Лабиринт

Мишель рвался на курорт, но не на свадьбу к не пойми откуда появившемуся сыну из дворца и от бесконечных дел, а к наследнику. Вот уже несколько дней назад великий герцог по совету лекарей и целителей отправил Дэниса-отт-Роуз к морю, арендовав там домик. Решив, что свежий морской воздух пойдет только на пользу парню, он согласился, но на душе было неспокойно. Все валилось из рук и работа стояла на месте, потому что сердце отца было там, на берегу моря, рядом с наследником. А сегодня и повод веский, сходить на свадьбу еще одного Дэниса и проведать главного в его жизни ребенка. Дав молодоженам время побыть наедине и провести брачную ночь в уединенном месте, он вошел в портал лишь назавтра к обеду. Сын-наследник встретил его все таким же безжизненным выражением лица. По-прежнему бледный и безучастный ко всему. Он поприветствовал парня и сказал:  — Собирайся, сын. Сегодня ты познакомишься со старшим братом. Его, как и тебя, зовут Дэнис. Не спрашивай меня, откуда он взялся. Я сам этого пока не знаю, но чувствую, что он твой родной брат. Сегодня обязательно спрошу его об этом. Пришла пора открыть все тайны… Роуз и не подозревал, что его слова станут пророческими по крайней мере для самого попаданца в прошлое. Мужья встретили родственников приветливыми улыбками и теплыми приветствиями. Отец принес с собой много подарков. Вернее, слуги, а не он сам. Чего среди них только не было! Различные украшения, несколько столовых сервизов, три комплекта постельного белья, много отрезов тканей и прочих мелочей. Соколову стало стыдно. За него как за девку давали богатейшее приданое. Интересно только, это чтобы порадовать супругов или откупиться ими от ненужного, незапланированного сына? Так неуютно парень еще ни разу не чувствовал себя в этом мире.  — Вы молодцы, парни, — начал свою речь великий герцог. — Даже в такое нелегкое время вы нашли и открыли для себя чувства и, вступив в этот союз, пронесете их сквозь года. Я так счастлив поздравить вас с таким торжественным событием и пожелать любви и счастья, долгих лет совместной жизни и благополучия во всем. Будьте счастливы и дарите радость мне своим браком и согласием в нем.  — Спасибо, отец, — в один голос ответили с благодарностью герцогу молодожены. За праздничным обедом старший Роуз еще не раз поздравлял и желал мужьям всего самого наилучшего и говорил это вполне искренне. Денису во всяком случае показалось, что Мишель не лукавил, а действительно говорил то, что чувствовал, выражал свою отцовскую любовь и заботу. Выйдя из-за стола, родственники уселись в кресла в холле поместья у растопленного слугами камина, пили вино и вели неспешную беседу обо всем подряд. Только второе «я» Соколова молчал и не выражал ни одной эмоции лицом. Был безучастен ко всему. Как ни старались все его заинтересовать или развеселить, у них не получалось. Оставив безуспешные попытки растормошить наследника, великий герцог обратился к своему второму сыну: — Дэн, не расскажешь всем нам как своей семье, где ты был все это время, пока не появился на той лесной дороге возле моей кареты? Где рос? С кем жил? И кем воспитывался? Я давно хотел у тебя все это спросить, но не было подходящего повода. Вот тут второе «я» Соколова подал знак, чтобы парень молчал о своем прошлом, и, написав что-то в блокнотике, передал это отцу.  — Отложим все расспросы на потом, сын. Дэнис хочет с тобой прогуляться по пляжу, и я не вижу причин запретить вам это. Раз наследник проявил к тебе интерес — это уже большое чудо. Идите, дети, прогуляйтесь. А я пока поговорю с герцогом Варуз. Оба «я» Соколова медленно пошли к пляжу. Денис ждал, что Дэнис первым заговорит и молчал. Так молча они отошли далеко от дома, чтобы никто не смог их подслушать. «Прости, что вчера не смог прийти, как обещал. Отец настоял появиться у вас только сегодня».  — Понимаю, в этом мире мы с тобой люди подневольные, как скажет отец, так и поступаем. Так что ты мне хотел рассказать? — спросил попаданец в прошлое самого себя настоящего. «Пришло время нам с тобой объединиться. Я ведь всего лишь твоя безголосая тень. С того самого момента, когда ты попал сюда больше четырех лет тому назад. Ты сильный, смелый, правильный, и я верю, что ты достойно поведешь нас обоих по жизни дальше. И еще… Ты ведь слышишь зов Витория? Я слышу и иногда вижу его призрак. Он зовет нас обоих и просит помочь».  — Почему? Зачем ему это? Чем мы можем помочь королю? Я думал, это глюки после двух ком, и игнорировал его зов. «Тебе ничего не сказали? Ни отец, ни муж?»  — О чем? Что такого еще не знаю я, что знаешь ты? «Тот день, когда ты с Виторием дошел до тронного зала, помнишь?»  — Да. Он отобрал у меня последние крупицы магии жизни, что поддерживали во мне жизнь после перерасхода энергии, бросил умирать, переступив через мое бесчувственное тело… — Денису не хотелось это вспоминать, совсем не хотелось, даже думать о том, как человек, который ему нравился в той реальности, так подло с ним поступил, практически собственноручно убил… «Не вини его, Дэн. Ему нужна была твоя магия жизни, чтобы выжить в битве с Коленом. И он заплатил за свою подлость по отношению к тебе… Впал в магическую кому почти на пять лет, исчерпав самого себя по максимуму. И целители, и лекари в один голос твердят, что он уже никогда не очнется. Мы с тобой должны ему помочь…» — Как по мне, я бы и пальцем не пошевельнул, чтобы спасти его. Он мне в трех реальностях кровушки попортил будь здоров. «Пожалуйста, Соколов. Ты… мы нужны ему. Он ведь тебе нравится даже после всего того, что сделал с тобой за все время в нашем мире… Да и ты все еще его муж!»  — Чего?! У меня в этой реальности муж Кирай герцог Варуз! Вы ведь с отцом пришли на нашу свадьбу. Что ты несешь? «Твоя брачная тату, она ведь осталась, как и у меня, просто стала почти невидимой, мы разделились. И связь между мужьями через магический брак тоже осталась. Именно по ней нас с тобой Виторий и зовет к себе на помощь». Соколов про брачную тату совсем забыл, там, на лесной дороге, он ее отчетливо видел, потом она стала тускнеть, и он про нее забыл. А оказалось вот оно как.  — А при нашей первой встрече тут же, на пляже, ты не мог мне все это рассказать? Зачем я подставлял свой зад мужику, когда мог избежать брачной ночи вовсе не с мужем? — разозлился на свое второе «я» Денис. «Все должно было выглядеть натурально, Дэн. И свадьба, и подготовка к ней. Иначе все могло сорваться. И раз пришло время для объединения, то твое тату не скроют даже антимагические браслеты. Кирай ее увидит так или иначе. Ты не можешь остаться с ним. А должен отправиться во дворец вместо меня с отцом, найти там Витория и через связь супругов пробудить его. Пожалуйста, сделай это для меня. Я полюбил Тора еще с первой нашей с ним встречи. Ты этого не помнишь, так как он стер твои детские воспоминания прямо перед отправкой на Землю. Но раз ты теперь это я, помоги ему, умоляю. И его метка смерти все еще на тебе — это как предназначение или Судьба, а от нее не сбежишь, как ни старайся! Будь с ним ради меня — это единственное, о чем я тебя прошу, Соколов! Не дай моей любви исчезнуть вместе со мной!»  — Где мне его искать во дворце? Запомни, я это делаю только для тебя, но никак не для него… «Он лежит без сознания в королевской гробнице рядом со своим отцом. Это чуть дальше самого дворца во дворе. Там стоят два стражника, у них и спросишь, как можно попасть в гробницу предков. О нем никто не заботится. Наши мачеха с братом бросили его там умирать в холоде и сырости. И если бы не преданный ему слуга, неизвестно, что за это время стало бы с ним. Помоги ему, пожалуйста, и вытащи оттуда. Не верь отцу и нынешнему королю и сводному брату Антонию, что он мертв и его уже ничто не оживит. Я сам хотел это сделать, но не смог. Слишком слаб как твоя тень. А ты сможешь…»  — Так вот что мне не сказал Кирай! То, что Виторий теперь не король? — разозлился на мужа или не мужа Денис. «Да. Не знаю, зачем он это сделал, но видно решил, если ты не будешь об этом знать, то так будет безопаснее для вас обоих. Не злись на него. Я заметил, он любит тебя. Так