Бушуй внутри меня

Ложась спать почти с появлением первых солнечных лучей, Лера и Сергей лишили себя возможности проснуться раньше полудня. Полковник открыл глаза, когда солнце начало сильно припекать на лицо, мысленно отругав себя, что вчера они были слишком увлечены и забыли задёрнуть шторы. Повернув голову вправо, мужчина наткнулся взглядом на обнаженное плечо с разметавшимися рыжими волосами, которые почти полностью закрыли лицо их обладательницы. Костенко не отказал себе в удовольствии полюбоваться на золотые в солнечном свете пряди и решил, что пора подниматься. Он осторожно убрал со своей груди руку Леры и медленно сел на кровати, чтобы не разбудить девушку. Пройдя на кухню, взгляд первым делом упал на стол, где стояла ваза с очередной порцией выпечки, и ощутил сильный голод. Полковнику нравилась, какой хозяйкой оказалась Лера, но ее бесконечные булочки, печенья, пирожки и рулеты – были настоящим ключом к его сердцу. Он видел насыщенную жизнь девушки, как она пропадает на работе или учебе, даже дома бывала занята работой, уделяла время встречам с приятельницами, и при всём при этом обязательно пополняла запасы выпечки дома. Хотя мужчина и не настаивал на настой готовке, он весьма ценил, как о нём заботились. Черт возьми, такими темпами девчонка его откормит! Ожидая закипания чайника, полковник взялся за телефон, в надежде увидеть, что никаких непрочитанных сообщений нет, однако ожидания не совсем оправдались. Никаких сообщений, но пара пропущенных вызовов от Виталия. Парень действительно много работал и порой даже по выходным с опаской обращался к полковнику по рабочим вопросам и последние несколько месяцев, докладывал важную информацию по делу Снежного. Сергей вздохнул с благодарностью и лёгким раздражением. «Перестань, о лучшем подчинённом ты и не мечтал», - напомнил себе полковник и перезвонил Виталию. - Сергей Александрович, Снежный старший прислал адвоката и тот запросил освобождение обвиняемого под подписку о невыезде. - В прокуратуру направили запрос на меру пресечения? - Так точно. Костенко раздосадовано поморщился и выругался в трубку подчинённому. - Товарищ полковник, они имеют право на подобного рода… - Виталь, я не хуже тебя знаю закон, как думаешь? - Виноват, - осторожно отозвался парень. – Сергей Александрович, я позволил себе со стороны следствия обжаловать запрос и отпустить с условием электронного браслета, поскольку Снежный ранее привлекался к судебным разбирательствам. В который раз Костенко отметил, что может положиться на парня. Сержант ограждал его от лишних напрягов и был уполномочен полковником на некоторые решения, дабы не срываться постоянно на работу день и ночь. - Молодец, всё правильно. Спасибо, сержант. Не выходи завтра на работу, я тебя прошу. У тебя выходной! – Напомнил Костенко с благодарностью в голосе и готовый нажать на отбой. - Есть, Сергей Александрович, - стушевавшись, попрощался офицер и разъединился. Сергей быстро бросил телефон на стол, будто не желая более его касаться сегодня, и увлёкся варкой кофе. Разумеется, даже находясь под следствием, Снежный имел право оставаться на свободе под особыми мерами. Однако менее разумной стороной Сергея - такой расклад его не устраивал. Вот именно личная заинтересованность в уголовном делопроизводстве полковнику не нравилась. Если бы Влад оставался в СИЗО, Костенко беспокоился меньше. Он решил не скрывать от Леры поступающую информацию о Владе, всё же это касалось и её в первую очередь. Как раз кстати, он услышал шаги и шум воды из ванной, сигнализируя о том, что девушка проснулась и намеревалась освежиться. В голове возникли события минувшей ночи, вырисовывая на лице