Кошмар, о котором ты мечтаешь

— Что предлагаешь на этот раз? — спросил Лиам, даже не взглянув на Тео. В такой поздний час на улицах почти никого не было, лишь временами проезжали машины. Проходя (или проезжая) мимо, все с неподдельным интересом оглядывались на двух идущих рядом парней. Еще бы: Тео и Лиам так и остались босиком, да еще и в одних трусах. Впрочем, их самих это нисколько не смущало. Им повезло, что в это время года температура днем доходила до тридцати градусов по Цельсию. Если это, конечно, можно назвать везением. — Я предлагаю найти гостиницу, — отвечал Рейкен, — но сначала нам надо хотя бы найти одежду. Черт! Мои новые брюки остались в этом доме! Я их убью, они стоят чертову тучу денег! Лиам лишь усмехнулся. Не окажись он сам в подобной ситуации, возможно, смеялся бы намного веселее и громче, но теперь настроение сошло на нет и единственным желанием было поскорее лечь в кровать и уснуть, забыв обо всем. Все так резко навалилось, что Данбар осознал, насколько же он устал. Мысли, еще недавно роившиеся в голове, исчезли, и все, что в данный момент казалось Лиаму настоящим и имевшим значение, так это ветер, обдававший тело легким холодком, и асфальт, что неприятно колол босые ноги. — Ты купил брюки, но не купил дом. Умно. — Ой, не придирайся к словам! Лучше скажи, что теперь делать с одеждой. — Купить новую. Как ты уже, я думаю, понял, магазины в три с копейками часа ночи не работают, поэтому нам нужен номер в отеле, чтобы дождаться утра. Кстати, мы как раз к нему приближаемся. Через десять минут двое полуголых мужчин вошли в фойе многоэтажной гостиницы, где за стойкой сидела молодая девушка и безучастно смотрела на экран смартфона. Едва она подняла голову, ее лицо тут же преобразилась, а сама она еле сдержала смешок, приподняв одну бровь от удивления. — Двухместный номер, пожалуйста, — произнес Лиам, положив руки на стойку. Девушка (имя Сьюзан которой оборотень прочитал на бейдже) понимающе кивнула и, отложив телефон, стала что-то быстро набирать в компьютере. — Вам одну большую кровать? — поинтересовалась она. — Ни за что, — ответил Данбар и оглянулся на Рейкена. Тот, издав приглушенный смешок, тут же задрал голову, разглядывая помещение. — Хорошо… номер 613, шестой этаж, вот ключи. Поблагодарив Сьюзан, Лиам направился к двери лифта. Химера проследовал за ним. — Ну что, будем спать на одной большой кровати, любимый? — Тео пихнул Данбара в бок локтем и тихо засмеялся. — Ты полный кретин, Рейкен, — зло ответил ему оборотень, однако на лице была улыбка. — Не удивил. Двери лифта распахнулись, приглашая необычных гостей войти. Номер оказался самым обыкновенным. Две мягкие кровати по соседству, не самый новый телевизор, небольшой столик с одним-единственным стулом, кресло и ванная комната с душевой кабинкой и зеркалом с подсветкой. Спустя несколько месяцев непрерывного пребывания в огромном особняке Лиаму этот номер казался каморкой на чердаке.

*****

— Они реально живут вместе? Скотт стоял, облокотившись на стол, и смотрел в большое панорамное окно. Ночные огни города рассыпались по многокилометровой площади, напоминая мириады звезд в космическом пространстве. — Да, и это меня настораживает. Вряд ли Тео сильно изменился с последних лет, а, значит, он та еще хитрая задница, — ответил МакКоллу Стилински. Парень ходил взад-вперед за спиной альфы, сложив ладони вместе и уставившись на них невидящим взглядом. — Я думаю, стоит подождать и понаблюдать за ними, не теряя бдительности. Внезапно раздался телефонный звонок. Кто мог звонить посреди ночи? — Алло? Лиам? Почему ты звонишь со стационара? Да, да, хорошо, я понял. Буду в ближайшее время. Да, захвачу. Скотт нажал отбой и повернулся к Стайлзу. Тот уже приготовился слушать, остановившись на месте. — Лиам звонил. Сказал, что его дом спалили охотники. Просил привезти одежду на него и Тео. Стилински кивнул в ответ и вместе с другом направился к выходу.