смотрят только те на объект своего обожания, кто очень сильно любит». — Любит, не любит, какой от этой любви сейчас прок? Мне все равно придется уже к ужину вернуться с отцом вместо тебя во дворец. «Да, не выдай себя. Тебе придется стать одиноким и молчаливым мной. Постарайся не выдать себя случайно, заговорив. Будь сдержан, уравновешен, молчалив, прояви свой взрослый ум, играя меня. Иначе тебя снова обвинят в том, что ты самозванец, пытающийся занять мое место наследника. Найди Тора и спаси его. Потом переправь в безопасное место порталом, они ведь теперь тебе доступны. Если будет погоня, смело отправляйся с ним в другой мир, только не на Землю, так как она находится ближе всего к нам как другая реальность. Там в первую очередь будут вас искать». — Эй, как тебя там, вот объясни мне: почему все в этом мире идет для меня через зад, а? Почему именно я должен спасать Тора, не ты, не Дэйниз, а я? Почему во всех реальностях мой зад страдает больше всего от всех вас и ваших любовников? А! Что молчишь? Объясни мне, не молчи, разговорчивый мой?! «Может потому, что ты единственный из нас, кто со всем этим дерьмом справится. Ты самый сильный из нас троих и взрослый, на Земле тебе почти сороковник стукнул. Ты жизнь повидал, на войне повоевал, а мы что? Чем, по-твоему, можем похвастаться мы с Дэйнизом?» — Мне-то откуда об этом знать? В каждой искаженной реальности все и всё такое разное! Откуда мне знать, где истина, а где подделка? И как мне магичить по-твоему? У меня браслеты, ограничивающие мою магию. Кроме того, по ним Роуз и узнает, что я это не ты! «Я и сам не знаю, где правда в реальностях, а где ложь! Браслеты пропадут сами, когда мы объединимся. Так что за это не переживай. Главное помни — ты совсем не можешь говорить. Пиши все, что хочешь сказать, в блокнотик и отдавай тому, кому хочешь это сказать. С этого дня ты больше не будешь точной копией Дэйниза, а станешь самим собой, таким, каким был в двадцать лет на Земле. Но стареть все равно не будешь. Наше объединение вернет тебе прежнюю внешность, сняв заклинания алчного брата, но до конца не отменит его колдовство и магию крови! Смотри не проболтайся и спаси Тора! Пора! У нас нет больше времени на разговоры. Прощай, Соколов!» Что было дальше, Дэн так и не понял. Почувствовал ужасную боль во всем теле, словно что-то огромное входило под кожу, пробираясь вглубь по внутренностям. Парень едва удержался на ногах от боли. Громко застонал и осел на теплый песок пляжа. Второй Дэнис исчез, словно и не было его никогда. Он оказался прав, браслеты, блокирующие магию, рассыпались прахом. Сильные потоки запертой магии пробежались по телу и сосредоточились искорками на кончиках пальцев. Соколов еще долго не решался встать на ноги и вернуться в домик на пляже, где его ждали Кирай и отец. Было страшно. А вдруг его тут же раскусят и казнят за очередную подмену? Начнут задавать вопросы, куда делся другой он? Нужен план, но плана нет! Придется импровизировать. Пока он шел к домику, понял, что-то похожее уже было у него в самой первой реальности. Там тоже был однодневный брак с герцогом Варуз и первая брачная ночь. Здесь же сменилось только имя с Колена на Кирая Варуз. События стали повторяться или это случайность? Вынужденный брак с королем был и там, и тут… Сейчас, оказавшись в прошлом, у Соколова нет больше семьи на Земле, так как настоящий Дэнис не попал на Землю, а значит, не прожил там свою жизнь. Сын Артемка испарился, словно и не было никогда его у попаданца в прошлое. Даже земное прошлое отобрала у него новая реальность… С каждым повтором, начиная с лесной дороги, все становится запутаннее и запутаннее. Три жизни здесь — как хождение по лабиринту Судьбы, в котором он блуждал два года в коме. Куда ни ткнешься, возвращаешься на лесную дорогу или к центру лабиринта. И сколько ни пытаешься найти выход в жизни, вновь упираешься в Витория — центр этого королевства. Все события, так или иначе, крутятся вокруг него. И сколько Денис ни думал обо всем этом, он не понимал, как найти выход из жизненного