Глава XVII.
12 августа 2020 г., 22:43
Времени понять друг друга нам дали слишком мало, ба…
Девушка застыла на месте и непонимающе смотрела на медленно бледнеющую бабушку, информация про странное пророчество и грохот совершенно вывели слизеринку из равновесия. Ванесса что-то еще раз прокричала и подтолкнула внучку, но было уже поздно, входная дверь разлетелась в щепки. Зябкое чувство страха и паники накрыли Сатре с головой, она увидела их, Пожиратели в темных мантиях пришли в родной дом за ней. Амалия глубоко вдохнула в себя и сделала шаг назад, а Ванесса быстро взмахнула волшебной палочкой, отправив в нарушителей невербальное заклинание. Но их было больше, да и явно они не были слабыми магами, а глава семейства Сатре была не готова к такому скорому приходу врагов. Женщина еще раз толкнула девушку, чтобы та уже наконец начала шевелить ногами и убегать. — Ну здравствуй, Ванесса… — противным голосом проговорил один из них, заставив волшебницу тихо пискнуть. До нее только начало доходить в какой ситуации они сейчас оказались, Амалия медленно перевела взгляд на бабушку, которая стояла как настоящая волчица, собиравшаяся защищать свой дом. Амалия покрепче сжала палочку, которая как-то оказалась в ее руках, но что она могла? У девушки никогда не получались заклятия, только самые простые и бытовые. Если бы она могла использовать что-то сильное… — Убирайтесь из моего дома, жалкие отродья! — громкий крик бабушки заставил девушку дернуться наконец-таки к выходу из гостиной, вслед ей послышались заклинания врагов, которые Ванесса умела отбила. В мыслях был только шкаф, который мог помочь скрыться. Но убежать далеко у нее не получилось, только подбежав к лестнице, она задумалась, что бабушка может не справится одна, что нельзя ее бросать, даже если попросила сбежать. Покрепче перехватив волшебную палочку и поборов страх, Амалия повернулась назад и увидела его. Дыхание тут же перехватило, и тело застыло в оцепенение. Знакомые белые волосы, родные глаза. Ее брат стоял прямо в гостиной, в который они вместе пили чай в детстве, все такой же красивый, высокий и важный, но слишком, слишком холодный. Он даже не увидел ее, Вильям смотрел прямым взглядом на бабушку с такой ненавистью, что слизеринке захотелось тут же спрятаться. Он знал, что его сестра тут, ведь пришел за ней, но сейчас впереди была только бабушка, женщина, которую он ненавидит. И не сказав ни слова, он взмахнул палочкой и произнес. — Авада Кедавра… — зеленый луч пронесся над гостиной. Амалия вздрогнула и глазами заметила шевеление губ бабушки, от того, что она успела произнести перед столкновением с зеленым лучом, бросило в холод. Нельзя! НЕТ! Не падай, только не умирай, мы провели слишком мало времени… Девушка сделала шаг назад, услышав звук падения, и закрыла глаза, в которых тут же навернулись слезы. Кто-то из мужчин что-то сказал Вильяму, и только тогда тот поднял взгляд на свою сестру. Девушка резко дернулась вверх по лестнице, даже не взглянув ни на тело бабушки, ни на брата, она бежала захлебываясь слезами, лишь бы выжить, лишь бы не попадать в руки тем, кто убил ее родного человека только что. Сзади слышался топот, но волшебница старалась не упасть в обморок от шока и боли и забежала к себе в комнату, подперев дверь стулом и закрыв заклинанием. В глаза тут же бросился шкаф. Она помнила все действия бабушки при открытие портала, поэтому быстро открыла его, но ножа нигде не было. Не придумав ничего другого, Амалия поднесла палочку к ладони и использовала простое бытовое заклинание, чтобы что-то порезать. Было до жути больно, поэтому волшебница тихо вскрикнула, но шаги возле двери заставили ее