаму и начал его душить. Глаза оборотня широко раскрылись, и прежде, чем он успел понять, что происходит, его клыки и когти исчезли, а глаза снова приняли свой привычный цвет. Химера отпустил Данбара, и тот глубоко вдохнул, собираясь, казалось, всосать в себя всю Вселенную. — Ты реально идиот, Тео. Я думал, что задохнусь! — Но ведь это сработало. Все дело в дыхании. Когда твой гнев достигнет точки не возврата, то тебе нужно задержать дыхание. Организм потеряет кислород, и ты вернешься в обычное состояние. — И откуда ты только это узнал? — Ну, у меня много времени было на размышления, — Тео замолчал на минуту, а потом продолжил: — На сегодня хватит с тебя, завтра продолжим. Сохраняя молчание, они добрались до дома.

*****

Стоя под душем, Лиам все думал о том, правильно ли он поступил. Он думал о словах, сказанных Стайлзом в адрес Рейкена и не мог согласиться с ними, но и не мог не согласиться. Тео действительно был подозрительным, однако Стилински перегнул палку. Возможно, все это произошло из-за того, что именно Стайлз раскусил химеру, но никто к нему не прислушался, а его догадки оказались верными. Теперь он каждый раз пытался найти предлог снова обвинять Тео во лжи, поэтому был груб. Лиам взъерошил сырые волосы, разбрызгивая капли воды, как внезапно услышал стоны из соседней комнаты. Первая фраза, возникшая в его голове, была «стоп, что», но потом парень вспомнил, что та комната временно принадлежала Тео, и все встало на свои места. — Рейкен, твою налево, выруби порнуху сейчас же! Ну или хотя бы сделай потише! — заорал Лиам, дубася кафель ванной. — Нет, Лиам, это мой любимый жанр кинофильмов: все друг друга любят, и все прекрасно! — послышалось за стенкой. — Если ты не выключишь прямо сейчас, то я выйду и заставлю тебя выключить! — Ну выходи! Можешь даже не одеваться! Едва Лиам услышал эти слова, он тут же отшатнулся от стены, заливаясь красным румянцем. Что-то в этих словах было странным, стеснительным для парня. Звуки фильма уже затихли (у Тео нашелся здравый смысл выключить это или убавить громкость), а Лиам все так же стоял под душем, прокручивая в голове эту короткую фразу, (можешь даже не одеваться) не понимая, что же в ней было такого странного. Или Данбар просто сошел с ума? (не одеваться) Очень не вовремя воображение подкинуло возможную картину события, и то, что там произошло, Лиаму совершенно не понравилось. Слова «Тео» и «голый» стояли в словарном запасе Данбара на разных концах. Парень выключил душ, оделся и поспешно вышел из ванной, скрываясь за спасительными стенами своей комнаты.

*****

Как и вчерашний душ, следующий день не предвещал ничего хорошего. Едва Тео и Лиам позавтракали, первый приказал ему собираться и снова ехать на ту самую заброшку. — А почему мы не можем провернуть все это поближе, скажем, дома? — спросил Данбар, не отрываясь от дороги. — Ну ты же не хочешь повредить там что-то, пока не научишься хотя бы чуть-чуть? С этим нельзя было не согласиться, и оборотень в ответ лишь кивнул. Остаток пути они проделали молча. — Так, Лиам, давай все по накатанной: я бью — ты злишься, задерживаешь дыхание, и успокаиваешься. Понял? И на этот раз Данбар ничего не сказал. Сочтя это за согласие, Тео снова нанес несколько глубоких порезов когтями, однако в этот раз этого было мало: Лиам продолжал быть обычным Лиамом. — Ты должен злиться, Данбар! Давай, подумай о том, какой я плохой! Давай! Тео принялся наносить удар за ударом, до тех пор пока оборотень не отшатнулся и упал. Лиам сидел, держась за кровавые пятна на футболке и тяжело дышал. Раны затягивались, но новые приходились на те