Бобл

***

Путешествие до Москвы оказалось совсем не тем лёгким и непринужденным круизом, на который я рассчитывал. Да, у меня было понимание, что железные дороги за десятилетия после большой войны давно превратились в изломанные стальные скелеты. Но надежда – штука живучая и крайне иррациональная. И я до последнего верил, что хотя бы одна ж/д ветка, хотя бы один стратегический путь сохранился в относительном порядке. Эта вера подпитывалась не просто мечтами, а вполне здравыми доводами. Казалось логичным, что за прошедшие годы выжившие – те, в ком осталась хоть капля здравого смысла и тяги к цивилизации – должны были объединиться и подлатать поврежденные участки. Железная дорога ведь идеальный вариант для быстрых и безопасных перемещений: насыпи возвышаются над радиоактивными болотами, а рельсы ведут строго от точки «А» к точке «Б». Простой, понятный и эффективный способ убраться подальше от смерти. Тем более что и в самом метро люди поговаривали, что дорогу на поверхности активно чинили сразу после ядерных ударов. И поначалу реальность даже пошла мне навстречу... правда, только в пределах Киевской области. Там ещё встречались целые куски путей, по которым моя дрезина катилась со знакомым, почти уютным перестуком металлических колес. Но стоило пересечь невидимую границу и углубиться в настоящую пустошь, как иллюзия комфорта рассыпалась, и начался первозданный пиздец. Оказалось, что где-то в Черниговской области цивилизация не просто закончилась – она была стёрта. Целых дорог здесь не было в принципе. Рельсы либо уходили глубоко в землю, сожранные временем и эрозией, либо были перекручены чудовищной силой давних взрывов в нелепые стальные спирали. А если путь и казался чистым, то через пару-тройку километров я неизбежно упирался в «пробку» – застывшие навечно грузовые составы. И сдвинуть их не смог бы и десяток теневых духов моего калибра. В такие моменты вся романтика путешествия окончательно испарялась, уступая место суровой прозе выживания. Приходилось в очередной раз поднимать жопу со скамейки, с кряхтением закидывать тяжеленную металлическую дрезину на спину и, надрывно дыша, ковылять по обочинам, по колено увязая в бурьяне. Дело это, благодаря моим выросшим характеристикам, было не то чтобы неподъемным, но изматывающим. Жёсткие края рамы впивались в плечи через ткань формы, а каждый шаг по неровной земле отдавался глухой болью в пояснице. Глядя на свои мучения, я то и дело порывался спихнуть эту задачу на миньонов. Но мои тени, при всей их жуткой внешности и молчаливой исполнительности, обладали грацией и грузоподъемностью пьяных грузчиков. Их тела, сотканные из полуматериального дыма, просто не были созданы для такелажных работ. А если эта орава в бушлатах и умудрялась сообща оторвать ржавую махину от рельсов, то двигались они так нерасторопно и неуклюже, что я успевал проклясть всё на свете. Последней каплей в попытках скинуть работу на них стал случай, когда мои «помощники», споткнувшись о торчащую из бетона арматуру, дружно ёбнулись в глубокий овраг вместе с транспортом. Раздался грохот, и дрезина улетела вниз, погребая под собой растаявших от удара теней. И вытягивать эту груду железа из ямы, поскальзываясь на влажной глине, мне пришлось уже лично, поминая Систему и её создателей самыми витиеватыми матами из старого мира. После такого приключения начинаешь иначе ценить моменты покоя. С одной стороны, подобные марш-броски с железом на горбу дико тормозили. С другой – когда удавалось наконец поставить колеса на ровные рельсы, накатывало невероятное психологическое облегчение и наслаждение. Было приятно просто ехать. Не напрягать мышцы, не следить за каждым шорохом в высокой траве, а на умеренной скорости изучать атмосферное окружение. Слабое оправдание для потери времени, но я никуда и не спешил. Это приключение стало для меня чем-то вроде затяжной экскурсии по очень странному, пугающе атмосферному миру, который с точностью копировал реальность, обеспечивая стопроцентное «погружение». Задач особых нет. Только путь... и туманное серое будущее впереди. _____ Статус: Общее _____ … Уровень: 19 ОЗ: 14550 / 14550 Чакра: 30 / 30 Тень: 99 / 100 … _____ Задания: _____ … «Дорога в Москву» — В процессе. «Котик хочет кушать» — Ожидание. «Путь Ниншуу» — [Заблокировано до 25 уровня] «Я – Абсолют» — [Заблокировано до 25 уровня] _____ Два серых полупрозрачных окошка лениво колыхались перед глазами, почти сливаясь с таким же безжизненным небом. Я сейчас лежал на старой деревянной скамейке какой-то безымянной станции, где решил устроить себе небольшой привал. Доски подо мной давно прогнили и жалобно поскрипывали при каждом вдохе, но после очередного изнурительного марш-броска на пяток километров с дрезиной на горбу это ложе казалось едва ли не пуховой периной. Впрочем, в самом интерфейсе Системы делать было решительно нечего. Я уже давно изучил все доступные вкладки, дотошно поиздевался над шрифтами, настроил «тёмную тему» и радикально – процентов на девяносто – выкосил всплывающие уведомления. Оставил только критически важные, чтобы лишний визуальный мусор не перекрывал обзор в самый подходящий момент. И теперь мне оставалось лишь бесцельно сверлить взглядом застывшую цифру «19» в графе уровня и скудный, словно пайка в голодный год, список задач. Первые две миссии в списке пока не несли в себе никакой конкретики – просто маркеры на глобальной карте, сухим приказом велевшие добраться до нужной точки. А вот две последние интриговали не на шутку. Они манили обещанием настоящей силы и чего-то действительно интересного. Но уровень, как назло, застыл на месте. Прогрессия оставалась скрытой: Система упорно не желала показывать наглядную полоску опыта, оставляя меня гадать вслепую. Сколько мне осталось до заветного двадцатого? Сотня очков? Десять тысяч убитых крыс? Хрен его знает. Именно отсутствие ясности не просто раздражало – оно выматывало морально. Весь функционал казался обрезанным до безобразия, из-за чего лишний раз вызывать интерфейс просто не хотелось. Я прекрасно понимал, к чему меня мягко подталкивает эта невидимая рука: иди и гринди. Сворачивай в каждую тёмную подворотню, вырезай логова мутантов, батрачь за крохи опыта, выполняя мусорные поручения каждого встречного оборванца. Но я, честно говоря, рот ебал такую перспективу. Тратить время и свою «новую жизнь» на бессмысленную монотонную резню ради призрачных процентов? Нет уж. Пока моих нынешних возможностей, заработанных в Киеве, с головой хватало для выживания, прыгать выше головы без реальной мотивации я не собирался. Поэтому я просто остался лежать на заброшенном перроне, где-то в лесах недалеко от пересеченной границы, позволяя времени лениво течь сквозь меня. Я закрыл глаза, вслушиваясь в тишину. Холодный ветер, пахнущий ржавчиной и бетонной пылью, приятно остужал разгоряченное после физической нагрузки лицо. — «Просто полежать ещё пять минут, — лениво подумал я. — Ну, десять…» ХРУСЬ. Звук был резким и хлестким, словно выстрел в упор. Глухой треск ломающегося дерева, к которому мгновенно примешался мерзкий скрежет рвущегося металла. Он буквально разорвал вязкую тишину мёртвого полустанка на мелкие куски. Я не подскочил. Вместо этого я замер и медленно повернул голову влево, в сторону звука. Источник шума был на первом перроне. Метрах в тридцати от меня, за путями, возвышалось массивное каменное здание вокзала. Его фасад, изъеденный временем и осколками, зиял тёмными провалами окон и глубокой трещиной в стене. Именно там, в густых тенях внутри здания, что-то шевельнулось. Я прищурился, фокусируя зрение. Сквозь пролом в каменной кладке мелькнуло движение – что-то по-настоящему огромное. Разобрать детали мешал мрак, но само очертание заставило внутренности сжаться: массивная туша, едва протискивающаяся по коридорам, на мгновение полностью заслонила свет из дальнего окна, прежде чем снова раствориться в темноте холла. Изучив обстановку, я наконец поднялся и встал на ноги. По венам, вытесняя остатки покоя, стремительно побежал знакомый, почти обжигающий ледяной холодок теневой энергии. Я замер, превратившись в натянутую до звона струну, готовую в любой миг выпустить свою силу наружу. Казалось бы, вот он – монстр. Большой, стрёмный и явно набитый опытом, как рождественский гусь изысканной начинкой. Иди, убивай, забирай награду. Однако я замер, прислушиваясь