Сергея ухмылку. Свежесвареный кофе, мужчина разлил в две белые чашки, в одну из них добавил чуть больше сахара, молоко им обоим не понадобилось бы вовсе. Пока Лера принимала душ, он успел сообразить завтрак, накрыв симпатичный стол и вполоборота остановился. Снова послышались тихие шаги, и на кухне появилась девушка в недлинном халатике. Во время душа капли воды чуть забрызгали волосы, и теперь они пушисто и хаотично падали на плечи. Она кошечкой продефилировала к полковнику, который с улыбкой протянул ей кофе. Лера спрятала в чашке нос и с закрытыми глазами глотнула напиток: то, что надо. Она не любила так поздно ложиться, потому что, во сколько бы потом не встала, ощущала разбитость. Сейчас прохладный душ и сладкий кофе сделал пробуждение приятней, осталось только… Лера отставила чашку на стол позади полковника и игриво закинула руки ему на шею, дразня своей близостью. Её лёгкий и веселый взгляд по утрам всегда желал мужчине доброго дня. Он не мог сдержать в ответ счастливой улыбки и крепче прижал её за талию. Бритой щеки коснулись губы, ведя дорожку до уголка рта, а потом увлекли мужчину в поцелуй со вкусом кофе. На несколько секунд они забыли обо всём, Костенко блуждал руками по девичьему телу, получая в ответ одобрительное мычание. С тех пор, как они вместе, Сергей продолжал довольно отмечать ненасытность Леры. Она неожиданно прекратила льнуть к полковнику и разорвала поцелуй. - Доброе утро, - прошептал мужчина куда-то ей в волосы. - Поехали снова в твой дом в лесу, - усаживаясь за стол, девушка закинула ногу на ногу и снова взяла в руки чашку. Костенко ужасно хотел согласиться, взять Леру и уединиться с ней на несколько дней в сосновом лесу, но все рабочие сложности только начинались. - Влада отпустили под подписку о невыезде под контролем геолокационного браслета, - будничным голосом сообщил полковник, поедая сочник. Он хотел донести эту новость безмятежно, надеялся, что Лера ее услышит, скажет что-то вроде «угу», и они продолжат говорить о чем-нибудь другом. Девушка немного медленнее стала пережёвывать кусочек хлеба и задумчиво нахмурилась. Это не страх на лице, а замешательство. - Так можно? - К сожалению. Я опасаюсь сфабрикованности медицинских справок, в которых он будет признан невменяемым и вместо решетки, у него будет условка, - гневно поморщил нос Костенко. - Мне кажется, ему можно не подделывать бумаги. Влад, скорее всего, и правда не в себе. Может ему лучше полечиться. - Помнится, ты хотела самых жёстких мер по отношению к нему. Ради чего тогда написанное тобой заявление и привлечение всех свидетелей по предыдущим делам? – Костенко беззлобно улыбнулся и вопросительно изогнул бровь. - Я отходчивая. Полковник многозначительно кивнул, поджав губы, и спрятал лицо в чашке. Сергей отметил изменения: раньше при упоминании Влада Лера менялась в лице и выглядела загнанным зверьком. - Серёж, я не хочу, чтобы он избежал наказания. Но и не брежу тем, чтобы он сел на всю жизнь. Если у него получится пройти лечение и мозги встанут на место – это было бы лучше. - Думаешь, лечение сыграло бы роль в его дальнейшей жизни? - Он не безнадёжен. Увидев на себе хитрый прищур мужчины, Лера стушевалась. На секунду ей самой показались абсурдными рассуждения: ранее она мечтала, чтобы Влад оказался за решеткой, а сейчас рассуждала, что просто больничная койка тоже сойдет. - Ты больше не боишься? После всего, что с тобой он сделал? - Не боюсь. Теперь ведь со мной ты, - совершенно серьезно сказала Лера и лёгким касанием пробежалась по ладони полковника. Он успел взять ее за руку, и озадачено заглянул в глаза. – И я действительно отходчивая. Я не желаю ему зла. Иначе