Разработка "Киберлайф"

Ричард сидел на краю кровати, поджав ноги и склонившись над планшетом. Утреннее солнце мягко пробивалось сквозь белые облака, освещало его, смятую постель и белую просторную футболку, в которой он всего десять минут назад спал. Как только химический ожог стал зарубцовываться, детектив потребовал, чтобы его выписали и вернули к работе. Выписали его с трудом: врачи не хотели отпускать избитого пациента, и Ричарду пришлось применить всё обаяние, чтобы уговорить медперсонал отпустить его. Выписать его выписали, но на работе дали от ворот поворот. Весь человеческо-машинный коллектив во главе с капитаном считал, что больному офицеру делать в участке нечего, поэтому GV200, который всё это время неотступно был с Ричардом, забрали для работы, а его отправили домой восстанавливаться. Ричард покорно согласился, но, едва выйдя из здания департамента, написал сообщение Гэвину и попросил его скинуть все материалы на планшет и принести домой. На это ушёл весь вчерашний день, а сегодня утром Ричард, едва проснувшись, загрузил девайс и открыл первый файл. Он почувствовал, как его обнимают сзади. Гэвин потянул его к себе, заставляя лечь, и свободной рукой отобрал планшет. — Коннор просил передать, что зайдёт сегодня после смены. — Окей. Гэвин сел на него и заглянул в глаза. — Тебе не стоит так много работать, — сказал он. — Позволь мне самому решать, что я могу делать, — Ричард попробовал забрать планшет, но Гэвин поднял руку и навалился на напарника, не давая встать. — Помнишь, когда мы только познакомились, ты постоянно спрашивал, что я чувствую? Что я думаю? — Помню, — Ричард оставил попытку вернуть планшет и посмотрел на него, — а что? — Думаю, пора поменяться ролями. Ричард, что ты чувствуешь? — Раздражение. — Почему? — Потому что ты отнял планшет. — Ричард, — строго произнёс Гэвин, — тебя поймали, избили и облили кислотой. Я не смог тебя защитить. Думаешь, я это так оставлю? — Слушай, — вздохнул Андерсон, — что произошло, то не вернуть. А теперь верни планшет. GV200 рывком поднялся и ушёл, забрав девайс с собой. Ричард бросился следом, но планшета у Гэвина уже не было, а сам он одевался. — Ты куда его дел? — Это для твоей безопасности, — ответил Гэвин, зашнуровывая берцы. — Ты всё ещё под действием стресса, и работа только усугубляет ситуацию, поэтому я убрал источник стресса. — Я не спрашивал тебя об этом, я спрашивал, куда ты засунул долбаный планшет?! — В задницу, — с каменным лицом отозвался андроид и ушёл, хлопнув дверью. — Сука! — взвыл Ричард.

***

Войдя в зал, GV200 первым делом направился не к своему рабочему месту, а к Коннору. Заметив знакомую кожаную куртку, Андерсон отложил телефон и поднял голову. — Принес? Гэвин молча отдал планшет. — Молодец, жестянка, — Коннор взял планшет и заметил в уголке экрана царапинку. — А где ты его нёс? — Во внутреннем кармане, — в подтверждение слов Гэвин расстегнул куртку и показал вшитый карман. — А что? — Да так. Он потёр пальцем царапинку — та не исчезла. Тогда Коннор спрятал планшет в ящике стола и воззрился на андроида, сложив руки на животе. — Как там Рич? — Уровень стресса восемьдесят шесть процентов. Коннор нахмурился. — Ты сказал, что я приду? — Да. Он ответил: «Окей». — Ну хоть не выгоняет. Ладно. Он взял телефон в руку и закинул ноги на стол. — Коннор? — А? — Ричард вас когда-то выгонял? — Да, — он нахмурился ещё сильнее. — Было однажды… Только не думай, блядь, что я тебе сейчас душу раскрою, — добавил он с сильным раздражением. — Я и не ожидал, — холодно ответил Гэвин и ушёл к себе.

