Post Mortem

Минако толкнула двери бара «Тёмное Королевство» и, окунувшись в полумрак, сделала глубокий вдох. Пахло дешевыми сигаретами, пивом и пережаренными чесночными гренками. Из колонок тихо звучала песня Linkin Park. Внутри было довольно людно. При появлении девушки трое небритых хмурых мужчин, одетых в кожаные куртки подняли головы и тут же опустили их к своим кружкам пива. Берилл Сайто, высокая статная хозяйка заведения лет тридцати пяти работала за барной стойкой. Её длинные каштановые волосы, отливавшие рыжиной, были, по обыкновению, распущены; изувеченные шрамами от ожогов покрасневшие руки споласкивали высокие стеклянные бокалы и наливали в них пиво. Любая другая особа женского пола уже давно бы устыдилась подобному состоянию кожи рук. Но только не Берилл Сайто, смело демонстрировавшая свой изъян. Минако давно раздирало любопытство, каким образом её старая подруга получила эти увечья. Ребёнком засунула руки в камин? Опрокинула кастрюлю с кипятком? Однако, несмотря на давнее знакомство, так и не решилась выяснить. Казалось, эта женщина была сплошь вытесана из гранита и всем своим видом бросала окружающим вызов. Что ещё сказать? Берилл определено всегда была крута, нравилась мужчинам и Минако очень гордилась дружбой с ней. Ведь именно хозяйка бара «Тёмное Королевство» была первой в этом городе, кто взял девушку под своё крыло, и предложила работу официантки, когда та только приехала в Токио. — Налить тебе выпить или ты просто так зашла, потому что вдруг вспомнила про друзей? — осведомилась Берилл Сайто, когда Минако подошла к барной стойке, настоящему произведению искусства, вытесанного из цельного куска дерева и покрытого тёмным лаком. — Прости Белл, — вздохнула девушка. — Я знаю, что долго не заходила… но ты же знаешь, что после того как мы с Куном расстались… — Можешь не рассказывать всю подноготную твоей love-story с моим беспутным младшим братцем, — фыркнула Берилл, наливая в высокий стакан очередную порцию пива. — Я, как никто, в курсе всего, что произошло между вами. Кто-то же должен был выслушивать его пьяный бред, когда ты бросила его… — Я не могла по-другому… Берилл кивнула. — Я знаю. И в какой-то степени из грёбаной женской солидарности тебя поддерживаю. Но Кун мой младший брат, каким бы подонком он ни был. И если ты, мать твою, опять появилась, чтобы начать выяснять отношения с ним… — На самом деле, я пришла, чтобы попросить об одолжении. — Тебе опять нужны деньги в долг? — Берилл изогнула бровь. — Детка, я тебе уже сто раз повторяла, и снова повторю, что если ты и дальше будешь все спускать на шмотки, то однажды останешься на улице без гроша в кармане! — Я бы назвала тебя Оракулом, если бы услышала это пару недель назад! — усмехнулась Минако. Берилл состроила удивлённое лицо и её губы растянулись в ехидной улыбке, будто приготовились отпустить шпильку насчёт пристрастия Минако. Надо сказать, в этом занятии она успела поднатореть. — Тебя всё-таки вышвырнула на улицу эта старая хрычовка Минь? Минако покачала головой. — Было дело. Но я уже нашла крышу над головой и неплохую работу. — Тогда в чем же дело? — Белл, мне надо посмотреть камеры в твоём баре. За сегодняшний день в 12:35 и ещё две недели назад… — Зачем тебе это? — Я ищу одного человека… У него телефон Нару, с которого он делает публикации в её Instagram. — Почему же сама Нару не пришла? Минако закусила губу и посмотрела по сторонам, как будто опасаясь, что её ответ услышат посетители. — Я думаю… с Нару случилась беда… А тот, кого я ищу… Он делает публикации, чтобы все думали, будто она на Окинаве. — Иди ты! — выдохнула Берилл, а потом, немного помолчав, спросила: — Ты уверена? — Да. Я ищу этого человека и мне очень нужно знать, кто он. — Вот дерьмо… Если бы я знала тогда наверняка… — О чём ты? — Нару заходила ко мне в бар… возможно, месяц назад… с просьбой… — Что ей было нужно? — Твоя подружка хотела купить ствол, — рассеянно проговорила Берилл. — Она говорила для чего? Берилл покачала головой. — Нет. Просто спросила. Ты же знаешь, что Кун мог бы достать… Но поскольку она больше не приходила, я подумала, что необходимость в этом отпала… — Чёрт! — выругалась Минако. — Так ты покажешь камеры? — Конечно. Но моя система имеет объём памяти для записи всего на сорок восемь часов. Поэтому просмотреть сможем только сегодняшний