буду, как он, а он несчастен. У Костенко потеплело на душе после её слов. Он и не подумал бы о внезапно расположении Леры к Владу, и не вкладывал бы в это никакой иной подтекст, несмотря на бредни Снежного. Еще раз мужчина осознал, что у его девушки доброе сердце. И что она действительно сильно доверяет ему и чувствует себя в безопасности. - Что ж, собирайся, белочка, - делая последний глоток кофе, сказал Сергей серьезным тоном, заставив Леру замереть с недожёвынным сочником во рту. Выглядело это весьма комично, но полковник до последнего старался не улыбаться. - Куда? - Предлагаю по магазинам, а потом пообедать где-нибудь. Девушка с неподдельной радостью подпрыгнула на стуле, и прежде чем убежать в комнату, крепко обняла полковника за шею. Рыжий вихрь пронёсся через всю кухню, исчезая в коридоре. Оценив погоду на улице, Лера решила надеть лёгкое черное платье. Костенко проникся к жаре всей душой, потому как теперь часто представлялась возможность наслаждаться открытыми ногами девушки и женственным силуэтом в платьях. Лера в попытках застегнуть молнию на спине задумчиво бегала глазами по комнате, и, остановившись взглядом на скомканной постели, которую она забыла убрать, улыбнулась. Весь период их начавшихся близких отношений, Лера ловила себя на мысли, что её безумно влечёт к полковнику, как к мужчине, подобного желания она не испытывала раньше. И чем больше пыталась им насытиться, тем больше хотелось его вновь. Порой она ощущала, что ей нужно набраться чуть больше опыта, чтобы всё было идеально, но каждый Сергей смотрел на неё так, что она отбрасывала все лишние мысли и чувствовала себя самой желанной. - Серёж? Помоги с застёжкой, - крикнула Лера и прислушалась. Одна черта Костенко бесила её неимоверно: если она что-то спрашивала рядом или из другой комнаты, то, либо она тут же получала ответ, либо молчание от мужчины затягивалось на минуту-две. Она всегда знала, что Сергей её слышит, однако долгая тишина в ответ жутко раздражала. Вот и сейчас в ответ на её просьбу не последовало никакой реакции, но вскоре послышались шаги по направлению в комнату. Завидев девушку в платье, Костенко улыбнулся и с охотой шагнул навстречу, разворачивая Леру к себе спиной. Он не отказал себе в удовольствии пробежаться пальцами по нежной коже девушки и, не застегнув платье, положил ладони ей на талию, и провёл ими до живота, прижимаясь сзади. В нос ткнулась копна волос, собранная в пучок и Сергей с удовольствием втянул в себя их запах. Несмотря на то, что Лера была более чем удовлетворенной, напряжение внутри от прикосновений полковника, снова быстро начали распалять её. Она, было, прикрыла глаза, наслаждаясь появившимися мурашками от дыхания мужчины, но собралась силами и повернулась к нему. Девушка закусила губу, изучая спокойное лицо Сергея, на котором дико горели глаза, обещающие ей приближающуюся бурю. Лера знала этот взгляд и уже только от этого, низ живота чуть заныл. Костенко притянул к себе девушку еще ближе и начал жадно целовать. Поначалу Лера всегда отвечает немного заторможено, и, чёрт возьми, как же девчонка заводит его этой робостью. Сминая её губы своими и шаря по телу руками, Сергей ощутил язык девушки и с нетерпением спустил с ее плеч платье. Обнажившаяся девушка еще сильнее прильнула к полковнику, и он, недолго думая, подхватил её на руки. Преодалев несколько шагов, ориентируясь почти по памяти, он посадил Леру на невысокий стол у стены и устроился между её ногами, не препятствуя шустрым ручкам, которые с энтузиазмом лишали его рубашки. Девушка активно подалась тазом вперед, прижимаясь к полковнику, призывая к решительным действиям. Ладони Сергея скользили