же места. Повернув голову Данбара, Рейкен обнаружил лишь легкое мерцание в его глазах. На клыки и когти не было даже намека, что буквально взбесило Тео. Он грубо сжал волосы оборотня с своей руке и слегка тряхнул. — Ну же, Лиам! Подумай о том, как я подставил вас всех, о том, как заставил тебя драться со Скоттом! И Лиам правда подумал, но ничего из этого не приносило результата. Он просто сидел, сгорбившись и бессильно положив руки на землю. Он решил, что устал. Да, просто устал. Может же он когда-нибудь побыть один и успокоить все то, что происходит в его голове? Может ли он забыть все мысли, воспоминания, всю ответственность, которая лежит на его спине тяжким грузом? Этого Лиам не знал, однако с мыслью о прошлом пришла и мысль о вчерашнем душе, и это по-настоящему разозлило парня. Гребанный Тео Рейкен вносит в его жизнь беспорядок, подкидывает странную пищу для размышлений и делает все, чтобы дисгармония воцарила в мирке беты. Вспоминая то, как он забрал его из участка, Лиам разозлился на себя. Он смотрел в эти наглые глаза, которые буквально говорили «чувак, у тебя нет выбора», и согласился. Просто согласился. Он не посоветовался ни с кем, лишь со своей головой, однако теперь он уже был не уверен, стоило ли вообще с ней советоваться. Эти мысли задели ту часть души оборотня, о которой он никогда не решился бы сказать вслух. О той части, которая всегда была с ним, но он старался запереть ее на замок, а она тем временем продолжала стучаться во все двери его сознания, и он разозлился. Сначала он просто шумно выдохнул, а потом загорелись его глаза, в дыхании послышался рык, и Лиам грубо оттолкнул склонившего над ним Рейкена. — Отлично, Данбар, самое время успокаиваться, — но перед химерой стоял вовсе не обычный оборотень: перед ним буквально стоял зверь. Лиам вместо Тео видел перед собой лишь свою сущность, которая мешает ему жить уже на протяжении многих лет: сущность вечного сомнения и неуверенности. Данбар буквально видел перед собой себя, только на том лице была насмешка. — Эх, Лиам, ты даже не можешь успокоить себя. А что ты вообще можешь в этой жизни? Ты немощный хвост МакКолла, и никогда не станешь своим собственным телом. Секунда — и Данбар набросился на себя Тео, секунда — и нос химеры сломан, губа вздулась, да и в целом его лицо представляет некое подобие кровавого месива. Только спустя минуту непрекращающихся ударов Лиам увидел под собой Рейкена и, поняв, что происходит, он задержал дыхание аж до цветных кругов перед глазами. Только когда сошли когти, он тяжело выдохнул и закрыл лицо руками. В первый раз в жизни ему захотелось плакать. Данбар быстро слез с Тео, сел рядом с ним и, уткнув нос колени, зажмурился, преодолевая дикое желание пустить реки слез. Он сам не понял, почему именно ему этого хотелось, но он уже привык к неизвестности, а потому смирился. Рейкен тяжело поднялся, посмотрел на Лиама и… просто его обнял. Он, как и оборотень, не понимал, что произошло и происходит до сих пор, но он понял, что так будет нужно. Не в силах больше сдерживаться, Данбар тихо всхлипнул, и первая слезинка одиноко покатилась по его щеке. Домой они возвращались в гробовой тишине: никто не решался начать разговор, да и тем для разговора, кроме как «что это вообще было» ни один из них не смог найти, да и интересовать их, кроме этого, больше ничего не могло в принципе. К моменту, когда они подъехали к особняку, у Тео зажила губа и практически нос, но раны от когтей затягивались чуть медленнее. На теле Лиама же не осталось ничего, кроме следов крови и тонких шрамов, которые в скором времени обещали исчезнуть.