*****

— Что ты теперь собираешься говорить родственникам? — разглядывая потолок, спросил Тео лежащего на соседней кровати Лиама. — Не знаю пока. Надеюсь, что система автоматического пожаротушения сработала, и ничего говорить не придется. Вернемся туда спустя пару недель, наведем порядок, и дом будет как новенький. Парни одновременно повернулись друг к другу. Секунда — и они заливаются громким смехом. После столь напряженной ночки это было лучшее лекарство от стресса. — Умно, Лиам, умно. Твои родственнички просчитали все до мелочей, даже как-то не верится. — Поверь, мне тоже. Никогда не думал, что буду разгуливать голым по городу, да еще и с парнем. Снова дружный смех. Атмосфера разрядилась, и разговор приобрел более расслабленные нотки. — Все в жизни когда-то бывает в первый раз. Ненадолго воцарилось молчание, пока Тео не продолжил: — Веришь или нет, но я ведь не хотел быть такой скотиной, какой меня считают. — Да правда что-ли? — саркастично ответил ему парень. — Да-да. Просто… так получилось. На то были обстоятельства. Я хотел… выжить наверное. Потом захотел большего, пытался этого достичь всеми возможными и невозможными способами, пока не понял, что намного больше этого у меня уже было. — К чему ты это говоришь? Рейкен в ответ лишь пожал плечами. Он в последнее время вообще мало думал о том, что говорит у себя в голове, а что — вслух. Мысли, разносясь по просторам Вселенной, из миллиардов точек выбирали именно одну под названием «Лиам Данбар». Такой расклад порядком поднадоел Тео, и он даже хотел отказаться от всех уговоров, в которые втянул себя по своей же воле, уехать на другой край света и там жить припеваючи, не вспоминая больше этого юного оборотня, но так и не смог, хотя бы потому, что он встал на путь исправления и быть предателем больше не собирается. Они какое-то время лежали и просто смотрели в потолок, думая каждый о своем. Данбар размышлял, что ему теперь делать с домом и молил Господа, чтобы система пожаротушения сработала и нейтрализовала основную часть пламени, Рейкен же пытался понять, о чем думает Лиам, лежа по соседству с ним и убрав руки за голову. Тео повернул голову в сторону оборотня, и химере открылся вид на подтянутый живот, мерно вздымающуюся грудь, сильные руки, когда-то аккуратно сбритые, но сейчас снова заросшие бакенбарды, и кадык, который больше всего привлек внимание Рейкена. Он заметил, как этот бугорок сделал движение вниз, а затем снова вернулся в прежнее положение. «Так себе зрелище, но лучше, чем ничего. Вроде бы даже интересно», — подумал Тео, не заметив, что Лиам все это время боковым зрением наблюдает за ним. Оборотень внимательно слушал сердцебиение своего соседа, стараясь сделать максимально непринужденный вид. Ритм был в норме ровно до того момента, как Данбар сглотнул. Сделав скачок, сердцебиение слегка ускорилось, хотя вряд ли его обладатель это заметил. А они все еще лежали полуголые. — Рейкен, — позвал парня Лиам. — Ау? — тот отвлекся от разглядывания кадыка и переместил свой взгляд в глаза лежавшего, хотя тот все еще не поворачивал головы. — О чем ты думаешь? — Кажется, я уже когда-то слышал этот вопрос. Но, если тебе правда интересно, то о тебе. Это, конечно же, была правда ложь, но она принесла ожидаемый эффект. Сердечко химеры пропустило удар, сердцебиение ускорилось еще сильнее, и теперь отбивало неплохой такой бит в ушах Данбара. — Обо мне? С чего бы это вашему величеству было думать о холопе? — напускное спокойствие и пренебрежение, в котором даже обычный человек увидел бы обман. — Не знаю. Я не контролирую поток своих мыслей. Да, звучит это так себе, особенно учитывая тот факт, что мы все еще голые. Они усмехнулись. Пульс Рейкена все еще зашкаливал за девяносто ударов в минуту. «У него тахикардия или что?» — нахмурив брови, подумал Лиам. — Уже поздно, нам стоит урвать хоть немного сна. Советую выключать свет и укладываться, — так ни к чему и не придя, произнес оборотень. Он погасил лампу у своей кровати и, отвернувшись, погрузился в сон. Как ни странно, Тео долго не мог уснуть. Он лежал в предрассветной тьме, слушая размеренное дыхание парня на соседней кровати, и в первый раз за последние лет десять захотел вернуться домой. «Посмотри, во что превратилась твоя жизнь, Рейкен. Ты скитаешься по стоянкам, спишь в автомобиле, а теперь ты остался еще и без одежды. Как ты докатился до такого?» Действительно, а как он до этого докатился? Кажется, убил сестру и ушел из дома, предоставив себя и всех родных самим себе. Он ведь даже не был уверен, жива ли до сих пор его мать. В последнее время она начала растворяться в его памяти: он не мог вспомнить цвет и форму ее глаз, как она улыбалась, не припоминал ее походку и привычки. Она уходила из его головы так же стремительно, как он ушел от нее. Единственное, что засело в его памяти прочно и надолго, так это запах блинчиков по всему дому. Он их обожал, может быть, даже душу бы за них продал. Они были божественны: небольшие идеально круглые горячие лепешечки теста, заботливо уложенные мамой в стопочку и щедро политые кленовым сиропом. Никого Тео не любил так сильно, как эти блины. Для него они были чем-то вроде олицетворения домашнего уюта и тепла, которые в силу своего характера не мог получить от членов семьи. С тех прошло много лет, он, несомненно, изменился, научился по временам быть добрым и отзывчивым, но статус эгоиста и в целом подонка за ним закрепился слишком прочно. В конечном итоге, чтобы не страдать от такой несправедливости, он нашел простой выход: стать тем, за кого его принимают. Это оказалось намного легче, чем он думал: матушка-природа изначально заложила в него все те черты характера, которые пригодились ему в этой роли. И вот сейчас, лежа в кровати номер 613, он жалел. Жалел обо всем, что произошло, и, возможно, первый раз за последние лет десять.

