Наложник, который влюбился

В конце концов Тэхен решил взять отцовскую трубку, мамин платок и два деревянных паровозика, которые он смастерил для братьев. Это напоминало о семье, а большего ему и не надо было. Сложив это в небольшую котомку, парень со вздохом убрался в доме, доел остатки похлёбки, сваренной матерью, вымыл посуду. — Когда… То есть если… Они вернутся, то дома будет чисто. Здесь не будет ничего скисшего, гниющего и разлагающегося. Может, только крысы. По щекам Тэ покатились слезы. Родители вернутся в пустой дом, даже не будут знать, где их сын. Или вообще не вернутся. После суда их, может быть, убьют. И братьев тоже, хотя они вообще ни в чем не виноваты. Парень сел на пол и зажал рот рукой. Не хотелось, чтобы добрая старушка Мин из соседнего дома прибежала на звуки плача и начала утешать. Не хотелось никого видеть. Сейчас — даже Его величество. …Истерика длилась не слишком долго, только около часа. Потом он встал, вздрагивая, и подошёл к зеркалу. Красные глаза и опухший нос, бледная кожа — и что король мог в нем найти? Померещилось, наверное. Жара на Востоке — страшное дело. Тэхен сбрызнул лицо холодной водой, вытащил вещи из котомки и лег на лежанку, смотря на покосившийся потолок. В голове привычно появились образы-фантазии: король выбирает его из толпы, целует, ведёт к себе во дворец. Там так красиво, и Его величество так прекрасен, а потом… На этом мечтания юноши всегда прерывались, так как он плохо представлял, что будет дальше, в спальне короля, но сегодня он, взаправду или нет, с кем-то целовался, что давало больше простора для фантазии. Поцелуй был… Таким близким и чуточку страшным. А то, что дальше, ещё ближе, ещё страшнее, ещё приятнее… Тэхен задрожал, касаясь своих губ. — Пусть это окажется правдой, пожалуйста… *** Юноша проснулся в пять утра, хотя обычно не мог так рано вставать. Его разбудила необыкновенная тишина. Никакой беготни, смеха, ворчания. Дома было до того пусто, что Тэхен снова разрыдался, на этот раз во весь голос. Он только начал успокаиваться, когда в дом без стука вошли трое: мускулистая женщина и двое мужчин. Окинув юношу холодным оценивающим взглядом, женщина кивнула Тэхену. — Где твой багаж? Парень нахмурился, вытирая остатки слёз. — Вы о чем? — С чем в гарем собираешься, говорю? Игрушки твои. Скорей давай, у меня и без тебя дел по горло. Она скрестила руки на объемной груди, нетерпеливо притопнула ногой, а Тэ вжал голову в плечи. Так это не сон. Он попадет в королевский гарем. — Я… Ещё не собрал. Я думал, мне показалось. — Собирай, у тебя ровно десять минут. Парень сглотнул, а потом трясущимися руками положил в котомку все, что собирал вчера. К счастью, все лежало на видных местах в одной комнате. — Г-готово. Он задрожал под тяжелым взглядом женщины и отдал ей котомку. Она насмешливо оценила содержимое, потом отдала одному из мужчин. — Пошли. Никогда в жизни Тэхен не катался в экипаже. Это совсем не было похоже на конную езду: почти не трясет, управлять не надо и непонятно как, сидеть удобнее и ехать быстрее. Жалко только, что это быстро закончилось. Они зашли во дворец, но не по красивым мраморным ступеням, а через небольшую дверцу правее от главного красивого входа. По нескончаемым тайным коридорам юношу привели в красивый зал, где на диванчиках сидели несколько парней примерно его возраста. — Телесный осмотр будет проведен позже, когда освободятся придворные дамы. А пока познакомься с другими. Бросив это, женщина быстро покинула комнату. К Тэхену подошли двое. В разноцветных и богатых одеждах, с невероятно грациозной походкой, они выглядели гораздо лучше, чем он. — Телесный осмотр — страшная вещь, — один из них хлопнул юношу по плечу, улыбнувшись. — Так что крепись. Как тебя зовут? — Ким… Тэхен. А что это за осмотр? — Да ты не бойся. Сделают анализы, осмотрят тело на предмет шрамов, удостоверятся, что ты здоровый и девственник, и все. Хосок любит подшучивать над новенькими. Второй парень приветливо улыбнулся ему, а Хосок важно кивнул. — Это все формальности, тебя в любом случае возьмёт Его величество. Это же тебя он выбрал в трущобах? Тэхен покраснел. Даже в гареме знают… — У нас тут краснеть не принято. Все свои, общаемся на любые темы. Например, только что мы с Юнги обсуждали вероятность, что сегодня Его величество запросит минет во время приема просителей. И скольким из них он откажет. — Ставлю