Бушуй внутри меня

Полковник уставился в стекло, наблюдая, как в комнате появилась Лера, но лишь усилием воли заставил себя сосредоточиться на происходящем. Где-то внутри возник комок, который разрастался с каждой минутой. Это был ком мыслей, который увеличивался и начинал давить грудную клетку. Он со смешанными чувствами принял поражение от девчонки, сейчас он сильно ругал себя. Дать слабину на глазах и подчинённого. Пойти навстречу глупым упрашиваниям, лишённым логики. Поставить свои эмоции превыше службы. Какого черта он делает? По ту сторону стекла, рыжее пятно проплыло вглубь комнаты и опустилось ниже. Сергей всë же сфокусировал взгляд и сел ровнее, услышав, что в кабинете вновь появился Виталий. - Как ты понял, что я здесь? - позволила себе полюбопытствовать Лера и кивнула в сторону зеркальной стены. - По запаху, - уголок губ парня дëрнулся вверх и он чуть подался вперед, кладя скреплённые наручниками руки на стол. - Я ведь хищник. Лера задумчиво пробежалась по лицу Влада и в лëгком презрении изогнула бровь, почувствовав себя увереннее. - Нет, ты конченный - Пожалуй. Но не идиот. И вижу, как нервничает этот дядька, когда ты недостаточно далеко от меня. Расскажешь мне, что вас связывает? В отличие от Сергея, девушка не ощущала тревоги, напротив, она вполне уверенно расположилась на стуле и изучающим взглядом, позволяла себе колкости в сторону оппонента. Влад лишь довольно скалился и тоже не отказывал себе в удовольствии рассматривать девушку таким взглядом, что полковник по ту сторону зеркала чувствовал, как закипает. - Обязательно. Что-нибудь ещё? - Саркастически протянула девушка. - У меня много желаний, некоторые из них даже неприлично озвучивать. - Хватит, - сверкнула глазами Лера и зрачки её рездраженно сузились. - Как насчëт чистосердечности? - Она показала глазами на бумаги, лежащие на столе перед Владом. Парень ещё секунду всматривался в лицо девушки, проигнорировав её кивок в сторону бумаг, а затем раскатисто засмеялся, тряхнув отросшими тëмными волосами. - Ты протеже? Нет, всë в порядке, у тебя неплохо получается, но этого недостаточно. Что вы скажете, если я снова выйду отсюда? - Не в этот раз, - качнула головой девушка. - Почему? Потому что этим занят твой мужчина? - в последние слова парень добавил столько яда, сколько мог. - Как ты себя чувствуешь? - Внезапно поинтересовалась Лера. - Заебался здесь сидеть. - Плевать, что ты устал. Как ты себя чувствуешь, зная, что где-то ходят искалеченные тобой люди. Влад, ей-богу, я не о себе. Та несовершеннолетняя девочка, например. - Я должен чувствовать вину за секс? - Она сопротивлялась. И после проигранного суда убралась отсюда подальше. Действительно думаешь, что это просто секс? - Иногда меня немного заносит, - пожал плечами Влад. - Единственное, о чем я жалею... Это о тебе. Лера вновь удивленно изогнула бровь и губы её тронула недоверчивая усмешка. - Что от меня тебе надо? - не выдержала девушка. Этот вопрос мучил больше всего, но не приходилось надеяться получить вменяемый ответ. За всё время диалога с ней или же ещё кем-либо на допросе, Влад ходит вокруг да около, не отвечая прямо ни на что. Будто тянет время. - Привязанность может? Знаешь, как Стокгольмский синдром? - Это у жертвы бывает, - закатила глаза девушка. - Разве ты ко мне не привыкла? Если бы я был другим - ты бы испытывала ко мне бóльшие чувства? - Я не испытываю к тебе ничего, к чему эти фантазии? - Ты лукавишь. Когда ты меня целовала, я чувствовал от тебя иные импульсы. Лицо Леры чуть дëрнулось и она почувствовала неприятный холодок на спине после этих слов. Сергей по ту сторону не знает, как было дело. Она вообще не