лабиринта, в котором, похоже, застрял до конца своих дней. Где та единственно правильная дверь, за которой и будет сама ЖИЗНЬ, а не поиск путей к ней в этом мире? Ответов у парня не было… Единственное, с чем повезло парню сегодня, он избежал вопросов, куда делся другой Дэн. Герцог Роуз, увидев наследника, вернувшегося с прогулки, быстро забрал Дэниса с собой во дворец. Жизнь во дворце напоминала Соколову тюрьму. Потому что там все делалось по расписанию. Ранний подъем, завтрак, прогулка, обед, несколько часов свободного времени, ужин и отбой. Шаг влево, шаг вправо расценивались как неподчинение устоям и самовольство. И еще пару раз в неделю занятия по дворцовому этикету со стареньким дедулей. Запомнить чуть не наизусть все рода королевского древа оказалось самым сложным для Дениса. Эти короли, королевы, принцы и принцессы по двум линиям постоянно путались и не запоминались даже с данными артефакта знаний. Единственным преимуществом жизни во дворце была вычурная роскошь, так отчетливо бросающаяся в глаза. По нему как по музею можно ходить часами и разглядывать картины, скульптуры, гобелены, вазы, и напольные, и обычные, и просто искусную работу архитектора, создавшего это здание по своей задумке. Оказалось, этот дворец за полторы тысячи лет перестраивали несколько раз. Соколова это заинтересовало, и он первым делом пошел в королевскую библиотеку, чтобы получить копию карты всего дворца, объяснив это тем, что несколько раз чуть не заблудился в этих бесконечных коридорах и поворотах. На самом деле карта была нужна ему совсем для другого. Если выводить очнувшегося Тора из этого здания, нужно найти самые безопасные и безлюдные проходы. Выяснилось, что под дворцом есть скрытые тайные проходы, построенные еще тысячу лет тому назад. За такими старыми картами пришлось тащиться в архив и делать все это осторожно, понемногу, не выдав себя как попаданца, отнявшего место у настоящего Дэниса-отт-Роуз. Отец с радостью согласился помочь и дал пропуск в архив, обрадовавшись, что наследник хоть чем-то заинтересовался. А раз сыну интересен дворец еще в изначальном виде, то пусть мальчик изучит его — пригодится на случай очередного переворота. Будет знать все лазейки, входы и выходы и сможет спастись, если появится такая необходимость. К Тору Дэн пока не ходил за весь месяц своего пребывания во дворце. Сначала нужно все изучить. Узнать расписание смены стражи по всей территории, найти тайные подземные проходы, один из которых, судя по картам, ведет за территорию столицы и городские ворота. Отыскать вход в него и пройти до конца, чтобы быть точно уверенным в этом безопасном пути для отступления, а только потом попробовать разбудить Витория. Еще две недели Соколов потерял на изучение всего этого. Измазался, ползая по тайным ходам, так что слуги причитали, увидев такую грязную одежду члена королевской семьи, может, и доложили, кому следует, а может, и нет. В любом случае парень действовал очень осторожно и не откладывал планы по спасению бывшего короля на потом. И пока шла подготовка ко всему этому, Дэн уставал как собака. Пройти черт знает сколько километров в день и вернуться к назначенному сроку по распорядку дня — та еще задача. При этом успеть вымыться и переодеться в чистое, чтобы никто не заподозрил в безразличном дЭбиле умного маленького герцога. Когда все подготовил и изучил до мелочей, можно было навестить и «спящую красавицу». Денис понятия не имел, как разбудить эгоистичного, самовлюбленного самодура. Но если не пробовать, то и ничего не добьешься. Стоит попытаться, раз Виторий — его Судьба и предназначение! Помеченный местными Богами печатью смерти — это вам не шуточки, а почти истинность! Так по крайней мере объяснили бывшему землянину в одной из трех реальностей. Кроме того, Смерть всегда идет рука об руку с Жизнью. Нет жизни, нет смерти — закон природы. Соколов попробовал мысленно звать Тора, еще подходя к гробнице королевских предков, куда шел теми же скрытыми от остальных подземными проходами — у него ничего не получилось. Молодой