Тэльф

      Другие вампиры не появлялись, но указаниям Сабрэга следовали все. Почти. Окна в комнате Лэнсдир запирать не стал.       — Других поблизости нет, — объяснил он эльфу. — Да если бы и были… Они не полезут внутрь. Это не в вампирских привычках.       Айгэр успокоился.       Наступило затишье. Жизнь в Шэбме потекла своим чередом.       Сабрэг направил послание в Вышчему, чтобы узнать, не случалось ли у них что-нибудь странное.       И вот тогда, спустя несколько дней, и появился Ачем. Своим видом он навевал трепет. Он был закутан в алую мантию, на голове у него была остроконечная шляпа.       Сабрэг его приветствовал, а тот сказал:       — Признаться, удивлён, что школа ещё цела!       — То есть?       — Уверен, что ко всем неприятностям причастен кое-кто, кто появился здесь не без нашего участия! — Ачем не без злорадства захихикал.       Лэнсдир дёрнулся и, выйдя вперёд, сказал:       — На этот раз ошибаетесь. С какой стати вы меня приплели к этому вампиру?       — Создать вампира, чтобы потом его убить и стать героем, а? — Ачем прищурился.       Лицо Лэнсдира стало каменным. Он неторопливо подошёл к чёрному магу (тот явно стушевался от его близости и даже попятился) и что-то сказал ему на ухо. Ачем отшатнулся:       — Ты… ты…       По лицу Лэнсдира пробежала усмешка, он так же неторопливо вернулся на прежнее место и сказал, обращаясь у Сабрэгу:       — Голову даю на отсечение, что я здесь ни при чём.       — Да, в самом деле, — вмешался Тройл, — за время пребывания здесь он зарекомендовал себя с лучшей стороны.       Как ни странно, Сабрэг тоже с этим согласился.       — Ну-ну, — злобно сказал Ачем, — хотел я вас предупредить, но не стану. Сами увидите, что такое этот мальчишка! Да как бы поздно не было.       Он развернулся и ушёл.       Лэнсдир заметил:       — У них и самих мотивы есть, а?       — Верно… — пробормотал Сабрэг. — То-то он не встревожился, а пришёл посмеяться.       — А мы им тоже можем пакость устроить! — воскликнул кто-то из учеников.       — Белые маги не устраивают пакости! — возвысив голос, напомнил Бэлиан. — Оставим это чёрным отрепьям!       Лэнсдира передёрнуло. Айгэр шепнул ему:       — Он не тебя имел в виду!       Лэнсдир, не ответив, ушёл. Эльф догнал его в коридоре:       — Постой, Лэнсдир!       Тот остановился:       — Ну, что ещё?       — Не расстраивайся. Это значит, что они тебя больше чёрным полумагом не считают.       — А кем же?       — Своим, белым. Ты же слышал, что Тройл сказал?       Лэнсдир усмехнулся:       — Ты такой наивный, даже смешно.       — Что? — Вэрт вспыхнул.       — Это у вас, светлых эльфов, в крови. Нужны годы, чтобы у вас открылись глаза на жизнь.       — «Светлые эльфы»? — растерянно переспросил Айгэр. — Почему ты так нас назвал?       — Потому что так вы и называетесь.       — Мы так не называемся!       — Ну, значит, вас так называют на Юге.       — Никогда не слышал.       — Да ты и на Юге-то не был.       — Это верно, — согласился Айгэр. — Но, после того как окончу эту школу, я туда отправлюсь.       — Куда?       — На Юг.       — Зачем?       — Просто так… посмотреть.       Лэнсдир рассмеялся:       — Второе, что отличает эльфов, это их неуёмное любопытство и нездоровая тяга к путешествиям. И почему только вам дома не сидится?       — А тебе?       Лэнсдир неожиданно смутился:       — Мне?       — Тебя ведь тоже каким-то ветром занесло сюда, на Энруткон. — заметил Айгэр. — Наверняка это далеко от твоего дома.       Лэнсдир что-то пробормотал и поспешил уйти.       «Так что же ты скрываешь?» — подумал Вэрт, глядя ему вслед.       Вскоре начались очередные испытания. Сдавали экзамены по выбранным дисциплинам. Айгэр выбрал Гербарику, Элмен и Кламента — Алзийское Чародейство.       