хотела посвещать его в подробности, ведь это не самое приятное, что он мог услышать от неё. И в итоге услышал от него. Взгляд чуть растерянно опустился вниз, заставив Влада по-своему считать её реакцию - Это ведь было несколько часов назад. Я всë ещё, - Влад лукаво сощурился и небрежно, будто смакуя, закусил нижнюю губу, - помню твой вкус и запах. Девушка поняла, что сейчас взорвëтся. Чëртов псих, он доводил её до истерики своими чëртовыми словами, чëртовыми жестами, сальными взглядами. Совершенно не ясно, какую взаимность он мог ощутить и себе надумать. Всë, что испытывала с ним рядом Лера - страх, жалость и отвращение. Переубедить его казалось нереальным, но Лера решила произнести вслух опровержение, чтобы успокоить собственные нервы. - Если бы ты был чуть лучше, мы могли бы быть приятелями. Ты мог бы рассчитывать на поддержку. Почему-то ты когда-то давно выбрал другую жизнь. И всë, что тебе сейчас остаётся - убеждать меня, что ты мне небезразличен также, как я тебе. - Мне нравится, когда ты хочешь меня ранить, - состроил невесëлую ухмылку Влад. - Ты не испытываешь ко мне хороших чувств, но есть ненависть. Это лучше, чем безразличие. - Как всю жизнь от родителей? - Продолжила за него девушка. За столом ощутилась тревожность и тяжесть. Вся шутливо-саркастическая атмосфера, напускная Владом, испарилась. Парень опять ощутил эту дыру у себя в груди и даже чуть ссутулился, откидываясь на спинку стула. - Ты хотела бы, чтобы меня не было? – Неожиданно спросил Влад. - Я не желаю тебе смерти. Но если тебе больно, не значит, что можно делать больно другим. Ты уже достаточно вляпался, но у тебя всегда есть возможность изменить себя. - Сидя в тюрьме? - Иронично повëл бровью парень и из-под чëлки уставился на Леру. Ещё раз смерив его уставшим взглядом, она покачала головой и встала из-за стола, давая понять, что аудиенция окончена. Не оборачиваясь, и направляясь на выход, она бросила: - Когда отец придëт тебя отмазывать, посади его перед собой и скажи всë, что хотел бы сказать. А потом оцени, полегчало ли? Хочется ли ещё об кого-нибудь тушить окурки? Казалось, что после этих слов, еë шрам от ожога на шее начал немного зудеть. Она всë ещё не могла принять эти шрамы. Ненавидела эти следы чужих ошибок и глупостей на своëм теле, которые теперь останутся с ней надолго. - Лера, - услышала она, взявшись за ручку двери. - Прости за то, что делал. Но я не жалею об этом. В эти моменты преследований и мучений, я наполнялся хоть каким-то смыслом. - Ты странно проявляешь любовь, - поджала губы она и нажала на ручку двери, покидая комнату с парнем, взгляд которого вцепился в стопку бумаг на столе. - Как умею, - Пробормотал он сам себе. Прежде чем войти в кабинет, где сидел Сергей с Виталием, девушка затормозила и вздохнула. Вместо каких-либо разговоров вдруг остро захотелось оказаться дома и по возвращению полковника, крепко его обнять. Костенко был прав, не стоило ей сюда ехать. Развеивая мысли Леры, дверная ручка в её ладони дëрнулась и из кабинета вышел Сергей. - Я объясню, - обещающе бросила девушка, встретившись с тревожным взглядом полковника. - Иди в машину, я сейчас приду, - Сергей протянул ей ключи и гладящим движением скользнул ладонью по плечу Леры. Она кивнула, приняв ключи, и поспешила уйти, от впервые возникшего между ними напряжения. Глядя на удаляющуюся девушку, Костенко чуть подождал и достал телефон. Прежде, чем сделать то, что задумал, Сергей бросил взгляд на время. Совершенно не хотелось беспокоить друга глубокой ночью, однако, зная привычки старого доктора, и памятуя о завтрашнем выходном, полковник решил попытать удачу. Но сначала сообщением, а