мужчина никак не реагировал и не думал отзываться. Решив, что он слишком далеко от «спящей красавицы», парень вошел в саму гробницу. Там его настороженно встретил мужчина средних лет — слуга, о котором говорил второй Дэн. Он вскочил со стула, ухватившись за меч, увидев незваного гостя, нарушившего покой его и Витория, пришедшего откуда-то из глубин подземелий, и наставил на него оружие. Пришлось Соколову жестами показывать, что он друг и пришел помочь Тору. Слуга хоть не поверил, но меч опустил. Дальше Денис перешел к объяснению на бумаге, написав тому, что не может говорить. Слишком рано открывать правду кому бы то ни было. «Мне сказали, что я могу его разбудить, но я не знаю как». — Кто только ни пытался, но ни у кого ничего не вышло, ваша светлость. Почему именно вы можете? — все еще не верил мужчина парню и сомневался во всем. Пришлось Соколову показать свое брачное тату слуге, которое после слияния было отчетливо видно. Риск, как говорят, дело благородное. «Кто не рискует, тот не пьет шампанское». — Вы его муж? Почему я о вас ничего не знаю? «Брак был тайным, потому что я маг жизни, который жизненно необходим магу смерти. Виторий позже хотел объявить о нем, но случился переворот». Попаданцу в прошлое пришлось соврать преданному слуге бывшего короля. Выхода или выбора нет. — Понятно. Но ему придется самому решать, что делать с вами, ваша светлость, когда он очнется. Если очнется. Получается, если у вас есть тату, то есть и связь с ним через магический брак? Тогда почему вы не разбудили его раньше? «Я сам был в магической коме после переворота, затем очнулся ненадолго и опять впал в кому. Я слышал, что он меня зовет, но не понимал, что происходит, считал, что мне это кажется после стольких лет комы. Только у него брачной тату нет и связь у нас с ним односторонняя. Я его слышу, а он меня нет, понимаете?» — И правда, нет, — ответил слуга, осмотрев руки Тора. — Если связь односторонняя, то и вы вряд ли сможете его пробудить, но спасибо, что пришли помочь. Попытаться в любом случае стоит. Соколов попытался звать мысленно, использовал телепатию, чтобы пробиться через ментальный блок. Ничего. Никакой реакции от Витория.  — Не получается? — видя, как парень старается, спросил слуга. — Вы слишком нервничаете, постоянно оглядываетесь. Может, вам мешает что-то сосредоточиться? Понимаю, что гробница, гробы и сырость плохо влияют на ваше стремление помочь супругу. Простите, можно вас попросить? Дэн кивнул, согласившись выполнить просьбу преданного слуги бывшего короля. — У моего господина был друг и советник Кирай Варуз. Знаете такого? — И видя, что Соколов снова утвердительно кивнул, продолжил: — Не могли бы вы его найти и уговорить прийти сюда? Он бы помог своему королю… И вам бы было проще помочь мужу, если бы мы его переправили в другое тихое и спокойное место. «Разве Тора не будут искать, если он покинет это место?» — Нынешнему королю до него нет никакого дела. Сюда только раз в день заходит стражник и приносит мне еду. Если заменить моего господина манекеном, то никто и не заметит подмену. А я по-прежнему буду забирать еду каждый день у стражника. Все должно получиться, но нам нужен сильный и влиятельный помощник, понимаете? Так вы найдете Кирая и попросите его нам помочь? «Я живу во дворце и живу по жесткому распорядку, поэтому долго отсутствовать не могу. Давайте я открою вам портал в герцогство Варуз, а вы сами поговорите с герцогом? Обратно Кир откроет вам портал сюда, если согласится помочь». — Так даже лучше. Я сам буду его умолять помочь господину, на коленях ползать, он добрый человек, я знаю, и обязательно поможет забрать своего друга отсюда. Можете открыть портал прямо сейчас? Еду на сегодня я уже получил, поэтому меня никто не хватится до завтра. Денис открыл портал в герцогство Варуз, теперь с практикой у него все лучше и лучше получалось их открывать. Подождав, когда портал закроется, парень вернулся во дворец в свою комнату. А в это же время к Мишелю Роуз в кабинет постучался незваный посетитель. Им оказался граф Дафри. Он несмело зашел к канцлеру и сказал:  — Простите, что без предварительной записи к вам, великий герцог… Я по личному вопросу. Это касается вашего сына Дэйниза и моего жениха.  — С ним что-то не так? Мой младший сын сейчас учится в военной академии, а там, насколько мне известно, не забалуешь.  — Да, но… за несколько лет его учебы там мне уже не раз жаловался на него глава академии… — Вам? Почему вам, а не мне, его отцу? А, вы же официально его жених по бумагам и его опекун, поэтому… И на что жалуются? — Дэй совсем не учится. Постоянно витает где-то в своих мечтах. Разглядывает на занятиях кого угодно, только не учебники. И еще…  — Дэйниз впечатлительный, легкомысленный и ветреный ребенок. Таким он у меня уродился, с этим ничего не поделаешь. Я думал, хоть там он возьмется за ум. Еще? — Этот легкомысленный, как вы говорите, ребенок хвастается всем налево и направо, как чуть не стал фаворитом Витория. Как героически помогал ему при атаке на Колена и чуть не умер как великий герой, спасая наше королевство. Понимаете? Не думаю, что такие разговоры понравятся нынешнему королю… И всем достанется и вам, и мне, когда эти слухи дойдут до Антония…  — Простите, граф, этот ребенок влюбился в бывшего короля сразу, как только его увидел, и я думал, что помолвка с вами вернет его с небес на землю, но кажется, ошибся. И это все может действительно добавить нам проблем. Я поговорю с ним завтра. Нет, завтра заседание совета… Послезавтра иностранные послы… На той неделе точно поговорю с сыном, Алан, — пообещал будущему родственнику Мишель, но по правде сказать, ему сейчас вообще было не до бастарда, чтобы он там ни говорил. Государственных дел куча, да еще с наследником все так же, без изменений. Правда, парень хоть чем-то стал интересоваться. В библиотеку заходил пару раз, в архив пропуск попросил, карты стал изучать. Может, поправится? — Спасибо, великий герцог. Я полагаюсь на вас. И сам к нему съезжу на праздник всех влюбленных, тоже поговорю, попрошу не болтать о таком. Вы его лучше знаете, подскажите мне, какой подарок ему подарить по такому поводу? — Дэйниз любит все блестящее и дорогое. Думаю, для него любое украшение подойдет в качестве подарка. Да и в городе будет праздник, сводите его на свидание, парнишка впечатлится вашей щедростью и вниманием, гарантирую. Если у вас все, то я прошу покинуть мой кабинет, граф. Очень много бумажной работы, — отделался от незваного гостя Роуз, выпроводив Алана за дверь. Мишелю совсем не до него и бастарда. Скинул опеку на Дафри и вздохнул с облегчением. Пусть теперь граф возится с его незаконнорожденным сыном и будет благодарен за удостоенную честь. Старший Роуз вернулся к государственным бумагам и провозился с ними до полуночи. Делал пометки, с чем-то соглашался, подписывал. Раскладывал все документы по стопкам в зависимости от срочности. Так заработался, что потерял счет времени. А когда оторвался и глянул в окно, там уже было темно. Огорчился. Ведь планировал перед сном поговорить с наследником о том о сем — растормошить практически ко всему безразличного сына. Встал из-за стола и все равно пошел к нему в комнату, несмотря на поздний час. Парень спал такой бледный, одеяло почти сползло с кровати. Отцовское сердце стрельнуло болью, глядя на Дэниса. Вспомнилось, каким он был раньше до переворотов и какой сейчас. Мишель подошел к кровати наследника и легонько погладил любимчика по голове. Тот, словно почувствовав чужое присутствие, перевернулся набок, и его правая рука свесилась с кровати. Тут-то Роуз заметил, что сын на ночь не снял с руки довольно широкий браслет. — Поранится еще, — сказал шепотом сам себе герцог, снял с руки парня злосчастный браслет и увидел… увидел то, чего не должен был видеть. Брачное тату с королем. Знаки и символы на тату герцогства Роуз переплетались со знаками и символами королевской семьи. Ошибки быть не могло. Виторий таки провел магический брак с наследником. — Вот шустрый, когда только успел? Потом сел в стоящее рядом с кроватью белое кожаное кресло и задумался. Думал