Врата Затмения

       На неглубоких голубых тарелочках без узоров были выложены спагетти с томатно-мясной подливкой. Чай, вспомнив вкус вчерашнего, заваривала уже я — нет, может, дело и не в навыках Гилдартса, а в самом чае, который, скорее всего, годами пылился в шкафчике на кухне, но себе доверяю больше.        Да и чай я заставила купить новый.        Заняв места за столом — я между девочками, Гилдартс напротив, — приступили к еде. Получилось очень даже: конечно, не уровень ресторанчиков, которые я уже посещала, но вкусно. То ли Кана хорошо готовила, то ли ее отец не совсем пропащий… Девочки кушали молча, но кое-кто не мог молчать дольше пяти минут. — Отлично готовишь: ничего вкуснее в жизни не ел! — похвалил Гилдартс — может, искренне, может, подлизываясь к новообретенной дочери.        Кана расправила плечи; по-детски пухлые щеки слегка зарумянились, а глаза заблестели. — В храме не особенно баловали, а если хочешь поесть вкусно — учись. И на кухне часто ставили дежурной! — похвасталась она, впрочем, умолчав или не захотев портить атмосферу тем, что и Корнелии сама готовила.        Это вчера она всё на меня вывалила… Ну да, на лбу же написано: «выговорись мне». — Надо же! Я думал, храм — это покой и молитвы. А ты, выходит, в трудах и заботах… — подколол Гилдартс, поощряя рассказать больше.        Кана, по началу робкая и неуверенная, быстро оттаяла. Мы с Джувией просто слушали.        …Кана жила при храме Горички — не том, что я посещала в прошлый визит; ее находился ближе к гильдии и был менее претензионным по архитектуре: создавался приютом, а не для молитв. Жаловалась, что настоятели строгие: не позволяли гадать на картах прихожанам за деньги, отчитывали за внешний вид, привлекали к волонтерской деятельности и общим работам то на кухне, то еще где…        Джувия этим занималась с малых лет — у нее не было воспоминаний о доме, как у Каны… Зато за порядок я могла не переживать.        Чай пили со сладостями — девочки охотно поделились.        Кана объяснила, что большую часть времени проводила в гильдии: там и гадать могла (очень гордилась точностью предсказаний), и с другими детьми-волшебниками общаться… и эль, пиво и вино пробовала, о чем и сообщила с гордостью, какая только может быть у ребенка, считающего себя взрослым.        Гилдартс побледнел, замялся и застыл, посмотрев на меня взглядом побитого пса. Что, и поругать надо, и боится выставить себя в плохом свете? Ладно, не знаю, что у него в голове, для дешифровки фразы нужно сначала ее услышать, чтобы услышать фразу — нужно, чтобы ее сказали, мыслей не читаю. Я чужих детей воспитывать не рвалась (я и собственных не хотела) — и лишь улыбнулась. Помогаю как джинны из сказок — с подвохом: — Кана, алкоголь очень вреден, особенно для взрослеющего организма. Но и взрослым он пользы не несет, вот Гилдартс уже отказался и больше пить не будет, — совершенно серьезно сказала я.        Физически побледнеть еще больше было невозможно, но маг S-класса справился, а какими несчастными стали глаза! Не побитый пес — побитый Дух… хотя такого жалко даже меньше. Хотел помощи? Я предоставила. Пусть выкручивается, как хочет. — Правда… пап? — на обращении Кана замялась, но посмотрела вопросительно.        Гилдартс сделался еще несчастнее, но попытался улыбнуться. — Да, Каночка. Никакого алкоголя.        Оставалось лишь смеяться про себя, щурясь: я практически видела, как Гилдартс заливается внутри слезами. Но — по крайней мере, при дочери — он к алкоголю больше не притронется, если не захочет потерять доверие Каны.        Разговор поутих, Кана замялась, переводя взгляд с Гилдартса на меня. Наконец, она глубоко вздохнула, как будто отважившись на что-то: — Пап… ты знаешь, почему мама… ушла? — спросила осторожно, жадно смотря на отца.        Возможно, боялась, что будет ругаться? Но рассчитывала, что не станет при посторонних? Иначе не знаю, зачем столь личный вопрос поднимать при мне и Джувии… Не думаю, что за одну ночь девочки настолько сдружились или меня заочно записали в родню! Хотя… Хвостатые могут и не спросить, безалаберности хватит. — Она не рассказывала мне много… — продолжила Кана тихо. — Джако говорил, что не зря не благословлял ее брак… А мама — что ты сильный, очень сильный, и эта сила ослепляла, и… и что тебя не было рядом.        