*****

Едва солнце по законам природы село за горизонт и парни разошлись по комнатам, каждый погрузился в свои мысли. Они думали, что мыслят о своем, однако тема у них была одна и та же. Данбар думал о том, как сегодняшнюю ситуацию воспринял Рейкен и что делать с его постоянной неуверенностью в себе и своих поступках, химера же думал, что вообще произошло с оборотнем, раз он пустил слезу, и с какого перепугу Тео вообще полез его обнимать. Парень часто размышлял, кем он становится, как он меняется, однако эти мысли он отгонял. Он не хотел принимать свои изменения (просто потому что не видел в них ничего хорошего). Для него проще было оставаться тем самым черствым и безразличным Тео, ведь так добиваться своих целей было намного проще. Тем временем в доме стояла тишина. За окном уже была кромешная тьма, еле слышно трещали сверчки, а на часах показывало далеко за полночь. Не в силах уснуть, Лиам поднялся с кровати и бесшумно спустился вниз и прошел на кухню, собираясь заварить себе зеленый чай с мятой. Медленно поставил чайник, а затем налил себе этот прекраснейший напиток по самые края чашки. — Тоже не спится, Лиам? — раздалось сверху. От неожиданности Данбар вздрогнул и выронил посудину. Та со звоном разбилась, расплескав все содержимое. — Тео, черт возьми, можно так не пугать! Теперь придется еще раз заваривать. — Так или иначе, заваривать все равно надо на двоих. Я принесу тряпку, если скажешь, где она. Лиам указал на маленькую каморку уборщицы и, пока Тео тщательно вытирал пол и собирал осколки, заваривал напиток богов на двоих. Чай был готов, и оборотень, взяв две чашки, развернулся к столу, чуть не столкнувшись с Рейкеном, который все еще прибирал, пребывая в положении «задницей кверху». Со стороны это смотрелось бы очень неловко: два парня в трусах посреди ночи на кухне стоят практически вплотную друг к другу, только один из них нагнулся, и Лиам бы только посмеялся на этим, если бы это не был Тео. Тот самый Тео с его невероятной пятой точкой, к которой Данбар чуть не приложился, и однотонными серыми боксерами. Казалось, время остановилось, даже Рейкен перестал убирать осколки. Лиам безмолвно стоял и смотрел на эту накачанную спину, слегка растрепанную голову, осмотрел мускулистые руки и даже скользнул взглядом по его заду, о чем тут же пожалел. Как только парень осознал, на каком расстоянии находится его достоинство и задница Тео, он сразу вспомнил ту фразу, а за ней смущение. Горячая волна пробежала по телу, руки вспотели, а сердцебиение заметно участилось, что не скрылось от чуткого слуха Рейкена. Тот нахмурился, затем слегка улыбнулся и медленно положил тряпку. — Ты так и будешь стоять, или уже обойдешь меня? — тихо произнес Тео, поворачивая голову насколько возможно к Лиаму. Того как током прошибло. Он мгновенно сдвинулся с места и буквально подбежал к столу, а Рейкен как раз закончил со своим важным делом, и они оба сели друг напротив друга, снова сохраняя молчание. Пили также молча, даже не поднимая друг на друга глаза. Тем не менее, мята помогает успокаиваться, правда, ненадолго. Чай давно закончился, а они все сидели. Время приближалось к трем утра, но оба даже и не думали о сне. — Все в порядке? — внезапно спросил Тео, подняв глаза на своего соседа. Лиам бы очень хотел дать четкий утвердительный ответ, но не мог. — Нет. Да. Я не знаю, — он закрыл лицо руками, но тут же опустил их обратно. — Ты нервничаешь, да и твой пульс учащенный. Может, поделишься, или собрался умирать от сердечного приступа? Данбар задумался, что можно было бы на это ответить, но на ум ничего не приходило. Он открыл рот, издал непонятный звук, обреченно выдохнул и умолк. Тео понимающе кивнул (хоть так ничего и не понял). — Что бы это ни было, тебе не стоит так заморачиваться, особенно если это касается твоих попыток контролировать себя. Ты подаешь большие надежды, и это, несомненно, радует. — Да нет, дело не в этом. Ну и в этом тоже, но… — Лиам не договорил. — Но что? — Подожди… Ты чувствуешь это? — оборотень нахмурился и плотно сжал губы. — Чувствую что? — Запах… Странный, будто бы это… В окно внезапно залетела