Бушуй внутри меня

Сергей заметил напряжение девушки, та отчаянно резала мясо, будто полосовала ножом недруга.  — Ты не переживай. Считай, что это обычная диспансеризация, — пытается успокоить ее Костенко, не отрываясь от еды, даже не поднимая глаза на Леру. Она перестала резать мясо, положила приборы на тарелку и подалась чуть вперед, заставляя обратить на себя внимание. Черт возьми, невыносимо общаться с военным, когда тебе двадцать лет! Слишком много спокойствия, уверенности, этот человек не поддастся на провокацию и вообще вряд ли отреагирует на что-то эмоционально.  — А каким ты нашел меня вчера ночью? Я в самом деле почти не помню себя. Сергей адресовал Лере короткий взгляд и снова опустил голову в тарелку, увлеченно прожевывая мясо, но все-таки девушка дождалась ответа:  — Может, обсудим это не за едой?  — А ты не очень разговорчив, да? — Голос девушки прозвучал неожиданно желчно. В груди разрасталась обида на то, что в такой отчаянный период, неожиданно появился человек, который помог ей и появилась надежда, что она сможет выговориться и вздохнуть спокойно. Почувствовать тепло по отношению к себе, которое ощущалось лишь от одной единственной подруги. Глупость какая, в конце концов, кто Сергей ей такой, что бы тратить эмоции на девушку с улица. Кулаки Леры непроизвольно сжались, вонзая ногти в кожу. Полковник перестал распиливать стейк и поднял на девушку взгляд, в котором читалось все то же железное спокойствие и лишь капля недоумения. Вскоре и оно пропало, взгляд стал немного извиняющимся, а на губах заиграла едва заметная улыбка:  — Нет, просто хочу, чтобы мы спокойно поели. Как смотришь на это? Лера почувствовала себя слишком глупо, как если бы она была подростком, который без повода вспылил на родителей, а потом успокоился и осознал идиотизм ситуации. Девушка попыталась улыбнуться, но скорее это похоже на нервное дерганье уголков рта. Наблюдая за тем, как раздраженность Леры поутихла и она снова уткнулась в тарелку, у Сергея промелькнула мысль, что все же не такая уж шелковая и спокойная эта девушка. Определенно будут возникать стычки, но он уже видит, как любое ее проявление эмоций будет разбиваться о стену спокойствия. Мало, что способно вывести полковника из себя. Однако мысль о неспокойном нраве девушки симпатизирует ему. Всегда Сергею нравились люди с характером, противоположным его.  — Расскажи мне, что ты увидел, когда нашел меня вчера, — напомнила Лера, когда Костенко загрузил их пустые тарелки в посудомоечную машину. Тот развернулся и задумчиво помял рукой себе шею, будто она сильно затекла. Сергею то все равно, но совершенно не хотелось заваливать девушку своими воспоминаниями о ней тогда. Он очень сомневался, что ей этот рассказ понравится. Мужчина и не собирался рассказывать все, что видел и тем более озвучивать свои подозрения относительно того, что с ней сделали.  — Ты лежала на полу на кухне, я отнес тебя в ванну, включил холодную воду, потом отнес в комнату на кровать и начал собирать твои вещи. Лера выжидающе смотрела на полковника, даже нервно хохотнула. Он должно издевается.  — Что я делала и в чем была?  — В том, в чем обычно спишь, наверное. Ты не делала ровным счетом ничего, лишь иногда отвечала на мои вопросы, — скрестил руки на груди Сергей и начал буравить взглядом девушку, будто стараясь задавить ее, чтобы она закрыла тему.  — Спасибо, — неожиданно тихо сказала она, и даже тело ее немного расслабилось, выражение лица снова стало спокойным и мягким. Лишь на секунду Сергею даже стало совестно, что он не сказал правды, которой она от него ждала. Он отогнал это чувство — разумеется, он поступил правильно, умолчав некоторые факты, в этом он уверен. Звонок в дверь неожиданно нарушил тишину, и Лера с неприязнью покосилась в сторону двери. Костенко направился открывать дверь, девушка же осталась на кухне и ощутила панику. Хотелось забиться под стол, как маленький ребенок, почему-то предстоящее казалось ей унизительным и вызывало отвращение. В прихожей послышались голоса, и Лера вдруг уловила веселый голос Сергея. Не деловой, не с приказным тоном, а довольно бодрый, полковник явно рад видеть гостя. На кухню вошли двое, Сергей и седовласый мужчина лет пятидесяти, с вытянутым худым лицом. Он показался ей не врачом судебно-медицинской экспертизы, а детским педиатром, слишком располагающе выглядел гость, от него буквально веяло спокойствием.  — Приветствую, юная леди, — улыбнулся вошедший, обнажая ровные белые зубы, и представился — Виктор.  — Лера, — девушка ответила рукопожатием врачу и мельком бросила взгляд на Сергея, лицо которого сейчас едва ли не сияло, он сдерживал улыбку, глядя на своего друга. Леру успокаивали улыбки этих мужчин, а то она напредставляла себе черт знает что, сейчас же возникла какая-то расслабленность, она готова довериться профессионалу, раз так нужно. Профессионалам.  — Может, пройдем в комнату? — Бодрым голосом предложил Костенко, опустив руку на плечо товарища. Тот утвердительно кивнул, и оба они расступились, пропуская Леру выйти из кухни первой. Ее, почему-то позабавил этот галантный жест, все ли служивые такие? В коридоре, который разделял кухню и комнату, девушка ощущала спиной два взгляда, провожавшие ее, изучавшие. Оказавшись в комнате, Лера поспешила сесть на кровать и подняла доверчивый взгляд на мужчин. Что ж, если пути назад нет, надо быть послушной.  — Лера, сколько Вам лет? — Мужчина опустился рядом с ней и поставил рядом с собой чемодан, на который девушка опасливо покосилась. Чувствуя себя ребенком на приеме у врача, она неуверенно ответила:  — Двадцать. А Вам? Виктор усмехнулся и перевел взгляд на улыбающегося Сергея. Лера снова отметила для себя нечто новое в полковнике: его широкую улыбку она видела впервые.  — А мне почти в три раза больше. Не переживай, больно не будет точно. Накрутил девушку, запугал злобным доктором? — Врач повернул голову к Сергею, ему осталось только пальцем погрозить. Костенко поднял руки, будто его держат на мушке и рассмеялся. «Сегодня прям день открытий», — мысленно хмыкнула Лера, привыкая к Сергею, которого еще не видела.  — Сними, пожалуйста, кофту, — мягко попросил Виктор, наклоняясь открыть чемодан. Лера перевела взгляд на Сергея и замерла, ожидая его действий. Слыша, что девушка не торопится выполнять его просьбу, врач повернул голову и проследил за взглядом Леры.  — Сергей, будь добр, — кивнул он на выход и продолжил что-то искать. Девушка прониклась благодарностью к Виктору, что ей не пришлось объяснять, что именно ее смущает. На мгновение Сергей показался растерянным, можно было и самому догадаться, что его присутствие смущает Леру. На ее щеках выступил румянец, немного даже бросило в жар от смущения, хотелось срочно выйти из комнаты, остудить лицо под холодной водой и никогда не выходить из ванной, дабы не попадаться на глаза полковнику. Эмоции девушки не скрылись от Сергея, он кивнул и быстро вышел за дверь, оставляя Леру наедине с врачом. Девушка послушно сняла с себя джемпер и медленно начала его складывать, оттягивая момент осмотра, испытывая неловкость от своего вида. Взору Виктора открылось белокожее тело, на котором местами выступали светло коричневые заживающие и сине-красные свежие синяки. Пробежавшись глазами по ее груди, животу и рукам, мужчина дотронулся до синяков, сосредоточенно разглядывая каждый сантиметр кожи, заставляя Леру нервно сглотнуть. На руках до локтя, на ключицах виднелись белые пятна от маленьких ожогов, природу которых Виктор оценил сразу. Явно девушка не сама об себя сигареты тушила. Найдя на сгибе локтя небольшую точку с запекшейся кровью, он угукнул и отпустил руку Леры. Любопытно, что не было синяков и ссадин на лице, будто те, кто их наносил, все же не хотели, чтобы избиения были заметны.  — Больно? — В лицо Леры обеспокоенно заглянул врач, едва не гипнотизируя теплом и глубиной карих глаз. Боли она не чувствовала, физически ее почти ничего не беспокоило, а от эмоционального напряжения девушка готова разорваться, желательно прямо сейчас. Она испытывала стыд за свою слабость, за то, что позволила кому-то так с собой обращаться, что довела до такого. Все эти синяки и ожоги — показатель ее беспомощности, они выдавали ее неуверенность и страхи. Ей осталось только обреченно вздохнуть, зная, что за осмотр будет проходить дальше. Лере оставалось, храбрясь, пряча стеснение и уповая, что скоро все закончится, довериться Виктору и отключить свои эмоции. — Костенко. Да, соединяй. Виталий, добрый вечер. Нужно поискать информаци о Снежном Владиславе Борисовиче. Все: от штрафов за неправильную парковку до привлечения к уголовному. Я знаю, чей это сын, мне всё равно. До завтрашнего