Продолжение...

10. –Ну, имя моё Вы знаете, Наталья Петровна, а фамилия моя — Соколовский… Игорь Соколовский… Ни о чем не говорит? Женщина была сильно напугана, в ее глазах читались страх и чувство неопределенности. Она попятилась, чуть не свалив за собой полки. -Что тебе нужно? -Вы ведь это искали? — Игорь достал из-за пазухи пачку старых бумаг с потертыми краями. Женщина кинула взгляд на бумаги, потом на Соколовского. -Отдай мне… пожалуйста… Игорь убрал бумаги под куртку. -Это не твоё… -Ну и не Ваше тоже… Кто же Вы такая, Наталья Петровна? Вика поняла, что уснуть сегодня она не сможет. Уже и чай с мятой пила, но не помогло. Поначалу вообще хотела ехать к Соколовскому, но передумала. Игорь импульсивный, а здесь надо все хорошо осмыслить на свежую здоровую голову. А Соколовский явно не в форме сейчас, вчера еле на ногах держался, ему бы полежать спокойно, рану свою залечить да сил набраться. Уговорила его ключи взять, знала, что там никто искать не будет. Контрольный звонок поздно вечером: -Привет…что делаешь? -Докладываю, товарищ капитан… Прибыл на место, принял душ, съел все вкусняшки из холодильника…спать собираюсь… -Игорь…. , — немного сконфуженно. -Все супер, Вик…мне нравится… -Что? — удивленно. -Что ты переживаешь за меня… Вика положила трубку, на сегодня она была уверена, что Игорь в порядке и ничего ему не угрожает. Хотя быть в чем-то уверенным с Соколовским — это невозможно, это не про него. Девушка снова налила себе в чашку ароматного напитка, села на стул, поджав под себя ногу. Она определенно не знала, что ей делать. Вот если бы сейчас был жив Даня … Вика тяжело вздохнула. Воспоминания о бывшем парне неким укором отозвались в ее груди. Даня был отличным опером, да и другом он был неплохим. Если б не она, Вика, то, кто знает, может, они с Игорем и на самом деле смогли бы подружиться? Эх, если бы был жив Даня, то он что-нибудь бы придумал сейчас, подсказал ей, как лучше поступить. Оставался Жека. По сути, он ведь тоже был неплохим опером, да и не раз выручал, но это все же был не Даня. К тому же, сейчас ему было совсем не до личных дел Соколовского, семейная жизнь поглотила его полностью. Хотя он многозначительно поглядывал на начальницу, может, ждал, что та ему что-то расскажет… но Вика молчала, делала вид, что ничего не происходит. Еще оставался Пряников. Поначалу Вике казалось, что он ее осуждает. Это ведь она, опытный оперативник, допустила, что в отделе два сотрудника просто устроили гусиные бои за внимание и благосклонность единственной женщины в коллективе, а она никак не может определиться, кто ей нужен. Потом стал жалеть, как можно пожалеть бабу, у которой в итоге из двух не осталось ни одного. Вот это было гораздо противнее. А сейчас Вике казалось, что он прислушивается, приглядывается, принюхивается. Вика кожей чувствовала на уровне какого-то животного инстинкта, как он ходит вокруг да около, словно в поисках добычи. О Соколовском и не спрашивал ничего, как будто и не было того вовсе: нет сотрудника — нет проблем. А, может быть, это только её паранойя? Вика запуталась. Но одно она понимала абсолютно точно, что Пряникову ничего говорить не стоит. Вика сделала несколько глотков уже остывшего чая, остатки сна растворились безвозвратно, а на службу еще очень рано. Мысли путались в голове Вики, но трудно было отрицать очевидное: здесь может быть только два варианта: либо Фишер, либо Соколовский… третьего не дано… И как сказать об этом Игорю? Надо подумать. Раннее утро нежного лета — это то самое время, когда хочется пройтись пешком. Тонкие каблучки капитана Родионовой отбивали по асфальту