Лэнсдир долгое время не мог ничего выбрать. Все курсы были ему очень хорошо известны, многие из них он завершил ещё в Вышчеме. В конце концов, он остановился на Белсвеще — Белых Свойствах Вещей. Этот предмет был сложным, а для Лэнсдира вдвойне, поскольку он отлично разбирался только в чёрных свойствах. Тем не менее, он подал заявку именно на этот предмет и последующие дни проводил, обложившись книгами и свитками, выходя из комнаты, только чтобы принести ещё книг из библиотеки.       Айгэр свой экзамен сдал на «отлично»: ему попался вопрос о лечебных травах. Весёлый и светящийся, он полетел поделиться радостью с друзьями. Потом он пошёл в комнату, чтобы поделиться и с Лэнсдиром.       Он вошёл в свою комнату и…       Он остолбенел, слова застряли у него в горле.       Лэнсдир читал один из свитков. Вероятно, ему что-то не давалось, он раздражённо морщился. Он сгрёб волосы в кучу, поскольку они ему мешали читать, и заправил их за уши.       Его уши! Они были остроконечными. Настоящие эльфийские уши. За одним исключением: на кончиках его ушей торчали маленькие, в треть дюйма, кисточки.       Из губ Вэрта вырвался какой-то придушенный писк. Лэнсдир поднял глаза и тут же вскочил, по лицу Айгэра поняв, что его секрет раскрыт.       Эльф шевельнулся и задал совершенно идиотский вопрос:       — А-а, так ты тоже эльф?       На самом деле, на языке у него вертелся совсем другой вопрос, да и ответ он тоже знал.       — Ты ведь знаешь, кто я? — спокойно сказал Лэнсдир.       Айгэр сполз по двери на пол. Он единственный изо всех эльфов Эйена нос к носу оказался один на один с чёрным супостатом с Идунна. Голос у него совершенно пропал, он побледнел и подумал, что ему конец.       — Да, я эльф, — продолжал Лэнсдир, не двигаясь, — тёмный эльф. Именно поэтому меня и выгнали из Вышчемы. Даже чёрные маги, такие, как Ачем, боятся оборотней. И давно ты догадался?       «Небо, — думал Айгэр, — да ведь это было очевидно! Вот почему он не спал ночами! Его звала Луна. И то существо тоже было оборотнем. И именно поэтому он мог чуять вампиров. Я идиот, я всегда это знал!»       — Эй! — Лэнсдир подошёл к нему. — Что с тобой?       Вэрт был на грани обморока: «Мне конец… Никто ещё не оставался в живых после встречи с супостатом…»       Лэнсдир за шиворот поднял него и посадил на кровать:       — Тебе плохо?       Вэрт проморгался. Его трясло. Лэнсдир, кажется, понял, что эльф его боится, и отошёл к столу:       — И что ты намерен делать, Айгэр?       Вэрт подумал: «Похоже, он не собирается меня убивать».       — Так же было и в Вышчеме, — продолжал Лэнсдир. — Меня застукал один из магов. Надо отдать тебе должное, ты смелый. Его искали два дня, нашли где-то в чулане.       «Я бы убежал, — подумал эльф, — если бы у меня ноги к полу не прилипли».       — Бедняга даже заикаться начал. — Лэнсдир фыркнул. — Слушай, с тобой всё в порядке? Скажи что-нибудь.       Айгэр сглотнул комок в горле и выдавил:       — Поэтому ты так взвился, когда я назвал идуннцев «чёрными супостатами»?       — Умён, — улыбнувшись, сказал Лэнсдир. — Ты просто не хотел видеть ответ, который всегда был у тебя перед глазами.       — И… что ты со мной сделаешь? — с замиранием сердца спросил Айгэр.       — А почему я должен что-то с тобой делать? — удивился Лэнсдир. — Я же говорил, что не все идуннцы кровожадные монстры. Я родом из Брэга, гораздо позже мы переехали в Нортроп. Там-то всё и началось.       — Что началось? — Эльф подвинулся по кровати поближе к выходу.       — Знаешь, как имя моего старшего брата? — Лэнсдир прищурился.       — Как?       — Идунн. А среднего зовут Таэр. Тебе эти имена говорят о чём-нибудь?       