*****

Проснувшись утром, Тео не обнаружил Лиама в постели. Более того, парня не было в номере в принципе. Нахмурившись, Рейкен неспешно поднялся и, натянув на себя халат, который, к счастью, был в каждом номере отеля, спустился вниз. Он прошелся по первому этажу, зашел в ресторан, но и там искомого не обнаружилось. «Ну и тяжело же людям было жить без средств связи», — подумал тот, скрещивая руки на груди. Он понятия не имел, где искать Данбара. Вернувшись обратно в номер, он уселся на кровать и включил телевизор. Делать было абсолютно нечего, особенно когда ты не можешь выйти, потому что вся твоя одежда осталась в доме за несколько кварталов от тебя. Единственное, что Тео мог делать в данный момент — это смотреть мелодрамы и тяжко вздыхать. Через час он думал, что такое времяпровождение — отвратительнейшее из всех, через два часа — что у него скоро лопнет мозг, а через три он ходил по номеру, как ужаленный, ощущая подступающее все ближе и ближе безумие. Его тело и разум, привыкшие к постоянному движению, к непрерывной деятельности, теперь вопили от ужаса. Он пересчитал все видимые ему окна в соседнем здании, посчитал, сколько людей проходит по улице за десять минут, за двадцать, за тридцать. В конечном итоге он решил заняться спортом, да так им и прозанимался до прихода Лиама… со Скоттом. И Стайлзом. Они стояли за спиной парня, но из-за его роста их было прекрасно видно. Если бы, конечно, Рейкен вообще смотрел в сторону двери. В том момент он стоял на руках у стены и мог лишь слышать звуки, издаваемые пришедшими. Данбар первым подошел к Тео и присел, чтобы посмотреть тому в лицо. Картина была так себе: лицо того было все красное, а при попытке улыбнуться он вообще стал похож на маленького ребенка, который очень хочет в туалет, что, конечно, не упустил возможность упомянуть в своем приветствии Лиам. — Пошел ты. Я тут чуть со скуки не помер, пока ты где-то шатался, — прохрипел в ответ Рейкен. — А теперь отойди. Он опустил ноги и поднялся. Кровь слегка схлынула с лица, но не совсем, и химера превратился из ребенка в сильно смущенного подростка. Данбар усмехнулся, но, увидев серьезные лица Скотта и Стайлза, тут же поник. Он знал их отношение к Тео. — И тебе добрый день, Рейкен. Мы вот тебе твою одежду принесли, — с каменным лицом сказал Стилински, кидая парню свернутые в комок штаны с футболкой. Внутри был также его телефон. — Одевайся, и выходим. — Мы вас внизу подождем, — добавил Скотт, отчего получил негодующий взгляд Стайлза в свою сторону, но тот пихнул парня в бок, и, замявшись у двери, они все же вышли в коридор. — С чего это мы подождем их внизу? — прошипел Стилински. — Я хотел высказать этой химере все в лицо. — Поэтому мы и подождем внизу. Оставь парней в покое, у них выдалась непростая ночка. Усмехнувшись своим словам, Скотт чуть ли не за руку уволок друга на первый этаж. — Что это с ними? — спросил Тео, натягивая свои любимые штаны, чудом выжившие во время пожара. — Да ничего вроде. А что-то не так? — Они какие-то каменные. Как будто ненавидят меня. — Ну вообще так и есть, — в ответ Лиам получил немое «спасибо», написанное во взгляде Рейкена, — по крайней мере Стайлз точно. Он невзлюбил тебя, и это надолго. Тебе ли не знать, почему это так! Не помнишь, что ты натворил? — Я был вынужден, да и вообще я изменился. Только вот они, похоже, мне не верят. — Они не уверены, что у тебя вообще есть план. Если честно, то я тоже не особо, — второе «спасибо», и Лиам улыбается, — но у меня нет другого варианта, кроме как верить тебе на слово. — Мы прошли все стадии дружбы, Данбар. Я даже походил с тобой полуголым по городу; ты обязан мне верить. Лиам засмеялся, и на этой ноте они покинули сначала номер, а потом и отель.