Гилдартс опустил взгляд, да и сам как-то ссутулился, сложив ладони на столе. Кана робко коснулась его руки — и он тут же сжал ее; детские пальчики исчезли в его лапище.        Я невозмутимо отпила чай. За окном Магнолия проснулась: ее улицы наполнились шумом и людьми, а небо медленно начали затягивать тучи. Не иначе как Эфир Джувии начал заполнять новую территорию… Стоило пройтись до гильдии, спросить, не осмотрит ли ее знаменитая Полюшка. Выглядела Джувия здоровой, но береженую… — Я помню то время, — ворвался в мои размышления глухой голос Гилдартса. — Купил дом, да так и не отремонтировал. Думал: сейчас немного заработаю, вернусь, продолжим. Мы начали ремонт… закупили кое-что… Потом снова денег не стало — и я опять ушёл. Всё по кругу, — бормотал он, словно заново пробиваясь через пленку воспоминаний с каждой фразой.        Звучало слишком жизненно, но… неужели мама Каны не выдержала только того, что муж оказался «командировочным»? — А однажды вернулся — но Корнелии уже не было. Только письмо и кольцо на столе.        Потухший взгляд, опущенные широкие плечи, крупная рука, бережно сжимавшая ладошку Каны, — легко было представить его только женившимся на Корнелии больше десяти лет назад; полным энергии, шебутным, воспламененным любовью… он и недавно в гильдии выглядел настоящим балагуром.        И вот сидел он же — робкий, неуверенный, наедине с дочерью, о которой даже не знал.        Я могла строить догадки и предположения, что там было на деле. Джако — родственник Корнелии или еще кто, не благословивший брак, не сказавший Гилдартсу ни слова про Кану; Корнелия, ушедшая — возможно, когда узнала про беременность? — и возжелавшая стабильности, кого-то, кто будет рядом… или остывшая к мужу, которого постоянно нет рядом? Гилдартс не показался таким уж бабником, в гильдии ни он глазки не строил волшебницам, ни они ему, да и миссии брал серьезные, какие мало кто выполнит. Может, конечно, как раз на миссиях любовницы и есть, в каждом порту по подруге? Выпивка — общий антураж: трезвенников в Хвосте в принципе немного…        В целом, наверное, мужчина чуть выше среднего по больнице? Не осуждаю Корнелию, но и не понимаю. Меня муж, приносящий много денег и появляющийся в жизни как можно реже, полностью бы устроил.        Гилдартс выдохнул, откинулся на спинку стула, не выпуская руки Каны. Молчание сгустилось над столом. Джувия перестала крошить печенье; сидела с полузамороженным взглядом. Я скрестила руки, тоже не спеша разрывать тишину. — Я… не знал, Кана, — голос у него охрип, почти срываясь. — Клянусь, я не знал, где ты. Она не написала ни слова. Я… я бы…        Он запнулся и снова сжал её руку — крепче, с дрожью. У Каны заблестели глаза, да и у Гилдартса тоже. Стоило бы встать и уйти, оставив их наедине, но, боюсь, здесь нам с Джувией и шевельнуться — разрушить атмосферу. — Я бы тебя не оставил.        Кана всхлипнула, бросаясь отцу на шею. Я опять перевела взгляд на окно и потянулась за чашкой… руку перехватила Джувия, опустив голову. Думала ли она о своих родителях? Или о том, как с ней поступлю я? С тяжелым вздохом я чуть сжала детскую бледную ладошку.        Мне не нужны были дети, я не хотела заботиться о ком-то, кроме себя, даже домашних животных не собиралась заводить, но и отказаться от взятых обязательств не могла.        …В гильдию все-таки пошли вместе, когда они успокоились и умылись: девочки впереди, обсуждая разницу между приютами (до нас долетали лишь обрывки фраз), а мы с Гилдартсом — чуть отставая; он смущенно вникал в бездну, в которую провалился, вчера признав дочь. Будучи однажды женатым и не единожды знакомым с женщинами самым интимным образом, он неплохо представлял себе физиологию, однако некоторые моменты явно стали для него открытием.        