Теорема без доказательства

Неверящие в будущее, до нее не доживают, умирая по дороге. И. Гете

      Сегодня тот самый день, когда в поместье Пасифики будет проводиться вечеринка, на которую Эна должна обязательно прийти. И пока она вспоминает это, одновременно смотрит на свой шкаф, в котором на плечиках висят пару штук платьев. На небольшом комоде, что стоит рядом, лежат коробочки с новой косметикой, какую девушка купила пару дней назад. Взгляд Олдридж перебегает то на шкаф, то на этот комод, и она уже некоторое время сидит и думает, с чего бы начать… да и вообще, что выбрать.       Платьев всего лишь три, но даже при таком маленькой выборе Эна никак не может определиться. Первое и самое знакомое ―это нежно-голубое платьице, в котором она ходила на своё самое первое свидание, какое свиданием так таковым назвать нельзя. Девушка вспоминает весь день в подробностях, а потом сглатывает, и чтобы не думать о плохом, переключается на другой наряд. Это длинное в пол зелёноватое платье, можно сказать, даже прозрачное, с огромным разрезом на груди. Эна невольно покрывается румянцем и сразу начинает рассматривать третье платье. Это не длинное и не короткое платье, почти доходит до коленок, чем-то напоминающее обычную красивую рубашку и приталенную высокую юбку. «Верхушка» платья выглядит, как пышная белоснежная рубашка, а остальная часть ― это тёмно-синяя юбка с пару пуговицами. Сначала Эне казалось это таким костюмом, но как только она примерила ― сразу поняла, что это просто красивая обманка. Но это даже лучше.       Эна представляет, в каких красивых нарядах придут и девушки, и мужчины, после чего глубоко и безысходно вздыхает. Она никогда не будет похожа на этих красивых дам, что хорошо красятся и умеют подбирать правильные наряды. Но ей всё равно надо решить, в чём пойти, чтобы не прийти на праздник в грязных и старых брюках с пальто. В конце концов, выбор падает на платье обманку, которое больше всего понравилось девушке, ещё в магазине. Олдридж подходит к шкафу и аккуратно достаёт оттуда свой наряд, внимательно рассматривая его со стороны, в надежде не увидеть дырок, пятна или неизвестных ниток. Но всё обошлось, поэтому Эна широко улыбнулась и прижала платье к себе, а потом, подойдя к длинному зеркалу, уставилась на своё отражение.       Казалось, будто платье на ней, но на самом-то деле это не так. Она улыбалась ещё ярче, приглаживая обманку так, будто она уже на ней. Эна представляет себя в этом платье, высоких каблуках и с красивым макияжем и причёской в огромном зале, как сверху будет светить яркая люстра, и как её свет будет направлен прямо на неё. Этот короткий миг, когда на девушку переведут все взгляды, когда она будет танцевать в самом центре, невзирая на то, что на неё смотрят миллионы глаз… а напротив будет стоять партнёр, самый лучший и восхитительный на свете, и он будет также смотреть на неё своими прекрасными глазами.       Почему-то, в образе партнёра она представляет Билла… и только его одного.       Но долго такое счастье длиться не может. Эна медленно шагала по маленькой и непросторной комнатке, делая странные движения, чем-то напоминающие танцы, но это было не так. И потом, когда она слишком сильно замечталась, споткнулась об невысокую табуретку, после чего упала вместе с платьем прямо на грязный пол. Олдридж даже не успела вскрикнуть, как уже лежала лицом в паркет, прижимая к груди свой наряд. И потребовались считанные секунды, чтобы Эна вскочила на ноги и снова начала рассматривать платье обманку, в страхе увидеть огромное пятно или заметную дырку.       Ладно, сначала всё было хорошо, но потом девушка увидела, как в самом низу краешек платья чуть порвался. Возможно, это даже незаметно, но от одной мысли, что кто-то из богатых гостей обратит внимание или увидит такое, бросает в панику. Эна не успела одеться и прийти, а уже начинает паниковать. Шить сама она не умеет, поэтому нужно как можно быстрее кого-нибудь попросить. И выбор пал на Мейбл Пайнс ― единственную знакомую Эны, кто умеет хорошо шить.       Девушка быстро, но аккуратно сворачивает платье, а потом кладёт его в найденный ею большой пакет, да так, чтобы оно не помялось. Эна быстренько переодевается в уличную одежду, а потом сверху накидывает своё любимое пальто, в котором и не холодно, и не тепло одновременно. По дороге хватает свою сумку, а в другой руке держит пакет с платьем, которое по случайным обстоятельствам успело порвать.       И почему же Эне так сильно "везёт"?