по горячей коже, подушечки пальцев спотыкались о рубцы шрамов на её шее и грудной клетке. Прервав поцелуй, Костенко хитро улыбнулся и, впившись в ее глаза звериным взглядом, стал спускаться ниже. Он оказался на коленях, у Леры кровь вскипела, дрожью разгоняя возбуждение по телу. Это все было слишком интимно, девушка ощутила, как румянец прилил к щекам, и чтобы не показать этого, закинула голову назад. Сергей стянул с нее трусики, приподнял обе ее ноги, чтобы освободить окончательно. Белье полетело на пол, Лера резким вдохом набрала в грудь воздух, а потом…Горячий язык, влажные пальцы, без каких-либо преград оказались внутри. Совсем недавно для девушки стало приятным открытием, как полковник нашел к ней подход, пуская в ход ласки пальцами, умело управляя её удовольствием. Сергей усилил натиск, с каждым движением языка исторгая из Леры жалобные стоны, становившиеся все громче и чаще. Костенко закинул ее бедро себе на плечо, раскрывая её себе еще больше. От накрывающих с головой ощущений, Лера перестала сдерживать рвущиеся из груди звуки, а руки, которые удерживали её откинувшееся на столе тело, задрожали. Мужчина явно задался целью довести ее до оргазма и уверенно этой цели следовал, ускоряясь. Он бросил взгляд на лицо девчонки. Глаза смущённо зажмурены. Губы закушены. От зрелища, Сергей заработал пальцами активнее, чувствуя, как внутри сжимаются стенки. Лера, окончательно перестав стесняться, сжала кисть полковника и, изогнулась на столе, громко застонав. Сергей встал с колен, придерживая девушку, впился в ее губы, и, начал неистово целовать. Он даже не позволил ей самой проявить какую-либо активность и взять процесс в свои руки. Уже снова атаковал, уткнувшись возбужденным членом в живот. - Ты вкусная, - проговорил он ей в губы, снова вгоняя Леру в краску. Его напряженный голос пронесся по коже разрядом тока. Она сама кинулась целовать его, закинув руки за шею. Сергей подхватил ее под бедра, устраивавшись поудобнее. Лера обхватила его торс ногами, подставляясь под него, уже готового войти. Жар опалил внутренности, девушка замычала, почувствовав его у самого входа. Уверенным движением Сергей направил себя, проскальзывая внутрь. Девушка судорожно вздохнула, еще сильнее прижимаясь, так что он уперся в чувствительную точку. Лера закусила губу и пару раз пошевелила тазом, радуясь новым ощущениям. Вот так, сидя лицом к лицу, заставляя себя смотреть полковнику в глаза. Состояние обоих требовало более ускоренных движений, и Сергей сорвал девушку со стола, ставя её на ноги около стены и развернул к себе спиной. Она почувствовала горячее проникновение и не смогла сдержать стон. Костенко с новой силой ударил бедрами, заставив девушку зашипеть от удовольствия и кусать губы, чтобы сдерживать крики. Лера выгнула спину, подставляясь под ставшие внезапно более сильными удары. Получив еще один глубокий толчок, который еще ближе поднес ее к оргазму. Сергей почувствовал, что тело партнерши начинает сжиматься вокруг него, доводя его до безумия, и сделал пару последних долгих толчков, а потом добил Леру несколькими прикосновениями умелых пальцев. Девушка изогнулась, почти закидывая голову на плечо полковнику и сквозь пелену затуманенного оргазмом разума, услышала у себя над ухом сдержанный низкий стон Сергея. Несколько секунд оба пытались отдышаться и прийти в себя. Лере всегда требовалось чуть больше времени собраться и сосредоточиться, признаться, после секса ей больше по душе было понежиться в постели. Девушка развернулась лицом к полковнику и с лёгким румянцем на щеках коротко чмокнула в губы. Она метнула взгляд на валявшееся на полу платья, намекая, что они прервались