Нет, я и сама пока плохо представляла, как в этом мире принято справляться, разве что оценила хорошие лекарства и прокладки вместо ожидаемых тряпочек. Как и с типографией, и с поездами, вопрос женской гигиены продвинулся удивительно далеко вперед, практически к привычному мне по прошлой жизни уровню; «удивительно» потому, что там-то женщин задвигали на второй план… Возможно, Эфир в чем-то уравнивал лучше кольта. Возможно, Эфир было сложнее распределить «верно», чем огнестрельное. — Всегда можешь спросить у Энно, не думаю, что она откажет, — предложила кандидатуру подруги в помощницы: раз уж не получилось спихнуть на нее Джувию — Кану выйдет!        Гилдартс кивнул. Он выглядел столь серьезным, что в нем совсем не узнавался вчерашний балагур. Может, и выйдет еще хороший отец? По крайней мере, он искренне пытался понять, что нужно девочке-подростку; это немного подкупало, даже если я так и относилась к ситуации со скепсисом. — Я тебе должен, Карен. Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится, я всегда к твоим услугам, — сердечно поблагодарил он.        Маг S-класса в должниках? Чудный актив практически за бесценок. Не то чтобы я сделала что-то тяжелое или слишком обременительное… но, если смотреть со стороны Каны или самого Гилдартса, я буквально перевернула жизнь обоих благодаря вспышке раздражения и неспособности остаться равнодушной.        Что же, иногда и мой характер приносит благо… в перспективе — мне.        Тучи сгущались, обещая вот-вот разродиться дождем. Я почти ощущала тот же запах, что и в Рдесте, только многократно слабее: Эфир Джувии не успел пропитать каждый камень.        Несмотря на то, что время приближалось к полудню, в главном зале повально лежали пьяницы. В стонущих телах, благоухавших перегаром, едва ли узнавались бравые маги. Один слишком бодрый Макаров сидел на стойке и неодобрительно смотрел на подчиненных. Рядом с ним, не меньше выбиваясь из атмосферы, пили чай Лукас и «Дарэн». Впрочем, стоило нам подойти, из-за угла выскочили дети: розововолосый мальчишка, повисший вчера на Гилдартсе, и его ровесник, бледный брюнет, потерявший где-то футболку. — Так ты дочка Гилдартса? И молчала?! — подпрыгивая, кричал первый.        От него так и дышало жаром — даже не метафорически. Джувия спряталась за мою руку, удивленно смотря на детей… Пару дней назад я наивно планировала оставить ее у Фей, дать растормошить, обеспечить социализацию, но вот уж действительно, что не делается — всё к лучшему; и правы были старики из Рдеста и Тарк: Феи «милую Джу» испортили бы. — А должна была кричать об этом на каждом углу, что ли, Нацу?! — Кана уперла руки в бока, хмурясь.        Уж она пылкого нрава и громкого гласа очевидно не смущалась, тем более — не боялась… но тихую Джувию я доверить гильдии больше не рискнула бы. — Да! Я вот, как Игнила потерял, везде кричу! — не моргнув и глазом, выдал мальчишка слишком громко.        Я повела Джувию ближе к стойке, надеясь удалиться от эпицентра шума. Пусть Кана и Гилдартс сами разбираются: психологическая помощь имени меня прекращена до возращения с выходных, которые закончатся… когда-нибудь сильно позже. Обратитесь в письменной форме в отделение гильдии, ответ ожидайте не раньше, чем через семь рабочих дней тем же каналом!        Лукас встретил меня сочувствующим взглядом, а вот «Дарэн» — полным любопытства. Они застали общий кутеж, но в хороводе тостов упустили причину, по которой будничная попойка трансформировалась в грандиозную. Пришлось объяснять кратко.        «Дарэн» — Румика в его личине — присвистнула. — У тебя острый глаз, деточка, — отвесила она комплимент, голосом Дарэна звучавший почти как оскорбление, и скользнула взглядом к Джувии. — Надеюсь, ты подружишься с Джени — ей не хватает друзей-ровесников, — уже более тепло, как я никогда не слышала от Дарэна, сказала она.        Что же, возможно, на нее выйдет положиться, когда неотвратимо понадобится отправиться одной на задание.        