собраться. Кровь быстро брызнула из раны быстрым потоком, и тут же Сатре взмахнула ладонью, намазав заднюю стенку шкафа своей кровью. В голове была только мысль сбежать поскорее, и поэтому портал открылся сразу же, осветив слегка темную комнату. Амалия тут же вошла в созданный шкафом портал и тяжело вздохнула, волна боли сковала ее, но слизеринка тут же пропала из комнаты. Дверь разлетелась в щепки, Пожиратели вошли в комнату и тут же направили палочки во все стороны и, заметив портал, который начал быстро закрываться, напряглись. Один из них быстро подбежал к нему и хотел войти, но Вильям его остановил. И во время, потому что в ту же секунду портал закрылся, а дверки шкафа громко стукнулись, закрывая его. Вильям положил руку на свои волосы и громко сказал. — Мы ее упустили, — он сказал это холодно, хотя в душе началась буря.***
Девушка с криком выпала из портала, больно ударяясь об землю, и открыла глаза. Тело пронзила боль, словно все кости переломало, волшебница даже подумала, что потеряла руки и ноги, она не могла пошевелиться. Хрипло вздохнув, Амалия закрыла глаза и погрузилась в темноту, из которой не смогла вырваться. Словно в вакууме, сознание плыло, она не потеряла сознание, но не могла ни шевельнуться, ни открыть глаза. Была только пустота и боль, и это не проходило. Вокруг тишина, лишь холодный ветер теребил зеленое платье и плащ, которые совсем не помогали от холода. Голые ноги чувствовали немного подмороженную траву. Физическая боль смешалась с душевной, и по щеке скатилась одинокая слеза, но голубые глаза так и не открылись. Время летело быстро, Сатре даже не понимала сколько времени уже так пролежала, холод медленно сковывал тело, но тяжесть и боль не проходили, словно портал, как вампир вытянул из нее всю магию. Даже пальцем пошевелить не получалось, лишь приложив кучу усилий, девушка смогла открыть глаза, но тут же пришлось их закрыть из-за яркого света. Глубоко задышав и жалобно поскулив, она смогла открыть глаза еще раз. Голубое небо было слишком безмятежно, а белые облака плыли по нему, заставляя волшебницу следить за ними взглядом. Вслед за зрением вернулось обоняние, и в нос ударил противный металлический запах крови. Блондинка всхлипнула и все-таки смогла немного приподняться, тут же чувствуя адскую боль в руке, да и во всем теле. Рука до сих пор кровоточила и довольно сильно, ведь раны от заклинаний болезненней обычных ссадин и заживают дольше. Конечно же, к магическому истощению от использования шкафа еще прибавилась потеря крови, поэтому состояние волшебницы такое ужасное. Пролежав еще чуть-чуть, Сатре смогла начать шевелить здоровой рукой и попыталась закрыть рану, но причинила себе еще больше боли. Слезы хлынули из глаз, но все-таки, оторвав от платья лоскут, она смогла перевязать руку. После удачной попытки остановить кровь слизеринка снова уставилась на небо, ведь начинало вечереть, а Пожиратели напали в обед, значит она уже много часов лежит на холодном поле непонятно где. Слабо повернув голову, девушка вздрогнула. Это был лес, что недалеко от ее дома, значит портал закинул ее не так уж и далеко. Через полчаса или час она сделала еще одно усилие и смогла сесть, но и это стоило огромных усилий. Вдруг живот стянуло болью, и волшебницу стошнило. Скуля от боли и всхлипывая, она смогла перебороть себя и встать, хоть и не с первой попытки. Но тут же появилась другая проблема, северянка не могла нормально идти, лишь хромая, видимо при падении повредила еще и ногу. Поэтому хромая, замерзшая и плачущая беззвучно Сатре поплелась к своему дому. Благо лес она знала неплохо, хоть и идти обратно было плохая идея, но нужно было вернуться к