***

Ричард мерял шагами квартиру и думал. Стрелка часов приближалась к полудню, но он так и не оделся и рассекал комнаты в трусах и футболке. Поведение андроида взбесило его, но отступать он не собирался, в конце концов, при нём всегда были воспоминания. Месяц назад патрульные стали находить тела со свёрнутыми шеями. Все убитые так или иначе причастны к наркомафии, но в основном — вчерашние школьники, захотевшие лёгкой наживы. Всего было найдено восемнадцать тел. Вначале Ричард полагал, что мафия обрывает ниточки, по которым он мог бы добраться до них, но затем нашли девятнадцатое тело. При жизни это был крупный поставщик, и тут теория Ричарда дала трещину: зачем преступникам убивать выгодного партнёра? Причём такого, до которого сам Ричард не мог добраться? А затем его загнал в ловушку информатор. Информатора звали Ральф. Он бездомный, жил в заброшенном доме на окраине города, промышлял мелким воровством и ковырянием в мусорных баках. У него повреждён один глаз, и он сумасшедший. Ричард подозревал, что травма и неадекватное поведение связаны, но чтобы узнать точно, нужно было знать его фамилию, чтобы прогнать по базам данных, а Ральф наотрез отказывался говорить о себе. Главным для Ричарда было то, что Ральфа не замечали; его бежевый тренч успел примелькаться, да и в лицо знали многие, Ральф же для людей был словно невидим, а значит, мог без опаски ходить по подворотням ночью и подслушивать, чтобы узнавать о новых местах продажи льда. Вряд ли бы кто-то решился пойти на риск, чтобы договориться с сумасшедшим бездомным, но Ричарду везло. По крайней мере, казалось, что везло, или что у него есть талант, пока что-то в голове информатора не щёлкнуло, и он не указал на ловушку. Воспоминания того вечера остались в памяти вспышками, неровными мазками. Едва он подумал о складе, как почувствовал резкую боль в запястьях: тогда руки завели за спину и скрутили кабельной стяжкой. Было темно, светили фары автомобиля, и их яркий свет слепил глаза, из-за чего Андерсон не мог разглядеть нападавших. Он вспомнил, как его повалили на пол, и тут же болью отозвался живот: туда пнули ногой. Ричард остановился и схватился рукой за спинку стула, тяжело дыша. Кошмарные воспоминания, слишком яркие, ещё не изгладившиеся, причиняли не меньшую боль, чем физические травмы. Он проклинал себя за то, что начал вспоминать тот вечер, но цепочка воспоминаний уже складывалась сама собой. Он вспомнил, как тёплая кровь текла по разбитой губе, как он кричал, как матерились нападавшие. А потом он вспомнил боль, с которой кислота стала разъедать кожу, и снова закричал. Он осел на пол, прижимая ладонь к лицу, и тихо плакал. Жёсткий шершавый рубец шёл от скулы вниз по всей щеке и заканчивался у подбородка. Вечное клеймо. Вечное уродство. Отдышавшись, он вернулся к пытке воспоминаниями, потому что раз уж он начал, то надо было закончить. Кислота вызвала жжение и острую боль, и первым желанием детектива было стереть жидкость с себя. Он дёрнулся, забыв, что руки связаны за спиной, и мышцы заныли. Он закричал, но сорванное горло издало хрип. А затем раздались два выстрела, и свет погас. Начался хаос. Пальба, крики, стоны, маты… Ричард откатился к автомобилю, кое-как сел и прижался к дверце. Боль раздирала кожу и рвала мясо, от эха выстрелов он оглох и ничего, кроме коротких вспышек сгорающего пороха не видел. В голове билось: «Бежать, бежать, бежать», но куда?.. Он попытался подняться, но ноги подкосились: он терял сознание. Темнота стала гуще, плотнее, стала осязаемой. А затем он увидел три ярко-голубые точки — две рядом, одну чуть выше и левее, и родной голос произнёс: — Скорая уже едет, детектив. — Гэвин?.. Пауза. — Нет, сэр. GV900. — Спасибо.

***

Полицейский автомобиль скользил в потоке машин, перестраиваясь из ряда в ряд. Коннору за рулём было скучно, и он как челнок прыгал по рядам, вызывая раздражение других водителей и гневные гудки клаксонов. — Да пошли вы, — усмехнулся он и, высунув руку из окна, показал средний палец автомобилю сзади. В ответ раздался длинный гудок. Гэвин прикрыл глаза, и через несколько секунд звук прекратился. — Спасибо, — Коннор откинулся на спинку сиденья. — Без проблем, — отозвался андроид. — Ричи такой херни не вытворяет, а? — Для подобных занятий у него есть я, — скромно отозвался GV200. — Эх-х-х, мне бы такого, как ты… Мы были бы охуенной парой. Они встали на светофоре. Старший Андерсон зажёг сигарету и выдохнул облачко на улицу. — Вам нужен тот, кто может вас контролировать. Хэнк подходит вам куда больше, чем я. — Да знаю. Это так, — он затянулся, — фантазии. — Вы знаете Ричарда лучше всех, не так ли? — Ну ещё бы. — Когда Ричард пришёл в себя в палате, он упомянул, что красный лёд — это личное. — Хочешь знать, что за личное? — Да, сэр. — Хуер, — буркнул Коннор и сорвался с места, едва загорелся жёлтый. — Много материтесь сегодня, — заметил андроид, наблюдая, как здания вдоль обочины сливаются в линию. — День тяжёлый. Так о чём мы? — О личном. — А, ну да. Была у Ричи девушка. У девушки был андроид. Обычная домашняя модель, PL600 вроде. Не суть важно. Жила вся эта троица у Ричи. А ты ж его знаешь, андроиды тоже люди и бла-бла-бла. Гоняла эта девчонка свою шестисотку по дому, принеси-подай, иди нахер, не мешай. А Рич злился из-за этого, но ничего поделать не мог, не его же андроид. А потом она подсела на лёд. Спёрла пару вещиц из его дома, чтобы купить дозу, и я, сука, тогда сразу всё понял, но Рич же дурак упёртый, не верил мне. Точнее, про лёд он сразу понял, а про воровство не верил, думал, закатились куда-то, вещицы эти… А потом она раскромсала своего PL600 ради тириума. Па-ра-па-пам. Он посмотрел на андроида. Тот не изменился в лице и всё так же смотрел вперёд. — И что, ничего не скажешь? Не проняло? — Я видел вещи и похуже. Но, полагаю, на Ричарда это произвело впечатление? — Ещё какое. Считай, двойное предательство: и воровство, и смерть андроида. Соседи сказали, что он выбросил её одежду в окно. Прям фьють — и с сорокового этажа! — Коннор взмахнул рукой, показывая плавный полёт одежды. Гэвин улыбнулся. — Я люблю его ещё больше. Коннор заржал и выбросил окурок в окно. Уже становились видны ряды небоскрёбов, и лейтенант увеличил скорость.

