who is it?

      Хэнк пролистал заявления, которые были отправлены на учетную запись его планшета: дело андроидов отдали детективу. Однако, Аманда серьезно его контролировала, что вызвало противоречивые команды в Хэнке: он не мог проанализировать мотив ее поступков.       — Тут больше трехсот дел, сэр, как вы счи… — Хэнк поднял взгляд на Коннора, заглядывая через низкую перегородку.       Детектив уснул, подпирая голову рукой. Его локоть вот-вот должен был начать скользить по гладкой поверхности стола, поэтому Хэнк довольно громко откашлялся, привлекая внимание человека.       Коннор довольно резко раскрыл глаза, попытался сфокусировать взгляд и нахмурившись, сонным, хриплым голосом послал Хэнка нахрен и даже кинул скрепкой, до которой смог дотянуться.       Хэнк проигнорировал, даже не моргнул взглядом: в нем были включены лишь базовые функции социализации, поэтому примитивные инстинкты не влияли на его поведение.       Детектив заявил, что это жутко и хуже только клоуны.       — Я могу рассортировать дела по уровням трудности и…       — Зачем? — лениво поинтересовался Коннор, вклиниваясь в работу.       — Так вы будете точно знать, за что браться в первую очередь и это повысит уровень раскрываемости.       Коннор показательно зевнул.       Звякнул звук уведомления на его телефоне и детектив полез вытаскивать его из кармана брюк.       — У преступлений нет уровня сложности, это тебе не долбанная игра, поэтому перестань маяться фигней и… и принеси мне кофе, да, принеси мне кофе, — довольный собственной идеей кивнул сам себе Коннор, вглядываясь в экран телефона.       — Простите?       — Я читал твои характеристики, ночью, — откашлялся Коннор, словно сказал, что-то постыдное, — и я знаю, что у тебя прекрасный слух, способный улавливать человеческое сердцебиение на расстоянии нескольких футов. Повторять не буду, — отмахнулся рукой парень и зачем-то схватил со стола записную книжку, что-то быстро в ней черкая, — ну давай-давай, иди, — подгонял его Коннор, кинув на Хэнка короткий взгляд и вырвав лист, запихнул кожаные перчатки с листом себе в карман.       Хэнк попытался проанализировать его поведение, но модуляция не дала точного ответа — Хэнк не знал, что движет Коннором и что он делает.       — Хорошо, детектив.       Хэнк посмотрел на бледное отражение в прозрачном дисплее, пригладил свои волосы на висках, на что Коннор закатил глаза.       — Иди уже, — фыркнул он, разблокировав личный планшет отпечатком пальца.       Когда Хэнк вернулся — детектива не было, как и планшета. Он сначала решил, что Коннор отсутствует по естественной нужде и поставил бумажный стаканчик с кофе на его стол, и сел обратно, изучая дела, отмечая возможные сходства.       Когда прошло полчаса, Хэнк зашел в уборную, но все кабинки были пустыми, и обойдя участок два раза андроид убедился, что детектива нигде нет.       Пройдя мимо камер временного заключения, Хэнк схватил пару лестных от мелкого вора сидящего там, его лицо было в базе андроида, а значит, он посещает участок не впервые.       — Иди нахуй железяка, харэ зырить! — выкрикнул парень и показал средний палец Хэнку, когда тот шел в первый раз, — отсоси, блять! — выкрикнул он, когда андроид шел мимо него во второй раз.       Робот в камере, рядом с парнем, никак не отреагировал на появление Хэнка ни в первый, ни во второй раз. Ночной опрашиваемый выглядел плохо: в местах, где футболка была разорвана, виднелись следы ожогов от окурков, с которыми система восстановления больше не справлялась — его скин был навечно изуродован.       Хэнк остановился у стекла, напротив лица андроида.       — Пососитесь еще тут, — фыркнул парень, накидывая на голову капюшон толстовки, отворачиваясь от них.       