***

      Через некоторое время Эна оказывается рядом с хижиной, а рядом с ней толпы туристов. Девушка понимала, что пришла не вовремя, но отступать она не могла ― уже сегодня вечером будет вечеринка, и к этому времени надо многое сделать. Она аккуратно и незаметно проходит мимо проводившейся в этот момент экскурсии, которую ведёт не только Зус, как было раньше, но и теперь Стенли. За долю секунды Рамирез замечает Олдридж, что всеми силами старалась пробежать мимо, и машет ей рукой, широко улыбаясь. Она также улыбнулась в ответ и помахала ему рукой, после чего быстро забежала в само здание, наконец, глубоко вздыхая.       Неужели Эна всегда была таким социофобом, или она стала такой после приезда в этот городок?       Не прошло и пару секунд, как девушка услышала мужской голос, что испугал её и заставил дёрнуться. Она обернулась, прижимая к груди огромный пакет, и увидела перед собой Диппера, что держал в руках баночку с содой и слушал музыку в наушниках. Они некоторое время стояли напротив друг друга и молчали, окидывая удивлёнными взглядами, не решаясь заговорить первыми. Но как только Эна собиралась начать, парень перебил её, и между ними снова возникла неловкость. Странная и необъяснимая неловкость, которую никто из них не понимал.       Олдридж почёсывала от волнения плечо, а её друг ― затылок. Они отворачивались друг от друга, думая каждый о чём-то своём, и только потом до девушки дошло, что она пришла сюда только ради того, чтобы Мейбл зашила чуть-чуть порванное платье. И вспомнив, что у неё не так много времени, Эна сильнее прижала к себе пакет, а потом, глупо улыбаясь, заговорила с Пайнсом. Вся неловкость резко ушла, и Эна снова стала собой, разговаривая с юношей как с давним знакомым. ― Привет, Диппер, ― всё-таки решив поздороваться, произнесла девушка, глупо смеясь и почёсывая затылок, ― со мной одна проблемка приключилась… ты не знаешь, где твоя сестра? ― Конечно знаю! Она всё утро сидит в своей комнате вместе с другими девчонками… говорят, готовятся к вечеринке, на которую их пригласила Пасифика, ― Диппер вздохнул, делая глоток из баночки, ― ну, ты сама должна понимать. Там, накраситься надо, голову помыть, одежду подобрать, причёску сделать… ну, что я тебе говорю, ты сама всё понимаешь. ― Хах, да. Но всё равно, твоя сестра больше в этом разбирается, ― сказала Эна, ― я, кстати, к ней. Сегодня всё утро потратила, чтобы подобрать нормальный наряд, в итоге остановилась на одном симпатичном платье. Но, видимо, удача повернулась ко мне спиной, поэтому я вместе с ним упала на грязный пол. И ладно, если бы оно просто испачкалось! Но нет, оно порвалось!       Эна слишком наигранно закрыла руками лицо, будто сейчас заплачет, но на самом деле ей просто хотелось смеяться. Она настолько «везучий» человек, что в любой ситуации найдётся момент, который испортится своей «удачей». И даже в такой важной ситуации, когда у неё совсем нет времени и когда надо поторопиться, нашлось местечко для новых и ненужных проблем. В конце концов, девушка широко улыбнулась и потом негромко посмеялась, а за ней также негромко засмеялся Диппер, прикрывая кулаком рот. Олдридж и не знает, смеётся ли её друг над тем же, над чем и она сама. Просто им смешно, и, наконец, той неловкости больше нет.       В тот самый момент с чердака спускалась сестрица Пайнса ― голова вся в блёстках, как и одежда, а на лице розовая краска (для чего могла понадобиться краска ― Эна не знает и, наверное, не поймёт). Шатенка сначала удивлённо смотрела на своего брата и подругу, как они стоят и тихонько смеются над чем-то, чего Мейбл не знает. Но как только девушка одним резким движением оказалась рядом с ними, они замолчали, удивлённо уставившись на Пайнс. Той ничего не оставалось сделать, как широко улыбнуться и также негромко посмеяться, только на этот раз никто больше не смеялся. ― Над чем вы тут смеётесь? ― любопытство ― самая слабая черта Мейбл, поэтому она сразу стала интересоваться. ― Я тоже хочу посмеяться! ― Да просто мы уже в какой раз понимаем, что Эне по жизни очень сильно «везёт», ― сделав импровизированные кавычки пальцами, произнёс парень, широко улыбаясь. ― Да, я выбирала утром платье и в итоге вместе с ним упала на пол… и оно порвалось, ― Эна указала рукой на большой пакет, что обнимала в своих руках, ― я не очень хорошо шью, а когда в последний раз пробовала, наоборот, больше разорвала одежду. Не хочу снова бегать по магазинам и искать похоже платье. Ты поможешь мне? ― Конечно! Я только рада помочь! ― радостно выкрикнула девушка, мимолётно обнимая подругу, но сразу отстраняясь от неё, несильно сжимая её плечи. ― Мы подошьём тебе платье, потом накрасим, сделаем причёску… и от тебя нельзя будет глаз оторвать! ― Зачем так стараться? Я же ведь не такой важный гость, ― неуверенно произнесла Олдридж, сглатывая, ― я просто сольюсь с остальными людьми, и никто не будет обращать на меня внимание. ― Как так! Девушка наоборот должна привлекать на себя внимание! ― немного надув щёчки, воскликнула Мейбл, а после схватила свою подругу за запястье и повела за собой. ― Нам с тобой многое нужно обсудить. И не смей перечить мне ― мы сделаем из тебя конфетку!       