бабушке, даже если Пожиратели там. Но за ночь она вряд ли дойдет до дома, все-таки лес огромен. Медленно ступая по неровной земле, Амалия проходило мимо высоких темных деревьев и вздрагивала от любого шороха или скрипа, а окровавленную палочку прижимала к груди здоровой рукой. Больная конечность мешком висела вдоль тела и нещадно ныла, от боли и холода хотелось расплакаться, хотя все слезы казалось уже вышли за этот день. Когда солнце полностью скрылось за горизонтом, на лес опустилась темнота, но все было видно из-за яркой луны, что освещала волшебнице путь. Сатре все больше замерзала, хотелось спать и отдохнуть уже, кончики пальцев подрагивали. Окончательно устав и понимая, что нужно передохнуть, Амалия постелила плащ на землю и набрала пару веточек рядом, сложив их домиком. Присаживаясь на теплый плащ, девушка поднесла к веточкам палочку и тихо, сдавленно прошептала. — Инсендио… — огонь тут же согрел ей руки. Слизеринка вся сжалась, было холодно очень и хотелось есть, усталость сковывала движения, а засыпать в темном холодном лесу было сродни смерти. И тут на нее с головой нашло осознание всего происходящего… ее бабушку убили… убили на ее глазах… убил Вильям… которого она мечтала увидеть много лет. Амалия сжала кулаки и стиснула зубы, она потеряла последнюю родную душу, да, у них может и были натянутые отношение, но в последнее время они стали ближе. Намного ближе чем раньше, а теперь ее родной брат забрал бабушку, с которой они провели слишком мало времени, слишком мало открылись друг другу. Очередной поток слез захлестнул северянку, но теперь она резко подскочила, забывая о боли, вместо которой пришел гнев. Гнев на Пожирателей смерти, гнев на родителей, гнев на брата, гнев на свою слабость… Сатре размахнулась и со всей силы ударила по дереву кулаком здоровой руки, жесткая кора оцарапала нежную кожу на костяшках девушки. Сжав зубы от боли, девушка закричала. Громко, очень громко, что даже птицы, что сидели на деревьях резко взлетели. Полная физической и моральной боли, она упала на колени и сжала в руках землю, хвойные иголки повредили ладони и потревожили рану. Блондинка уткнулась головой в дерево, не сдерживая слез и всхлипов, холод сковывал, но северянка перестала замечать дрожащие плечи, была только боль. Вдруг сверху раздался шум, а затем хруст коры. Девушка подняла опухшие от слез глаза и увидела белку, маленькая зверушка спустилась к слизеринке и уставилась прямо на нее, а потом резво побежала по земле куда-то. Амалия шумно сглотнула, вспоминая события из детства, связанное с белкой, но наплевала на все и пошла, хромая, за зверьком, прихватив с земли плащ и палочку. Пришлось ускориться, чтобы поспеть за этим быстрым животным, белка все быстрее и быстрее бежала вперед, пока не остановилась возле странной ямы. Волшебница тут же вздрогнула, болезненные воспоминания поразили голову слишком резко, что она аж пошатнулась на ровном месте. Вокруг было достаточно темно и холодно, да и ветер нещадно заставлял юное тело дрожать, поэтому девушка решилась переждать ночь в столь ненавистной пещере. Создав на кончике палочки свет, Сатре аккуратно спустилась вниз и вдохнула в себя влажный воздух, кругом все было покрыто мхом, и тут была особенная атмосфера. Но пройдя чуть дальше, волшебница сглотнула и увидела то, чего очень боялась. Кости животных, огромные кучи костей разных по величине животных. Тогда в детстве ей сказали, что это логово медведя, но Амалия узнавала, что в этом лесу медведей давным давно не стало. Слизеринка ахнула, когда увидела в центре пещеры магический круг, он был вырезан прямо на каменной поверхности, и на нем до сих пор была старая засохшая кровь. От всего увиденного живот снова стянуло, и девушку опять стошнило. Голова раскалывалась от всего происходящего, не верилось, что только вчера все было нормально, что пару дней назад она веселилась с близнецами и ночами гуляла с Блейзом, хотелось еще раз закричать от безысходности, но от крика в лесу у нее заболело горло. Амалия просто от бессилия облокотилась на холодную стену и сползла вниз, обняв руками колени, волшебница закрыла глаза и погрузилась в долгожданный сон, чувствуя тепло лишь от плаща.***