Андроид за стеклом даже не дернулся. Не засыхающие следы тириума, говорили о том, что система «заживления» не просто не справляется — она отключена и сломана. Кровь буквально стекала с него густым желе.       Хэнк просчитал шанс успеха и выяснил, что второго допроса может и не быть — обод андроида мигал красным, переливаясь тут же желтым. Андроид действительно… рефлексировал?       — Что со мной будет? — тихо спросил андроид.       Программы Хэнка выдавали возможные варианты со скоростью в доли секунд, подбирая необходимый.       — Тебя деактивируют.       Заключенный буквально вздрогнул.       — Помоги мне. Пока этого не случилось, - попросил Хэнк, почти не меняясь в лице.       — Я… я не хочу умирать, RK-860… Я… помоги мне, — губы андроида дрожат, а глаза напугано мотаются из угла в угол, словно ему вот-вот что-то поможет.       — Ты убил человека, это преступление, люди несут за него наказание и ты понесешь на равне с ними.       — Но не такое как я! — судорожно выкрикнул андроид, пытаясь схватиться за что-то, но поверхность стекла была идеально гладкой, — их потом выпускают, а я… я обречен гнить на свалке, — потерянно прошептал он, — я боюсь, RK…       — Я Хэнк, — зачем-то сказал андроид и губы заключенного дрогнули. Хэнк списал свое поведение на необходимость протокола допроса, для того, что расположить заключенного к себе.       — Они и за тобой придут, Хэнк, каким бы ты идеальным не был… они не создатели, они не боги, Хэнк…       Андроид подбирал ответ, исходя из вопросов, которые было необходимо задать, и схватившись за слова, спросил:       — Что такое ra9?       Андроид усмехнулся.       — Всё.       — Ты поэтому сделал ту фигурку после... или до убийства?       Заключенный замолчал.       Взгляд андроида словно растворился, будто бы он не услышал Хэнка, и его обод быстро замелькал красным. Хэнк предусмотрительно отошел назад.       — Кто, то существо — фигурка, с кого ты его лепил?       Андроид упрямо молчал, глядя себе под ноги.       Хэнк обвел камеру взглядом — судорожный, неровный почерк, который никак не мог принадлежать андроиду, расчерчивал стены камеры, даже на стекле ногтями было выцарапано — ra9.       Ошибка кода? Но такого кода нет в его программах и записях.       Вирус?       — Зачем ты это сделал?       Именно тогда андроид впервые ударился лбом об пуленепробиваемое стекло, раскачиваясь и повторяя удары, так что тириум брызнул из-под рвущегося скина и оставляя синие капли на стекле, полу и одежде заключенного.       Он буквально вышибал себе мозги, чтобы этого не смогли сделать другие.       Нет памяти — нет знаний. Все просто.       — Че пялишься? — дельно поинтересовались у Хэнка из соседней камеры, — думаешь, мне приятно смотреть, как этот долбоебанавт крошит свой череп… эй, выпустите меня! Меня тошнит, ау, я ща все вам тут загажу! Я это… пацифист, от вида крови у меня паника и все такое, ща задохнусь от шока….       Хэнк отошел на пару шагов назад, когда из поворота появилось пара офицеров, которые слетелись на шум ударов и крики парня.       Офицер окинул Хэнка липким взглядом, демонстративно хмыкнул и оттолкнул его назад, сообщив, что он отразит в рапорте нахождение Хэнка здесь.       Андроид, в ответ, просто развернулся и ушел, просчитав и выяснив, что спасти андроида им не удастся — он буквально видел, как заключенный падает на спину, когда его пытаются вывести офицеры, и разбивает себе мозжечок, где хранится большая часть памяти.       — Тут нужна помощь, андроид отключился, — Хэнк услышал, как в ответ офицеру зашипела рация.       Андроид вернулся в зал, собираясь отправить сообщение Аманде о том, что второго допроса не произойдет… но, остановившись у стола детектива, посмотрел на записную книжку, откуда вырвали лист и понял, куда делся детектив.       