rainbow psychology

      — Да неужели!       Именно это сказал Слава, оказавшись вне заточения из ада школы. «Любимая» парнем классная руководительница Лариса Алексеевна, которая так же являлась преподавательницей математики, в очередной раз задержала Новикова после уроков. Да, у юноши были проблемы с учёбой, а в особенности с алгеброй и со всеми остальными «технарскими» предметами.       На часах было 17:30, а к шести, если верить словам его матери, Славе уже надо быть у психолога.       — А может, к черту его? — парень мог бы переждать время, отведённое для сеанса уже ненавистного ему специалиста у его друга, или же просто пойти гулять, но… Он прекрасно осознавал, что если пропустит эту «консультацию», то об этом обязательно доложат его маме, а тогда ситуация втройне усугубится.       Слава начал нервно копаться в карманах, куда он положил ту самую записку с адресом.       «Да куда уже она подевалась?» — крутилось в мыслях у парня. Он действительно долго искал злосчастную бумажку. После её обнаружения, парень двинулся к остановке.

***

      Сидя в идеально чистом коридоре, Слава рассматривал различные странные картины, висящие на стенах, чтобы успокоить себя от приступов гнева. Он, блять, с горем пополам добрался до этого ебучего здания, где арендовал кабинет его «любимый» психолог; сначала парень проспал нужную остановку, а осознал это, когда доехал до конечной, поэтому затрат на маршрутку было в два раза больше. Затем, наконец-то доехав до нужной остановки, он потерялся на местности, поэтому ему пришлось искать точный адрес здания, а затем спрашивать у прохожих где это, — неудивительно, но почти каждый шарахался от него, или же отвечал односложное «я не знаю, парень, спроси у другого человека», взглядом намекая на то, чтоб Слава отъебался от людей. Через минут 10 юноша, наконец-то, нашёл этот ненавистный дом, уже просто проклиная всех на свете, а в первую очередь психолога (да чтоб его, блять, десять негров в жопу выебали!), Слава подошёл на ресепшн, и он осознал, что проделал весь этот сложный путь, только для того, чтобы ему, блять, сказали, что «он задерживается, подождите ещё немного!». Сейчас уже была половина седьмого, парень очень сильно хотел есть, спать и просто уйти домой, а этот мозгоёб все ещё не пришёл.       Внезапно в узкий коридор влетел запыхавшийся парень. Слава окинул его взглядом: чёрные джинсы, белая рубашка, черный галстук и полный беспорядок в волосах насыщенно серого цвета. Тем временем, незнакомец прислонился к стене, пытаясь восстановить дыхание и хватаясь за сердце. Он даже и не заметил подростка. Да и знаете, ему хотелось, чтоб этот человек был его психологом, потому что Слава уже хотел прибить этого опаздывающего засранца.       — О, привет! — внезапно, этот парень устремил взгляд на подростка. Возможно, это было и что-то типа внушения, но Славе уже было не комфортно под прицелом (вау, у него разные глаза!) голубого и зеленого глаз. Он поёжился. — Кажется, ты… Вячеслав Новиков?       — Ага, это я, — психолог начал отпирать дверь своего кабинета, запуская юношу внутрь.       Кстати, изнутри эта «комната пыток» выглядела не так уж и плохо; как минимум, наручников тут не было. Наоборот, создавалась приветливая атмосфера: кажется, мозгоёб любил растения, и причём очень сильно, судя по обилию разных видов цветочков везде, где можно. Слава не был силён в биологии, но выглядело это всё впечатляюще. Психолог сел за аккуратный, прибранный стол со статуэткой кошки рядом с календарем, который стоял справа от него.       Слава неуверенно, будто бы стесняясь сел на стул, напротив психолога, ожидая, что ему скажут.       — Здравствуй. Меня зовут Эдуард. Называй меня, пожалуйста, именно так, — он смотрел в упор на юношу.       «Эдик-педик, блять» — подумал про себя Слава. Ему казалось, что если он не пошутит банальную рифму на имя психолога, это будет грехом.       — Хорошо, приятно познакомиться, Эдик, — гаденькая ухмылка соскользнула с губ подростка, наблюдая за реакцией на сокращение имени у психолога.       «Специалист» глубоко вздохнул и вслух посчитал до пяти.       — Выполняй мои просьбы, пожалуйста. Хотя бы насчёт имени, ладно?       Слава решил проигнорировать старшего.       — Молчание знак согласия. Так с чем же ты, мой дорогой юный клиент, пришёл сюда?       — А вам разве не сказали? Думал, моя мать уже рассказала о случившемся всем, кому не лень… ладно, так уж и быть, поведаю вам свою печальную историю! — Эдуард, похоже, в упор не слышал иронии в голосе Славы, смотря на подростка заинтересованно, что заставило его в мыслях просто биться в истерике. — Вся наша огромная семья… ох, мне так тяжело говорить!.. — Новиков наигранно шмыгнул. — … собралась на даче у тёти. Было довольно-таки весело, мы развлекались как могли, только… если бы не случился один ужасный казус, который заставил мою психику пошатнуться! Ох, это просто ужасно! Этот случай оставил кровавую рану в мой душе, я до сих пор не могу поверить в это! Рыбка… рыбка моей двоюродной бабушки по линии прадеда троюродной сестры моей мамы… она… — на этих словах, юноше все-таки удалось выдавить несколько слёз из своих глаз, — она умерла! — выпалил Слава. Он вложил в голос всю трагичность и применил просто искусное актерское мастерство, а затем заржал на весь кабинет, как придурок, потому что лицо Эдика надо было видеть. Подросток все ещё продолжал дико смеяться, пытаясь зажать рукой рот, а психолог смотрел на него, как на ебанутого. Хотя, почему как? Эдуард ожидал всего, но не этого. Ох, кажется, натерпится он с этим парнем ещё.       Именно поэтому старший и боялся работать с подростками.