Где твои очки?

Не скоро все забыли о Сириусе Блэке, но он мог сбежать, ведь учителя найти его не смогли. Снейп ходил злее некуда, а Люпин только вздыхал от всех этих нелепых слухов. Дементоры взбесились, ведь опять этот убийца смог улизнуть от них. Но Панси с Драко радостно листали учебники, когда слышали много и много глупых историй, ведь они знали правду.

***

И вот, завтра, наконец-то, наступит первый матч Гриффиндор — Слизерин, которого все с нетерпением ждали. Вообще, это уже традиция. Гриффиндорцы никогда не относились к слизеринцам с особым уважением, как и они к ним. Как бы сказать... Взаимная ненависть, но как бы они друг друга не поливали грязью, каждая команда была достойной по-своему. Не зря каждый год только их команды выходили на первые места. Гриффиндорцы хотели заполучить победу любой ценой. Ведь это был последний год их капитана Оливера Вуда. Он был семикурсником и в этом году сдавал ЖАБы. Каждая тренировка была для них сущим адом, даже погода не думала о том, чтобы сжалиться над ними. Целый день не проходил дождь, сильный ветер выбивал окна в замке, даже гром пожаловал на этот театр погоды. Но вот последняя тренировка перед первым матчем. Все усталые, но счастливые говорили о своих немалых шансах на победу. Вуд, который волновался чуть ли не больше всех, каждый раз повторял уже пройденную схему, чтобы хоть как-то успокоить свои нервы. Казалось, что каждая деталь была не доработанная, а каждая ошибка кого-то из команды выводила капитана из себя. — Все будет хорошо… — сказала Кэти, разглаживая рукой волосы, — Вуд, мы лучшие! — Ведь мы… — улыбнулся Джордж. — Самая лучшая команда! — договорил Фред. — А это значит… — Что мы … — Победим! Никто из команды не сомневался в победе, как и в предыдущие года, но, как говорится, историю нельзя переписать... Или можно? Вуд слабо улыбнулся. — Да, но и недооценивать их не стоит, а то Гарри… — Я знаю, главное поймать снитч… — Гарри сильнее сжал в руке Нимбус 2001, будто метла могла исчезнуть в любую минуту, а этого нельзя было допустить. Гарри слабо улыбнулся, вспомнив старую машину мистера Уизли, которая возможно все еще блуждает в Запретном лесу. — Да, но мы должны выиграть любой ценой! — Оливер, успокойся! — забеспокоился Фред. — Мы все это прекрасно понимаем, никто и не думал расслабляться. Серьезно.