мелодию в такт биению ее сердца. Сегодня пешком, только пешком, чтоб с мыслями собраться. Хорошо, что в отделе только дежурные пока, да и то заспанные. Вика прошла в кабинет к монитору, надо кое-что посмотреть, и опять думать…думать…думать. А еще пока суеты никакой взять из архива дело матери Соколовского под личную ответственность. Уж оно читано-перечитано, до дыр затерто, но надо… иногда это бывает очень полезно. Первым пришел Жека. Он теперь всегда приходил рано, тесть подарил-таки ему машину, пусть не мажорскую, но очень даже приличную. -Оооо, привет, ты уже здесь? Так рано… -Привет… да и ты не опоздал… -Работаешь уже? -Жек, ты не поверишь… , работаю… , — отвечала Вика с улыбкой, — что за вопрос-то? Мужчина подошел совсем близко и присел на краешек стола: -А рассказать ничего не хочешь? -Что рассказать-то, Жек? Ты сейчас о чем? -Ты мне не доверяешь что ли? Столько лет работаем, Вик… Родионова отвела взгляд от монитора, больше всего она сейчас не хотела обидеть старого друга: -Мне нечего сказать тебе. Да и тебе бы неплохо с отчетом поторопиться, Пряник второй день лютует. Жека молча отошел к своему столу, открыл ноутбук: -Ну, захочешь, скажешь… , мы не гордые… Вика почувствовала некий укор совести, но постаралась отогнать от себя ненужные мысли. Пролистывала дело Анны Петровны Соколовской, вчитывалась в каждое слово. Дело изрядно потрепано, часть листов вообще отсутствует, чернила выцвели, кое-где расплылись, но всё же читаемо. В показаниях свидетелей натолкнулась на часть фразы. Соседка, фамилия на Кри… , далее мазня на сгибе страницы, а на другой уже — ва, то есть окончание фамилии. Кривова, Кривошеева, Кривозубова… да мало ли вариантов. Пыталась, но не могла вспомнить, чтоб про соседку и ее показания когда-то шла речь. Дело в сумку убрала, сделала запрос в паспортный стол, не особо надеясь отыскать информацию. Но через два часа в сумке у Родионовой уже лежал заветный листок с именем соседки — Криворукова Анастасия Викторовна, — и даже ее новый адрес. Вике не терпелось поскорее приступить к делу, но до конца рабочего дня еще было далеко. Выручил Пряников, который отправил «бездельников» на новый вызов: драка в автопарке, ранение таксиста. -Жека, вдвоем езжайте, вы там и без меня справитесь, думаю. Если что, я на связи… Вика испытала облегчение, когда оперы скрылись за дверью. Жека весь день ее игнорировал, так и ни разу не повернувшись. А Макс гипнотизировал ее, бросая вполне заинтересованные взгляды из-за монитора. Вика достала телефон, чтобы вызвать такси, но набрать не успела. Тяжелая дверь приоткрылась и на пороге появилась Катя. -Можно? -Вошла уже, — Вика жестом пригласила пройти девушку. Тоненькая и очень хрупкая. Глаза, как две большие переспевшие вишни, на бледном, почти бескровном лице, волосы, длинные, в тугой пучок скручены. Она прошла и присела напротив Вики, элегантно скрестив длинные стройные ноги. « Красивая…», — пролетело в голове у капитана. Вика почувствовала небольшой укол ревности… Зачем? Не стоит опускаться до таких чувств… -Чем обязана? У вас что-то случилось? , — у Вики словно «дежавю» какое-то… Катя покачала головой. -Нет… просто… спросить хочу…. где Игорь? Он ушел неожиданно… Пауза…слишком долгая…неприятная…тяжелая… -Я не знаю…вряд ли я смогу помочь Вам… Катя грустно улыбнулась: -Я не верю Вам… Вика пожала плечами, чувство неловкости повисло между ними. Если б Родионова сейчас знала, насколько права она в своем ответе. Катя еще немного посидела, уставившись в окно. Вика своим профессиональным глазом не могла не заметить волнение девушки, даже по тому, как она теребила подол