свои прекрасные волосы, что откажет он во всех случаях. А если и кивнет, то это мне, что я хорошо работаю. Ну или палачу. — В разговор вмешался ещё один парень. Его волосы если и были прекрасны, то только благодаря рыжему цвету, решил Тэ. Но, может, у них так принято. — Разве вам можно так сплетничать о Его величестве? — несмело спросил он. — Почему бы и нет? Слухи мы не распускаем, варимся в собственном соку, никому не вредим. — Но ведь наш король не такой. Он же милосердный. На Тэхена посмотрели одновременно все. И все — как на идиота. Наконец Юнги заметил немного холодно: — При нас можно и не притворяться. Так никто не думает, но все говорят. — А я так думаю, — смело возразил Тэхен. Эта точка зрения была единственной, за которую он был готов бороться, даже с наложниками самого короля. — Забавный ты мальчик, — улыбнулся Хосок. — Ну ладно, узнаешь в свое время. *** Осмотр, как ни странно, не был ни неприятным, ни унизительным. Все прошло быстро, уже через полчаса Тэхену показали его комнату и позволили отдохнуть и собраться с мыслями. Также ему сообщили, что король возьмёт его не раньше, чем будут получены все анализы. То есть, сегодня и завтра у него свободный день. Плакать ему запретили, чтобы не было проблем с внешностью. «Теперь ты принадлежишь Его величеству, нужно всегда хорошо выглядеть». Это было похоже на сон. На прекрасный, но невозможный сон. Он наложник, все приветливо относятся к нему, скоро он отдаст Его величеству не только первый поцелуй, но и свое тело, свою душу. И только мысли о семье отрезвляли. Не все хорошо. Они страдают, а Тэхен во дворце, счастливый, сытый и очень богато одетый. Одни ножные браслеты, наверное, стоят больше всего их дома, с участком и всей утварью. Думать об этом юноша себе запрещал, но то и дело в голову лезли эти противные мысли. Одиночество в комнате напоминало утреннее одиночество дома, и он вышел в зал. Парень с «прекрасными волосами», Чимин, сразу подозвал его к себе. — Ты вовремя. Его величество скоро придет, будет выбирать кого-нибудь на ночь. Тебя ещё рано, но хотя бы посмотришь, как это происходит. А ещё это забавно, сам увидишь. Парни переговаривались расслабленно, но напряжение чувствовал даже Тэ. Чимин выглядел самым спокойным. Он лениво рассказывал о гареме, откинувшись на спинку дивана. — Хосока и Юнги ты знаешь, это Джин, он круто готовит, но только по праздникам, Намджун-разрушитель, он однажды сломал кровать в спальне короля, вот крику-то было. Кай, Сухо, Чанель, Бэк — у них своя компашка, мы параллельно существуем. Кормят нас три раза в день плюс полдник с булочками. Пища в основном полезная, надо за собой следить. Если голодный — здесь всегда свежие фрукты. Обычно встаём в 7, как король, ложимся около полуночи. Бывает, нужно ночью вставать или рано утром, но это очень редко. Его величество может прийти в любую минуту, но чаще всего в десять вечера. «Ночное дежурство» включает в себя не только секс, но и возможность поспать рядом с ним, полюбоваться. Однажды Хосок не выдержал и помадой нарисовал Его величеству усы, как у котика. Потом мы его три дня не видели. Зато вернулся счастливый. Ещё есть, когда он принимает послов или просителей. Это сложно, потому что они смотрят в любом случае. Но приятно коситься на просителей. Они в этот момент очень жалкие, на нас смотрят, потому что выше не смеют. — А что в этом приятного? Тэхен нахмурился. Странные порядки и увлечения. — Осознаешь, насколько ты высок в государстве. Чимин хмыкнул и взял банан, спокойно начал жевать. В этот момент прозвучало грудное «Его величество прибыл!», двери распахнулись, и вошёл король. Все мгновенно встали и поклонились. — Живите вечно, повелитель. Тэхен ничего не сказал, но поклонился вместе с другими. Он чуть дрожал в предвкушении. Чонгук прошел мимо парней с улыбкой. Взял Чимина за руку и мягко коснулся губами костяшек. Тот вспыхнул, явно от удовольствия. — Завтра я планирую взять тебя посмотреть на просителей, — обратился король к Тэхену. — Ничего такого, посидишь, посмотришь. А пока… Хосок! Парень ухмыльнулся и ушел вместе с Его величеством. Тэхен огляделся. Напряжение увеличилось. Все, даже Чимин, с мрачным выражением на лице возвратились на свои места, к своим делам. — Обычно он берет на просителей для секса и унижения, а не просто «посидишь, посмотришь». Где-то подвох, — сообщил Юнги Тэхену на ухо.