к интуиции. Система молчала. Никакого восклицательного знака перед глазами, никакого задания, обещавшего золотые горы за голову этой твари. А раз нет официального повода для геройства, то и рисковать шкурой, тратя скудный боезапас из инвентаря на неведомую хрень, я не собирался. Успею ещё погриндить, в этом я не сомневался – мир вокруг буквально состоял из поводов сдохнуть или потратить патроны. Так что, стараясь не производить лишнего шума, я мягко спрыгнул с перрона прямо на ржавые пути. Дрезина ждала меня там, стоя на рельсах. С привычным кряхтением я подцепил свою «любимую громадину», закинул её на плечи, чувствуя, как металл привычно давит на позвоночник, и быстрым, размашистым шагом поспешил прочь от станции. Но у Системы на этот счёт были свои планы. Не успел я отойти и на полсотни метров, как перед глазами вспыхнуло назойливое уведомление. _____ Новое уведомление! _____ Начато задание: «Безбилетник» Цель: Убегите от монстра класса «Контролёр», не бросая дрезину. Награда: +1 Уровень, Уникальный косметический предмет. Штраф за провал: Принудительное сражение с боссом локации в невыгодных условиях. _____ Я даже не успел дочитать описание до конца, как за спиной грохнуло. Звук был такой, словно в каменную стену вокзала засадили из гранатомета. Ошметки кирпича и вековая пыль взметнулись в воздух, когда тварь решила, что двери – это слишком скучно. — Сука… — прокряхтел я, прибавляя ходу. Оглядываться и рассматривать подробности я не стал. Дурак учится на своих ошибках, умный – на чужих, а выживший – просто бежит, когда за спиной взрываются стены. Я перешёл на бег. Со стороны это, должно быть, выглядело очень комично: какой-то парень в форме курсанта несется по шпалам со скоростью олимпийского спринтера, удерживая на плечах целую железнодорожную тележку. Но мне, блять, смешно не было ни секунды! Что-то массивное, булькающее и явно очень злое тяжело топало сзади, явно намереваясь отобрать у меня мой законный новый уровень вместе с головой. Я ускорился, насколько позволяли мышцы. Понимая, что просто так этот «Контролёр» не отстанет, я на ходу активировал «призыв». Позади меня, прямо из теней на путях, начали соткаться мои бойцы. Несколько теней, вооруженных автоматами и старыми зазубренными саблями, тут же развернулись навстречу угрозе. Я отправил им короткий ментальный приказ: «Убить! Не дать ко мне приблизиться!». Ответ пришел быстро, но совсем не тот, на который я надеялся. Перед глазами начали сыпаться системные логи: Ваша Тень (ур. 12) уничтожена. Ваша Тень (ур. 12) уничтожена. Утерян лут: «Сломанный АК». Ваша Тень (ур. 13) уничтожена... Тварь перемалывала моих миньонов, как кухонный комбайн вареную морковку. Судя по скорости, с которой гасли их маркеры, монстр был далеко не так прост, как казалось изначально. Решение уйти, а не лезть в лобовую атаку, было единственно верным. Но эти мысли промелькнули и исчезли. Сейчас я просто бежал по старым путям, чувствуя, как дрезина в такт шагам бьет по спине, и молился всем богам Системы, чтобы эта мразь за спиной не обладала навыками марафонца.

***

— Хм. А неплохо… — протянул я, рассматривая своё отражение в глубокой луже, затянутой тонкой плёнкой мазута. Погоня осталась позади. Я всё же сумел оторваться от той хрени, буквально выгрызая у судьбы каждый метр дистанции. Наградой за этот марафон с дрезиной на горбу стал долгожданный уровень и странная маска, материализовавшаяся в инвентаре. На вид – обычная чёрная балаклава, но без единого прореза для глаз или рта. Просто глухой кусок плотной, пугающе чёрной ткани, поглощающей свет. Однако стоило её надеть, как реальность никуда не исчезла: я видел мир так же чётко, как и раньше, словно никакой преграды перед лицом не было. Помимо завершения моего «образа призрака», маска оказалась первым настоящим артефактом. Она не просто скрывала лицо, а мягко вибрировала, резонируя с моей сутью. _____ [ Артефакт: Безликий странник ] _____ Тип: Уникальный косметический предмет (Слот: Голова). Эффекты: Скрытность: +15%. Ваше присутствие в тенях становится ещё менее заметным. Резонанс тени: +10% к максимальному запасу энергии тени. Описание: Лицо того, кто не имеет цели, всегда