Диппер просто стоял на месте и удивлёно смотрел вслед своей сестре и подруге, а те уже удалились на самый верхний этаж ― то есть на чердак. Юноша направился назад на кухню, откуда он и пришёл, а девчонки закрылись в комнате, оставаясь там ещё на долгое время.       Эна просидела в одной комнате с громкими и вечно визжащими девушками, кажется, несколько часов, но на самом-то деле прошло всего лишь сорок минут. И всё это время она сидела на кровати и молчала, пока Мейбл перешёптывалась со своими подругами и о чём-то громко смеялась, но над чем именно ― Эна даже после сорока минут мучения не поняла. Она прижала к своей груди пакет, терпеливо ожидая момента, когда Мейбл всё-таки вспомнит о ней и решится зашивать, но этот момент никак не настанет. А как только Олдридж поняла, что прошло больше полчаса, начала волноваться. Ведь если она не успеет до вечеринки, то всё пойдёт насмарку. Она обязана успеть до этого момента, но чтобы не опоздать, ей надо самой начать действовать.       Она отставила пакет в сторону, а потом, поднявшись с постели, подошла ближе к Пайнс и аккуратно дотронулась до её плеча. Оказывается, на протяжении всего этого времени девчонки выбирали себе платья среди огромного выбора, который был в шкафу. Неужели Эна настолько задумалась, что не смогла заметить таких очевидных вещей, что находятся у неё перед глазами? А впрочем, неважно. Ей надо думать кое о чём другом, а не о том, что она не воспринимает реальность, когда думает о чём-то своём. ― Мейбл, а ты долго ещё будешь выбирать себе наряд? ― неуверенно, даже волнуясь, спросила девушка, после чего руки запотели. ― Может, ты сначала зашьёшь мне платье, а потом будешь заниматься своими делами? ― Ой, извини… я совсем забыла об этом! ― улыбаясь, произнесла подруга, после чего Эна закатила глаза, скрестив руки на груди. ― Не переживай, сейчас мы быстро это решим! Девочки, а пока я буду зашивать «небольшую проблемку», вы подберите для Эны красивый макияж и причёску! ― Будет сделано, ― в итоге проговорила Кенди, так и не дождавшись ответа от Олдридж.       Она удивлённо смотрела на Мейбл, что лишь подёргала бровями, а потом толкнула девушку прямо в руки своих подруг. Они усадили Эну за небольшой туалетный столик с маленьким зеркальцем, но с огромным количеством разнообразной косметики. Даже у сестры исследовательницы такого не было, а у неё была даже отдельная шкатулочка со всеми этим. Эна сглотнула, ожидая в следующий период времени много мучений и страданий…       Так оно и было.       Проходит некоторое время, а Эна до сих пор сидит на ровном месте и читает небольшой журнальчик, который ей передали подружки Мейбл, чтобы она как-нибудь отвлеклась. Олдридж улыбается, перелистывая странички и разглядывая красивых девушек, мечтая быть хоть чуть-чуть похожими на них. Она глубоко вздыхает, а потом прикрывает ресницы, поворачиваясь на кресле с колёсиками в сторону остальных девчонок. Они стояли рядом с Мейбл и что-то держали в руках, пока та сидела на своей кровати и дошивала красивейшее платье Эны. Через пару минут Мейбл заканчивает с зашиванием, после чего победно улыбается, показывая идеальный наряд своим подругам, а уже потом самой обладательнице данной вещи.       Эна изумилась, улыбаясь ещё шире, а потом даже схватилась за щёки. Она ахнула, вскочила с кресла и подошла ближе к девчонкам, уже выхватывая из рук Мейбл своё платье, разглядывая его со всех сторон, а потом снова прижимая к своему телу. Эна покрутилась с ним, негромко смеясь, а потом остановилась в пару сантиметрах от своих подруг, которым она сильно благодарна. В первую очередь Мейбл, что нашла в своём времени минутку для неё и зашила это бедное платье. ― Ох, Эна, ты такая смешная… ― усмехнулась Мейбл, покрываясь румянцем, а потом махнула рукой, ― не стоит благодарностей. Это всего лишь маленькая дырочка, даже ты ее зашила бы! ― Нет, я буду тебя благодарить, ― уверенно произнесла Эна, после чего прильнула к подруге и обняла её, прижимая к себе и к своему платью, ― спасибо тебе большое, Мейбл. Не знаю, чтобы я делала без тебя.       