день… Если тебя это устроит, то идем… Берилл вышла из-за стойки, крикнула официантку присмотреть за баром и повела Минако в смежное помещение, которое было настолько крошечным, что едва вместило их двоих. Минако с трудом протиснулась следом за высокой фигурой подруги и села за компьютер. Она постучала по клавиатуре, и на экране появилось изображение, передаваемое камерой. Картинка охватывала весь зал, но не отличалась высоким разрешением. Минако отмотала запись на 12:35 и нажала паузу. — Видишь что-нибудь? — поинтересовалась Берилл. — Пока нет, — ответила Минако, кликая по иконке «play». В это время Берилл подтащила стул к девушке и села, уставившись на экран. Минако отсмотрела десять минут, потом перемотала назад и вновь включила запись. — Да здесь пол бара сидят в телефонах! — фыркнула Берилл. — И только у одного экран светится, будто при стартовой загрузке, — сказала Минако, указывая пальцем на одиноко сидящего человека с капюшоном от серой кофты-толстовки на голове. Берилл мигом сосредоточилась и перевела взгляд на мужчину в сером. Рядом с ним на столике стояла чашка, от которой шёл пар. — Да, я помню этого господина, — ответила хозяйка «Тёмного Королевства». — Он заказал очень сладкий кофе с пятью ложками сахара. — Ты помнишь, как он выглядел или заметила что-нибудь необычное? — Да… нет… — неуверенно пробормотала Берилл, пялясь в экран. — То есть я не помню… он выглядел вполне обычно… Не хуже и не лучше других посетителей. А ты знаешь, в мой бар заходят порой странные субъекты. — Ладно, посмотрим, может, его смогла выцепить камера… Минако вновь перемотала запись, но теперь уже до появления незнакомца в «Тёмном Королевстве» и нажала воспроизведение. — Блин! Он лица вообще не поднимает, поэтому ни черта не разобрать… кроме того, что он высокого роста и широк в плечах… Однако, несмотря на скудную информацию, которую Минако удалось раздобыть, всё же она вздохнула с облегчением, потому что телосложение мужчины в серой толстовке даже близко не напоминало Ятена. «Но он ведь запросто мог отдать телефон кому-нибудь… Кто вообще сказал, что убийца был один?!» — подумала про себя Минако. — Опаньки! — воскликнула вдруг Берилл. — А это часом не Нару?! Минако вздрогнула и посмотрела на экран. В окне рядом с черным входом виднелась расплывчатая хрупкая женская фигура с короткими рыжими волосами. Она постояла там пару секунд, а затем исчезла. Минако нажала на перемотку, а затем поставила запись на паузу. Она уставилась на силуэт в окне, пытаясь обнаружить какие-нибудь особенности, которые позволили бы ей опознать подругу, но качество записи не позволяло толком её разглядеть. Минако ничего не увидела, кроме коротких рыжих волос и чёрных пикселей вместо глаз. Девушка откинулась на спинку стула, чувствуя, как колотится сердце. «Я говорю о живых мертвецах… Эта курсовая произвела бы настоящую сенсацию! Мы бы однозначно прославились, как первые журналисты, получившие неопровержимые доказательства, что жизнь после смерти действительно СУЩЕСТВУЕТ!» — послышался голос Умино Гурио у неё в голове. Она так же вспомнила слова профессора Мао: «Эмет это Сила Бога, которая проявляется в нашем мире. И любое деяние, скреплённое Эмет, будет совершено, даже если оно противоречит законам природы. В средние века иудейские маги чертили слово Эмет на лбу голема, чтобы оживить его. Оживление неживого как раз противоречит законам природы. Но с Эмет оно вполне себе становится возможным, так как всё, чего касается Истинное Имя Бога, становится естественным в нашем мире. Это называется магией». — Куда выходит это окно? — спросила Минако, глядя в пространство перед собой. — В переулок со смежным зданием. Или забыла уже? — фыркнула Берилл. Минако вновь задумалась. Если бы средь бела дня по улицам Токио расхаживал оживший труп девушки с выколотыми глазами и зашитым ртом, то кто-нибудь бы это обязательно заметил… А если этого не произошло, то было ли видение в окне обычной тенью, из тех что населяли особняк Коу? Или это просто очень похожая на Нару девушка? Ведь черты лица незнакомки Минако так и не разглядела. — Я бы хотела взглянуть на этот переулок, — сказала Минако, поднимаясь со стула. — И ещё можно тебя попросить скинуть мне кусочек записи с тем типом в толстовке? — она посмотрела на Берилл. — Само собой. О чём речь! Только это потребует времени.

