Приём у мэра

Эмма вовсе не обижалась на Реджину за то, что та намекнула ей про лень. Именно это и показалось шерифу странным. Обычно Миллс не намекает, а говорит прямо. «Вы, мисс Свон, самый бесполезный работник месяца» или «посади на ваше место обезьяну, и то больше пользы будет. Её хоть чему-то можно обучить». — Прошу прощения… а это вы, Свон. — Эмма, уйдя в свои мысли, не заметила человека, который шел впереди, и налетела на него. Он, как и полагает джентльмену, взял вину на себя. Почти. — Мистер Локсли, — блондинка натянуто улыбнулась. Она терпеть не могла этого типа. — Как поживаете? — Лучше, чем многие ожидают, — по губам мужчины скользнула легкая пренебрежительная улыбка. Затем, когда в поле его зрения появилась мэр, он добавил, — а скоро будет еще лучше. Быстро схватив два бокала шампанского с подноса, мимо проходившего официанта, Локсли направился к Миллс. Эмме это не очень понравилось, она уже хотела пойти на опережение. Не то чтобы ей уж очень хотелось еще раз услышать колкость в свой адрес от мэра, но вот утереть нос Робину — вполне бы компенсировало такие мелочи. Однако она увидела Бланшар, которая пыталась залезть на сцену. И возможно Свон не забеспокоилась, если бы ее подруга не делала этого, карабкаясь на четвереньках. Эмма быстро, стараясь не вызывать много шума, добралась до сцены и загородила собой Мэри Маргарет. — Ты что творишь?! — Эмма, помоги мне, — сдавленным шепотом попросила учительница. — С радостью, но, черт подери, почему ты ползешь? — не унималась Свон. — Шшш… — шикнула на нее Мэри Маргарет, — я не ползу, подол моего платья за что-то зацепился, я никак не могу отцепиться, — терпеливо объяснила она. Попадать в нелепые ситуации — мой удел, думала шериф, пока освобождала подругу. На протяжении всего вечера Эмму не покидало странное чувство. Она не могла точно понять, что это могло значить. Однако интуиция редко подводила Свон. Шериф буквально всеми фибрами своего тела ощущала приближение «нечто». — Зачем ты вообще полезла на сцену? — когда дело было сделано, спросила шериф. — Реджина попросила, вернее, почти приказала, оповестить всех, что скоро начнутся выступления докладчиков. — Черт, доклад! — Эмма хлопнула себя ладонью по лбу. На что подруга со страхом округлила глаза: — Ты не подготовилась? Ты что не знала, что нужен доклад? Я бы помогла… я бы подсказала. Конечно Эмма знала. Стараниями Реджины, она знала об этом в течение последнего месяца с периодическими напоминаниями. Но ей казалось, что она еще успеет, а Реджина зря тратит время на напоминания. В итоге оказалось, что Свон все-таки была права — Миллс зря тратила время, потому что шериф все равно ничего не подготовила. Нет, она хотела! Но постоянно откладывала. А потом еще эти заморочки с одеждой. Ведь если бы не это, Эмма бы точно за этот вечер все подготовила. Так что Миллс сама виновата. — Так-то, — кивнула своим мыслям блондинка. — Хватит! — совсем рядом послышался знакомый голос. Эмма сразу его узнала. Девушка обернулась и увидела мэра, которая всем своим видом показывала, что собеседник ей не интересен. — Робин-Бобин, — гневно выплюнула Эмма, рассекая толпу. — Эмма… как же доклад? — тихо спросила Бланшар вслед уходящему шерифу. Если подумать о том, как быстро блондинка добралась до Реджины, то ничем, кроме как трансгрессии это объяснить невозможно. Миллс сразу заметила шерифа. А именно ее глаза, полные решимости, ярости и еще чего-то, что очень сильно смахивало на беспокойство. Женщина предприняла еще одну попытку