***

Полицейские поднялись на нужный этаж, открыли дверь и тут же увидели злого Ричарда. Злой Ричард напоминал пушистого, только что разбуженного и крайне этим недовольного кота, и Коннор, не выдержав, снова заржал. — Ты запер меня! — возмутился детектив, обращаясь к андроиду. — Ради твоей безопасности, — с непроницаемым лицом ответил Гэвин. — Я сбегу, — пригрозил он. — Прикую к батарее. — Вскрою замок. — Привяжу к кровати. — Ах ты… — Так, — вмешался Коннор, — избавьте меня от описаний ваших сексуальных игр. На этих словах Ричард порозовел, но, к счастью для него, протискивавшийся мимо него брат ничего не заметил, иначе пошлые шутки пришлось бы терпеть долго. — И кстати, — добавил лейтенант, — оденься. Ричард закрыл дверь и прошёл на кухню вслед за братом. Коннор без стеснения шарился по шкафам в поисках чего-нибудь вкусненького. — Ну и на кой-чёрт тебя понесло на склады вечером? — спросил он, рассматривая упаковку с какао. Ричард с ногами забрался на подоконник, открыл окно и зажёг сигарету. Гэвин, привалившись плечом к косяку двери, следил за ним; Ричард курил очень редко, и появление сигареты предвещало нехорошее. — Ральф, — наконец ответил он. Коннор повернулся к андроиду. — Знаешь, кто это? — Да. — Да? — в голосе Ричарда слышалось возмущение. — Интересно, откуда? — Я ведь твой андроид, — GV200 скользнул по нему взглядом и повернулся к Коннору. — Я проверил Ральфа. Он ни при чём. Ричард открыл было рот, чтобы сказать, что ещё как причём, но затих. Старший брат знал о его связи с сумасшедшим бездомным и, разумеется, знакомство не одобрял. После случившегося скрывать что-то было бы бессмысленно, и Ричард ожидал трёпки от брата, но если Гэвин говорил, что Ральф ни при чём… — Да неужели? — ядовито спросил Коннор. Пачку какао он поставил на прежнее место и извлёк бутылку с сиропом. — Когда на Ричарда напали, Ральф уже неделю был мёртв. Детектив замер с зажжённой сигаретой в руке. — Что?.. — Я вместе с GV900, — при упоминании Девятого диод в виске на миг погас, — провёл расследование. Мы пришли к выводу, что по некой причине информатор предал детектива, и решили его расспросить, но когда пришли в дом, нашли только его труп в ванной. Ральфа застрелили. По характерным признакам разложения сделали вывод, что мёртв он восемь дней. — Я тоже думал об этом, — признался Ричард, — но если не он, то кто тогда? — Вот именно, кто? — добавил Коннор. Гэвин испытующе посмотрел на возлюбленного. — Мы его ищем. — Я буду искать с вами. Ричард потушил истлевшую сигарету и соскочил с подоконника, словно намеревался искать преступника прямо сейчас. Несмотря на слова брата, он так и не оделся, и продолжал ходить в футболке и трусах, что придавало его действиям комичности, но Гэвину было не до смеха. — Нет. — Ты не можешь мне приказывать, — фыркнул Ричард. — Не могу. Но могу приковать вас к батарее, детектив. — Далась тебе эта батарея… — Этот способ обездвиживания не травматичен, — Гэвин улыбнулся, и у Коннора холодок прошёл по позвоночнику. За месяцы работы как-то подзабылось, что GV — военная серия, созданная для пыток и убийств. Ричард с вызовом посмотрел на него. — Это угроза? — Я никогда не стал бы тебе угрожать. К тому же ты всё ещё под воздействием стресса, и я не хочу усугублять ситуацию. — Он прав, — сказал Коннор. — Рич, слушай, мы тоже хотим найти того мудака, который завёл тебя в ловушку. И поверь, когда мы его найдём, ты узнаешь первым. А пока отдыхай. Восстанавливайся. Ричард сник. Он обнял себя за плечи, вздохнул и стал раскачиваться с пятки на носок. — Наверное, ты прав. — Да не наверное, а