who is it?

Глава не из игры       Вчерашний день Коннору дался легче обычного. Это даже напрягало. Два выезда из самого участка и еще три по дороге обратно, потому что было подозрение на месторасположение группы девиантов, в итоге там, конечно, прятались бомжи, но одно место реально напрягало. Они даже проверили вызов от женщины, которая якобы видела, как ее соседка вывела из дома своего андроида одетого в гражданское. Ни женщины, ни андроида дома не было и Коннор внес этот дом в список патруля, чтобы те его утром проверили.       На заброшку пришлось даже вызывать экспертов и подкрепление, в виде двух офицеров, чтобы обойти все здание. Здание было заложено из камня, да так и заброшенно, в отдаление города, видимо эти заброшки с далеких восьмидесятых стоят тут, когда пытались возродить город, да так и не вышло, до двухтысячных.       На первом этаже, большой зал, еще не разбитый на сектора, встретил детектива мерзким запахом тухлятины — где-то рядом было и отхожее место, где дохли и крысы и мыши и все, что тут могло завестись, трупы собак еще на входе показались странными. Даже если это были собачьи драки, то вряд ли бы они вскрывали глотку друг другу, и крови почти не было, как и следов самой драки, клочки шерсти вырваны не были… видимо их убили, просто чтобы не лаяли и не привлекали внимание, ну и не мешали.       Первые минут двадцать Коннор с Хэнком бродили в одиночестве, прислушиваясь ко звукам, внимательно вслушиваясь в количество шагов. Обход первого этажа дал многое — в центре большого зала был очерчен черным — возможном углем, потому что бочка, в которой что-то жгли, была накрыта мелкой сеткой и на ней валялись несколько веток, — большой круг. Периметр был высечен неглубокой линией, но больно широкой. А в самом кругу виднелись следы тириума, о которых сообщил Хэнк, да и по железным деталям вокруг, которые сочились тириумом, и характерным углубленностям внутри круга, было ясно, что это следы ударов.       — Это бои андроидов, — отметил Коннор, присаживаясь у углубления, удерживая одной рукой табельное.       Рука ныла, тяжело было балансировать тяжелое оружие одной рукой, его хотелось уже убрать, но нет… он знал, что здесь обитает.       Самым мерзким было то, что в итоге табельное пришлось отдать Хэнку, чтобы тот в случае чего прикрыл его спину, пока он осматривает круг. Андроид спокойно выполнял свой осмотр и с оружием в руке, готовый в любой момент выстрелить. Коннор так не мог.       Когда Коннор понял, что осмотр ничего не дал, он обошел бочки и присел перед глазной панелью, один глаз которой был словно выжжен, сохранив лишь край белка и зрачок с тонкой полосой синей радужки, а на проводке, по которому стекал тириум висел карий глаз. Значит их тут же чинят, или приводят такими, или что?       Бойцовский клуб, блин.       — Эй, по крови можно же определить модель? — Коннор обернулся, чтобы посмотреть на андроида.       — Не всегда. Многие андроиды употребляют тириум, если у них были серьезные повреждения или есть все еще, чтобы восстановить системы, поэтому иногда происходит смешивание.       — Оке-е-е-й, — протянул Коннор, — тут есть смешивания? Среди этой крови?       Хэнк моргнул, словно пытался понять чего от него хотят.       — Детектив, — с каким-то намеком произнес андроид.       — Что?.. А… — Коннор поджал губы, — да-да, лижи в свое удовольствие, я отвернусь.       Он отмахнулся от машины рукой и пошел дальше. Было неплохо подчищено — детали жглись, не сгорали до конца, а следы тириума даже отмыты, и не важно, что их почти нельзя отмыть. Кто бы тут ни был, он хорошо убрал за собой.       