своего платья. Видимо, визит сюда дался ей нелегко. Наконец, она встала: -Я пойду, пожалуй, — направилась к двери, раскачиваясь на высоких каблуках, потом резко повернулась, перехватив взгляд Вики и, глядя ей в глаза, неожиданно спросила: -Вы все еще любите его? Вика не отвела взгляда, глаза в глаза: -Я должна отвечать? -Не стоит… наверное… — Катя толкнула рукой дверь и чуть не налетела на входящих Макса и Жеку. -Ууууу… что за экземпляр? , — Жуков чуть не вывернул шею, провожая Катю взглядом. «Пусть лучше так, чем на меня весь день пялиться», — пронеслось у Вики. -Вик, там бытовуха, заказы не поделили. Всех опросили, нападавшего нашли в соседнем подвале, допросили на месте, во всем признался, ну и задержали… -Молодцы, теперь отчеты напишите, а мне уйти надо…по делам, — уже для Жеки персонально, — а дальше все свободны. С этим Вика и оставила коллег. К дому, что был указан, Вика подъехала нескоро. Была пятница. Самые шустрые москвичи уже начали движение ко МКАДу, торопясь на свои дачи и участки. И Вике нужно было в ту же сторону. Видимо, в конце девяностых расселяли веерно, из центра на окраины. Это была типичная шестнадцатиэтажная коробка в ряду таких же невзрачных и уродливых. У Вики закралась тревога: не перепутали ли чего, да и, вообще, жива ли та соседка? На скрипучем лифте поднялась на предпоследний этаж и позвонила в квартиру. Открыла женщина неопределенного возраста. Вика представилась и предъявила удостоверение. -Да что мне смотреть-то? Не вижу я, почти совсем… Вика прошла в небольшую комнату, куда пригласила ее хозяйка. Женщина уставилась своими невидящими глазами на Вику, она как-то сразу расположила капитана Родионову к разговору. Видно, на столь высокий этаж к ней не так много знакомых заходит, а сама спуститься не имеет возможности. -Анастасия Викторовна, Вы проходили свидетелем по делу Соколовской Анны Петровны в девяносто четвертом. Вы помните что-нибудь? -Я ведь, моя хорошая, слепая, а не глупая… Я все помню… как вчера все это было… -Расскажите, что было в тот день, пожалуйста… — Вика включила диктофон. Женщина вздохнула, было видно, что воспоминания не из приятных. -Аня кричала тогда, сильно кричала. -Может, с мужем ссорились? -Нет, милая, она по-другому кричала… -Как это? -Со страхом что ли… с мужем так не ссорятся. Они ведь с Володей часто ссорились, бывало, он крикнет, а Аня… ни-ни… Она очень выдержанная была. -А, может, Вы что-нибудь видели в тот день? -Не пойму я что-то… я ведь все это рассказывала… -Рассказывали? -Конечно, рассказывала, а они все равно ее мужа по допросам таскали, а его ведь не было тогда дома. -Это точно? -Точнее не бывает. -Парень в квартиру заходил после… такой худой и высокий, лицо узкое, взгляд неприятный. -Парень? -Да, парень…во всем черном… Аня ему сама и открыла. Потом все стихло, а через час вышли оба: парень этот и мужик постарше. -Мужик? -Ну… не видела я его раньше здесь, да и как заходил, тоже не углядела… Вика задумалась… -А Володя уже под утро пришел… Вот тут все и началось… А в квартире вещи раскиданы были, с полок из шкафа сброшены. Чемодан посреди комнаты… -Странно… -Решили, что Аня вещи собирала… Вика выключила диктофон, пора было навестить Соколовского и полить цветы. Стало очевидно, что листы допроса свидетелей утеряны не просто так. Да и, вообще, в этом деле все не просто так. Снова вызвала такси, теперь она уже ехала навстречу плотному потоку выезжающих за город машин. Быстро поднялась на нужный этаж и позвонила в дверь. Соколовский не открывал. Позвонила еще раз, и опять тишина. Ну, столько спать не может даже Соколовский, Вика начала волноваться.