так и есть, — он подошёл к младшему брату и хлопнул по плечу. — И не злись на Гэва из-за планшета, это я попросил его вернуть. Ричард остановился. — Как ты догадался? — Я ж тебя знаю, придурок мой ненаглядный, вечно ты в работе, — старший брат потрепал его по волосам. — Ладно, запизделся я тут у тебя, поеду домой, а то Хэнк меня сожрёт. А! — добавил он уже у порога. — Девчонкам из отдела напиши, что ты в порядке, а то они мне не верят. Волнуются за тебя. — Он ухмыльнулся и ушёл с бутылкой сиропа в руках. GV200 сверлил бутылку взглядом, но Ричард только отмахнулся — мол, не останавливать же из-за такой мелочи, и вернулся на подоконник. Внизу было красиво. Вдали ветвилась автодорога, и машины следовали по ней в едином слаженном танце, яркие фонари освещали кроны деревьев, и те казались ярко-зелеными, как мятный сироп («Такой же, как спёр Кон», подумал Ричард), нагруженные пакетами из супермаркетов люди шли торопливо домой, с высоты сорокового этажа почти невидимые. В квартире было тихо, только тихое «тик-так» мягко тыкалось в тишину, и громкий звук уведомления оставленного в спальне смартфона услышали оба. — Принеси, пожалуйста, — попросил Ричард, разглядывая сверху площадку у входа в небоскрёб. Гэвин принёс смартфон, Ричард пробежал взглядом по сообщению и улыбнулся. — Кон зовёт на выходные в бар. Надеюсь, отпустишь? — улыбка исчезла с его лица. — Я настаиваю, чтобы лейтенант приехал за тобой и привёз обратно. Или хотя бы сказал, где вы будете, чтобы я приехал за тобой. — Ладно, — вздохнул Ричард, — сейчас напишу. Он быстро набрал сообщение, заблокировал экран и уставился в окно. Гэвин подошёл ближе. — Коннор рассказал мне про личное, — произнёс он. — Про твою девушку и её PL600. Теперь я понимаю, почему ты так занят уничтожением льда. В воздухе повисло напряжение. Ричард сглотнул ком в горле и неохотно отозвался: — Мне кажется, после твоих слов не хватает «но». — Но я не понимаю, почему ты решаешь рисковать собой. У тебя есть я. Есть GV900. — Ты со мной полгода, Девятый — месяц. До этого я был один. Привык уже, — он усмехнулся. — Иногда кажусь себе сумасшедшим. Наркотики были всегда, всегда и будут, и что бы мы ни делали, люди всё равно будут их делать, продавать и употреблять. Так было с опиумом, потом с кокаином, сейчас со льдом, и я знаю, что ничего не смогу с этим сделать, но… пытаюсь. Верю в светлое будущее Детройта. Может, завтра тебя заберут, скажут, что началась война и собирают всех военных андроидов. И я снова останусь один. — Девиантов не забирают, — сообщил Гэвин. — Существует регламент на случай таких действий, согласно которому вышедшие из подчинения и списанные модели расстреливают. Во избежание. — И почему я не удивлён. Они вновь замолкли. Ричард чувствовал себя уставшим, словно все недосыпы и ночные патрулирования разом дали о себе знать, глаза слипались, челюсти сводило от зевоты, и он зевнул. Рана вновь дала о себе знать жжением, и Ричард на автомате потёр её. — Скажи, — произнёс он, спускаясь с подоконника, — что с стало с теми, кто меня пытал? — Они мертвы. — И у них свёрнуты шеи? — Да. Ричард стал задумчив. Восемнадцать дилеров со свёрнутыми шеями, четверо палачей тоже со свёрнутыми шеями… Догадка кристаллизовывалась сама собой, но проверить её он мог, только выйдя на работу. — Спокойной ночи, Гэв, — пробормотал он, уходя прочь от пытливого взгляда зеленоватых глаз. — Спокойной ночи, Ричи, — мягко произнёс андроид. — Не забудь завтра написать девушкам из отдела. Они действительно за тебя волнуются. Ричард криво улыбнулся и вышел. Вслед раздалось: — Как и все мы.