От чая я не отказалась, а Энно среди развалившихся на деревянных столах пьяниц не нашла, так что к Макарову с прямым вопросом о Полюшке обратилась в хорошем настроении. Он одарил меня внимательным взглядом из-под широких седых бровей, будто оценивая срочность обращения, но я покачала головой и пояснила, что это не для меня, а для…        Стоило упомянуть Джувию, как Макаров спрыгнул на пол с барной стойки и махнул рукой, чтобы мы следовали за ним. Так… быстро? Впрочем, если так посмотреть на детишек, очевидным становится: они в сытости и тепле, не боятся ничего, включая лишний шум, да и сила вокруг Макарова, едва ли уступавшая Гилдартсу, ощущалась мягкой и спокойной, сдерживаемой для комфорта юных…        Но Джувию им не оставлю всё равно. — Характер у Полюшки сложный, а рука тяжелая, но ребенку вреда не причинит, — охарактеризовал целительницу Макаров.        И Тарк как раз похожее пересказывал… Что за Цербер у них Полюшка? Имя довольно мягкое и безобидное. Или это как с алабаем Малусиком?        Дождь начался аккурат после выхода из гильдии. По обезлюдевшим улицам Магнолии мы добрались до края города; лесная тропа повела дальше, туда, куда даже тучи Джувии не дотянулись еще — солнце пробивалось сквозь листву. Без Макарова дом Полюшки не отыскать — это я поняла, когда он остановился перед огромным деревом… и я едва смогла разглядеть в нем очертания двери; принятое за дупло отверстие оказалось окном. Еще и отшельница… хотя в этом понять несложно, сама живу в глуши с кладбищем.        На стук выбежала женщина с метлой наперевес. Не совсем старуха, но худое вытянутое лицо тронули морщины; алые глаза с вертикальными зрачками пылали раздражением, розовые волосы были прибраны в пучок на затылке. Родственница мальчишки из гильдии? Хм, пожалуй, все же нет, кроме цвета волос — ни капли сходства.        Полюшка нахмурилась, но остановила замах, уставившись на нас с Джувией, жавшейся к моему боку. Не то чтобы от страха, скорее от внезапности… — Здравствуйте. Простите за беспокойство и визит без предварительного уведомления, но вопрос несколько критичен и не терпел отлагательств, — со всей аристократической вежливостью, какую могла наскрести, обратилась я к целительнице. Та опустила метлу, вздернув бровь. — У этой юной волшебницы отсутствует контроль над магией: ее Эфир бесконтрольно и в чудовищных количествах изливается в мир, вызывая непроходящие дожди. Я переживаю, что подобное может навредить ей.        Я мягко положила ладонь на спину Джувии, чуть выдвигая ее вперед. Полюшка вперилась в ребенка. — Пегасовская? Оно и видно: язык подвешен, не забываешь о манерах… Не то что эти! — она замахнулась на Макарова.        Тот отскочил, пробурчал, что у него полно дел, и… скрылся на тропинке. Я, конечно, дорогу запомнила, но такого прощания не ожидала! Полюшка проводила его тяжелым взглядом, а потом заметно расслабилась. — Проходите, — уже спокойнее, пусть и далеким от дружелюбия тоном, пригласила она нас в дом.        Внутри горьковато пахло травами и древесиной. Обилие деревянной мебели, полок с книгами, стеклянных флаконов всех форм и размеров потрясали воображение в первую очередь антуражем: типичная алхимическая или волшебная лаборатория из сказок. Полюшка проводила нас в отдельную маленькую комнату, где стояли непривычно выделявшиеся на фоне остальной мебели современностью белая ширма и две спартанские койки, словно прямиком из переносного полевого госпиталя. Мне выделили стул в углу, Джувию усадили на койку.        Полюшка провела осмотр, проверила рефлексы, взяла немного крови, а потом только и успевали вспыхивать малые рунные круги вокруг ее пальцев. Она то хмурилась, то хмыкала, делала записи на пергаменте, появившемся на тумбочке… Джувия безропотно выполняла указания и молчала, лишь бросая на меня вопросительные взгляды в поисках поддержки. — Девчонка здоровее всех здоровых, ни намека на истощение сил. Патологий нет. Антиэфирной опухоли нет. Учи контролю, помогай «сливать» Эфир в оформленные заклинания, чтобы спонтанное волшебство не обращалось в дождь; можешь еще витаминами отпоить — на лицо их недостаток, — слегка раздраженно, но сдержанно фыркала Полюшка, вручая мне исписанный пергамент со всеми параметрами Джувии.        