Вэрт опять почувствовал панический страх. Имя Идунн сказало бы многое любому. Тот, кто покорил весь Юг, вырезал большую часть населения, а остальных превратил в оборотней. Чёрная тьма с Юга — этим до сих пор пугают детей в странах, лежащих севернее. Идунн — тёмный зеленоглазый эльф, обладавший неимоверной мощью. Все эти мысли в секунду пронеслись в голове Айгэра.       Он посмотрел на Лэнсдира. Если бы не уши с кисточками, нипочём нельзя было сказать, что он «супостат».       — Ты не похож на… оборотня, — выдавил Айгэр.       — Я ведь говорил, что нас невозможно отличить… если только по ушам. Те, которые регулярно обращаются, со временем утрачивают человеческий облик. Я не обращался уже несколько лет. Я пытаюсь бороться с тем, что живёт внутри меня, и пока у меня это получается. Я много чего перепробовал: заклинания, заклятья, заговоры, всякие снадобья… Это помогает, но не до конца. Каждый раз, когда Луна обретает полный круг, оборотень во мне старается прорваться наружу. Поэтому у меня часто бессонница, ты заметил… нет аппетита, я иногда теряю сознание. Если бы я выпрыгнул тогда из окна, я неминуемо бы обратился. Когда ты в четырёх стенах, камень сильнее Луны, хотя бы ненамного. На воздухе всё по-другому. Мне очень сложно бороться, я ведь был рождён таким. Вампиры вырывают себе клыки, а я травлю себя серебром. В небольших дозах это неопасно, это замедляет движение крови, а значит, и скорость обращения. Я добился успехов. По крайней мере, у меня перестала отрастать шерсть. Этого мало, конечно, но всё же лучше, чем ничего.       Сейчас Айгэр увидел, что глаза у Лэнсдира зелёные. Ему стало нехорошо. Оборотень в Шэбме. Это ещё хуже, чем чёрный маг. Он должен немедленно рассказать об этом кому следует. Первое правило, которому учили с пелёнок: никогда не верить оборотням и прочей нежити. Никто не знает, какими уловками те могут воспользоваться, чтобы заполучить власть над тобой. Тем более, такой вот «выпавший из кистей» супостат.       Эльф опять по стенке добрался до двери и пулей вылетел из комнаты.       Делить комнату с чёрным магом — это ещё куда ни шло, но вот делить её с оборотнем…       Эльф был подавлен и бесцельно наматывал круги по саду. У фонтана он наткнулся на Кламенту.       — Ты что здесь делаешь?       — А ты?       — Да так… — Айгэр решил помолчать о том, что знал. — Как экзамены?       Девушка махнула рукой:       — Сдала…       — Ты не выглядишь счастливой, — заметил эльф. — Тебя что-то беспокоит?       — Ты Лэнсдира не видел? — с напускной бодростью спросила она.       Айгэр почувствовал злость.       — Ты лучше не ищи с ним встречи, — посоветовал он ей мрачно. — И вообще, держись от него подальше.       — Почему ты так сказал? — с подозрением спросила она.       — Потому что… ничего хорошего из этого не выйдет.       — Он, конечно, грубиян, — сказала Кламента, — но ведь он же не преступник? Не надо про него так.       Айгэр решился, была не была:       — И вовсе не поэтому! Просто меня злит, что ты уделяешь ему слишком много внимания.       Она посмотрела на него, точно видела его в первый раз:       — Почему?       — Да потому что… потому что…       «Неужели скажу?» — подумал он и сказал:       — Потому что я тебя люблю.       Эльф мысленно вздохнул. Вот, сказал. Но почему-то легче не стало. «Ещё осмеёт!» — с тревогой подумал он.       Только она не смеялась, растерянно посмотрела на него и спросила:       — В самом деле?       Вэрт почувствовал себя идиотом. Всё выходило совсем не так, как хотелось. Эльф был не таким смелым, чтобы её поцеловать. Поэтому он махнул рукой и поспешил уйти.       В холле он наткнулся на Элмена. У того был подавленный вид. Как оказалось, он завалил экзамен. Айгэр попытался его утешить, но прозвучало неубедительно и фальшиво.       