остается в тени. _____ Не золотые горы, конечно, но для начала – вполне себе солидно. Общий вид теперь внушал уважение: форма кремлёвского курсанта, тяжёлый серп на поясе и эта глухая чёрная маска с фуражкой наверху. Настоящий жнец пустошей. Сейчас я уже находился на территории России. Если верить выцветшим табличкам на платформе, это был посёлок Суземка. Удивительно, но здешняя станция сохранилась на порядок лучше всех прошлых, которые я встречал. Белокаменные здания вокзала стояли крепко, а ярко-синие крыши, хоть и потускнели от времени, всё ещё дерзко выделялись на фоне серого неба. На мгновение возникло дикое, неуместное чувство, будто апокалипсиса и не было. Что сейчас из-за поворота покажется привычный поезд, зашипит пневматикой и из вагонов высыплют люди. Но рельсы молчали. Максимум, кто здесь мог проехать – это один странный путешественник на своей дребезжащей дрезине. Я устроил привал в этом месте. Монстр гнал меня почти до самой границы, и я порядком вымотался. Тело гудело, требуя отдыха, но внутренний хомяк настойчиво гнал меня на разведку. Изучение вокзала, впрочем, принесло лишь разочарование. Я обшарил каждый угол: кассы, зал ожидания, служебные помещения – глухо. Никакого ценного лута, ни одной завалявшейся аптечки или пачки патронов. Это было паршиво, но в целом ожидаемо. Чтобы замедлить «Контролёра» за спиной, я спустил почти все свои боезапасы и ресурсы, которые копил. Инвентарь зиял сейчас пустотой. Я хоть сам по себе сильный зверь, но в этом мире «сильный» – понятие относительное. Всегда найдется рыбка покрупнее, и встречать её с пустыми карманами мне очень не хотелось. И чтобы хоть как-то забить место в интерактивной сумке, я сорвал пару агитационных плакатов со стен и прихватил несколько сохранившихся книг из комнаты отдыха. Хоть какая-то добыча, пусть и бесполезная. Закончив с вокзалом, я некоторое время просто стоял на пустой улице посёлка. Ветер лениво гонял пыль по разбитому асфальту. А я раздумывал, стоит ли идти вглубь, искать местную администрацию или полицейский участок, но быстро отбросил эту шальную мысль. Прошло двадцать лет. Такие очевидные места «раздели» ещё в первые месяцы после войны. Но Суземка не казалась мертвой. Кое-где из труб частных домов тянулись тонкие струйки дыма – местные жители здесь были, и они явно не теряли времени даром, прибрав к рукам всё мало-мальски ценное из пустующих зданий. Трясти обычных работяг, выживающих в этой дыре, у меня не было ни желания, ни веских причин. Может, я и не был маяком морали, но и в безумного мародера-ебаната превращаться не спешил. Лишняя кровь только пачкает карму, а профита от неё здесь – копейки. Впитав напоследок порцию местной меланхоличной эстетики, я поплёлся обратно к путям. Мой транспорт ждал меня, и дорога на Москву сама собой не сокращалась. Вернувшись на станцию, я ожидал увидеть свою верную ржавую колымагу в гордом одиночестве, но реальность в очередной раз решила выдать мне порцию сюрреализма. На единственном уцелевшем сиденье дрезины – моем «капитанском» месте – кто-то сидел. Я не спешил бежать к ней, а замер у края платформы и сквозь новую балаклаву рассматривал незваную гостью. Это была дама. Самая настоящая «леди» из книг по истории, сидящая ко мне спиной с такой безупречной осанкой, будто проглотила арматуру. На ней было добротное пальто глубокого темно-зелёного цвета, подбитое чем-то похожим на бархат, а голову венчала изысканная шляпка, украшенная мелкими шелковыми цветами. Весь её облик так разительно контрастировал с облупившейся краской вокзала, ржавчиной путей и общим запахом тлена, что я на секунду усомнился в собственном рассудке. Очевидно, что это не человек. Это что-то иное, принявшее форму воспоминания». Но она не выглядела агрессивно. Поэтому я всё же решил подойти, надеясь, что Система подкинет хоть какой-то занимательный квест. Я прошёл по платформе, намеренно тяжело топая ботинками, чтобы обозначить своё присутствие. Подошёл почти вплотную. Лицо дамы было по-настоящему красивым – аристократичные черты, бледная кожа, никакой мутации или следов радиации. Она смотрела куда-то вдаль, мимо путей, с таким загадочным и отрешенным видом, будто