долго, почти до рассвета. Но как только первые лучики солнца стали заглядывать в комнату через завешенные шторы, вскочил и твердым, решительным шагом вернулся к себе в кабинет. У канцлера созрел новый план и мести, и возмездия. Несмотря на столь ранний час, он вызвал к себе в кабинет самого надежного и преданного слугу и приказал выполнить кое-что для хозяина. То, что слуга выполнит все, как надо и вовремя, Мишель был уверен. Раз все так удачно сложилось, можно повернуть все в свою пользу и без всяких посредников самому стать королем… А пока великий герцог Роуз обдумывал свои планы, граф Дафри собирался в столицу на праздник всех влюбленных. В каждом королевстве этого мира он был, только назывался по-разному. Добравшись до столицы, в ювелирной лавке купил для жениха дорогой подарок. С полпальца шириной платиновый браслет, украшенный драгоценными камнями: черными и белыми бриллиантами и рубинами. Выглядело украшение дорого и броско. Да и весило прилично. Выйдя из лавки, Алан засомневался в подарке. Переживал, выдержит ли тоненькая ручка Дэйниза такое кричащее украшение. Возвращаться и менять его не стал. Подумал, пусть сам Дэй решает — менять его или оставить. Добравшись до академии, он нашел стенд с расписанием, узнал там корпус и номер кабинета, где в данный момент шло последнее на сегодня занятие у князя Роуз. Дождался, когда парень выйдет из кабинета, и только тогда окликнул его.  — Граф? — удивился Дэйниз, увидев жениха. — Каким ветром вас… тебя занесло в нашу скромную обитель знаний и муштры? — Соскучился, Дэй, — искренне ответил жених парню. — Сегодня праздник, вот я и подумал, а не погулять ли нам по городу? Посмотрим концерт, накупим сладостей и встретим вместе рассвет на берегу реки. Как тебе такой план, малыш? Или у тебя на сегодня были другие планы? — Планы? Был один — завалиться спать. Не высыпаюсь я здесь страшно. Не понимаю, зачем так рано каждый раз вставать? Потом еще бежать куда-то на пробежку. Можно просто спрятаться от назойливого солнышка под одеялом и проспать еще часа четыре, а только потом встать. Видя, что жених не особо рвется на запланированное Аланом свидание, граф решил задобрить парня броскими дорогущим подарком: — Я и подарок тебе к празднику купил, но раз у тебя другие планы… Пожалуй, я пойду… — Стой! Давай подарок сюда! Так и быть, если он мне понравится, пойду с тобой в город на праздник. Когда Дэйниз увидел тяжелое и блестящее камнями украшение, его глаза заблестели еще больше. Он выхватил его из красивой коробочки и тут же примерил себе на руку.  — Нравится? — осторожно спросил Дафри у жениха.  — Очень! Оно такое красивое! Так и быть, схожу с тобой на городской праздник, Алан. В следующий раз предупреждай заранее, когда приедешь, чтобы я хоть приготовил тебе подарок в ответ.  — У тебя есть магический кристалл связи, Дэй? Я бы мог тебе просто звонить иногда или ты мне…  — Откуда? Папенька мне только титул и земли выделил и брак с тобой устроил, а вот карманных денег и прочую роскошь не выдал… — Я тебе свой отдам, хорошо? А себе позже новый куплю у магов в магазинчике. Давай, пока есть время, покажу, как им пользоваться. Алан показал, как связываться с отцом или с ним в случае необходимости. — А мне можешь звонить в любое время, я всегда тебе отвечу, малыш. Дэйниз заскочил к себе в комнату и переоделся для прогулки по праздничному городу, и они пошли на праздник. Хорошо провели время. Обоим парням понравилось. Вернулись они в академию только назавтра рано утром. Дафри так и не отважился поговорить с женихом о Витории, не хотел портить претензиями только начавшуюся зарождаться обоюдную симпатию, понадеявшись, что старший Роуз уже поговорил с болтливым сыном об этом. Да и сам Дэйниз был доволен своим женихом, свиданием и кучей подарков, которые он еще выпросил у жениха в городе. Мало-помалу симпатия к бывшему королю заменялась симпатией к Алану. Ну и что, что граф? Зато богатый, красивый и щедрый. Именно такого сильного и симпатичного молодого мужчину Дэй видел в будущем у себя в мужьях.