Элмен поинтересовался:       — У тебя тоже какие-то проблемы?       Эльф только махнул рукой. Не рассказывать же ему?       В зале появился один из магов и погнал юношей по комнатам — было уже поздно.       Вэрт медленно побрёл в комнату, размышляя: «Вот войду в комнату, а он на меня набросится и свернёт мне шею. Мало ли, что он там говорил…»       Но войти всё-таки пришлось.       Лэнсдир всё так же сидел за столом, погружённый в чтение. Его острые уши торчали в разные стороны. Он вполглаза взглянул на Вэрта, но ни слова ему не сказал. Похоже, он вёл себя так, словно ничего не случилось.       Айгэр проскользнул на своё место и сделал вид, что занят книгами.       — Ты меня боишься? — неожиданно спросил Лэнсдир.       — Я? — Эльф поёжился. — С чего ты взял?       — Я не причиню тебе вреда, не бойся. Я не виноват, что родился таким.       Вэрт чувствовал, что готов ему поверить. В конце концов, до сих пор Лэнсдир ему только помогал.       — Скажи, ты когда-нибудь… применял свой… дар… кому-нибудь во вред?       Тёмный эльф неохотно кивнул:       — Жертвы неизбежны, если ты вампир или оборотень. От тебя это не зависит. Ну, ты мне веришь?       — Поклянись, что ты ни мне, ни кому бы то ни было здесь не навредишь?       — Клянусь, — пожал плечами Лэнсдир.       — Повелителем Света?        Да.       Айгэр практически успокоился.       — Ладно, — сказал он, — я тебе верю. Тем более что ты защитил меня тогда… от того существа, что прилетало сюда к тебе.       — Ты и про это знаешь? — Его взгляд немного оживился.       — Это тоже был… оборотень?       Лэнсдир кивнул. Эльф почувствовал, что по его коже пробежал холодок: подумать только, оборотень мог его в лёгкую придушить! Вэрт невольно коснулся шеи. Лэнсдир рассмеялся:       — Надо же, а ты хитрец! Притворился спящим и провёл нас обоих!       — А что мне оставалось? — Айгэр завернулся в покрывало и постарался уснуть.       Лэнсдир какое-то время молча смотрел на него, потом отвернулся и продолжил листать книги.       Мысли у Айгэра в голове бродили самые разные. Он понимал, что если что-нибудь случится, то это он будет виноват, всецело и полностью.       Подумать только: он покрывает оборотня. Узнай об этом на Эйене, его бы оттуда вышвырнули на веки вечные и обратно не пустили.       Но они ведь не знали.       Экзамен Лэнсдир сдал блестяще.       Айгэр смотрел на него сбоку и гадал, как это ему удаётся прятать такие длинные уши под волосами. Они непременно должны торчать. Поэтому, как только выпал случай, эльф спросил у него:       — Как ты это делаешь?       — Делаю что? — не понял Лэнсдир.       — Я о твоих ушах. Как тебе удаётся их прятать? Колдовство, да?       Тёмный эльф утвердительно кивнул и слегка приподнял волосы над ухом. Оно было человеческим, а не эльфийским.       «Да, обнаружить можно только случайно…» — подумал Вэрт.       Он заметил Кламенту. Лэнсдир её тоже увидел.       — Ну, так ты с ней говорил? — поинтересовался Лэнсдир.       — Да, — убитым голосом ответил Вэрт.       — И что?       — Ничего. Наверное, считает меня теперь идиотом. — Айгэр состроил улыбку.       — Будь смелее, — посоветовал Лэнсдир. — Если, в самом деле, влюбился, не упускай её.       Айгэр тоскливо посмотрел Кламенте вслед и вздохнул:       — Не знаю. Иногда мне кажется, что да. Иногда нет… Что бы ты на моём месте делал?       В это время к ним подошёл Элмен и подал Лэнсдиру конверт:       — Тебе опять письмо.       Адрес на нём был прежним: Ноктра, Драгана, Изтравец, Мортис.       Лэнсдир распечатал конверт и вытащил пергамент. Айгэр вытянул шею и через плечо заглянул в письмо.       Оно гласило:       Мой дорогой Лэнсдир!       