Рост, вес, общее состояние организма и уровень Эфира (ранг В, прогнозируемый к совершеннолетию — от А до S)… На обороте были рекомендации по витаминам, которые можно купить в аптеках Фиора, и по питанию. Дефицит C и D… ну да, следовало ожидать. — Благодарю. Вы развеяли мои опасения, — я выдохнула и только сейчас, на контрасте, заметила, что всё время осмотра сидела, как на иголках.        Не скажу, что успела прикипеть к Джувии всем сердцем или ожидала астрономический счет за лечение, просто… готовилась к худшему. Я бережно убрала пергамент в рюкзак, под пристальным, оценивающим взглядом Полюшки. — Сама осмотр пройти не хочешь? — неожиданно предложила она.        Я даже застыла. С чего бы вдруг? С одной стороны, я чувствовала себя великолепно, и рана на руке уже затянулась. С другой… почему бы и нет? О здоровье надо заботиться, регулярная профилактика отлично помогает. Просто странно было услышать такое предложение от одиозной целительницы Хвоста Феи. — Если вас не затруднит, — вежливо отозвалась хеджем, снова заслужив странное фырканье.        Честное слово, она будто раздраженная кошка!        Мой осмотр прошел еще быстрее. Заклинания Полюшки на теле ощущались легкой щекоткой, как дуновение ветра по мокрой коже. Или то был морозец от того, как она хмурилась? Джувия завороженно наблюдала за работой целительницы со стороны, но сжимала краешек юбки, ерзая, когда замечала хмурость на морщинистом лице. Понимаю, я тоже начинаю переживать от мимики… — За последний год ни с какими мощными артефактами не взаимодействовала? — уточнила Полюшка, делая шаг назад. — Зодиакальные Ключи считаются? — уточнила я, положив ладонь на перекрытую антиэфирными цепями ключницу на поясе: первыми на ум приходили именно они.        Полюшка покусала губу, мрачно смотря на Ключи. — Заклинательница, значит… Нет, что-то древнее и мощнее, как все Ключи вместе взятые, — описала она масштаб проблемы.        Тут уже я нахмурилась: где успела бы уже вляпаться? Чтобы Ключей древнее и… А. Врата. — Ничего угрожающего здоровью, просто твой Эфир колеблется. Рекомендации почти те же, что и для мелкой, — наконец выдала Полюшка, не допытываясь дальше, и выставила нас с Джувией за порог — даже попрощавшись, но все равно отфырчавшись на попытку уточнить, сколько я должна за осмотр: — Еще с птенцов Боба я денег не брала!        Дверь захлопнулась. Ну, будем считать, зачтется в межгильдийские отношения.        Дождь накрапывал, тучи заволокли Магнолию, но настроение скакнуло даже выше, чем утром: Джувия здорова, не считая общих и ожидаемых после приюта рекомендаций, я тоже не при смерти. Колебания Эфира звучат немного тревожно, но я ведь уже несколько месяцев спокойно колдую? Врата Звездных Духов открываются, Звездные Оковы даже Водолей удерживали, могу пожаловаться разве что на малый объем Эфира… Живем! — Ну что, обратно в гильдию фей? — неуверенно уточнила, позволяя Джувии сжимать мою ладонь.        Та медленно кивнула. Могу ее понять: Джувия только с Каной общий язык нашла, а общий антураж после попойки мало кого приведет в восторг… Я раскрыла зонт, шагая с ней по не успевшей размокнуть тропинке. — У Пегасов основная часть гильдии выглядит как бар, но элитный. Там всегда приятно пахнет и звучит ненавязчивая музыка, нет такого хаоса, — пока мы шли, я делилась впечатлениями о гильдии с Джувией.        Почему-то показалось необходимым это сейчас, чтобы у девочки не сформировалось предубеждения. — Гильдия Пегасов такая же утонченная, как Карен? — невинно спросила Джувия, смотря на меня снизу вверх.        Я утонченная?.. Вопрос ввел ступор. — Можно и так сказать, — хмыкнула: мой стиль в меру повседневный, сдержанный и скорее бы вписался в антураж семейного кафе средней руки… там.        Хм. Ну, если на контрасте…        В гильдии ее почти сразу утащила Кана с парой подруг: красноволосой серьезной девочкой в доспехах и еще одной синеволосой, более юной. Хорошо хоть, предупредила, что они пойдут в гильдейскую библиотеку. Я отпустила с легким сердцем: Кана — не детишки из приюта Рдеста, не станет обижать подопечную… Да и библиотека лучше главного зала. — Как результаты осмотра? — дружелюбно поинтересовался Лукас, внимательно просканировав меня взглядом.        