Мейбл негромко посмеялась, обнимая Олдридж в ответ, а потом даже похлопала по спине. Но буквально через пару секунд настроение Пайнс сменилось с весёлого, жизнерадостного и наполненного оптимизмом на какое-то расстроенное, неуверенное и задумчивое. Эмоции на лице поменялись: Мейбл больше не улыбается, как это было совсем недавно ― теперь её лицо наполнено серьёзностью и печалью. Редко бывают случаи, когда такая оптимистка задумывается, когда её что-то тревожит, но это как раз тот самый случай. Она отстраняется от своей подруги, натягивая улыбку на лицо, и Эна сразу замечает что-то неладное. Но стараясь не обращать на это внимание, Эна начинает ещё шире улыбаться, лишь бы вернуть на лицо Мейбл ту прежнюю радость, которая по неизвестным ей причинам исчезла. В конце концов, Пайнс посмеялась, улыбаясь так же, как и раньше, сразу хватая исследовательницу под подмышку и таща назад на кресло с колёсиками. ― Ладно, нам надо разобраться с ещё одной проблемой, ― дёргая бровями, проговорила Мейбл, усаживая девушку на кресло и сразу пододвигая к зеркальцу. ― Надо бы из тебя человека сделать, Эна. ― Знаешь, я могу и сама накраситься… ― пробубнила Олдридж, но её тут же перебили подруги Пайнс, а именно Кенди: ― Не волнуйся, Эна. Это быстро, да и потом, для тебя это куда важнее. ― Именно, мы в этом лучше разбираемся, чем ты, ― продолжила Гренда, после чего со сторон девчонок послышались негромкие смешки, а Эне оставалось только сидеть и хлопать ресницами.       Подружки взяли в руки расчёски, а потом, схватив со стола тот самый журнальчик, открыли на нужной странице и начали творить. Эна зажмурилась тогда, когда на неё накинули какую-то ткань по самую шею, как бывает обычно в парикмахерской. Потом Эна вовсе решила, что находится в настоящей парикмахерской, ведь в комнате Мейбл было так много этих принадлежностей, и всеми ними девчонки пользовались, чтобы сделать нужную причёску. Интересно то, что Олдридж до сих пор не знает, что происходит на её голове, и какая будет причёска! Она машинально закрыла глаза и просто расслабилась.       Эна не понимает, почему сначала делают причёску и красят. Ведь было бы логично, если бы она перво-наперво надела платье, а потом уже накрасилась, но спорить с Мейбл бессмысленно, особенно тогда, когда она всеми силами пытается помочь. Понадобилось меньше пяти минут, чтобы исправить весь ужас на голове и сделать красивую причёску. Мейбл, хлопая подружек по плечам и уверенно улыбаясь, сказала Эне открыть глаза, после чего девушка сразу это сделала. И удивилась, увидев перед своими глазами себя с прямыми, ровными и гладкими волосами. Будто ей на голову надели парик, но это всего лишь её волосы.       Эна всегда ходила с распущенными и очень-очень запутанными волосами, которые невозможно было никогда расчесать, не затратив на это несколько часов. А тут за такое короткое время сделали французскую стрижку, да ещё своими руками! Мейбл точно не хочет пойти на парикмахера? Олдридж присвистнула, пододвигаясь ещё ближе к зеркалу и разглядывая причёску со всех сторон. Такие объёмные, такие яркие… Эна загляделась на себя, и вернуть назад в реальность её смогла только лишь Мейбл, легонько стукнув в плечо. ― Не спи, Эна! Теперь примерь это миленькое платьице! ― смеясь, проболтала девушка, после чего подкинула наряд в сторону подруги, и Олдридж, волнуясь, схватила его двумя руками. ― Я должна выяснить, как оно будет сидеть на тебе!       Эна не привыкла раздеваться перед кем-либо, даже перед девчонками, что младше её на целых четыре года. Но что-либо против она не могла сказать, поэтому быстро спряталась за невысокой ширмой. Потребовалось несколько минут, чтобы переодеться в платье обманку и не задеть красивую причёску. В конце концов, Олдридж вышла из-за ширмы, стеснительно улыбаясь и покрываясь румянцем, нервно почёсывая плечо и изредка поправляя чёлку.       Эна должна признаться: если бы не Мейбл, то она не выглядела бы настолько сногсшибательно. Конечно, девушка никогда не считала себя красавицей ― просто привлекательная девушка, которая не следит за своей внешностью, и поэтому иногда может быть похожа на мумию. Но этот момент ― исключение. А если подумать, то через некоторое время её ещё и накрасят… тогда Эна себя точно не узнает!       Красивое платье, как раз из тех, какие ей больше всего нравятся. На её хрупком теле оно смотрится ещё лучше ― прекрасно облегает тонкую талию и тонкие плечи. Эна боялась, что это платье ей не пойдёт, что через некоторое время оно будет смотреться хуже, чем в кабинке магазина. Но нет, через пару дней оно стало даже лучше выглядеть на ней!       Мейбл быстро подоспела и поставила напротив Олдридж небольшие чёрные туфельки с каблучком, после чего сложила руки по бокам и сказала подруге обуться. Эна сглотнула, боясь растянуть обувь или упасть, даже несмотря на такой невысокий каблук. Поэтому Мейбл раздраженно выдохнула, легонько хмуря брови: ― Да не переживай. У меня лапа выросла, поэтому эти туфли мне больше не пойдут… а тебе они как раз впору!       