и пора продолжать одеваться. Влад сел в машину, на заднем сиденье которой сидел тот самый адвокат, который забрал его. Парень впервые его видел и не испытывал желания знакомиться и узнавать хоть что-то по своей дальнейшей судьбе. За рулём сидел привычный водитель отца, и захотелось сказать хотя бы несколько слов. - Порш, куда едем? - Домой, - мужчина выразительно посмотрел на Влада в зеркало заднего вида. - К начальнику? – усмехнулся парень и, получив утвердительный ответ, досадливо уставился в окно. Отца видеть не хотелось совсем. Скорее всего, будет опять пощёчина, может две, несколько унизительных слов о том, какой у него сын, и как он омерзителен, и потом он снова будет отпущен на все четыре стороны. Но не дальше, чем позволит эта чёртова штуковина на руке. Машина въехала на территорию дома, и буквально до того, как машина полностью затормозила, Влад выскочил, захлопывая дверь. Он почти вбежал в дом, минуя всё, направляясь на второй этаж в кабинет отца. Лучше он сейчас сам явится лично, несколько минут потерпит родителя и уберется отсюда. В кабинете отец стоял спиной, глядя в огромное окно, и не спешил обращать свой взор на сына. Влад сел в кресло, напротив рабочего стола и в ожидании буравил спину отца. - Это был крайний раз. Не потому что мне надоело за тобой носиться с юристами, гоняя своих людей по всем журналистам, чтобы грязь о тебе не всплыла. А потому что не буду тебя вытаскивать в этот раз, - мужчина обернулся, не удостоив сына взглядом, медленно начал шагать вдоль оконной стены. Влад почувствовал учащённую пульсацию в висках. - Ты здесь, чтобы успеть немного отгулять дни перед тюрьмой. Мой подарок тебе, - безэмоционально усмехнулся отец и все же оказался рядом с Владом. - Спасибо, пап, - получилась широкая, почти веселая улыбка-оскал. – Прошу о последнем условии: никогда не приходи меня проведать. - Мне даже полегчало, знаешь? Чего я раньше тормозил это всё… репутация, сплетни. Плевать, поговорят и забудут. Меня хотя бы не будет преследовать чувство отвращения, когда я вижу тебя или слышу. - Стыдно, что не смог воспитать достойного гражданина? – Влад с вызовом продолжил улыбаться, глядя на отца, и в следующее мгновение перед глазами замелькали звёздочки от внезапного удара лицом о стол. Пальцы отца тисками сомкнулись на шее, и в левое ухо полилось рычание: - Я всё делал для твоего воспитания: у тебя было море возможностей, всем твоим желаниям потакали, я кучу денег готов был потратить на то, чтобы из тебя получился человек. Только тебе ничего не надо было! - Нахер твои деньги, папа. Рука на шее сдавила еще сильнее, и голова Влада вновь приложилась о твёрдый стол. Парень ощутил тепло в носу, которое хлынуло на лаковую поверхность стола. Не чувствуя больше давления на шее, Влад откинулся на спинку кресла, закидывая голову. - Эти деньги держали тебя в тепле. Машины, поездки, откупы, наркотики, - на последнем слове мужчина брезгливо дёрнул губой. - Да, было всё, кроме родителей. Я вообще был нужен хоть кому-то здесь, кроме нянь? Ты дал мне что-то кроме денег? Безразличие покидало Влада, отступало самообладание и возникло неприятное щипание в глазах. Ребенок внутри парня подкатывал к горлу, заставляя голос дрожать. Замолчи, это жалко… - Я не хотел ребенка. Как и твоя мать, - нарушил тишину отец. – Догадываешься, что таким способом она мечтала задержаться рядом со мной и моими деньгами? По-твоему я мог стать хорошим родителем со своей работой и без желания завести ребенка? - Мог, - выплюнул Влад и встал со своего места, последний раз взглянув в стальные серые глаза мужчины напротив. Не отказав себе в удовольствии пройтись окровавленной рукой