вечера справишься? Я понимаю, что выходной, кровь из носу нужно, в долгу не останусь. Спасибо, Виталий. Сергей сбросил звонок и машинально повернул голову в сторону комнаты. Меньше всего ему хочется хотя бы косвенно участвовать в том, что приносит Лере не самые приятные эмоции и воспоминания. Вызывая на помощь Виктора, он ощущал себя инквизитором, но чем скорее и больше информации соберется, тем лучше для нее. Полковник не самый хороший психолог, но со стороны состояние Леры колебалось где-то между «Все нормально» и «Скорей бы меня сбил автобус». Несмотря на ее улыбки, желание поговорить и живые глаза, ясно, что девушку просто напросто замучили. И тот факт, что ей нужен рядом человек, который как спасательный прутик отвлечет ее от переживаний, поддержит разговор и просто окажется рядом, заставлял Сергея чувствовать свою вину. Он никогда не мог они привыкнуть к человеку, да и сам по себе он не очень эмоциональный, а уж по сравнению с Лерой вообще сухарь. Мужчина чувствовал, что искренне желает помочь девушке не только как сотрудник органов, а как человек. Немного даже ругал себя за свой барьер в голове, однако в этом он не властен над собой. Послышались шаги по коридору и голос Виктора, который что-то увлеченно объяснял Лере. Они появились в кухне и Сергей выжидающе посмотрел на старого друга, обдумывая, как бы им все обсудить без присутствия девушки.  — Ну что, дорогая, все поняла? Хорошо, если боль побеспокоит — напиши мне, — добродушно улыбнулся доктор, и почесал седобородую щеку. — Позволишь нам поговорить с Сергеем? Лера кивнула со смущенной улыбкой, едва сдерживая смешок. Похоже, что галантный Виктор очаровал юную особу, на ее лице Сергей впервые видел такие смешинки в глазах и рвущийся наружу смех. Девушка и врач любезно попрощались, и она направилась в комнату Сергея. Улыбка с лица Виктора сползла и сам он сделался мрачнее тучи, заставив Сергея переменой своего настроения, озадачено податься вперед.  — Я не знаю, что с ней происходило, мы это не обсуждали и ты мне ничего не рассказал. Но то, что я видел просто дико. По всему телу синяки, ожоги от сигарет на руках… Что ты об этом знаешь? Как с такой девушкой могло такое произойти?  — Ее преследует один парень и совершает самосуд за то, в чем по его мнению она провинилась. Он считает, что Лера его ВИЧ инфицировала. В клинике ей сообщили о положительном результате, но я склоняюсь к неточности. Раз они допустили, что инфицированная девушка могла сдать кровь, что мешает им допустить ошибку в анализе?  — Верно, пока я лично не буду убежден, что она заражена, не буду даже обсуждать это. Я взял ее кровь на анализ, завтра тебе все сообщу. И на содержание наркотиков в крови тоже проверю. Соберешь все документы и сможешь привлечь этого парня.  — В этом заключается сложность, иначе Лера давно обратилась бы в полицию. Это сынок одного чиновника, чувствует себя безнаказанным, я запросил информацию о нем, но уже по рассказам Леры понимаю, что он избегал тюрьмы из-за громкого имени отца. Я буду копать и если не удастся возбудить дело привычным ходом, обращусь в прокуратуру, — слова Сергея звучали с отчаянной решительностью, сейчас он как никогда верил, что это дело завершится успешно для них. — Есть еще что-то?  — Есть. Ты очень вовремя меня позвал, поскольку чем быстрее это будет зафиксировано, тем проще доказать… Она согласилась на полный осмотр и я зафиксировал следы сексуального насилия — имеются микротрещины, синяки. Ей я сказал, что ничего такого не происходило. Не стоит ей это знать, Сергей, — Виктор с прищуром посмотрел на полковника, делая акцент на последней фразе.  — Не дурак, Вить, — раздраженно отозвался мужчина.  — Я подтверждаю факт изнасилования, зафиксировал документально, если будет информация по анализам — позвоню. Анализ крови и, все-таки, проведу сегодня же, заеду в лабораторию.  — Спасибо, — Мужчины встали из-за стола и пожали друг другу руки. — Ты очень помог, извини, что дернул сюда. Девчонку жалко, видел бы ты то, что видел я. Перед глазами Сергея всплыла картина, какой он нашел Леру вчера ночью. Хотя вовсе она не всплыла, а просто напросто не выходило из головы вообще за весь день. Единственное, чему он радовался в этой ситуации, что Лера ничего не помнит и, к счастью, не все знает. Он проводил Виктора, который пообещал быть на связи и снова остался наедине с мыслями. Помня, что в комнате сидит Лера, он осторожно постучался в ее комнату и вошел. Она сидела на кровати, и вытянулась по струнке, глядя на Сергея широко распахнутыми глазами.  — Классный дядя, — ухмыльнулась девушка и чуть расслабилась. Лицо ее снова озарялось улыбкой и глаза становились все живее. Нет, он теперь просто обязан довести дело до конца, чтобы больше не видеть Леру мрачной. Ее жизнь только начиналась и двадцатилетие не должно проходить в такой атмосфере: сначала в бегах от психа, затем на квартире у старого полковника. Может, Сергей должен чувствовать себя моложе в окружении юной девушки, но он отнюдь — чувствовал себя на все пятьдесят. Глядя на нее действительно ощущалась легкость молодости: яркость, красота и надежда в глазах, огонек, который освещал все вокруг. Сергей одернул себя, заметив, что молча смотрит слишком долго, и Лера уже смущенно поерзала на кровати, и веселым вопросительным взглядом окинула полковника.  — Да, Виктор такой. Ты завтра куда-нибудь идешь?  — Нет, завтра выходной, — мечтательно закатила глаза девушка.  — Завтра дам тебе ключи. С благодарностью в глазах Лера кивнула, и комната снова наполнилась молчанием. Сейчас в голове он пытается прикинуть, чем могла бы заняться девушка. Наверняка ей неуютно, в чужой квартире со скучным мужиком.  — Если хочешь, можешь выбрать почитать что-нибудь, у меня много книг. Лера посмотрела на шкаф, стоящий слева от ее кровати и вспомнила еще один точно такой же на кухне, внутри которого виднелись книги на полках. У девушки загорелись глаза, что не укрылось от Сергея и он усмехнулся уголком губ. Она радостно кивнула и ринулась к шкафу.  — Ого, тут даже дела ваши есть, — восторженно сказала Лера, вытаскивая прошитую папку с уголовным делом.  — Старые, — отмахнулся Сергей. — Вряд ли тебе будет интересно, скорее всего ты даже ничего не поймешь. Это не детектив, там все немного другими терминами. Лера перевела на него взгляд и полковник почувствовал себя занудой. Нет, ну, а что, он должен сесть рядом и переводить то, что там написано? С улыбкой девушка продолжила копаться в шкафу, а Сергей поспешил выйти, пожелав приятного чтения и получил в ответ «угу», которое говорил о погруженности Леры в чтиво. Ближе к ночи, сидя на кухне в ноутбуке и разбирая письма, Сергей получил от Виктора сообщение о результатах анализа крови. Однако даже не успел взглянуть на написанное — в кухню вошла Лера и застыла в проходе.  — Могу я чай сделать?  — Конечно.  — Сделать тебе тоже? — Ей все еще трудно обращаться на «ты».  — Не откажусь. Она с готовность подошла к столу и принялась колдовать над чашками. Лера ощущала что-то странное, делая чай им двоим. Возникало чувство некой наполненности, будто нет ничего естественнее, чем помочь этому мужчине на кухне или просто подать ему чай, пока он занят. Ей хотелось выразить свою благодарность делами, и чай — малая часть того, что она могла бы. Она не знала какой крепости ему нравится и сколько нужно сахара, насколько чай должен быть горячим, но почему-то не спрашивала, а действовала подсознательно. Ее чай получился горячим и чуть сладким. Чай Сергея чуть прохладнее, но намного слаще и крепче, она поставила перед ним чашку и села напротив.  — Спасибо, — он сделал глоток, оторвавшись от экрана и задумался о чем-то своем, глядя на Леру.  — Что? — Она почувствовала себя немного неуверенно под взглядом и окликнула полковника.  — Странно, но ты угадала с чаем, — на лице его появилась теплая улыбка, и Сергей с удовольствием продолжил пить чай, а Лера ощущала себя так, будто выиграла какой-то конкурс и хвалила себя за догадку. Они снова сидели в тишине, которая уже звенела в ушах. Лера не любила тишину. Она не понимала, любит тишину Сергей, или просто им не о чем говорить, это угнетало ее. Девушка не стесняясь разглядывала полковника, потому что взгляда на себя он не чувствовал совершенно, видимо в компьютере действительно что-то интересное. И эмоции его постоянно менялись, хотя раньше Лера замечала только сдержанность. Он то сосредоточенно хмурил брови и что-то тихо шептал сам себе, то его лицо озарялось и взгляд становился яснее. Мужчина посмотрел на Леру, по его виду можно сказать, что его распирало от желания поделиться чем-то важным.  — Виктор сделал анализ твоей крови. ВИЧ инфекции не обнаружено.