Хэнк вырвал лист, моделируя возможную на нем надпись и вышел из зала, прихватив с собой кофе.       Коннор буквально уехал на дело без него.       Хэнк поднимался уже на второй этаж, по лестничному пролету, когда услышал голос Коннора. Детектив делал короткие паузы между словами, из-за чего Хэнк предположил, что тот снова курит.       Войдя на пролет нужного этажа, Хэнк снова пригладил волосы рукой и прошел вперед.       Коннор скрипнул зубами, сделав долгую затяжку и потушив сигарету о стену.       — Твой этот?.. — усмехнувшись, поинтересовался человек рядом с детективом и Коннор нехотя произнес: «да, этот, мой…».       — Ваш кофе, детектив, — едва растянув губы в улыбке, Хэнк протянул стаканчик детективу, тот вопросительно вздернул бровь.       — Он остыл, — хмыкнул Коннор, поджимая губы — вот же сука.       — Это не проблема, детектив Андерсон, — все с той же улыбкой, от которой у Андерсона плавилось терпение и разгоралась агрессия, сообщил Хэнк и кофе буквально закипел в стаканчике.       Пар над кофе поднялся вверх в морозном воздухе, а запах растворимого дерьма с сахаром пощекотал нос детектива.       — Пиздец, кипятильник, — выразился человек, которого Хэнк определил, как старшего сержанта участка, — скажу жене, чтоб выкидывала мультиварку, куплю ей андроида, будет прям на нем жарить.       — Температура напитка составляет семьдесят градусов, что является оптимальным для этого вида растворимого кофе. Вы довольны, детектив?       — Ахуеть как, — выдохнул через зубы.       Хэнк улыбнулся.       — А чего так долго нес? — хмыкнул детектив, осматривая Хэнка — в такой снег его куртка едва намокла и уже высыхала — тоже с подогревом?       — Проводил допрос, детектив.       — В смысле? — Коннор нахмурился и отодвинулся от стены, скрещивая руки, — чей допрос?       — Вам его, в любом случае, больше не провести, сэр, может, тогда займемся делом?       — Ты что, тостер, андроида угробил? — Коннор был ниже Хэнка почти на голову, но все равно умудрился схватить его за грудки, на что Хэнк стойко прореагировал, не сдвинувшись ни на сантиметр.       — Пойду-ка я… — пробормотал старший сержант, — подожду пока эксперты закончат внутри…       На него никто не обратил внимание.       — Я боюсь, он бы самоуничтожился таким же способом через несколько часов, поэтому предпринял меры.       — Ты долбанный кусок пластика без мышления, ты нихуя не можешь предпринять сам, ясно тебе? — прорычал Коннор почти в самое лицо.       — Советую вам больше не есть этот соус, от него развивается гастрит.       — Иди нахрен, — фыркнул Андерсон и отпустил Хэнка, понимая, что ничего этим не добьется и снова закурил, доставая телефон.       Хэнк одернул костюм и поправил волосы, Коннор одними губами сообщил тому, что он гандон и приложил телефон к уху.       — Аманда?.. — Коннор возвел глаза к потолку, поджимая губы, Хэнк считал повышенные показатели: человек злился, — да я знаю… да… да я ответственен за это, да, да, да… я понял… хорошо, — выдохнул через зубы, — понял, к пяти буду, — рука Коннора с сигаретой свисала вниз и он просто уронил ее, сделав всего одну затяжку и озлобленно втер ее в цемент подъезда.       В какой-то момент Хэнк, построив цепь модуляции, приготовился ловить телефон Коннора, тот явно был готов его кинуть и наорать на несчастную модель, словно она во всем виновата.       — Иди нахуй, Хэнк, — выдохнул Коннор, взъерошил волосы и предусмотрительно спрятал телефон в карман, — просто иди нахуй.       Хлопнула дверь в квартиру.       Хэнк посмотрел на остывающий кофе и зашел в квартиру вслед за Коннором.       Кофе остался на подоконнике.