***

Пока Берилл Сайто колдовала над записью, Минако решила не терять времени и осмотреть переулок. За то время, что она потратила на просмотр камеры видеонаблюдения, в баре прибавилось посетителей. Шум стоял невообразимый. Протискиваясь через толпу, Минако неожиданно услышала громогласный голос, от которого внутри неё все похолодело: — Эй, солнышко, плесни мне ещё двойного виски! Минако медленно повернулась и увидела, как официантка, которую Берилл оставила за бармена, подхватила с полки увесистую бутыль с алкоголем и просеменила к столику, за которым пьянствовали трое молодых людей. Один из них, рыжий и субтильный, ущипнул официантку за зад, и та призывно вильнув бёдрами, сдержанно захихикала. Второй, самый высокий со светлыми и тонкими, как паутина волосами, небрежно раскиданными по плечам, потрепал девушку по подбородку и тоже ущипнул её. — Оставь бутылку, детка, — прошипел третий, коротко стриженный блондин, хитро прищурив заплывший от бесконечных пьянок голубой глаз. Официанта кивнула и, поставив виски на столик, отошла в сторону. Минако застыла, как вкопанная, чувствуя, что её прошлое, стало болезненно врезаться в мозг и память. Кунцит Сайто. Её неистовая, безумная любовь, бесславно окончившаяся, как одна из миллиона других историй Токио, города, который не умеет прощать. Минако сжала руки в кулаки и тихо, как только могла, шагнула назад. Она не издала ни звука, но стоило ей шевельнуться, как высокий молодой человек с платиновыми волосами и оливковой кожей поднял голову. На неё взглянули очень красивые глаза, пронзительно стального цвета. Минако будто пригвоздило к месту этим взглядом. Он поднялся и, не отрывая от Минако глаз, направился к ней. По его красивому и слегка опухшему от алкоголя лицу поползла ехидная улыбка. — Чтоб меня! — воскликнул он хриплым голосом, раскрывая объятия. — Айно! Да не мерещится ли мне? Ты одна и без своих сучек-подружек? Жаль! А то Зою и Джеду страсть как хочется потрахаться! — Дай пройти, Кунцит, — сказала Минако, зная, что он не сделает этого. Её сердце тяжко забилось в груди. — Размечталась! — усмехнулся он. — Знаешь, как сложно найти телку, которая делает потрясающий минет! Кунцит говорил это заплетавшимся языком, обдавая Минако невыносимым перегаром, в то же время шаря по её телу жадным взглядом. Она чувствовала, как подкашиваются ноги, но знала, что бежать от него бесполезно. Минако затравленно посмотрела на дверь подсобки. Кунцит заметил это и ухмыльнулся ещё шире. — На помощь Белл рассчитываешь? Зря, красавица моя. Сестра не будет вмешиваться! С этими словами он схватил Минако за запястье и под громогласный хохот собутыльников грубо потащил к своему столику. Кунцит усадил вырывающуюся Минако на колени и поднёс стакан с виски к её губам. — Пей, детка! — рявкнул Кунцит. — Давай по старой памяти! Ну! Минако отхлебнула алкоголь и, почувствовав, как он обжёг ей горло, закашлялась. — Кунцит, отпусти меня… пожалуйста… — непослушными губами сказала Минако. — Заткнись, шалава! — зашипел Кунцит и, глядя на побледневшую от страха девушку, ударил её по лицу. Минако рухнула с его колен на пол, а затем ощутила, как он несильно пнул ее в спину. — Вечно, Айно, с тобой какие-то проблемы! — фыркнул он, резко притягивая девушку к себе. Кунцит вновь усадил её к себе на колени и, скрутив запястья одной рукой, забрался под юбку другой и стал снимать с неё трусики. Когда он сжал девушку ТАМ, Минако выгнулась, запрокинув голову от боли, и жалобно застонала. Кунцит же, восприняв это за проявление удовольствия, желчно засмеялся. — Вот видишь! Ты как была шлюхой, так и осталась! — сказал он, приблизив своё лицо к её. От него неприятно пахло виски и чесночными