Он хоть вставал со стула, пока нас не было? Я пожала плечами, переведя взгляд на Румику, общавшуюся с Макаровым совсем не за чаем. — Всё в порядке. Джувии понадобится заняться вплотную контролем, тратить Эфир на заклинания и хорошо питаться. Как думаешь, Хибики сможет с помощью Архива систематизировать знания Дарэна о магии воды? Это стихия Джувии, — уточнила я; это было бы куда проще и быстрее самостоятельного поиска книг и тем более — учителя…        Лукас постучал пальцами по барной стойке. — Думаю, должен справиться. Хочешь сразу передать знания? — снова спросил он, но тоном ровно таким же, каким уточнял, собираюсь ли я заказать эль.        Почти осуждающим.        Я ответила насмешливо-снисходительным взглядом. — Конечно, сначала сама просмотрю. Надо же знать, что там за заклинания.        Лукас разулыбался. Я пожала плечами. Будто пытался подловить меня на такой мелочи! А то я совсем дура и не знаю, что некоторые вещи детям лучше не давать раньше момента, когда они мозг не только отрастят, но и включат.        Возможно, по магии Воды — из репертуара той же Водолей — есть в книгах Лилика, но доступ к ним… Нет, даже несмотря на бедность, семья не продала книги, как и Ключи, не считая иногда обмена с Хартфилиями. Но они остались в родовом особняке, и путь туда мне заказан: это нужно общаться с Джаредом, а я так и не решила, стоит ли восстанавливать отношения.        Карен его ненавидела, я — заочно презирала. Пока обойдемся знаниями Дарэна. Возможно, путешествия по Фиору принесут еще книг, как было с магией Т для Брандиш…        Обсудили между делом планы: я собиралась записаться официально на получение прав на манакат, а еще вечером меня ждал ужин с торговцем артефактами Дешретом. Лукаса последний пункт не обрадовал, но он просто посоветовал мне быть осторожным и сам предложил присмотреть за Джувией. Тут вмешалась и Румика, с улыбкой предложив позаниматься с Джувией магией: мол, Дженни она основы уже давала и во второй раз, к тому же со столь спокойным ребенком, выйдет проще. Хорошо, что они сами вызвались и навязывать Джувию никому не пришлось… Мелькнула мысль, что во Фрезии можно просто нанять няньку для девочки на время разъездов, но, раз уж Румика и Лукас не против, это большая экономия.        Пообедали все вместе скромным Пегасовским составом, Джувия знакомилась с моими товарищами по гильдии. На улице не переставая шел мелкий дождик, но Румика пообещала, что уже завтра прекратится (что переводилось как «вечером Джувию ждет сплошная трата эфира»). Меня же ожидало обучение иное: заявление на сдачу прав приняли. Ничего сложного там не было, тест на теорию и практика. Для изучения перед тестом выдали тонкую, от силы листов тридцать, брошюру с правилами дорожного движения. Я методички толще помнила… или писала? В самом деле, здесь мало кто разъезжал на подобного типа транспорте.        С Энно за сегодня ни разу не пересеклась — видимо, Макао запрятал женушку подальше. Или она его выхаживала: уверена, что видела, как он вчера в три глотки хлестал вино.        …На «свидание» с Дешретом я собиралась спокойно и без лишних метаний. Косметикой я так и не обзавелась, украшений, кроме кольца Шарма, тоже не нашлось, да и то я оставила на прикроватной тумбочке, пообещав себе позже купить обычное, без сюрпризов. Кулон-щит, конечно, не снимала, но и за украшение не считала.        Из-за погоды на улице чудесное платье, подаренное Энно, отпадало; значит, брюки и блуза. Волосы собрала в высокий хвост — плетение кос не давалось. Встреченный в коридоре Лукас лишь одобрительно кивнул и с приподнятым настроением пожелал хорошо провести время, не напоминая об осторожности.        