Мейбл негромко посмеялась, прикрывая рукой рот, и Олдридж также посмеялась, аккуратно обуваясь. Она замерла на месте, внимательно разглядывая маленькие чёрные туфельки, которые как раз подошли ей. И Эна даже удивлена. Неужели нога никак не выросла, и она так и остановила свой рост на тридцать пятом размере?       Мейбл знала, что девушка не устоит на слишком высоком каблуке или всё время будет спотыкаться, поэтому и дала ей эти миниатюренькие туфельки. Но ноги не будут голые, хотя Эна была бы рада этому, нежели находиться в таком виде.       Чёрные чулки в белый горошек.       Эна удивлённо смотрела на Пайнс, что стоит напротив неё и держит в руках недлинные чулки, и это больше всего смущает. Мейбл снова дёргает бровями и хитро улыбается, и Олдридж ничего не остаётся, кроме как сглотнуть и протянуть руки, чтобы забрать аксессуар одежды себе и после одеться.       Потребовалось ещё несколько минут, чтобы нацепить на себя эти тупые чулки. Эна уже успела разлохматиться, но Мейбл быстрым движением расчёски всё исправила, а потом ещё встала в сторону и внимательно уставилась на подругу. Эна снова ничего не понимает. Эти чулки не только портят весь наряд, да ещё всё время соскакивают! Хотя Мейбл и её подружки думают совсем по-другому, и в итоге Олдридж пришлось согласиться с ними.       Сейчас Эна находится рядом с зеркалом, смотря на себя и удивляясь тому, насколько она привлекательно выглядит. Она аккуратно присаживается на кресло и приближается к зеркалу уже на нём, и сзади неё сразу появляются подруги. Исследовательница знает, что её сейчас начнут красить, поэтому снова прикрыла ресницы и, глубоко вздохнув, расслабилась на спинке кресла.       Ей накрасили ресницы, сделали неяркие тени и даже помазали тональный кремом, хотя он здесь даже не нужен. В итоге, когда Эна открыла глаза, увидела перед собой красивую девушку, но никак не саму себя. Она аккуратно дотрагивалась до своего лица и боялась стереть крем, продолжая изумительно разглядывать своё новоиспечённое личико.       Эна нервничала. Потому что впервые идёт на такие мероприятия красочно и более… по-женски? В прошлые разы, например, на школьный выпускной, она пришла в строгом чёрном костюме, когда все её одноклассницы пришли в ярких коротких платьях. А также на выпускной из университета ― она пришла всё в том же чёрном строгом костюме и совсем одна, когда у остальных было по паре, и все они были наряжены так, будто бы пришли на бал. И Эне каждый раз было стыдно, что она так приходит… но даже после первого неудачного прихода она могла прийти нормально. Хотя всё равно пришла также. Ведь она не разбирается в этом, да и в чём смысл так стараться, когда на тебя всё равно никто не обращает внимание?       Мейбл ещё раз расчесала ей волосы. После этого она щёлкнула пальцами прямо перед носом своей подруги, завершая это долгое и серьёзное «испытание». Эна не ожидала этого щелчка, поэтому дёрнулась, окидывая девушку одновременно удивлённым и рассерженным взглядом. ― О Боже, Эна! Ты необъяснимо сказочная! ― проговорила Кенди, хватаясь за щёки и широко улыбаясь. ― Тебе надо почаще так одеваться! ― Кенди права! Ты выглядишь замечательно! Мейбл, ты хорошо постаралась, ― проговорила Гренда, также широко улыбаясь. ― Ой, ну что вы… ― краснея ещё сильнее, но теперь из-за этих комплиментов, говорила Эна, даже легонько улыбаясь и прикрывая рукой розоватые щёки, ― не надо так говорить. Вы будете куда лучше меня выглядеть, честное слово! ― Ах, да. Нам бы тоже надо начать переодеваться, ― продолжала Кенди, ― Эна, ты можешь пока-то что подождать нас. Через некоторое время за нами заедет Пасифика на своём лимузине, поэтому нам не придётся идти и пачкать себе ноги! ― Серьёзно, сюда заедет Пасифика? ― изогнув бровь, спросила девушка. ― Да. Мы должны приехать чуть пораньше, так попросила Пасифика, ― говорила Гренда, ― подождёшь нас внизу, хорошо?       Эна не стала ничего говорить ― просто спустилась вниз, напоследок кивнув и помахав рукой. Оказывается, даже с таким невысоким каблуком сложно спускаться с порожков вниз, а Эне надо хоть как-нибудь добраться до первого этажа. Как-никак, она спускается вниз, чуть не споткнувшись и не упав лицом на деревянный пол несколько раз. Слава богу, всё обошлось, и Эна смело вступила на ровную поверхность, глубоко выдыхая.       Она медленно ходит по всей хижине, потерявшись в своих мыслях. Проходит несколько минут и Эна оказывается рядом с выходом, но вскоре она вспоминает, что обещала подождать подруг, да и потом, Пасифика через некоторое время сама должна приехать и забрать их. Эна внимательно смотрит на настенные часы, наконец, возвращаясь назад в реальность, и понимает, что просидела в Хижине Чудес несколько часов.       Без пяти минут пять.       