Где твои очки?

— Если хочешь, могу научить целоваться. В подарок, так сказать. Кто знает, вдруг такому идиоту как ты пригодится. Неловкая тишина длилась несколько мгновений, во время которых Драко осознал, что успел ляпнуть. К сожалению, до Поттера тоже дошло, но с опозданием, после чего тот угрюмо уселся на кресло возле камина. Он размышлял. Но о чем? Драко было весьма интересно. Он уже начал подозревать, что кто-то незаметно подлил ему сыворотку правды, чтобы заставить его сказать это. — Нет. И вообще, зачем тебе такое предлагать? — Гарри посмотрел на него своими изумрудными глазами, полными обиды. — Знаешь ли, неприятно слышать такое от парня. Кто бы сомневался. Драко попытался изобразить на лице усмешку и получилось довольно неплохо. — Ну, тогда придется тебе напрячься и вспомнить самое счастливое воспоминание, — как всегда неспешно протянул Драко, — и прошу тебя постараться, а то знаешь ли, терпение у меня не железное. Поттер хмыкнул, поднявшись, и достал волшебную палочку, направив ее на Драко, от чего тот вздрогнул. От Поттера можно было ожидать что угодно, вот только… ничего хорошего. — Повторяй за мной, — Малфой не знал, что с ним творилось. То ли его пьянило чувство новой жизни, то ли ему просто хотелось, чтобы этот мелкий засранец поверил ему. — Экспекто Патронум. Мерлин, Поттер, не издевайся. Это слово не сделает из тебя лужу. Говори уверенно и внятно. Гарри пришлось согласиться, все-таки шло обучение, и надоедать Малфою было не самой лучшей идеей. — Вот так, — облегченно вздохнул Малфой, — а теперь вспомни лучшее воспоминание и попробуй создать патронуса, иначе все будет тщетно. Но у Гарри не получалось, как бы он не произносил заклинание и не взмахивал в воздухе палочкой. Ни малейшего света. Ни-че-го. Поттер измученно упал на стул, закатив глаза. — Малфой, из тебя дерьмовый учитель, — обвинительно произнес он. — Я уже вечность пытаюсь, но ничего не получается. — Значит, пытался недостаточно, — прошипел Драко, — наверное, воспоминание было не самым ярким. Малфой сам был не в восторге от достижений Поттера. Но настал черед долгого, важного разговора. — Поттер, мне параллельно, что ты обо мне думаешь, — Малфой косо посмотрел на Гарри, — но ты должен мне поверить или потом пожалеешь. Как будто он ему угрожал. Убейте его кто-нибудь. Он все еще не отводил взгляда от глупого мальчишки, все еще не понимающего, что ждет его в будущем. — И о чем же я могу пожалеть? Может, о тебе и твоих дружках, которые при любом удобном случае хотят с меня шкуру содрать? Малфой, если начал говорить, так не тяни. Малфой хотел ударить его. Он не знал, отчего появилось такое сильное желание, но как же было некстати, когда он так и сделал, когда подошел ближе к Гарри. Его тело сделало то, о чем он думал. Драко ужаснулся, ударив того кулаком в лицо. Сказать, что он был в шоке, значило ничего не сказать. — Поттер, я не хотел… Как можно было сказать о том, что он видел годами? Но было поздно. Надежда Магической Британии стремительно покидала комнату. — Поттер, можешь не верить, но директор, которому ты так доверяешь, совсем не святой. Будь осторожен, — торопливо выпалил Драко. Поттер остановился перед самыми дверями, смерив Малфоя испепеляющим взглядом. — Конечно, Малфой я учту, — в его голосе было столько ненависти, что Драко и сам себя был готов ненавидеть. *** Драко не понимал, как он мог все испортить. Все должно было пройти по-другому. Они постоянно друг друга оскорбляли, доходило и до драки. Может, им не суждено подружиться, и судьба тут не причем? Но если бы он не ударил его… А за что именно, Малфой захотел набить ему морду? Поттер просто обвинил его в том, что было правдой. Суровая, никому не нужная, правда. Разве он хотел сделать что-то иное? Нет. Правда, которую знал Малфой, была тоже не лучше, только важнее, так как от нее зависели их жизни. Малфой шел в гостиную Слизерина злой и угрюмый. Даже его всегда идеальная прическа была лохматая и неаккуратная, но сейчас проблемы были очень и очень большими. А он из-за своей привязанности к этому идиоту совсем позабыл о гордости Малфоев. Да к черту гордость! Ничего не помогало, а если вспомнить, как он отреагировал на просьбу с поцелуем, можно было сразу сдаться, так как Малфой не добьется того, что искренне желал от Поттера. *** Гарри хотел одного. Крушить, ломать и все уничтожить, так как настроение было хуже некуда. Не от того, что Малфой его ударил в тот момент, когда казалось, что все хорошо, и ничто не предвещало мощного удара в челюсть. А от того, что он начал извиняться. То ли Малфой с дерева упал, то ли неизвестно что. Но Поттер был в ярости от предложения Драко. Предложить ему в помощь, и в чем? В поцелуе! Гарри был уверен, что это была идея опозорить его перед всей школой. Такое Малфой вполне мог устроить. А еще то, что Дамблдор что-то задумал. Что за глупость. Он столько раз помогал ему, утешал, как будто был его отцом. Будь осторожен… Чтобы Малфой, и о нем беспокоился? Да ни разу. Гарри раздражало, что все его мысли заполнил этот чертов прилизанный ублюдок, но когда он добрался к гостиной Гриффиндора, его посетила догадка. А что, если Малфой действительно что-то знает? Он всегда говорил загадками, но они почти всегда были той истиной, в которую Гарри старался не верить.