***

Малфой не мог успокоиться, хотя казалось бы беспокоиться о матче было совершенно бессмысленно. Не то что бы его не волновала мысль "выиграть или проиграть", просто у него было очень плохое предчувствие. Вот так просто. Его постоянно типало и выворачивало, словно его с головой окутала лихорадка. С одной стороны — бесконечные, миллион раз перечеркнутые чувства к Поттеру. Он, Малфой, никогда не признает этого, как и Поттер. В уме не было мысли расставить все точки, да и зачем, спрашивается. Узнал правду? Узнал, но его отношение к друзьям не изменилось. В этом весь Поттер, он умеет к кому-то привязываться, как и Драко. Что говорить о Дамблдоре? Так этот старик сам себя подставил. А с другой стороны, страх. Его страх, словно дементор, пытался высосать из него все самые счастливые воспоминания! Он боялся смерти, ей-богу, как Темный лорд, но в отличие от него не искал пути к бессмертию. Один раз он избежал смерти, если так можно назвать то, что он чудом переместился в прошлое, а во второй раз такого может и не быть... Забывчивость и растерянность преследовали его, где бы он не был. Даже Блейз иногда пытался пошутить на эту тему, после чего должен был выслушивать нотации от Панси. Профессор Трелони пыталась переплюнуть Забини своими нелепыми предсказаниями на ее уроках. Его нездоровая бледность заставляла предсказывать, что-то невероятное и ужасное одновременно. «То, что ты боишься, скоро произойдет...» «Бойся всего, что имеет на себе темные точки…» «Кажется, девушка с болотно-зелеными глазами хочет тебе что-то предложить, кх… не соглашайся ни на что…» — после этой заявки Панси шипела весь урок, критикуя каждое слово профессора Трелони. «Мне скоро этот голос будет во снах мерещиться… блин, хоть бы что-то нормальное сказала, хоть раз! Но… если верить слухам, Поттеру еще хуже живется, Трелони смерть ему предвещает! Получается, я еще везунчик…» — раздумывал Драко, фантазируя совсем в ином направлении, чем было нужно. Каждый раз аристократ чувствовал на себе множество взглядов, словно каждый должен был посмотреть на него, как только он пройдет рядом. Почему все казалось таким сложным? Все эти разговоры, домыслы… все-все связанное с ним вызывало невыносимую боль?! Малфой пытался не думать об этом, но черт, он и не замечал, как его мысли начинали крутиться вокруг Поттера. Драко повторял про себя: «Всего лишь третий год, третий… Какой, нахрен, третий год?! Минимум седьмой!». В прошлой жизни Малфой часто кусал локти. Особенно когда видел, как Поттер целовался с разными девушками. Серые глаза становились мутными, а ноги ватными. А что теперь?! У них был поцелуй, но что дальше? Может быть, все было не по-настоящему, наигранно... Но Поттер никогда не славился большим умом, что было маловероятно. Теперь даже Гермиона не вызывала в Драко брезгливости. Она может иногда и общалась с Гарри совсем наигранно, фальшиво изображая дружбу, но в некоторые моменты была искренна и честна с ним, как никто другой. Жаль, что о Уизли он не мог сказать того же. Этого мудака могла волновать исключительно еда. Малфой сидел возле открытого настежь окна, смотря на Запретный лес сквозь серый туман. Запах дождя, как всегда в такую погоду был восхитительным. Теперь сложно было поверить, что раньше он терпеть не мог дождь. Но когда ты теряешь все, то даже такие мелочи как дождь могут согреть душу. Панси присела рядом, мило улыбаясь. Она пыталась поднять настроение другу перед завтрашним матчем, но не все слова подруги были услышаны аристократом, словно они сидели по разных сторонах комнаты. Иногда Драко кивал, а иногда молчал, пытаясь вслушаться и понять подругу. Но не зря он всего опасался, ох как не зря... В день матча погода испортилась хуже некуда. Видимость была нулевая. Искать снитч в небе в этот день было самым нереальным занятием, только конечно если крохотный золотой мячик сам не подлетит к тебе с просьбой поймать его. Малфой со страхом смотрел в небо тогда, когда нужно было взлетать. Дождь, гром, но он взлетел, потому что так было нужно. Он видел Поттера, который летал по всему полю, пытаясь увидеть снитч быстрее Драко, словно это было на равне с жизнью и смертью. Даже силуэт того самого Поттера был расплывчатый и нечеткий. Наконец Драко увидел снитч, он был возле головы Поттера, который не видел его, так как смотрел вперед, но не успел Драко взлететь, как снитч исчез с поля зрения. — Черт… — прохрипел он, встретившись с взглядом Поттера. Он полетал вокруг поля в надежде увидеть золотой мячик, но вдруг красная вспышка света ослепила его на миг, после чего тело словно закаменело. Руки не слушались, он был не в состоянии удержаться на метле и полетел вниз, не в силах даже позвать на помощь. Холодный ветер безжалостно резал кожу. Он просто летел вниз с пятнадцатиметровой высоты, и никто не дернул пальцем, чтобы спасти его. Напоследок, Драко почувствовал сильный страх и холод. И медленно закрыв глаза, провалился во тьму… Но вспомнив о глупом Поттере, улыбнулся.

***

Матч продолжался, даже когда казалось, что не столкнуться с бладжером было большим достижением. Дементоры. Вот что удивило знаменитого Гарри Поттера, когда отчаяние и страх охватили его. Мерлин знает, как Гарри вообще додумался взять на матч волшебную палочку, (когда он вообще стал таким продумчивым?) «Воспоминания, воспоминания!!! — пролетело у него в голове после чуть не упавшего в обморок героя, — но в голове была совершенная пустота и Малфой? Почему-то он вспомнил того Хорька, который всегда его бесил и тот поцелуй… Гарри отчаянно пытался вспомнить что-нибудь еще, но время было на исходе. Голос матери становился все громче и громче, а разум затуманивался, с каждой секундой он был готов потерять сознание. Но знаменитый герой, мальчик-который-выжил не хотел покончить свою жизнь вот так. — Эх, была, не была…» — Экспекто патронум! Экспекто патрону-ум! — закричал он что было силы, и, наставив палочку на темные силуэты дементоров, которые окружили его, что-то серебристое вылетело с палочки и начало отгонять их. Но другой крик с трибун привлек его внимание. Вдруг он увидел снитч, который был совсем рядом и, даже не раздумывая, поймал его. Но когда он приземлился на траву, то с ужасом оцепенел от увиденной картины. Аристократ бесформенной купкой лежал на земле, в алой луже. Его окружили ученики и учителя, пытаясь помочь. Но вдруг он больше не поговорит с ним, а вдруг он умер? Но когда Гарри смог подойти ближе, он заметил еще кое-что. Хоть лицо Хорька и было испачкано в его собственной крови, но он улыбался. Черт его побери, этот аристократ даже сейчас выглядел так, словно задумал какую-то пакость. Его улыбка не смогла оставить Гарри равнодушным к этому аристократу.