Олдридж понимает, что всё время ходить из стороны в сторону не получится, поэтому устремляет свой взгляд на автомат со вкусняшками, который снова был открыт. Эна повернулась в разные стороны и, не увидев никого, быстрым шагом направилась к этому подвалу, аккуратно переступая каждый порожек и в итоге спускаясь в самый низ, где и находился сам Стенфорд Пайнс.       Он сидел за своим рабочим местом, а напротив него был небольшой квадратный телевизор, со своими, конечно, изъянами, но смотреть можно. Одновременно смотрел вечерние новости, которые как раз начались, и также перелистывал какую-то книжку, переводя взгляд то туда, то оттуда. Эна замерла на месте и, нахмурившись, уставилась на маленький экран, но никак не на старика, что, наверное, даже не подозревает о том, что сзади него стоит девушка.       «Это вечерние новости и с вами Шандра Хименес. Сегодня у нас хорошие новости для большинства жителей Гравити Фолз. Все мы знаем, что почти два месяца назад в нашем городе завёлся маньяк, что убивал невинных людей, не оставляя за собой никаких следов. Наша полиция занималась этим делом и спустя долгое время смогла выяснить новую информацию, которая, как они заявляют, станет решающей. В данный момент наши сотрудники полиции хотят обойти все подозреваемые дома и квартиры, обыскать их и, надеемся, найти того самого убийцу. Просим вас быть осторожными до того момента, а пока перейдём к следующим новостям…»       Эна не особо слушала эти новости, только первые слова, а потом сразу перевела свой взгляд на старика, что сидел напротив и занимался какими-то делами. В конце концов, чтобы хоть как-нибудь сгладить ситуацию и перебить голос репортёрши, Олдридж негромко кашлянула, прикрывая кулаком рот. Этот звук не только заставил Стенфорда повернуться в сторону исследовательницы, но и оторваться от своего дела и перевести всё внимание на девушку. ― Эна! Боже, ты просто замечательно выглядишь! ― счастливо улыбаясь, проговорил Форд, протягивая свои руки и аккуратно похлопав девушку по плечам, после чего она покраснела и негромко посмеялась. ― Ты что, тоже идёшь на эту вечеринку? ― А вы откуда знаете об этом? ― Дети обо всём рассказали. В основном Мейбл, это даже неудивительно, ― посмеялся Стенфорд, ― повторюсь, ты тоже туда идёшь? ― Да, конечно. Пасифика меня в первую очередь хотела пригласить, но никак не могла дозвониться, ― улыбнулась Эна, ― а вы что тут делаете? Вижу, вы чем-то здесь занимаетесь… и мне интересно знать чем. ― Ох, Эна, какая же ты любопытная… я как раз хотел с тобой об этом поговорить, ― мимолётная радость сменилась на серьёзность, с лица исчезла улыбка и осталась только одна безэмоциональность. ― Проходи и присаживайся, нас ждёт серьёзный разговор.       Эна удивлённо уставилась на старика, что протягивал руку и указывал на стул рядом со своим рабочим местом. Но стоять на месте и просто молчать она не могла. Она прошла мимо Форда и села на то место, на которое он указал, а потом наблюдала за тем, как старик присаживается напротив неё. Стенфорд широко вздыхает, а потом, серьёзно глядя на взволнованную исследовательницу, начал разговор: ― Я бы хотел поговорить с тобой о Билле.       Эна удивлённо вздёрнула брови, а потом сглотнула, переводя взгляд то на учёного, то в какой-нибудь угол. Но в итоге пришлось продолжить: ― Но… о чём? ― Я долго думал насчёт всего этого, ― вздыхал Форд, ― и понял, что это куда сложнее и серьёзнее, чем нам с тобой может казаться. Я не могу представить, для каких целей Билл может использовать твою душу, но я точно понимаю, что не в самых лучших. Будет очень плохо, если он доберётся до тебя и заберёт твою душу. Ты наверняка и сама это понимаешь. ― Ну… да, будет не очень приятно, ― Эна съёжилась, почувствовав дрожь по всему телу, ― но всё равно, мы не знаем, для чего Биллу это нужно. ― Вот именно. И это самое страшное, ― говорит Форд, положив свою руку на плечо девушки, ― я волнуюсь не только о тебе, Эна, но и обо всём мире. Представь, что случится с нашей планетой, если Билл каким-то способом окажется за пределами Гравити Фолз… а если он заберёт твою душу… мне даже страшно представить, что будет потом. ― Да, но… вы же ведь не знаете, что даст ему моя душа… ведь так? ― неуверенно пробормотала исследовательница, сильно потея и почёсывая плечо. ― Не знаю, но если Билл до сих пор ничего не сделал, значит, ему что-то мешает. Я предполагаю, что твоя душа что-то ему даёт, и это не простое владение ею. Возможно, она придаст ему силы для освобождения за границу Гравити Фолз, ― промямлил старик, поправляя очки, ― а ты как сама думаешь?       Эна удивлённо, приоткрыв рот и вылупив глаза, уставилась на Стенфорда, что также шокировано глядел на девушку напротив. Но в отличие от учёного, что удивлялся по-другому поводу, Олдридж понимала, что её почти что раскрыли, из-за чего и замерла на месте, уставившись в его лицо.       