Несмотря на то, что пришла я вовремя, даже на пару минут раньше, Дешрет уже сидел за столиком у стены, которую занимало множество полок с цветами и мягко сиявшими гирляндами, и что-то писал в ежедневнике. Судя по нахмуренным бровям, то ли дебет с кредитом не сходились, то ли дела в часы недели не складывались… — Аннона, рад видеть. — Заметив меня, он расплылся в улыбке; от уголков глаз побежали маленькие лучики-морщинок, как у людей, любящих смеяться и улыбаться.        Он по-джентльменски отодвинул для меня стул и налил из кувшина на столе вина во второй бокал. Пахло ягодами, по-моему, даже ежевикой. Я пригубила немного. Дешрет убрал ежедневник и протянул меню. — Заказывай всё, что хочешь. Я надеюсь, ты голодна? — Не особо, — честно признала я: аппетит у волшебников несопоставим с таковым у человека, но мы плотно пообедали, и пока особого голода я не чувствовала. Скользнула взглядом по позициям, не зная, что выбрать. — Посоветуешь что-нибудь? — Обрати внимания на брускетты и гриссини, если не очень голодна. Отличные закуски к вину на нашем столе, только не выбирай острого — перебьет фруктовый вкус, — со знанием дела ответил Дешрет; как тут не довериться?        Я выбрала на пробу несколько разных брускетт с ветчиной и рыбой и взяла гриссини. Дешрет, когда официант подошел, заказал еще сырные и фруктовые тарелки.        Беседа потекла неторопливо: немного рассказывали о себе, прощупывая друг друга. — Раньше я тебя в городе не видел, аннона. Для феи, прости мне мое мнение, ты очень спокойная и собранная, — под видом комплимента расспрашивал о моей гильдии он.        Я взяла хрустящую палочку гриссини — по факту хлеб, но какой ароматный, особенно если с сыром! — Я из Голубого Пегаса, тут просто друзья и родственники недалеко, — пожала плечами, не раскрывая конкретных имен.        Дешрет улыбнулся. В его глазах мелькнуло что-то, сравнимое с азартом у рыбака? Скорее, легкое торжество, как у человека, получившего подтверждение догадке. — Родственники, случайно, не Хартфилии? — спросил он, складывая руки на столе.        Мне такой поворот разговора не очень понравился: стараниями Джудо и Лейлы фамилия заиграла в Фиоре особым социальным статусом. Технически — нувориши, но за древностью фамилии и связям с Лилика — будто и часть аристократии. Без потерянных титулов — но и не покупавшие таковые…        Сложная позиция. — А к ним у тебя личный интерес? — ответила вопросом на вопрос, вскинув бровь; оттенок сарказма скрыть не удалось. — Разумеется, как и у любого торговца. Но без ревности, аннона, ты мне интересна и без связи с Хартфилиями. Заклинатели Звездных Духов редки в наше время, кроме того, я заметил у тебя Ключ Миртила, — тон Дешрета был легким и дружелюбным, без фривольных намеков. Я невольно расслабилась, отмечая, что меня рассматривают не как женщину — как инвестицию, скорее. — Знала ли ты, что современная железная дорога и поезда многим обязаны именно Заклинателю, призывавшему Миртила? Увлеченный идеями улучшения транспорта, он нашел родственную душу в лице Миртила, и вместе они совершили транспортную революцию, гремящую до сих пор.        Нет, не знала. Возможно, что-то такое было в книгах Лилика, да Карен не прочла? Или позабыла за ненадобностью: к чему такие детали, когда Ключа не было? Я и сама рассматривала Миртила как источник заработка, если обуздать его экспериментальную натуру… От мотоцикла бы, например, не отказалась, смутно тоскуя по ним, когда управляла манакатом или тряслась на повозке в первое посещение особняка Хартфилий… — Я и сам немного артефактор, поэтому не против был бы пообщаться с Миртилом. А если прекрасная аннона представит меня Джудо Хартфилию, то не останусь в долгу, — Дешрет тем временем продолжал рассказывать о своих интересах.        Вот и становилось понятно, почему на деле он мной заинтересовался. Что же, и он сам выглядел интересной инвестицией, раз уж так сложились обстоятельства. Знакомый торговец артефактами, еще и сам «немного» разбирающийся? Конечно, следует подробнее изучить качество творений, но ему однозначно несколько плюсов и за рекомендацию со стороны Энно, и за то, как он себя вел со мной. Я не ощущала снисхождения, пренебрежения или липкого интереса. Дружелюбие и деловой подход.        С этим можно было работать.