Не могу без тебя

День два. Нас разбудил Рёук. Он просто беспардонно раздвинул шторы на огромном окне и нагло влез на кровать, раздвинув при этом нас. — А-а, как жаль, что пора вставать… У вас тут тепло… Я закинул руку на плечо макнэ и прижал его к себе. Он был холодный, как ящерица зимой. Шивон открыл глаза и увидел перед собой улыбающегося Рёука. — О, Господи,— пробормотал он и отвернулся к стене. Рёук только зарылся холодным носом в мою шею. Я улыбнулся и погладил его по коротким волосам, ничего не поделаешь – это привилегия вечного макнэ, получать тепло и добро всех хёнов, включая меня, хоть я и младше его. В полудрёме мы провалялись еще минут десять, когда в комнату влетел пугающе розовый Сонмин и начал расталкивать нас не жалея локтей. Мы заворочались, я чуть не упал с кровати – все-таки втроём на односпальной тесновато. В конце концов, Шивон встал, и, закинув бушующую тыковку на плечо, вынес его за дверь, чтобы мы с Рёуком могли нормально проснуться. Спасибо, Шисус! После напряженного дня, около девяти вечера мы оказались, наконец, в отеле. Рёук сразу пошел спать, он жил в одной комнате с Донхэ. Сам Фиши с Сонмином остались в холле, расположились там на диванах, чтобы пообщаться с Гренкой и Мими, перед тем как те разъедутся по домам. Я посидел с ними немного, но потом, пожаловавшись на головную боль, пошел в номер. Честно говоря, мне хотелось побыть в тишине, покое и одиночестве… короче поиграть. В комнате сидел Шивон и переписывался с кем-то по телефону. — А-аа… Ты здесь… Видимо он услышал что-то в моем голосе. Встав с кровати, смерил меня изучающим взглядом. — Я пойду к ребятам, ты не пойдешь? – Спросил он. — Не, я только что сбежал от них, — улыбнулся я. — Не заскучаешь тут один? Я добавил дозу эвил в свой ответный взгляд. Приличную такую дозу. Шивон только усмехнулся и пошёл к выходу из комнаты. — Спасибо, — прошептал я ему, когда тот почти закрыл дверь. Я был уверен, что хён не услышит, но дверь на секунду замерла перед тем как закрыться. Поздно вечером, когда я уже сходил в душ и приготовился ко сну, за дверью послышался шум. Да-ааа, такого я давно не видел. Донхэ из последних сил буквально волоком тащил на себе бессознательную тушу нашего святоши. Я вскочил с кровати и помог изнемогающему Фиши. Даже вдвоем справиться с высоким и довольно раскаченным хёном было сложно. Мы бросили его на кровать, и Донхэ плюхнулся на пол рядом. — Нет, ну это надо так, а? — Что случилось-то? – Спросил я. Хён только рукой махнул. — Ты бы Сонмина видел, — буркнул он. — Я представляю… хорошо, что он в отдельной комнате спит. Донхэ удивленно поднял бровь. — Храп, — пояснил я, Фиши вымученно улыбнулся. — Ладно, пойду я, Рёук давно спит. Я кивнул, но перед тем как он вышел, я вспомнил кое-что. — Донхэ-шши, — хён обернулся, — Рёук мерзнет ночью. — О, — лицо Фиши разгладилось, будто он думал услышать что-то другое, — хорошо, спасибо, Кю, — кивнул он и вышел. Я выключил большой свет и включил ночник. Подошёл к Шивону и тупо уставился на него. Ну и чего теперь с этим делать? Хён лежал как живой труп – неподвижно, даже глаза под веками не двигались. Что же они пили-то? Русскую водку что ли? Я ухмыльнулся – вспомнил, как Рёук однажды опрокинул в себя одну рюмку этой отравы. Господи, ему и так-то мало надо! Что было, что было! Полез драться с Канином… С Канином! Потом укусил за руку Хичоля, за то, что тот подкалывал Йесона. Получил от Золушки подзатыльник, и, вместо того, чтобы успокоиться, снова полез драться к Канину. Сумасшедший! Йесон тогда еле утащил его в их комнату и запер изнутри. Как он там успокаивал макнэ, одному Богу известно, но после этого Рёук еще больше к нему привязался… и почти бросил пить… С такими вот мыслями я начал переодевать горе-Шивона в пижаму. Сложное занятие, надо сказать, учитывая, что хён активно изображал труп. Я кое-как стянул с него футболку и носки, снял с рук браслет и часы. Осталось самое сложное, а Шисус даже ухом не повел. Вздохнув еще раз, я расстегнул ширинку его узких джинсов. Как он их натягивает на себя вообще? Не без труда кое-как стащил их до колен… А-аа, черт! Узкие джинсы согласились сниматься только с боксерами вместе. Черт! Я невольно смотрел на Шивона. Дрожь пробежала по телу, он просто невероятно красив… везде, словно вылеплен руками мастера. Какое-то чувство, отдаленно напоминающее зависть пронеслось в голове. Завидую…ему? Или тому, кому это достанется? Что-о??? Что это было? Это что я сейчас такое отморозил? Я злой сам на себя, резко сдергиваю с него эти проклятые джинсы и отшвыриваю их подальше. Переодевать хёна пропало все желание. Я просто кладу его ровно и закутываю в одеяло. Немного походив по комнате и успокоившись, я лег наконец спать… Проснулся снова ночью от холода. Да что такое-то. Надо обогреватели что ли попросить. Невольно подумал о Шивоне-хёне. Я оставил его спать совершенно голым, без пижамы… он, наверное, замерз совсем, но не проснется ведь, алкаш… Вздохнув и растрепав свои волосы, я встал и подошел к кровати соседа. Так и есть. Шисус свернулся клубком под одеялом – замерз. Я осторожно залез к нему со стороны холодной стены и прижался грудью к его спине. Через несколько минут он перестал сжиматься и расслабился, еще через некоторое время выпрямился и перевернулся на спину. Я расстегнул пижамную рубашку, чтобы было теплее и заполз к нему под руку уютно устроившись на его рельефной груди.