Спокойный сон прервал крик какой-то птицы, Амалия медленно приоткрыла глаза, которые словно склеили заклинанием, она не могла пошевелится, все затекло от неудобной позы, руки и ноги имели весьма беспокойный синеватый цвет и были слабо подвижными. Сатре вообще счастлива, что не умерла во сне, ей было больно и плохо, но умирать она не собиралась. Ведь еще есть те, кто ждет ее в Хогвартсе, и нельзя было допустить, чтобы бабушка умерла зря. Девушка дрожащими руками взяла покрепче палочку в руки и снова разожгла костер, но на этот раз из своих носков, оставаясь босой. Тепло тут коснулось замерзших ног, щек и рук, от наслаждения она даже глубоко вздохнула. Тепло, как глоток свежего воздуха, как крепкая нить, что соединила ее с жизнью. Амалия улыбнулась и нагретыми ладонями коснулась холодного живота, согревая его, постепенно тяжесть в теле пропадала. Немного придя в себя, девушка получше укуталась в плащ и сколдовала Согревающие чары на себе, странно, что она сразу об этом не подумала, хотя чары мало чем помогали. Она боялась идти домой, ведь там была бабушка или они… Северянка сжала палочку и потушила костер, боясь встать и идти дальше. Но сидение на месте хорошим не закончится, она так умрет от холода или голода Сатре поднялась с земли и сделала шаг вперед, выходя из пещеры. Как же она сейчас хотела оказаться в Хогвартсе с Гермионой в библиотеке или с Блейзом в гостиной, хотелось просто побыть с близнецами в заброшенном классе или туалете Миртл… Ей бы хватило всего одной улыбки от одного из близнецов, чтобы сгореть изнутри, лишь его взгляд заставил бы ее бежать вперед. И тут вспомнилось, как Фред навещал ее во время болезни… Он пришел без Джорджа лишь для того, чтобы передать согревающие таблетки и пожелать скорейшего выздоровления, но даже эта малость сделала Амалию счастливой. И сейчас ей не хватало его, даже если ее чувства безответны, даже если у него есть девушка, он сейчас нужен ей. Ей нужен Фред Уизли. На глаза навернулись слезы безысходности. — Никто не придет мне на помощь… Я одна… Блейз… Герми… Гарри, Джордж… Фред… Кто-нибудь? Бабуль, братик… — слизеринка брела по холодному лесу, дрожа от любого дуновения ветра. Соленые капли падали на бледные руки, когда Амалия закрывала рот, чтобы не закричать от боли, казалось, что совсем скоро Сатре упадет на землю и просто умрет от холода. И непонятно какие силы помогали ей двигаться дальше, ведь она совершенно не чувствовала своего тела. Слезы по-прежнему текли по ее щекам, но она как будто бы не замечала их, лишь двигалась вперёд, ступая по елочным иголкам в сторону дома. Холод сковывал, согревающие чары и плащ уже совершенно не помогали. Амалия стала замечать покалывание в пальцах, казалось еще чуть-чуть, и конечности отваливаться, руки не поднимались сколдовать что-либо. Она идет уже час или два, прошла несколько километров, но пейзаж совершенно не менялся, словно она топчется на месте. Вокруг были лишь деревья, камни и мох. Вдруг шум недалеко испугал девушку, и она резко дернулась в сторону с мыслью побега, но зацепилась ногой за выпирающий из земли корень дерева. С хриплым криком