наблюдала за закатом в Провансе, а не за руинами Суземки. — Не уверен, что у вас есть билет на этот шикарный поезд, — заговорил я, внимательно следя за её реакцией. — Кто вы такая и что вам здесь нужно? Ответа не было. Она даже не моргнула. Глаза, цвета застывшего янтаря, оставались неподвижными. — Если вы думаете, что я просто затерплю и отдам место в этой дрезине, за которую столько воевал, то вы сильно ошибаетесь, — мой голос под маской стал ниже и угрожающе. — Либо вы выходите из транса, либо летите нахер отсюда. Любезности закончились в Киеве. Снова ноль внимания. Я чувствовал себя полным идиотом, спорящим с памятником. — Ладно, — я усмехнулся и спрыгнул на пути. Решил действовать грубо: подошёл и попытался схватить её за плечо, чтобы просто выкинуть с сиденья. Но пальцы не встретили сопротивления. Моя рука прошла сквозь её плотное зеленое пальто, сквозь плоть и кости, будто я пытался схватить солнечный луч. Это подтвердило мои мысли, но выбесило ещё сильнее. Я активировал Теневой покров, превращая руки в когтистые лапы из чистой тьмы. Я сам теперь призрак, и мы должны быть в одной плоскости. Но даже так ничего не вышло – тени просто обтекли её фигуру, не оставив ни зацепки, ни следа. — Да ты издеваешься! — я в сердцах ударил кулаком по раме дрезины. Металл отозвался глухим звоном. — Эй! Алло! Слышно меня?! Игнор 80-го уровня. — Хер с тобой, — прошипел я. Нагнулся, ухватился за раму, чтобы поднять транспорт. Силы у меня теперь хватало, чтобы ворочать грузовики. Но в этот раз я едва не надорвал спину. Дрезина словно стала частью планеты. Вес увеличился в десятки раз. Я рванул так, что ноги начали буквально уходить в щебень под шпалами, а из-под маски вырвался рык. Металл жалобно скрипнул, дрезина приподнялась на пару сантиметров и с грохотом рухнула обратно, когда я разжал пальцы. — Так… Фух, — я вытер воображаемый пот, глядя на даму. Та теперь медленно, очень медленно повернула голову и посмотрела мне прямо в глаза. — Оу, теперь вы соизволили заметить меня, мадам? Она смотрела на меня пару секунд – взгляд был холодным и бесконечно старым. А потом просто отвернулась обратно. — Эй! Ты либо скажи что-нибудь, либо уёбывай! — возмутился я. — Тени! Появилось три моих тени. Они без лишних слов набросились на женщину с разных сторон, пытаясь ухватиться, укусить, сбросить. Но они лишь бессильно проваливались сквозь неё, путаясь в собственных дымных телах. Это выглядело жалко. После этого я приказал им толкать дрезину сзади, как они это делали прошлые дни. Трое миньонов уперлись в ржавую корму, но колымага едва сдвинулась на дециметр, будто пытались толкать гору. Я отошёл в сторону, уперев руки в бока. — С тобой никакого задания Система не дала, — я указал на неё пальцем. — Так что… Наслаждайся этой недвижимостью. А я пошёл нахуй тогда, адьос! И я действительно пошёл. Гордость была задета, но тратить энергию на «неуязвимую декорацию» было выше моих сил. Да и я давно уже подумывал об отказе от такого транспорта, но не было веского повода, а теперь нашёлся. Я зашагал по путям в сторону Брянска, надеясь, что пешком доберусь быстрее, чем сойдет с ума мой внутренний перфекционист. Прошло минут десять где-то. Я уже начал привыкать к мысли, что дальше пойду на своих двоих, как вдруг сзади послышался звук. Ритмичный, тяжёлый перестук колес по стыкам. Я с удивлением обернулся. Дрезина катилась по рельсам. Сама. Без теней, без мотора, без моих усилий. Она набирала скорость с пугающей быстротой, и на ней всё так же неподвижно восседала «леди в зелёном». Когда она почти поравнялась со мной, я не стал тупить – на ходу ухватился за поручень и ловко запрыгнул на платформу. Дама не шелохнулась. Места на сиденье не осталось, поэтому я, плюнув на приличия, просто «сел» прямо в неё. Ощущение было странным – не холодным, а скорее похожим на статическое электричество, которое покалывает всё тело. Я чувствовал, как моя теневая сущность резонирует с её пустотой. И мы ехали дальше по пока ещё целым путям. Дрезина неслась вперед со скоростью хорошего поезда, легко перепрыгивая через завалы и трещины на путях. Кажется, я нашёл себе не только попутчика, но и очень странный двигатель.