гренками, и Минако взмолилась, чтобы её не вытошнило на него прямо сейчас. Ведь можно было нарваться на очередную пощёчину. — А что скажешь, детка, если Зой и Джед тоже к нам сегодня присоединятся? Тебе ведь никогда не доводилось обслуживать три члена сразу? — О, Кун! Вечер тогда будет интересным! — прогнусавил рыжий, недобро посверкивая маслянистыми глазками. — Айно мне давно нравилась! Минако подняла голову, чувствуя, что просто тупеет от ужаса, и вдруг увидела Ятена Коу. Одетый в свой неизменный траурный костюм он стремительно приближался к их столику. — Отпустите девушку, — сказал Ятен. Его голос прозвучал спокойно, но неожиданно, отчего Кунцит вздрогнул и ослабил хватку. Почувствовав некоторую свободу, Минако ловко выкрутилась из его рук и бросилась на шею к Ятену, заливаясь слезами. Молодой человек поцеловал её в висок и тут же прижал к своей груди. — Не плачь, Мина. Мы уже уходим отсюда… — пробормотал он, направившись, было, к выходу, но громогласный оклик Кунцита его остановил. — Эй! Минутку! Ты куда это потащил мою телку, гнида?! Ятен пожал плечами и, сделав вид, что ничего не услышал, продолжил идти вперёд. Но не успел он сделать и двух шагов, как перед ним неожиданно возник Зой и преградил ему путь. — Тебе лучше ответить Куну, — жеманно хихикнул он. Поддерживая всхлипывающую Минако одной рукой, Ятен развернулся и увидел, что притихшие посетители бара внимательно смотрят на него и Кунцита, ожидая зрелищной разборки. — Айно, ты что нашла себе нового хахаля? — заявил он. — Твою мать! Да это же школьник еще! И хилый какой! Не мужик, а одно название! Посетители бара продолжали рассматривать Ятена. По залу прошелся смешок, раздались негромкие, желчные комментарии. Минако поняла, что здесь им не найти сочувствующих. Кроме того, она заметила, как Джед заблокировал дверь подсобки, где находилась Берилл. — Мне вот интересно, а член у этого молокососа соразмерен его росту? Айно, как ты с ним вообще спишь?! — продолжал измываться Кунцит. Ответом на его выпад послужил взрыв хохота. Ятен ни у кого не вызывал симпатии. Поэтому каждый стремился поддержать шутку Кунцита. А о том, чтобы осадить его, никто и думать не смел. Уж слишком хорошо они были наслышаны о крутом нраве Сайто младшего и его связях с якудза. — Эй, ты! Желторотик! Что скажешь? — повысив голос, крикнул Кунцит. Ятен посмотрел ему в глаза. На миг Кунцит осёкся, заметив в этом взгляде что-то такое, чего совсем не ожидал встретить. Потом опомнился и насмешливо сказал: — Брось ты эту шалашовку и подойди ко мне. Ятен склонил голову на бок и вопросительно посмотрел на своего противника. — Поди сюда, недомерок! Кому сказано! — раздражённо крикнул Кунцит. — Я не люблю повторять дважды! На мгновение установилась тишина. Ятен осторожно усадил на стул Минако, которая изо всех сил пыталась цепляться за него, мотая головой. — Нет, нет, нет! Не ходи! — причитала она, но молодой человек лишь печально улыбнулся ей. Он нежно провёл пальцем по её щеке и, вывернувшись из цепких пальцев, медленно направился к Кунциту. — Как твоё имя, малыш? — насмешливо спросил он, буравя молодого человека злобным взглядом. — Ятен, — спокойно ответил тот и тут же получил от Кунцита подзатыльник. — Ятен, господин! — прошипел тот. — Ятен, господин, — послушно повторил молодой человек. — Тебе восемнадцать уже есть? — Да. Давно. — А чё недомерок такой и на телку похож? — прогремел Кунцит и захохотал. — А может, ты и есть переодетая телка? Ну, из тех цыпочек, которые днём косят под парней, а ночью переодеваются в обтягивающие латексные шортики и ботфорты! Бар взорвался хохотом, насмешливо глядя, как Ятен покорно стоял перед Кунцитом, выслушивая его