волшебница повалилась на землю и ударилась ногой о камень, едва сдерживая очередные слезы. Все… Тело не могло уже бороться со всеми травмами, переохлаждением и усталостью. Сатре закашляла и перевернулась на спину, заглядывая сквозь еловые ветки в небо. Смертельный для нее сон начал медленно захватывать все тело… Силы бороться кончились, Амалия начала медленно закрывать глаза, не замечая звук ломающихся веток рядом. — Эй, это девочка! Черт, она же совсем раздета. Уилл, помоги мне! Эй, мисс, вы меня слышите? Она совсем холодная. Эй! Сын, где тебя носит?! — Не бросайте меня… — прохрипела слизеринка и окончательно отключилась. — Хорошо, милая, только держись! Уилл!***
Запах яблочного пирога первое, что Амалия почувствовала, когда вернулась в сознание. Еще даже не открыв глаза, Сатре поняла, что находится в очень уютном месте, раньше она такое ощущала только в гостиной Гриффиндора. Северянка наслаждалась теплом и тишиной, пока не послышался скрип половиц рядом, а потом девушка почувствовала прикосновение ко лбу и резко подскочила. Послышался испуганный вскрик, и наконец волшебница открыла глаза. Она находилась в светлой небольшой комнате с деревянными полочками на всех стенах, на которых стояли скляночки и разные пакеты с травами, даже Снейп позавидовал бы. А напротив слизеринки сидела полноватая женщина со светлыми волосами и огромными зелеными глазами, от нее прямо пахло уютом и теплом. Внешность незнакомки была очень привлекательной и внушающей доверие, но Амалия все равно сжалась и отползла от нее. Женщина вышла из оцепенения и нежно улыбнулась, напоминая девушке миссис Уизли. Она взяла с тумбы кружку и протянула волшебнице с такой лаской и добротой в глазах, что Сатре опешила и приняла, как оказалось горячий напиток. И именно в этот момент дверь отворилась, и в комнату влетело нечто блондинистое и невысокого роста, и это нечто направило на Амалию швабру. Симпатичное детское личико мальчика исказил страх, но он был весьма воинственно настроен. — Не трожь маму, ведьма! — но не успела девушка отреагировать, как мальчик получил оплеуху от матери. — Уилли, это наша гостья. Не позорь меня прошу! — Но мама! Папа сказал, что у нее была палочка, а они есть только у ведьм! — только женщина хотела начать спорить с сыном, как Сатре хрипло сказала. — Простите, но где я? — Ты у нас дома. Я Аннет Нильсон, жена местного лесника, как раз он и нашел тебя в лесу. Ты проспала два дня в лихорадке и бреду. Мои лекарственные отвары и травы смогли тебе помочь, но ты все еще слаба. Как ты себя сейчас чувствуешь? Амалия словно не услышала вопроса, пребывая в шоке, ведь она проспала два дня, два дня без сознания. Получается со смерти бабушки уже прошло три или четыре дня, а Сатре так никто и не нашел. Если бы не эти добрые люди, она бы сгинула в том холодном лесу. Это был бы конец, но судьба дала ей шанс. Девушка схватилась за голову и оттянула волосы, ей было больно. Это все слишком для нее, ее бабушка умерла, она сама чуть не погибла… И все это за каких-то жалких три дня… Амалия сжала ладно и тут же почувствовала боль, рана от перемещения была перевязана, но все еще очень сильно болела, словно в напоминание о том дне. Вспомнилось все до мельчайших подробностей, особенно в память врезался шепот бабушки перед смертью, сейчас Амалия наконец-то вспомнила услышанное. Я иду, сынок — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил мальчик, забывая о своей же угрозе, хватило лишь увидеть перекошенное от боли лицо волшебницы. — Нет. Я совсем не в порядке, но спасибо, что спасли меня. — Не стоит благодарить, но теперь встречный вопрос. Кто ты? — Амалия Камилла Сатре… И я волшебница…