не звонком. Спустя пару минут телефон разразился звонком. - Виктор, здравствуй. Нет, не по работе. Понимаю, что поздно, но необходима встреча. Отлично, буду скоро. Договорившись с другом о встрече и отдав указания сержанту, Сергей поспешил к машине, прокручивая в голове предстоящий диалог с Лерой. Он сел в салон, в нос ударил привычный лëгкий запах ее духов, успокаивая вскипевшую кровь полковника. Не нужно грубить ей, отчитывать... Спокойно. - Извини за это, - нарушила тишину девушка. - Лера, я возмущëн, - мужчина упрямо смотрел на дорогу, не поворачиваясь к пассажиру. - Мне жаль, что ты так это узнал. Когда я была в его квартире, он сказал, что отпустит меня, если я его поцелую… От услышанного Сергей несколько секунд тупил взгляд и переваривал услышанное. В конце концов, он чуть усмехнулся, и снова сделался серьезным. Уж точно он не думал выяснять с ней отношения, как ревнивый пацан, после того, что услышал от Влада в комнате допроса. - Забудь об этом, - лишь на мгновение этой фразы голос его сделался мягче, а потом вновь звенящие нотки стали набирать обороты: - Меня возмущает твое поведение. Такое неподчинение недопустимо. - Мне кажется, что я не твоя подчинённая. - Объясню еще раз: когда ты оказываешься у меня на работе, учитывая, что тебя там быть не должно, это лишь потому, что я по-особенному к тебе отношусь… Так вот, если ты у меня на работе – ты поступаешь так, как я озвучу. Без уговоров и пререканий, упрашиваний и прочего. Я не стал бы выяснять отношения там, но то, что ты делаешь, это недопустимо. Тем более при моих подчинённых. Надеюсь, эта тема поднимается последний раз. Стоило полковнику замолчать, Лера медленно отвернулась к окну и обдумывала слова мужчины. Она понимала, что даже сейчас он старается разговаривать с ней мягче, но выяснение отношений всё равно оставляло неприятный след, что девушка почувствовало, как защипало глаза. Не хватало еще прослезиться, чтобы совсем уж выглядеть в его глазах неразумной эмоциональной девчонкой. Костенко бегло кинул взгляд на девушку, но увидев лишь плечо, поймал ее обиженный настрой. - То, о чем я сейчас прошу – это проявление уважения. Я военный, Лера, и я такой вот. Я проявляю слишком сильную лояльность к тебе по понятным причинам, иду на уступки. И сдерживаю свою излишнюю служебную чопорность. Потому что знаю, какого ты отношения хотела бы к себе. Но и ты пойми, чего я от тебя хочу. Преодалев оставшийся путь в молчании, Сергей припарковал машину, и они вышли на улицу. Глубокая летняя ночь приятно обдувала ветром, и вокруг не было никого, ночной покой нарушал только шум дороги. Это была такая приятная тёплая городская ночь, что они оба затормозили у машины и посмотрели в затянутое облаками небо. Всё ещё ощущая напряжение и лёгкую вину, Лера осторожно дотронулась до ладони полковника, обращая на себя его внимание. Встретившись со спокойным взглядом голубых глаз, она поняла, что не может выразить словами то, что вихрем крутится в голове. Костенко в ответ слегка сжал её ладонь, давая понять, что рядом и не вовсе не держит зла, но, несмотря на это Лера ощущала недосказанность. - Иди домой, я скоро тоже приду. Наведаюсь к Виктору. Лера вспомнила седовласого врача с идеальными зубами и, не возражая, высвободила руку Сергея прежде, чем он притянул ее к себе и прижался губами к виску девушки. От проявления нежностей от полковника, Лера до сих пор испытывала смущение и те самые пресловутые бабочки внизу живота. Не то, что бы он редко был ласков, просто девушка всё ещё не привыкла к проявлению чувств от такого спокойного, серьезного и взрослого мужчины. Но каждый раз подобные жесты кружили ей голову, а