оскорбления, и даже не пытался перечить. Подобное поведение не вызывало уважения, и посетителям было приятно наблюдать за унижениями молодого человека. Ятен лишь пожал плечами. Он взял стакан с виски со стола и сделал глоток. В следующее мгновение стакан был выбит из его руки мощным ударом Кунцита. Всеобщий смех тут же оборвался. — Ты, сука, будешь пить, когда я тебе разрешу! — прорычал Сайто младший, и через секунду тяжёлая ладонь обрушилась на лицо Ятена. От удара молодого человека шатнуло. Он едва не потерял равновесие. На его щеке вспыхнул след от пощёчины. В баре больше уже никто не смеялся. Наоборот, повисла гнетущая тишина. — Ты с моей бывшей тёлкой, значит, теперь? — спросил Кунцит, сузив глаза. — Минако не телка. — Так ты её трахаешь или как? — Это не ваше дело, господин. — Что-о-о?! — взревел Кунцит, засовывая руку в карман куртки. В скудном свете ламп блеснуло лезвие ножа. Народ заволновался. Конечно, за Ятена никто не намеревался вступаться, но никому не хотелось видеть, как его зарежут. — Это не ваше дело, — с ледяной подчёркнутой вежливостью повторил Ятен. — И я был бы очень благодарен вам, если бы вы принесли Минако извинения и дали нам возможность следовать своим путём. Кунцит переглянулся со своими друзьями. Он с трудом перевёл дыхание и уставился на молодого человека налившимися кровью глазами. — Мы лучше сделаем следующим образом: Айно отсосёт мне здесь и сейчас. И только в этом случае я не порежу тебя на ленточки! — прошипел он. — Минако ничего подобного делать не будет. Рука Кунцита, сжимавшая нож, задрожала. Джед и Зой переглянулись, опасаясь кровавого исхода. Конечно, не велика была беда, если их друг проучит этого молокососа, но нежелательно было делать это здесь, в баре его сестры. — У тебя есть три секунды, чтобы уговорить Айно, — прохрипел Кунцит. — Успокойтесь, господин, — сказал Ятен. — Я уже вам сказал, что Минако ничего подобного делать не будет. Вы же прекрасно понимаете, что ни один мужчина, называющий себя джентльменом, никогда не отдаст свою женщину другому, чем бы ему не угрожали. Так что прекратите устраивать здесь цирк. Вы меня порядком утомили. Кунцит спокойно выслушал его, но в следующее мгновение сделал молниеносный выпад ножом, целясь в живот Ятена. Толпа ахнула, когда лезвие рассекло воздух. Никто не успел заметить, как Ятен увернулся от смертельного удара. Минако смотрела на это как во сне. Заметив свой промах, Кунцит перегруппировался и уже приготовился сделать ещё один выпад, как неожиданно Ятен вскинул голову и бросил своему противнику что-то в лицо. Минако заметила лишь облачко черных точек в прокуренном воздухе бара. Кунцит взвыл. — Сука! Тварь! — орал он, вцепившись руками в глаза. Внезапно Кунцит повалился на пол и стал кататься, визжа, словно недорезанная свинья. Его друзья, опомнившись от шока, ринулись на помощь. Однако Джед не успел даже замахнуться. Ятен проворно сместился в сторону и бросил ему в лицо тот же самый порошок. Ещё один вопль сотряс стены небольшого бара и тело молодого человека повалилась на пол, как срубленное дерево. Ятен отскочил прочь и как раз вовремя, чтобы избежать атаки ещё одного противника. Вокруг них тут же образовалось свободное пространство и Ятену никак не удавалось подобраться ближе, чтобы использовать чёрный порошок ещё раз. Рыжий отлично сориентировался в ситуации, поэтому не позволял молодому человеку приблизится хоть на шаг к себе. Внезапно он вытащил пистолет и направил на Ятена, искривив губы в торжествующей улыбке. — Зой! Не надо! — завопила Минако, но её крик потонул в звуках выстрелов. Как во сне она видела, что улыбка так и не сошла с лица рыжего, когда три пули пронзили грудь Ятена.