let's get lost

       Минхао уже задолбался. Так чертовски сильно, что в определенный момент, ему становится так плевать на весь мир, что даже его собственная жизнь не имеет уже никакого значения. В душе был полный штиль, огромное безграничное и бездонное — ничего. Никакой боли, никакой грусти и никакой усталости от всего дерьма, что в последние пару лет творилось в его жизни. Минхао вдруг резко просто перестает пытаться.        Он затягивается, выдыхая дым в звездное небо и улыбается. Это даже не чертово успокоение, от того, что внутри него зияет дыра — пусто и холодно, только он все равно не чувствует. Даже звезды, на которые он по ночам в детстве смотрел, восхищался и строил всякие картинки, соединяя сияющие точки, не приносят ему былого удовольствия. Минхао больше ничего не приносит удовольствия.        Затягиваясь еще раз, он задерживает дым в легких дольше, чем требуется, в тайне надеясь, что, наконец-то, перестанет дышать вообще, но дым выходит вместе с кашлем. — Я же просил не умирать на моем балконе, — голос Вону разрезает его кашель.        Минхао знал, что тот появится. Вону терпеть не может, когда в его доме собирается больше, чем два человека, а сегодня, благодаря огромному желанию Сокмина, тут собрался чуть ли не весь университет. Вону ничем не лучше Минхао — такой же опустошенный. — Хочешь? — Су протягивает ему тлеющий косяк, и Вону принимает его, перебирая в своих худых пальцах, а затем неспешно затягивается. — Ну, как твое ничего? — Прекрасно, — хрипит в ответ Чон, отдавая косяк обратно в руки Минхао. — А твое? — Великолепно, — парень усмехается, окидывая Вону взглядом и получая в ответ точно такой же взгляд.        Вону худой и пиздецки высокий, при ходьбе казалось, что он может рассыпаться, он был правда очень хрупким, потому что мог сломать палец перелистывая страницу книги. Помимо этого, у Вону были осветленные до седины волосы, которые совсем ему не шли, но: «да пошли вы нахуй, я красавчик», так что, это было запретной темой. Еще у Вону была татуировка на ключице, которая нихуя не означала, но все думали, что это чертовы ласточки, хотя сам Вону уверен, что это просто галочки, чтобы сделать кожу грязной и почувствовать хоть что-то.        Минхао не менее высокий и не менее худой, а еще такой же чертовски хрупкий, как снаружи так и внутри. Минхао чувствительная натура и каждое слово в его адрес — имеет свой вес, Вону знает. У Минхао в ушах столько проколов, что Чону стало лень считать еще на седьмом. А еще у Минхао яркие красные волосы, которые совсем как солома от частого осветления. — Может ну их нахуй? — Говорит Вону, забирая косяк у Минхао. — Я тоже так думаю, — отвечает Су, поворачиваясь к нему лицом.        Вону выбрасывает косяк, потушив его о бортик балкона, а затем тянет Минхао на себя, целуя в губы. Не в первый, Минхао знает, и уж точно не в последний. Это их общая традиция. Просто выкурить травку и всю ночь целоваться на балконе — лучше, чем чувствовать себя пустым и ненужным. Пустыми и ненужными они чувствуют себя каждый чертов день. — Иногда мне кажется, что я даже что-то чувствую, — выдыхает Минхао, удобнее усаживаясь на бедрах Вону и снова втягивает в поцелуй, горячо выдыхая в рот Чона и оттягивая его за волосы на затылке, заставляя запрокинуть голову и раскрыть рот шире. — Думаешь мы не заслужили чувства? — Шепчет в ответ Вону, пальцами пробираясь под моднявую рубашку Минхао и сжимая его бока.        Минхао не отвечает, потому что сам не знает — за что ему досталось все это. Да и Вону тоже. Вону ничем не заслужил то, что получил сейчас. Раньше, Минхао злился так чертовски сильно на жизнь и на судьбу, потому что те вот так обошлись с ними, он от злости разбивал свои пальцы в кровь и кричал на людей. Сейчас — его спокойствие настолько поглощающее, что все вокруг боятся даже дышать рядом. — Черт, — Су стонет, прогибаясь в пояснице и двигаясь ближе, позволяя Вону стянуть рубашку со своих плеч. — Я думаю, что ты заслужил весь этот ебанный мир. — Тише, — Вону шепчет ему в кожу, кусая угловатую кость и целуя плечи. — Я еще подумаю, что ты влюбился в меня. — Это моя мечта, — смеется Минхао, но его смех переходит в негромкий стон.        Вону улыбается ему в шею, оставляя заметные красные отметины на бледной коже. Заняться сексом на балконе — это уже пройденный этап, кажется, так было в прошлый раз, а может и в тот раз, который шел до прошлого. Минхао уже не помнит. За дверью тусуется целая толпа народу, и любой может открыть дверь на балкон, только это все равно не останавливает. Потому что с Вону можно было забыться. Даже не нужно было помнить свое имя, достаточно было просто быть и дышать. — Блять, — голос Сунена звучит в тот момент, когда Минхао торопливо расстегивает ремень Вону. — Вы бы хоть в комнату ушли. — Свали, — отвечает на это Вону, натягивая на голые плечи Минхао рубашку.        Сунен громко цокает, выходя и закрывая за собой дверь. Он уверен, что слышит смех Минхао и звучное: «вот же придурок.» Мингю рядом с ним собирается дернуть ручку, чтобы пройти на балкон, но Сунен опережает его, не позволяя этого сделать. — Там Вону и Минхао, — говорит Квон, надеясь, что тот поймет. — И что? — Ким хмурится.        Мингю знает и Вону и Минхао, но не понимает, почему нельзя их тревожить. Учитывая то, что Вону был его соулмейтом, который таскался хвостиком целых два года, а потом резко перестал, но его щенячьи взгляды Мингю все равно замечал, только старался делать вид, что нет. Вону ему был не нужен, а его глупые чувства тем более. — Трахаются они там, — цокает Сунен, злясь на непонимающего Мингю.        Сунен теряется в толпе, а Мингю отодвигает шторку, смотря на целующихся парней. — Интересно, — выдыхает он, разворачиваясь и взглядом пытаясь найти Джуна.