Билл частенько говорил Эне, что Стенфорд не такой глупый человек, как большинство людей живущих на нашей планете. Это один из самых сообразительных смертных, каких только встречал демон за всю свою долгую жизнь. Поэтому неудивительно, что он так быстро догадался. Точнее, он только предположил, но его догадка движется в верное направление… а если дать старику чуть больше времени подумать, изучить данные и информацию, то тогда он точно узнает всю правду, и тогда будет не до шуток.       Эне очень страшно. Она буквально обманывает всех, с кем общается до сих пор, не считая демона, что и является виновником всех этих неприятностей. Любое неправильное действие приведёт к неожиданным последствиям. Эне страшно представить, что с нею сделают Пайнсы и жители всего городка, если вся тайна вскроется. Олдридж не видит в этих людях каких-то жестоких монстров, но в случае смертельной опасности даже самые мирные люди будут похожи на самых настоящих чудовищ.       Вскоре прийти в себя Эне помогает Стенфорд, что легонько потряс девушку, окидывая её недовольным и серьёзным взглядом. Та дёрнулась, прижимая руку к груди и пытаясь отдышаться, как будто её только что напугали. ― Эна, не переживай так сильно, ― начал Форд. ― Я тут кое-что придумал… но оно может тебе не понравиться.       Эна на этот раз нахмурила брови, скрещивая руки на груди. Через секунду она изогнула бровь, с подозрением глядя на учёного. ― Тебя надо спрятать, ― проговорил старик, но потом испытал на себе рассерженный взгляд, ― не воспринимай это так. Просто тебе надо уехать из Гравити Фолз и как можно скорее. Билл не способен выбраться за пределы города, но если это каким-то способом произойдёт… ты должна быть очень далеко отсюда и в самом безопасном месте. ― Но ведь… это вам надо прятаться, ведь только вы знаете, как избавиться от этого поля. Всё, что для этого нужно ― это простое уравнение, и только вы его знаете.       Форд вскинул брови, удивлённо глядя в сторону Олдридж, что в тот же миг замолчала, сглотнув. Она поворачивала голову из стороны в сторону, пытаясь хоть как-нибудь отвлечься, но учёный продолжал глядеть на неё, и Эна не понимала, почему он так шокирован. Но через минуту он снова нахмурился и посерьёзнел: ― Возможно. Но я смогу защитить себя в случае опасности. А ты хрупкая и нежная девушка, у которой впереди долгая жизнь. Мне недолго осталось, рано или поздно меня не станет, и тогда Билл больше никогда не сможет выбраться за пределы города. Но единственный его шанс ― это ты. И ему нельзя дать воспользоваться им. ― И что вы хотите сделать… именно? ― Отвезти тебя в тот город, в котором тебя никто не найдёт, ― от подобных слов девушка снова нахмурилась, сильнее разозлившись, ― ты же ведь сама видишь, что в этом городе тебе не везёт. Есть много мест в нашем мире, какие полны паранормальными явлениями! Уверен, тебе повезёт в том городе, в котором будет безопасно… у меня есть на примете парочку таких, могу предложить.       Стенфорд нежно улыбнулся прямо в лицо исследовательницы, пока та смотрела на него волнительным взглядом. Она вся дрожала, потела, а по телу пробегали мурашки. Через секунду она съёжилась, поглаживая свои плечи и в страхе направив взгляд в другую сторону, чтобы не смотреть в глаза учёного.       Она не может просто так прятаться, когда ей ничего не угрожает. Она-то всё понимает, теперь известно, для чего именно Биллу нужна её душа, зачем он всё это делает и какие цели преследует. Но больше всего важно то, что демон не собирается убивать её и забирать душу, в которой хранится вся его магия, с помощью которой он сможет снова захватить весь город и потом схватить Стенфорда. А там уже проще всего ― выпытать у старика глупое уравнение. После этого Билл станет всемогущ, захватит всю планету и Солнечную систему, а потом переключится на другие галактики и реальности. Но для этого нужна душа Эны, которую он не собирается забирать. Тогда вопрос ― как он собирается достигнуть своих целей?       Эне кажется подозрительным и странным предложение Стенфорда, поэтому она глупо улыбается, стараясь отвести тему, чтобы хоть как-нибудь сгладить нагнетающую обстановку. Она аккуратно встала, поправила своё платье, а потом, похлопав старика по плечу, проговорила: ― Извините, но это предложение кажется мне… странным. Я, конечно, подумаю насчёт этого, но я не собираюсь так быстро сдаваться и уезжать из этого города. Спасибо за предложение, извините ещё раз, но мне надо идти.       Эна помахала рукой и попрощалась со стариком, улыбнувшись ему напоследок. Она снова стала подниматься наверх, а Стенфорд повернулся назад в сторону своего рабочего места и задумался, уходя в мир своих мыслей.       