стоило Сергею чуть сильнее сжать ее в объятиях, она еще сильнее льнула к полковнику и не на шутку заводилась. И вот сейчас тоже – ей совсем не хотелось отпускать мужчину, она бы сейчас скорее увлекла его в поцелуй, а поднявшись домой, перестала бы быть скромной девочкой и извинилась по полной. Почувствовав ее настроение по учащенному дыханию, Костенко улыбнулся и многообещающе пробежался пальцами по коже ее по спины под футболкой, оставляя дорожку мурашек: - Я скоро. Доктор уже много лет жил совсем недалеко от полковника. Решив не добираться до друга на машине, потому что знает: Виктор обязательно решит угостить приятеля бренди, намекнув, что беседа так будет протекать приятнее. Поэтому Сергей пешком добрался до нужного дома минут за 10 неспешной прогулки и вот ему уже радушно открыл дверь улыбающийся мужчина, приглашая в квартиру. Жилище друга полковнику всегда нравилось. Дом был более уютный и наполненный, благодаря жене Виктора и детям. В прихожей наблюдалось больше одежды на крючках, семейные и детские фотографии на стенах и полках, магниты на холодильниках, заботливо политые цветы. Теперь, глядя на эти детали, Сергей отмечал, что его дом тоже преобразился в подобных мелочах с появление Леры. Мужчины прошли на просторную – нет, огромную – кухню и расположились за готовым столом. Виктор готовился к приходу друга. - Что такое срочное заставило тебя в кои-то веке навестить меня? – С ехидной улыбкой доктор потянулся за наполненным бокалом. - Как не странно – по личному вопросу. - Неужели сердечные дела? – Виктор точно уловил перемены в голосе и настроении друга. – Позволь мне угадать: речь о той рыжеволосой леди, которая была у тебя? - Она, - признавая поражение, улыбнулся Костенко. - Давно я не припомню женщины рядом с тобой. Стало быть, увлекла тебя Валерия. Полковник ощутил легкое смущение. Никогда он не делился с другом о личном, особенно ситуация казалась абсурдной сейчас, понимая, что влюбился в девушку, которая могла бы годиться ему в дочери. Он не сильно представлял, как излить другу душу. После объятий с Лерой около дома, некоторой беспокойство улетучилось, но ощущение неразрешенности проблемы не покидало. - Она хорошая девушка. И жизнь как-то ярче стала, когда она появилась. Вить, я себя таким дураком чувствовал, когда понял, что влюбляюсь. - Я рад за тебя, Сергей! Да и чего уж там – девушка она красивая, - подмигнул док, и мужчины встретились бокалами. - Но в последнее время чувствую себя слабаком. Мне даже не по себе немного от собственной мягкости. - Если ты со своей женщиной мягче, чем с остальными – не значит, что ты слабак. Твое поведение нормально, у тебя чувства, она юна. - Я не хочу потерять себя. Я слишком долго военный, и не привык, чтобы некоторые границы нарушали. Я не собираюсь её воспитывать, но иногда возникают ситуации, когда я злюсь сам на себя за то, что не могу ей сказать однозначное «нет». - Мне кажется, вам достаточно диалога. Обозначь ей, что для тебя неприемлемо, Валерия умная девушка, и очевидно, что ты ей дорог. Понимаю, что сложно справляться со своими служебными привычками, но не смешивай это с работой. Ты имеешь право быть мягче с Лерой, и оставаться грозным полковником. Костенко почувствовал, как беспокойство постепенно отступает и хохотнул со слов друга. На самом деле, уже сейчас возникло ощущение, что после сегодняшней ситуации подобного не повторится. Сергей не сомневался в необходимости еще раз расставить все точки над «i» с девушкой, для собственного спокойствия. Последние события слегка подкосили рабочий настрой полковника, когда в особо напряженных ситуациях, связанных с расследованием, но потакал