по кожаному креслу, парень направился на выход, стараясь распрямить спину и идти как можно увереннее. Оставляя позади родительский дом и остатки воспоминания о детстве, проведенном в нём, Влад сел в опустевшую машину, дожидаясь курящего на улице водителя. Завидев парня, он быстро затушил сигарету, сел за руль и вырулил за пределы участка. Мелькнула мысль, что не стоило дожидаться водителя. Надо было сесть самому, выжать максимальную скорость и отпустить руль. Водитель позволил себе с понимающим молчанием протянуть Владу салфетку, чтобы тот убрал с лица следы беседы с отцом. Голова и без этих ударов грозилась разлететься на куски. Ураган мыслей об отце, тюрьме, своём здоровье, рыжей девчонке… На секунду показалось хорошей идеей пустить себе дозу и не ощущать ничего совсем. Но действие казалось неравносильным последствию. Если он сейчас вновь подсядет на наркотики, то всевозможные ломки настигнут его в тюрьме. Нет, лучше уж сразу умереть. Как бы ни было паршиво, ни в коем случае он никогда не хотел умереть. Жизнь действительно была не слишком сложной с неограниченным количеством денег. Порой он ощущал себя невероятно легко и могущественно, и чего он никогда не чувствовал – так это безвыходности из-за плачевного финансового положения. И поскольку как таковых проблем никогда не было, то единственное вокруг чего всё крутилось – его чувства. То эмоциональный подъем, когда море по колено, кайф от мелочей, и ты с радостью и наслаждением обладаешь всем, что у тебя есть. То полярное состояние депрессивной ямы и апатичность. Когда злость и всякого рода вредительства, это всё, что ты можешь транслировать в мир. В последние дни, когда решалась его судьба, и внезапно он оказался в безвыходной ситуации, когда жизнь – а точнее свобода – под угрозой… Влад ни о чем не думал. Был ли он уверен, что отец и в этот раз отмажет его от ответа перед законом? Нет. Надеялся на это? Не особо. Мог ли он не показывать девчонке то видео на флешке, которое, по сути, и станет одной из главных улик? Мог. А зачем в итоге показал? Ответа себе он дать не мог. И всё это время сам до конца не мог понять, а чего хочет его разум и тело. Отдыха, наркотиков, жалости, адреналина, эту Леру? Ясности не возникло и теперь. Может быть следовало бы выговориться кому-то и выслушать советов, и, проговаривая вслух, разобраться со всей свалкой в своей голове. Влад пришёл к осознанию, что у него нет человека, которому ему хотелось бы рассказать всё, и который хотел бы выслушать парня. В первую очередь тому виной его конченный характер и поступки, чаще всего его сторонились, а прихвостни-приятели просто находились рядом и порой опасались его. Пожалуй, это было одно из важных осмыслений. Всё то единственное, что сейчас есть, так это время до суда. Сколько – он не знал. Пойти и подписать все бумаги с признанием, означало приблизить момент заключения. Но в тюрьму Влад не собирался, теперь он видел для себя только один выход. Вот так идти умирать без предупреждения хоть кого-то казалось диким. Потому что было осознание, что искать его станут только оперативники. Есть только один вариант. Но нужно всё обдумать. Лера снова закрутилась в гуще жизненных дел и не заметила, как миновала неделя. И неделя была довольно противной. Сергей пропадал на работе, возвращаясь разве что на ночь, а вечером, порой, девушка и вовсе не могла его дождаться и крепко засыпала, увидеть полковника, в таком случае она могла только утром за завтраком. Она ни в коем случае не требовала его внимания, понимая, что полковник в первую очередь занят её благополучием, и он сам с радостью больше проводил время с Лерой, однако пока что – работа. Между