Эна через какое-то время поднялась на верхний этаж, а потом глубоко задышала, злым взглядом окидывая чёрные туфельки, от которых ноги уже заболели. Олдридж хотелось снять эти туфли и швырнуть куда-нибудь в сторону, но в тот самый момент в дверном проёме появился Диппер, одетый в красивый строгий чёрный костюм с галстуком. Он шёл к выходу и одновременно поправлял свой аксессуар, как тут столкнулся с девушкой, что удивлённо смотрела в его сторону и поражалась тому, что юноша оделся так красиво. ― Диппер! Неужели это ты? ― усмехнувшись, произнесла исследовательница и потом прищурилась, хитро глядя покрасневшему юноше в лицо. ― Ты прям другим человеком в этом костюме стал. ― Хах, Эна, я сначала и не понял, что это ты говоришь… ― улыбнулся парень, ― ты очень красиво выглядишь. Вижу, Мейбл хорошо выполнила свою задачу. ― Да… Мейбл в этом всём лучше меня разбирается, ― в ответ улыбнулась Эна, ― а, кстати, они ещё не выходили? ― Обещали через секунду спуститься, ― промямлил Диппер, почёсывая затылок, ― а ты что, с дедушкой Фордом разговаривала? ― Да, мы немного поболтали там… о важных вещах, ― сглотнув, произнесла Олдридж, поправляя краешек платья, ― но это не особо важно. Не забивай свою голову.       Эна приуныла, отворачиваясь от юноши, а потом услышала голос девчонок, что спускались с чердака. Девушка некоторое время стояла, прижимаясь к стене и молча наблюдая за природой за окном, пока сестра Диппера и её подруги радостно подбегали к ним и о чём-то трепетно болтали. И как только Эну окликнули, она перевела взгляд на подруг и серьёзно уставилась на них.       Эна перевела взгляд на девчонок и внимательно рассмотрела их наряды. Конечно, куда без красивых стрижек и косметики, но больше Олдридж волновало платье. Кенди надела яркое, голубое платье, длинною в пол и с открытыми плечами, а на ногах были чёрные туфельки, похожие на обувь Эны. Гренда была одета в жёлтое прямое платье, и даже формы девушки ничего не портили. Исследовательница засмотрелась на красивые наряды подружек, а потом перевела взгляд на Мейбл, что, кажется, была ярче всех здесь.       На Мейбл было яркое розовое платье до самых коленок, с пышным верхом и таким же пышным низом. Расклешенное, с красивым малиновым поясом-бантиком и огромным количеством блёсток по всей груди. Платье идеально смотрится на ней, хорошо прилегает к телу и показывает, насколько Пайнс худая и симпатичная девушка. Высокие каблуки удивляют Эну и заставляют задуматься, как дамы вовсе ходят в такой обуви. Но исследовательница сразу переводит взгляд на счастливое лицо подруги. ― Вы все готовы? ― улыбаясь, спросила Пайнс. ― Мы всегда готовы, ― ответила Гренда. ― Как скоро должна приехать Пасифика? ― поинтересовался Диппер, изогнув бровь и положив руку в карман брюк. ― Откуда мы должны знать? Она твоя девушка, а не наша, ― усмехнулась сестра, после чего все негромко посмеялись, а Диппер покраснел и окинул Мейбл недовольным взглядом. ― Мейбл!       На улице уже начинало темнеть, даже несмотря на то, что ещё не так уж и много времени. Эна переводит взгляд с подруг и Диппера на окно, внимательно разглядывая всё то, что происходит снаружи, и думая о том, о чём ей недавно сказал Стенфорд. Это странное предложение, которое заставляет девушку задуматься и отвлечься от более важного события, которое происходит в её жизни. Нет, Билл всегда будет на первом месте, но сейчас стоит и от него отдохнуть и просто развеяться.       Проходит некоторое время и Мейбл собирается звонить своей подруге и спрашивать, когда она уже соизволит приехать за ними, как тут же они все услышали посторонний шум. Эна ещё заметила из окна, как к дому подъезжает длинный чёрный лимузин, после чего даже сглотнула. Она ведь никогда не ездила в лимузинах, и это будет в первый раз! Олдридж вся в предвкушении, собственно, как и все остальные.       Лимузин останавливается, и все выходят на улицу, до этого Пайнсы попрощались со своими двоюродными прадедушками. Там уже стоит Пасифика, одетая в красивое фиолетовое платье, облегающее всё тело, и ждёт, что-то читая по телефону. Вскоре она видит своих друзей и встречает их приветливой улыбкой, а шофёр открывает дверцу лимузина и пропускает всех внутрь. Эна садится самая последняя, напоследок повернувшись в сторону хижины и окинув её растерянным взглядом. Девушка не понимала, что именно её волновало в этот момент, но в груди было странное чувство, будто сейчас произойдёт что-то странное…       И она не в первый раз такое чувствует. А если это чувство присутствует, значит, оно так и будет. Эна не знает, что ждёт её впереди, но она садится в лимузин, а потом всю дорогу смотрит только в окно, внимательно оглядывая густой хвойный лес, что тянулся длинной полосой по всему городу.