Лере и поступал откровенно не по уставу. В какой-то момент возникло ощущение беспомощности перед собственными чувствами к девушке, и он позволил себе излишнюю слабость. Теперь он совершенно точно решил оградить её от дела по Снежному, держа в курсе только на уровне обсуждений. - Спасибо, Вить, - Костенко с видимым облегчением откинулся на спинку стула и покрутил в руках бокал, благодарно глядя на друга. - Ну а в остальном у вас как? – Док не удержался от любопытства и заговорщецки ухмыльнулся. - Лучше некуда, - вернул ему улыбку довольный Костенко и мужчины с удовольствием вновь пригубили. За обсуждением новостей из жизни Виктора и рабочими вопросами незаметно пролетел час. Сергей засобирался домой, предусмотрительно отказавшись от такси: необходимо было проветрить себя, да и пешие прогулки не будут лишними. В последнее время из-за работы, полковник передвигался на машине и только, теперь разве что Лера вытаскивала мужчину вечером побродить по длинной аллее недалеко от дома. При воспоминании о девушке, полковник ускорил шаг и невольно начал улыбаться. На часах глубокая ночь, он не мог предположить спит ли она уже, поэтому войдя в квартиру, осторожно прикрыл дверь и прислушался. В доме была тишина, только полоска света в коридоре из открытой двери спальни давала понять, что Лера не спит. Костенко ощутил резкий прилив сил, резко выдохнул и снова набрал полную грудь воздуха, пытаясь унять внезапный жар в теле. Он снял с руки часы, оставил их на стойке в прихожей и осторожно направился в комнату, чтобы не разбудить девушку, если она всё же уснула со светом. В комнате ему предстал приятный вид: девушка лежала на постели на животе почти полностью спиной ко входу и читала книгу, поигрывая пальцами страничкой. На Лере были короткие пижамные шортики и… больше ничего. Она резко развернулась и испуганно уставилась на Костенко, который еще с большим азартом начал блуждать глазами по открывшимся изгибам девушки. - Не слышала, как ты вошёл, - Лера смерила взглядом Сергея, безошибочно уловила его настроение и развернулась к полковнику почти полностью. – Я ждала тебя. У Костенко совершенно нет желания ввязываться в разговор, он предпочёл и дальше, не отрывая взгляда от неё, расстёгивать манжеты и ворот рубашки. От этого зрелища девушка нетерпеливо заелозила на простыни, заставляя мужчину ухмыльнуться. Он и сам хотел скорее коснуться Леры и прекратить себя сдерживать, но Сергей действительно любил не торопиться, оттягивая момент слияния, предпочитая потомить и себя, и её. В конце концов, такое ожидание доводило до исступления, и на каждое прикосновение Костенко Лера отзывалась сбивчивым дыханием и будто пропускала ток под кожей. - Сядь ближе, - сказал мужчина, шагая к кровати. От осипшего командного голоса девушка поёжилась и повиновалась, медленно усаживаясь на край кровати. Ладони Сергея взялись за пряжку ремня, а глаза продолжали неотрывно блуждать по телу Леры. Она будто завороженная смотрела, как пальцы ловко расстегнули ремень и резко выдернули его из брюк, от неожиданного движения девушка чуть дёрнулась. Воспользовавшись её замешательством, полковник взял руки Леры и закрепил на запястьях ремень, туго затягивая его. Девушка в удивлении приоткрыла рот: это что-то новенькое. Она напомнила себе, что сегодняшнее её поведение разозлило Сергея, и он сейчас хочет дать себе возможность выпустить пар. Она готова позволить ему делать всё, что угодно, лишь бы он не медлил, и скорее приступил к более решительным действиям. Костенко совершенно точно улавливает её настроение, приподнимает на себя лицо Леры, удерживая за подбородок, и настойчиво начинает целовать. Собственное