Stranger On The Bus / Незнакомец в автобусе

Ты прекрасен, Ты восхитителен, Ты невероятен, это правда.

Чанёль встретил Кёнсу на музыкальной выставке, когда им было по девятнадцать. В тот день Кёнсу пришёл со своим другом и ждал где-то возле сцены, пока тот самый друг купит им обоим напитки. Он сидел в одиночестве, рассеянно глядя на других людей в зале. Чанёль сидел на сцене с тяжёлой гитарой на коленях и паниковал, что их группе придёт конец, поскольку вокалист Чондэ не может приехать на выставку. Затем Чанёль увидел скучающего Кёнсу и под воздействием импульса шёпотом позвал парня: — Пс-с! Пс-с! Кёнсу повернулся и смерил Чанёля свирепым взглядом. И Чанёль спросил его: — Ты поёшь? — ... Да? — Мой вокалист слёг с температурой дома. Я даже не могу винить его, если мы не отыграем сегодняшнее шоу. — ... И? — Спасёшь нас? Там всего пять песен. Пожалуйста? Сперва Кёнсу выглядел нерешительным. Чанёль в конце концов подумал, что он, возможно, слишком далеко зашёл. Однако Кёнсу встал и подошёл к сцене. — Дай взглянуть на них. Кёнсу исполнил три из пяти песен в их списке, потому что остальные знал не так хорошо. Тем не менее, он спас положение. Положение Чанёля. Всем понравилось их выступление. — Могу я тебя угостить? Выбирай любой ресторан, какой хочешь. Я просто обязан отблагодарить тебя как следует! Кёнсу выбрал свой любимый ресторан корейской кухни. Их первая официальная встреча была довольно неловкой. Но эта неловкость вызывала трепетное чувство в животе Чанёля. Кёнсу был в одинаковой степени деликатен и твёрд. У него были красивые глаза и губы в форме сердца. Его голос обволакивал, словно густой горячий шоколад. Они предпочитали разную музыку, но Кёнсу уделил время тому, чтобы рассказать о своих предпочтениях и выслушать, какую музыку Чанёль любит создавать. Чанёль постепенно влюблялся. Их дни вместе были полны застенчивых разговоров и «может, поужинаем вместе?». Они оба, не переставая, прощупывали почву. Кёнсу был добр и любезен. Чанёль понял, что хочет стать лучше, чтобы соответствовать почти совершенному Кёнсу. Чанёль наблюдал и делал в уме пометки о том, что Кёнсу нравится, а что нет. Что заставляет его смеяться, а что расстраивает. Его смех был редким и драгоценным. Кёнсу было нелегко угодить. Но Чанёль пытался. Спустя год после знакомства Чанёль, наконец, предложил Кёнсу стать его возлюбленным. Кёнсу согласился. Будучи его возлюбленным, Кёнсу был милым и заботливым. Их разговоры варьировались от лёгких до довольно серьёзных, хотя в большинстве случаев Чанёль предпочитал молча слушать. Он любил слушать голос Кёнсу. Они планировали свидания заранее, потому что у Кёнсу была своя собственная устоявшаяся жизнь. По субботам они проводили свидания длиной в целый день. Чанёль был занят, но у Кёнсу было ещё меньше свободного времени. Потихоньку видеться им становилось всё труднее и труднее. Кёнсу делал успехи на работе, пока Чанёль стремился к своей мечте. Но Чанёль всегда проявлял инициативу во встречах с Кёнсу. С самого начала Чанёль был тем, кто сделал первый шаг, кто взглянул на него, первым заговорил с ним. Он отдал Кёнсу внушительную часть своего сердца, потому что любовь внутри него рвалась наружу. Он был молод и полон любви — не лучшее сочетание. Он отдавал, отдавал и отдавал, не задумываясь, отдаёт ли Кёнсу ему в ответ. Ему было всё равно. Важно, что Кёнсу был готов принимать это. Но когда им обоим исполнилось двадцать три, их отношения потерпели крах. Взрослая жизнь стала тяготить их, и они начали подвергать сомнению всё, что они делали и планировали. Было ли это правильно? А сейчас? А в будущем? Всё начало вызывать сомнения, включая и то, что было между ними. В один день Кёнсу сел напротив него на колесе обозрения и предложил взять перерыв. Им было сложно принять всё это. Чанёль, никогда не осмеливавшийся расстроить Кёнсу, согласился. Всё, что угодно, чтобы Кёнсу стало лучше. В какой-то момент Кёнсу произнёс эти обидные слова. Что, в конце концов, они не подходят друг другу. Чанёль был слишком тёплым для кого-то, кто не любил тепло, как Кёнсу. Чанёлю всегда нравилась честность Кёнсу, но в этот момент ему не нужна была его честность. Ему нужен был второй шанс. Но Кёнсу, казалось, даже не думал об этом. Кёнсу казался тем, кто наконец смог выйти из ситуации, из которой всегда пытался вырваться. Они разошлись каждый по своим домам после слабого «пока». Разумеется, перерыв означал, что всё кончено. Чанёль догадался по взгляду Кёнсу в кабине колеса обозрения. Между ними всё было кончено. Чанёль заперся в своей квартире на две недели, живя на лапше быстрого приготовления, купленных в магазине ферментированных кимчи и коробках с молоком. После этого он вернулся более грустной версией самого себя. Он медленно, маленькими шажками, взял себя в руки, сочиняя грустные песни и душераздирающие мелодии. Потребовались месяцы, годы, чтобы он снова был в порядке. Наверное, этому было суждено случиться. Может быть, это часть его жизни, его истории, через которую он должен быть пройти. Может быть, он должен был почувствовать боль, прежде чем исцелиться. Может быть, ему нужно было встретить Кёнсу, прежде чем найти любовь, предназначенную для него. Двадцатитрёхлетний Чанёль медленно плыл по течению, ещё не зная, что через три года его ждёт чудо.