работой и домашними делами за эту неделю, девушка успела встретиться с приятельницей один раз, а сегодня решила провести пятничный вечер с самой собой. Закончив с работой, она вышла на улицу и по достоинству оценила тёплый июльский вечер. Закат еще не скоро, погода очень теплая, Лера с лёгкой улыбкой, адресованной самой себе, зашагала вдоль по улице, прислушиваясь к своим желанием. Сейчас организм сигнализировал, что неплохо было бы поужинать. И кофе, ароматный и сладкий. Не смея спорить со своими желаниями, Лера решительно шагала в сторону привычного кафе, а, оказавшись там и сделав заказ, расслабленно откинулась на спинку дивана и рассматривала виды за окном. Это неплохое единение с собой и царившее кругом спокойствие прервал телефонный звонок. Дисплей телефона отразил неизвестный номер, заставив Леру почти нажать на сброс – она не любила отвечать на незнакомые номера. Передумав в последний момент, она всё-таки взяла трубку. - Привет. Послышалось по ту сторону. Безошибочно узнав голос, Лера поймала себя на мысли, что мышцы живота сжались в напряжении, а по спине на секунду пробежал холодок. - Зачем ты звонишь? - Я хотел ещё раз извиниться, - удивил еë Влад. - Хотел - извиняйся, - разрешила Лера и раздражённо невидящим взглядом уставилась в точку на столе, проигнорировав принесëнный кофе. - Мне жаль, что я вёл себя, как придурок. Выдавил из себя Влад, и девушка буквально физически ощутила, как ему непросто это говорить. Как чуждо ему извиняться и признаваться в не правоте своих поступков. - Извини. Как я понял, благодаря этому всему - сейчас у тебя все хорошо, - чуть с усмешкой поддел еë парень, намекая на еë новую любовь. Лера предпочла промолчать и слушать его исповедь дальше. - Но хэппи энда не будет, - подытожил Влад. - И о чëм ты говоришь? - На я свободе остаться не смогу. Но и в тюрьму я не сяду. Я позволил себе позвонить тебе и попрощаться. Лера продолжила сдавленно молчать и, не успев ничего ответить Владу, услышала гудки. Что это было, чëрт возьми? Девушка сосредоточенно уставилась на чашку кофе и решила все-таки еë начать. Совершенно не ясно, что имел в виду Влад и зачем вообще звонить ей... Лера отправила в рот вилку с порцией салата и всё также медленно задумчиво начала пережëвывать. К концу блюда, девушка пришла к выводу, что Владу очень хочется внимания, а особенно её. Она взяла в руки телефон, собираясь заблокировать последний входящий вызов, и внезапно затормозила. В голову вдруг закрылись неприятные подозрения и Лера жадно глотнула кофе стараясь отогнать их прочь. Почему-то после этого короткого звонка, вечер был подпорчен. И напряглась она не от самого факта звонка, а от странных слов Влада. Бредя по улице, девушка пыталась насладиться московским золотым закатом, но сделать этого отчаянно не получалось. В конце концов тревожность достигла такого уровня, что она достала телефон и перезвонила на незнакомый номер, с которого ей набрал Влад около часа назад. Вопреки ожиданиям Леры, трубку никто не взял. Чëрт, это не повод поднимать панику, но девушка совершенно точно ощущала противную скованность мышц, будто судорога волнения. Не выдерживая этого мерзкого липкого ощущения переживаний, Лера нашла в вызовах номер Сергея и набрала ему. - Да? - Послышался, как всегда, спокойный голос. - Сереж, мне звонил Влад. У меня есть опасения, что он что-то задумал сделать с собой. - Что он тебе сказал? - Голос полковника стал ещё ниже, Лера почти была уверена, что он забегал глазами, обдумывая всë. Она передала ему содержание странного диалога. Снова возникло молчание по ту сторону телефона. - Сообщи где ты, я за тобой заеду. Ты знаешь, где живёт Влад?