самообладание разбивается вдребезги, робкий ответный поцелуй девушки еще сильнее срывает полковнику крышу, и он ощущает, что Лера не успевает за его напором. Рука Костенко с её подбородка переместилась на шею и чуть грубее сдавила, затрудняя ее и так сбившееся дыхание. Начиная разрывать глубокий поцелуй, Лера прикусила губу полковника и потянулась к его рубашке зафиксированными руками. Небывалой грубостью движений, Сергей давал понять ей, что за её поведение сегодня, неминуемо наказание, и отмечал, что сейчас тело девушки еще охотнее отзывалось на каждое касание. Он не стал препятствовать и позволил ей до конца расстегнуть свою рубашку. Пальчики быстро справились с пуговицами, не забывая невзначай касаться кожи живота. Костенко ощутил учащённое сердцебиение от накатившего возбуждения и, чуть играя её рыжими прядями, собрал волосы на затылке в импровизированный хвост. Закончив с рубашкой, Лера переключилась на молнию на ширинке и начала с ней расправляться, подняв глаза на внимательно наблюдавшего Сергея. Она правильно расценила собранные на затылке волосы и с нетерпением облизнула губы. От того, как он посмотрел на неё, Леру прошибла нервная дрожь. Она прислушалась к своим ощущениям и плотно сжала бёдра, унимая пульсацию и напряжение. Она было потянулась стянутыми ремнём руками к резинке шорт, но ее настойчиво остановил полковник, возвращая руки к своему паху. Ласково погладив девушку по щеке, он дал понять, что не забудет про неё и Костенко сделал плавное движение бёдрами, явно обозначая свои намерения. Это был отвратительный день и вечер. Теперь они задавали правильный тон следующему дню, и ночь обещала быть крышесносной. В этот раз отец не спешил забрать нерадивого отпрыска домой. Влада проводили в камеру, и он опустился на кушетку, стремясь скорее принять горизонтальное положение. Мысли об отце даже не посетили голову, парень не ощутил беспокойства, что остаётся ночевать за решеткой, ему уже приходилось это делать. Сейчас он лежал на спине, погруженный быстрый беспокойный сон, больше напоминавший потерю сознания. Ощущение лихорадки отзывалось в теле контрастным душем, на коже выступила лёгкая испарина. Сновидения Влада напоминали калейдоскоп, который кто-то агрессивно крутил, и изображение вихрем проносилось перед глазами. Почти неслышно парень издал стон и поморщился, не открывая глаз. Температура, казалось, скакала то вниз, то вверх градусов на десять. Влад безошибочно узнаёт ту, кто вторглась в его сноведение. Жар. Влад видит перед собой взгляд голубых глаз из-под полуприкрытых ресниц. Холод. Губы напротив скривились в презрительной гримасе. Жар. Пальцы девушки касаются его ладони, крепко сжимают и настойчиво притягивают к себе. Холод. Крылья носа злобно дергаются, и изо рта вырывается приглушённое «плевать, что ты устал». Жар. Рыжие волосы мелькнули перед глазами, прежде, чем он зажмурил глаза, отдаваясь настойчивому поцелую, в котором девушка терзала его губы. Затылок ощутил, как в волосы погружаются прохладные пальцы. Холод. «Я желаю тебе смерти». Жар. Запах прижимающегося к нему тела щекотит ноздри сладкими духами, а ласковые касания под одеждой дарят забытое ощущение приятных мурашек. Холод. Жар. Влад открыл глаза и попытался выровнять дыхание. По инерции он коснулся ладонью лба, оценивая температуру, и понял, что чувствует себя вполне здорово. Парень зарылся пальцами в волосы, массируя кожу головы. Это движение вызвало воспоминание из только что увиденного сна и снова отозвалось на коже мурашками. Прокрутив эти приятные иллюзорные воспоминания в голове несколько раз подряд, Влад сам себе улыбнулся и устало прикрыл глаза.