Надеюсь, ты не поверил тому, что было написано в прошлом письме. Его послал мой отец и передал мне ответ от тебя. Я сразу же поняла обман, ведь, зная тебя, могу предположить, что ты никогда не стал бы мне писать. Прости его. Я же удаляюсь в Башни Драганы, чтобы ничто не нарушало мой покой. По моему желанию серфы запечатают меня в склепе, и я погружусь в сон, подобный смерти. Когда ты сочтёшь нужным, ты разбудишь меня. Помни о том, что я говорила тебе. Также хочу предупредить тебя насчёт вэлзергов. Прощай на этом,       Мортис       Вэрт был под большим впечатлением от письма, чем сам Лэнсдир. В этих строчках заключалась такая любовь! Хотя прямо не было сказано об этом ни слова.       — Слишком много писем в последнее время, — пробормотал Лэнсдир, садясь прямо на землю. — Каким же я был идиотом, что поверил!       — Во что поверил?       — Да во всё это… Конечно же, она не могла поступить так со мной. Я сто лет её знаю и попался на такую удочку! Это непростительная ошибка.       Айгэр задумался над его словами, потом спросил:       — Послушай… А в каком смысле ты сказал, что сто лет её знаешь?       — В прямом. — Лэнсдир искоса посмотрел на него, ожидая реакции.       Вэрт раскрыл рот. Но в это время к ним подошла Кламента. Она сделала вид, что наткнулась на них случайно, но Айгэр, конечно, сразу понял, что это не так.       — А, это вы! — сказала девушка. — Я давно тебя не видела, — добавила она, обращаясь к Лэнсдиру.       Тот как-то двусмысленно мотнул головой.       — А что ты читаешь? — Кламента явно не сдавалась и попыталась втянуть его в разговор.       — Письмо, — ответил он.       — А от кого? Ты вроде бы нечасто письма получаешь?       — Это от его невесты, — сказал Айгэр.       Кламента бросила на него неодобрительный взгляд, а потом спросила у Лэнсдира:       — Да?       Тёмный эльф повёл бровью:       — Похоже, тебя это удивило?       Она смутилась:       — Просто ты ведь не из тех, кто ищет компанию?       — Ты ничего обо мне не знаешь. — Лэнсдир спрятал письмо. — Никто не знает… Ну, почти никто. — Он на секунду скосил глаза в сторону Вэрта. — Поэтому все делают поспешные и, в основном, ошибочные выводы. Да, в самом деле, компанию я не ищу. Но разве это повод считать меня волком-одиночкой? Девушка у меня есть. И ты угадал, Айгэр, она моя невеста.       Кламента посмотрела на него с растущей неприязнью:       — Вот как? Интересно, что бы сказала твоя невеста, если бы узнала, чем ты тут занимался?       «Это ещё чем?» — хмурясь, подумал Айгэр.       — Кламента, тот поцелуй был случайностью, — жёстко сказал Лэнсдир.       Вэрту стало жаль девушку. Она выглядела уничтоженной.       — Какие же вы всё-таки гады! — прошипела она и убежала.       — А я-то тут при чём? — огорчился эльф.       — Наверное, нужно было помягче с ней, — запоздало заключил тёмный эльф. — Впрочем, даже если бы у меня и не было Мортис, я бы сказал это.       — Из-за того, что ты… ну, это… — замялся эльф.       — Оборотень, — спокойно докончил Лэнсдир. — Ну, не только поэтому. Хочешь того или нет, а пару лучше выбирать из себе подобных… иначе сам знаешь, что получается.       — Но ведь ты и Мортис… вы разные?       — Мы оба из нежити. Хотя, честно тебе скажу, я ещё ни разу не слышал, чтобы кто-то из брэгцев и уж тем более нортропцев выбрал себе в пару варлэга.       Айгэр какое-то время молчал, соображая, потом поинтересовался:       — А что такое вэлзерги? (Лэнсдир вздрогнул.) И почему тебя о них предупреждают?       — Айгэр, — медленно сказал Лэнсдир, — об этом не спрашивай. Я тебе всё равно не отвечу. Придёт время — хотя я очень надеюсь, что не придёт, — и всё станет известно. С тебя достаточно того, что ты уже знаешь.       Тут он, пожалуй, был прав.