Вытаскивать улики приходилось не только из бочек, но и из углублений между отходившими камнями. Коннор поцарапал перчатки об обломанные камни, отмечая, что некоторые в следах тириума, а значит, кто-то буквально бил андроидов камнем по голове.       За кругом было протертое углубление из четырех ровных дыр, которые шли по углам квадрата. Стул? А оставляет ли он такие следы? Даже если у него железные ножки.       — Можно тупой вопрос? — Коннор обернулся на Хэнка, тот поднял голову, отвлекаясь от рассматривания линии, сидя перед ней на корточках.       — Для вас, все что угодно.       Сука.       — Могли ли тут идти бои… за жизнь андроидов… блять нет, не так, — Коннор выдохнул, — сцепить андроидов не трудно, но девиантов, если это были, например, они? Можно же это сделать посредством страха? Как того, который убился в камере? Если заставлять их драться за свою жизнь, типа: кто победил тот и живет?       — Зачем, Коннор?       Андерсон вздрогнул. Какого хера, кофемашинка?       — Я же зачем-то ставлю недельную зарплату на гандбол? — язвительно отозвался детектив, делая вид, что не заметил, того, что Хэнк совсем с катушек упиздил в закат.       — Вы ставите потому, что вам не хватает эмоционального всплеска, вы не испытываете многих чувств, присущих человеку, и ищите их в негативных эмоциях, вы думаете все такие?       — Слишком развернуто, не надо так больше, — предупредил Коннор, — и вообще… я умею радоваться, чтобы ты знал.       — Не буду вас расстраивать.       Коннор выдохнул через зубы.       — Убитых…       — Деактивированных, — поправил Хэнк.       — Деактивированных, — исправился сквозь зубы детектив, — можно же разобрать на детали. И убить двух зайцев — и деньги за бои и за детали.       — Вряд ли то, что останется после боя — можно назвать деталями.       — Логично, — согласился парень.       Эксперты и патруль, близкий к ним, прибыли довольно быстро и в принципе подтвердили многое, кроме того, что тут шли бои за выживание среди девиантов и не ясно, были ли тут девианты вообще.       В тот вечер Коннор конкретно успел достать Аманду и честно Хэнк не понимал, почему он так загорелся идеей боев за выживание и поимки их главаря.       — Это не твое дело, — сказала Аманда в первый, раз, когда Коннор пытался высказаться, — на тебе дело о девиантах, а нелегальные бойцовские клубы андроидов нас вообще не касаются, это к отделу юстиции.       — Но если мы оставим пару патрулей в том районе или раскидаем на другие заброшки, сможем найти их новую точку и поймать кого-то, кто знает больше. Это может помочь моему делу.       — Как, Коннор? Вера в то, что там дерутся девианты, так же слаба, как моя вера в Бога, прошу, успокойся, пока я не сделала тебе выговор.       Коннор был послан.       Но не надолго.       — Мы должны отправить патрули проверить все заброшки: выясним на каких из их уже были андроиды и поставим патрули на свободные от них, рано или поздно они придут на новое место…       — Или вернутся на старое. Коннор — нет, нас это не кается, займись работой.       — Но, а если этот кто-то имеет доступ к девиантам и знает о них больше, чем мы?       — У тебя для этого Хэнк.       — Аманда, послушайте…       — А ты послушай меня, еще одно слово о патруле, и ты лично будешь всю свою жизнь патрулировать те заброшки в роли офицера. Понял?       Коннор понял.       Но не сдался.       Поднял все отчеты патруля за этот год, за пределами города, ища что-то непонятное для самого себя.        Хэнку предстояло написать отчет о проделанной работе вместо детектива.       Следующее утро отличалось только новым цветом свитера.       — Детектив, хотите в отставку? — Аманда сжала ручку чашки, когда Коннор снова подошел к ней на кухне, якобы с вопросом по делу.       — Нет, — нахмурился парень, — я хотел вас предупредить об отчете…       — Я видела и была удивлена, это все?       Чем она уже удивлена? Его отсутствием?       — Так мне его сдать… когда?       — Вчера, Коннор, — раздраженно выдохнула женщина, — я за переработку платить не буду, а вот за недоработку в рабочие часы — да! Поэтому начни уже думать головой, потому что пока мозги есть только у Хэнка.       Андерсон хмыкнул. Сдалось ему это все, когда он шел в полицейскую академию, он не думал, что работа детектива — это перекладывать с места на место бумажки и таскаться за капитаном с просьбой дать выходной.       Не нужен ей отчет, пусть идет нахер.       Потом оказалось, что Аманда вряд ли нахуй сходит. Отчет был написан и отправлен. Идеально так написан.       Коннор поднял голову и через перегородку посмотрел на Хэнка, тот зависал в планшете, что-то анализируя, потому что его диод мигал желтым, не останавливаясь. Пришлось подумать и признать, что в отчетах патрульных — информации было грош и меньше. Но пару заброшенных зданий Коннор пометил на карте, оттуда приходили странные отчеты разных патрулей.       Надо будет навести справки.       Позже позвонили патрульные, сообщая, что ни женщина, ни андроид, со вчерашнего адреса, так и не появились. Коннор связался с начальником женщины и узнал, что она не появлялась в офисе уже четыре дня и сегодня утром ее, вроде как, уволили.       Гребанный Хэнк увязался за детективом.       — Узнали что-то? — спросил Коннор, подходя к крыльцу дома.       Офицер попросил прикурить и поскольку зажигалкой Коннора служил Хэнк, пришлось парню прикуривать от сигареты детектива. Хэнк посчитал это признаком симпатии Коннора к офицеру. А еще глупостью. У Хэнка же есть зажигалка.       — Да, женщина, тридцать два года, детей нет, мужа тоже, только андроид, насколько мы узнали у нее эпилепсия и андроид был частично оплачен ее мед.страховкой, поэтому есть все данные на андроида.       — Откуда узнали?       — Соседка, другая, — уточнил офицер, устало вздохнув, скосив взгляд в сторону той соседки, которая вчера жаловалась: видимо она достала тут всех, — ее подруга или что-то вроде того. Можете ее опросить, — он указал рукой на смежный забор, недалеко от него на крылечке собственного дома сидела та женщина, с ней говорил другой офицер.       — Хорошо, — Коннор взлохматил волосы, — что-то еще есть, кроме того, что их просто нет?       — Для того, чтобы открыть квартиру нужен ордер, Андерсон, как бы, — меж тем напомнил офицер делая затяжку, — но дверь была не закрыта, а значит… мы действовали по протоколу, зашли — осмотрели, на случай опасности, — довольный собой хмыкнул парень и сделав последнюю затяжку, уронил сигарету и протоптал ее ногой, — идем. Тебе понравится.        — Звучит интригующе, — прикусил губу Коннор, и, потушив свою сигарету, зашел на крыльцо вслед за офицером.       — Еще как, — хмыкнул парень, открывая двери.       На встречу им выбежала большая лохматая собака, едва не сбивая офицера с ног.       — Ну же, мальчик, успокойся, — попросил офицер, ласково улыбаясь собаке, потрепав его по загривку, — понимаешь? — он обернулся на детектива, придерживая собаку за ошейник, хотя та, не глядя на размеры, была довольно дружелюбна.       Коннор кивнул.       — Дверь была открыта для собаки… она не могла взять с собой собаку, или не хотела?       — А может дверь просто забыли закрыть и похитили женщину?       Офицер и Коннор обернулись на Хэнка, тот никак на это не отреагировал.       — Забей, — отмахнулся от Хэнка рукой Коннор, раздраженно выдыхая, мол, простите моего горе-ведроида, он отстает в развитии.       — Возможно… — все же ответил офицер, — но думаешь, такая собака дала бы похитить хозяина?       Между тем Коннор подумал, что накачать такую собаку снотворным мог и сам андроид, собака бы доверяла своему андроиду и если девушку похитил андроид, собака могла бы дать ему вынести ее. А девиант бы оставил дверь открытой…       — Давайте не будем откидывать все версии.       Офицер пожал плечами.       Они прошли в гостиную, собака же виляя хвостом, покорно шла за офицером.       — Я ее покормил, — объяснил любовь собаки к себе, — тем более ты же знаешь, моя разводит собак. Он, наверное, на запах притянулся.       Коннор никак на это не ответил, останавливаясь у входа, окидывая комнату взглядом.       Офицер поманил рукой Коннора к себе, подводя его к дивану, присаживаясь на корточки и указывая на некоторые разводы и пятна на обивке.       — Она больна эпилепсией, значит… — Коннор выдохнул, зло поджимая губы, — нихера это не значит. Это кровь, Хэнк?       — Здесь есть тириум… но кровь… я не вижу, детектив, — Хэнк обошел собаку, чтобы подойти к детективу, да так и замер, — на шерсти собаки тириум, детектив.       — Блять, — выдохнул он, — у вас есть УФ лампа? Хочу проверить кровь ли это, — обратился к офицеру Андерсон, натягивая обивку пальцами, чтобы хоть что-то понять.       — Сейчас, — рядом зашипела рация офицера и тот встал, чтобы отойти подальше и не мешать.       — Хэнк?.. — намекающее протянул парень, не поворачиваясь к нему.       — Тириум ведет от крыльца и до этого дивана, детектив.       — И ты говоришь это только сейчас? — Коннор удивленно поднимает брови, Хэнк помечает растущие показатели и хочет сказать, что ему нужно было убедиться, как собака облизывает ему ладонь, чуть прикусывая пальцы.       Хэнк слишком быстро одергивает руку, отскакивая в сторону.       Коннор улыбается. Не такая уж и железяка.       — А ты ему понравился… и чем только, ни запаха, ни хера нет в тебе.       — Понравился? — как-то отстраненно спрашивает Хэнк и Коннор не до конца понимает у кого: у самого себя или детектива.       В любом случае, тот занят делом, а не собакой.       — Я сейчас принесу тебе лампу, — на ходу говорил офицер, проходя мимо, — советую зайти в ее спальню.       — Тоже что-то интересное?       — Ага… она кажется буквально жила с андроидом.       Коннор вздернул бровь, как бы спрашивая, ты серьезно?       — Это была бы смешная шутка, но нет…       Андерсон поджал губы и быстро кивнул, выравниваясь в росте.       Дом не грели несколько дней, поэтому даже сейчас у Коннора шел пар изо рта, казалось, в доме было даже холоднее, чем на улице. Так, он бы снял пальто, которое мешается из-за того, что одна рука постоянно под ним, с шиной ее было нереально впихнуть в рукав.       — Хэнк, осмотри тут все, хорошо и главное — смотри на характер разводов, это обязательно, понял?       Хэнк кивнул, но в его глазах Коннор прочитал, то, что андроид нихрена не понял.       Опять ПМС стукнуло?       Силуэт Андерсона исчез в коридоре, ведущем в спальню. Хэнк сначала попытался рассмотреть тириум, присев на корточки перед ним, а потом собака легла возле его ног, уткнувшись носом в ботинок, облизав его. Хэнк склонил голову на бок, изучая собаку… ей было уже четыре года, московская сторожевая, мальчик. Не удивительно было, что он такой дружелюбный и грустный… за врагов он полицейских не считал, потому что хозяйки не было в доме, а значит и защищать некого.       Хэнк опустил руку, на ошейник, подхватывая пальцами медальон.       Имени не было на нем.       — И как же тебя зовут? — андроид потрепал собаку по загривку и она уныло проскулила, глядя на Хэнка, не поднимая морды от пола.       Он провел рукой по шерсти, где были остатки тириума, а потом снова по загривку, по морде, отвернулся от дивана и присел перед собакой. Он был очень спокойным, от чего Хэнк решил, что ему вкололи успокоительного и насыпали в корм… кстати где его тарелка, надо будет ее проверить.       — Хэнк ты пров… Хэнк, какого хрена? — Коннор остановился у порога в гостиную, опираясь об косяк двери, вздергивая одну бровь, мол, какого хера ты тут играешь в няньку, пока я работаю?       — А вы знали, что он весит больше чем вы?       — О, это очень полезная информация для меня, прям важнее, чем следы тириума или девиантности андроида, прям очень, что-то еще расскажешь? — дельно поинтересовался детектив.       — У него нет имени.       — Круто, замечательно, какая-то херовая у него хозяйка, раз не дала ему имя… имя, — Коннор замолчал и нахмурился, — подожди, как нет? Ты уверен?       — Да, детектив, у него на ошейнике нет имени, — Хэнк отвернулся от детектива, продолжая гладить собаку, которая кинула ленивый взгляд на Коннора и снова облизала обувь Хэнка.       Андроид и собака игнорировали человека.       Сказка.       — Это всего лишь ошейник.       — Нет. На задней стороне медальона есть инициалы хозяйки, а имени его нет, и ошейник не для больших собак, скорее для маленькой, потому что слишком тонкий и передавливает ему шею.       — Значит, ошейник ему не подбирали… и имени нет, — Коннор зачесал волосы назад, — так сиди тут, мне надо опросить соседку, поэтому будь добр, просто посиди тут.       — Зачем? — Хэнк поднял голову на детектива, не переставая гладить собаку.       — Я хочу узнать, как давно собака в этом доме живет… и, боже, Хэнк, помыть обувь можно и потом, отвяжись от собаки ты, а, — раздраженно вздохнул Коннор, наблюдая затем, как собака облизывает обувь Хэнка, — или вы сошлись на почве общих интересов? Смотри, чтоб она тоже не ела вещдоки.       — Хорошо, — Хэнк натуральным образом проигнорировал детектива.       — Пиздец, собака сломала мне андроида… — пробормотал в никуда детектив и пытаясь сдержать улыбку, поджал губы и вышел из гостиной. За ним хлопнула дверь.       Хэнк почесал собаку за загривком и встал, прося собаку провести его к его тарелке. Хэнку почему-то казалось, что собака его понимает.       Анализ Хэнк делать не стал, потому что корм, стоящий на кухне, был со специальным успокоительным для собак. Значит, его постоянно кормили этим? А зачем?       Собака не спала в спальне, потому что дверь в спальню была единственная с замком, значит, ее закрывали на ночь, чтобы не впускать собаку. А еще его лежанка была в прихожей, даже не в гостиной.       Хэнк изучил взглядом записку на холодильнике: «Купить вещей Вильяму». Судя по тому, как выгорел маркер, записка висит тут больше четырех дней. Но зачем ее писать и вешать если у тебя есть андроид, который напомнит? Чтобы купить вещи андроиду…       Когда Коннор вернулся, Хэнк уже кормил собаку. Андерсон выдохнул сквозь зубы и сказал, что кормить едой из холодильника собаку нельзя, потому что еда это тоже возможный вещдок и в нем может быть находится транквилизатор, с помощью которого могли похитить женщину… Хэнк удивленно моргнул, сообщив, что он сделал анализ и все чисто. Коннор прикрыл глаза рукой, медленно выдыхая.       — Хэнк, никто не ест с холодильника жертвы, понимаешь? Детективы даже не заходят в квартиру раньше экспертов, чтобы не затоптать улики… возможно эта псина сейчас ест эти самые улики, понимаешь?       Коннору казалось, что он говорит с ребенком, который увидел бедного голодного щеночка и потащил к нему все, что было дома в холодильнике.       — Да, — все, что сказал Хэнк, и присел перед собакой.       — Какого блять?..       УФ лампа подтвердила мысль Коннора — на диване была кровь. Собака в доме появилась неделю назад, и первые дни была дикой, поэтому ее кормили этим кормом. А хозяйка дома уже несколько дней не выходила из дома, после того, как вернулась поздней ночью три дня назад, вместе с андроидом, и у них пол ночи горел свет в окнах.       И этой ночью они сбежали вместе.       Вопрос, зачем брать себе собаку, отпал, тогда, когда Коннор узнал о том, что недавно женщина была в больнице с приступом, и как оказалось, ее андроида хотели деактивировать и выдать ей нового, потому что этот не справился с задачей. На деактивацию андроид так и не явился, зато женщине временно выдали собаку, обученную распознавать приступ и просить помощь. В тумбе у кровати нашли нужный ошейник, на котором была кнопка для вызова помощи с GPS навигатором.       — Я думаю, их избили на митинге, точнее андроида, не раз видел, как эти митингующие безработные лезут к андроидам, — сообщил офицер, после того, как они вызвали экспертов, для оформления нового дела.       — А она стала его защищать и получила… вот и кровь, — согласился Коннор, стряхивая пепел на лужайку у крыльца.       — Ага, — кивнул офицер, — вот они и смотались… денег нет, но карточки на месте, я отправлю запрос ее банковской истории, чтобы узнать, снимала ли она крупную сумму в последнее время.       — Да… прости, я просто все еще в ахуе от того, что женщина пыталась спасти, сука, андроида, — как-то растерянно отозвался парень, взлохмачивая волосы.       — Она была одинока, андроид — ее единственный близкий тут, ее можно понять…       — Ага, — отстраненного согласился Коннор и затянулся, оборачиваясь на Хэнка, — господи, блять, Хэнк, да что за фигня с тобой?       Офицер спрятал усмешку в кулак.       — Они… играют, Коннор.       — Ага, Хэнк заменяет ему фрисби, — фыркнул парень, делая затяжку, передернув плечами, пальто не застегивалось, на улице было довольно прохладно и Коннора порядком трусило.       — Что будешь делать?       Коннор вздернул бровь, мол, о чем ты? Офицер хмыкнул и указал взглядом на Хэнка и собаку: она бегала за палкой, которую андроид кидал. Коннора все еще пробивало на ржач, когда он вспоминал, как офицер рассказал Хэнку, что если кидать палку, то собака за ней побежит и принесет ее Хэнку. И что собаке это понравится.       В первый раз Хэнк закинул палку в другой двор через дорогу. Собака охренела и осталась сидеть на месте. Охренел и Хэнк, потому что не понимал, почему собака не бежит.       Коннор закрыл заднюю дверь машины и посмотрел на Хэнка через крышу, взглядом спрашивая, какого хрена стоим?       — Вы забираете собаку себе?       Хэнк был… рад? По крайне мере его голос был каким-то другим, озадаченно-удивленным и охуеть каким послушным. Всегда бы так.       — Нет, блин, тебе подарю.       Хэнк удивленно моргнул.       — Зачем?       — Ненавижу этот вопрос, — выдохнул парень, одной рукой пытаясь закутаться в пальто, — садись уже просто и включай режим печки.       — Как скажете, — дернул уголком губ Хэнк и тупо сел на заднее сиденье к собаке.       Коннор поднял брови вверх.       — Ну пиздец, — усмехнулся тот, — ты променял меня на собаку.       — Собака молчит, детектив.       — Эй, это моя шуточка.       — Авторского права на шутки нет, сэр.       Коннор закатил глаза.       — Ты же в курсе, что ты можешь другую резинку себе купить?       — Да.       — И?       Хэнк ядовито улыбнулся, чуть склоняя голову.       — Мне нравится.       И Коннор понял — все идет по пизде.