*****

— Я все просчитал, ошибок быть не должно, — начал Рейкен, как только на столе перед ним появилась карта города со всеми улицами и выведенной поверх карандашом системой канализации. Парни находились во временно организованном офисе стаи. Тут же был и Дерек вместе с Итаном и Джексоном, рядом с ними примостилась Лидия. Невдалеке отдельно от всех сидел на полу Айзек, перебирая край своей черной рубашки поло. — Вот здесь, — Тео ткнул пальцем примерно в середину карты, — сердцевина охотников. Как видите, это практически центр города. Если вам кажется, что охотники работают отдельными независимыми группами, то вы глубоко ошибаетесь. В этом городе все охотники подчиняются единому боссу — Ллойду Венанди, он же снабжает всех оружием. Короче говоря, большая мамочка. Как известно, если убить альфу, то беты становятся в большей степени беззащитными, потому что эти элементы питают друг друга. В данном случае принцип примерно такой же. Если убить Ллойда, то большинство охотников станут легкой добычей для оборотней. — И это весь твой план? — спросил Айзек, медленно вставая и подходя ближе. — Звучит просто. Не считая, конечно же, того, что скорее всего убить его практически невозможно. У него, небось, охрана стоит на каждом метре, а сам он никогда не покидает офис в одиночку. Если вообще его покидает. И как же ты предлагаешь его уничтожить? Силой мысли? — На самом деле я пока не продумал все настолько досконально, но у меня есть идея. Из надежных источников — да, среди охотников тоже бывают продажные твари — я узнал… — Ну это не только среди охотников, — вставил Стайлз, многозначительно взглянув на Рейкена. —…что он сидит в кабинете на верхнем, сороковом, этаже, по пути к которому, если идти напрямую, нам придется вырубить как минимум полсотни людей, поэтому есть другой вариант, даже несколько. Первый — застрелить его в момент, когда он подойдет к окну, благо оно панорамное. Это довольно сложно, при том что скорее всего стекла бронированные, да и к окну вплотную он вряд ли вообще подходит. Остается только одно — разделившись, отвлечь большую часть его огромной армии, а затем незаметно (ну или почти) пробраться к нему и самолично перерезать шею. У меня есть карта здания и расположение охраны, а также несколько набросков отвлекающих маневров. Как-то так. Тео умолк, и все переглянулись. План был дерьмовый, но другого выхода не было.