шашка, разбив дорогие витражи и прикатившись прямо к ногам сидевших. Секунда — и она уже испускает густой фиолетовый дым. —… аконит! — одновременно договорили Тео и Лиам, и, вскочив со своих мест, что есть сил побежали на второй этаж, спасаясь от удушающих свойств растения. — Куда теперь? Прыгать? — Рейкен подбежал к окну, однако, едва он открыл занавеску, над головой сразу просвистели пули. Стоять было так себе идеей. — Они окружили дом! Их там несколько десятков, это точно! Химера и оборотень сидели на полу прямо под окном. Как только их заметили в помещении, выстрелы загремели со всех сторон, выбивая стекла и попадая в стены. Как и людей, оружия было много, настолько много, что можно было обмундировать с ног до головы целую армию, что, собственно, они и сделали. Многие из тех, кто стоял под стенами особняка, ни разу не то что стреляли в оборотня, но даже не брали в руки ничего, кроме складного ножа. Как бы противоречиво это не было, но этот факт только распалял и без того однозначно настроенных охотников против прятавшихся в доме существ. — Здесь есть подземный ход, через который можно попасть на соседнюю улицу, — произнес Лиам, поворачиваясь к Тео и заглядывая ему в глаза, ища безмолвной поддержки. — Как бы это странно не звучало, меня сейчас интересует только одно: зачем твоим родственникам подземный ход? — Ну, раз у них столько денег, они должны задумываться и о безопасности. Денег без врагов не наживешь. Пойдем, нам нужно пробраться в соседнюю комнату. Под непрекращающийся свист пуль, пригнувшись, они вышли в коридор. Внизу слышался треск стекол, которые варварски ломали, звук электропилы, которой отпиливали куски стальной рамы, и громкий говор людей. Время еще было, но его становилось все меньше и меньше. — Раз у них столько денег, лучше бы пуленепробиваемые стекла поставили, — приговаривал Тео. — Эти стекла так или иначе разобьют, а затем придут по твою химерью задницу. С помощью тоннеля мы незаметно скроемся и уйдем. Как бы Лиам в это не верил, но его голос дрогнул на последних словах. Голос в голове говорил ему, что они могли и это просчитать, но он отгонял такие мысли. Тем временем они уже добрались до нужной комнаты и Данбар, подойдя к одному из книжных шкафов, вынул нужные книги и выдвинул панель для набора пароля. Он быстро ввел его, и соседняя стена с на удивление тихим шелестом приоткрылась. Приложив усилия, парни отодвинули ее и, закрыв за собой, быстро спустились на первый этаж по узкой винтовой лестнице. Они остановились у еще одной панели, на которой, снова набрав пароль, Лиам открыл сейф. Он достал оттуда пачку с подписью «1000$» и закрыл дверцу обратно. — Умно, умно, ничего не сказать. Сколько ты взял? — Тысячу долларов. На случай, если мы не сможем вернуться в этот дом еще долгое время. Они шли, освещая путь заранее оставленным в тоннеле фонарем. Практически после каждого поворота была развилка, но Лиам уверенно сворачивал то направо, то налево, то вовсе шел прямо. Казалось, он был здесь не раз и знал все ходы как свои пять пальцев; собственно, так и было. Тео не знал, но с детства Данбар бывал в этом доме, и каждый раз ему позволяли бегать по этим ходам. За десять лет он выучил их наизусть и знал, куда ведет каждый и как, при желании, скрыться в них и уйти от преследования. — Выход на Бейзин Драйв, — произнес Лиам, остановившись у лестницы. Хоть их обоих и прошибала мелкая дрожь от адреналина, в глазах Данбара Тео видел решительность. — Это, получается, в квартале от дома? — Да, я выбрал самый дальний выход из возможных. Лучше поторопиться, если мы не хотим быть обнаруженными. Они быстро поднялись по лестнице и тихо вылезли наружу. Дом родственников Лиама горел. Охотники подожгли его и ушли, выставив себя обиженными детьми. Не поймали — так хоть дом сожжем. «Налицо полный непрофессионализм», — подумал Тео, стряхивая мелкие осколки стекла с волос. Данбар стоял и смотрел, как полыхает огромный особняк в позе Илона Маска, только вот оборотню было вовсе не смешно: его мимика выдавала смесь отчаяния и легкого безумия. Именно в этот момент Лиам понял, что теперь ему точно конец.