тактично отшить Робина, но он словно не слышал ее. Схватив ее за запястье, он настойчиво шипел на ухо, отчего лицо мэра скривилось. — Эй, парень, тебе не кажется, что пора отвалить? — подлетев к Локсли, Эмма взяла его за руку, что сжимала запястье брюнетки, и, применив один из приемов, быстро заставила освободить мэра из «тисков». — Да что вы о себе возомнили?! — взорвался мужчина, потирая свою руку. Он поочередно переводил взгляд с Эммы на Реджину. — Куда катится этот город? Этот мир?! Брюнетка лишь одарила его улыбкой, которая очень сильно напоминала что-то вроде «я же тебе говорила». Лицо мэра светилось торжеством, пока она смотрела, как Робин, полный отвращения и обиды, уходил с поля боя. Однако стоило ей посмотреть на Свон, как в миг она стала серьезной, в глазах застыло бесстрастие. — Я не нуждаюсь в телохранителе, мисс Свон. — Мне так не показалось, — начала Эмма, но увидев, как брови мэра поползли вверх, быстро добавила, — это входит в мои обязанности. Обязанности шерифа… Я шериф, помните? Реджина ничего не ответила. Лишь смотрела на блондинку, словно размышляя, стоит ли ввязываться и дальше в этот спор. И, видимо, все-таки придя к определенному решению, ушла, соблазнительно покачивая бедрами, которые отлично подчеркивало облегающее платье. — Готовьтесь к докладу, Эмма, — бросила через плечо брюнетка, дав насладиться видом ее спины, конечно же. — Эмма? — только и смогла вымолвить блондинка. Лишь в одном случае Реджина Миллс называла шерифа по имени. Сейчас. Однако Свон понятия не имела, что бы это могло значить. Точно ничего хорошего. Вообще, атмосфера вечера как-то изменилась после перепалки Робина и Реджины. Но почему-то все пялились именно на Эмму, а не на этих двоих. Хотя, не исключено, что у шерифа просто началась паранойя. И она бы с легкостью приняла эту теорию, если бы не мистер Голд, без стеснения пялившийся на блондинку и хихикающий в кулачок. Потом мужчина и вовсе поманил шерифа указательным пальцем. — Мистер Голд? — все, в том числе и Эмма, знали, что Голд в городе далеко не последняя фигура, если не сказать — одна из первых. Поэтому раз он зовет, нужно идти. — Я так рад, мисс Свон, — снова хихикнул мужчина, — не сказать, что удивлен. Но всенепременно рад! — Чему, позвольте спросить? — Эмме жутко не хотелось выглядеть глупой. Но она на самом деле не догоняла ситуацию. — Ох, дорогуша, перестаньте. Неужели вы думали, что я не в курсе? — он ухмыльнулся и, похлопав шерифа по плечу, захромал прочь. Блондинка и раньше полагала, что Голд «с приветом». Но, казалось, сегодня все немного не в себе. Не считая того, что люди продолжали на нее пялиться: кто с интересом, кто с удивлением, а кто-то даже с сочувствием, они еще и начали перешептываться. Уже несколько раз до ушей Эммы мельком доносилось ее имя. Свон пыталась припомнить, что же такого могла натворить, чтобы привлечь столько внимания. Блондинка даже было подумала, что кто-то узнал, что она тайно читает и перечитывает «Ешь, молись, люби». Однако быстро отмела эту версию. Ведь она делает это строго под одеялом и с фонариком. От мыслительного процесса ее отвлекла Руби, которая размахивала руками, чтобы привлечь внимание шерифа. — Ну что еще? — раздраженно спросила Эмма. Дурацкая ситуация, до конца которую она так и не могла понять, выводила из равновесия. — Слушай, это я должна на тебя обижаться и злиться, — без тени обиды или злости парировала Лукас. — Я бы тебе первой рассказала, если бы… если бы такое произошло. — А я бы нет. Всем известно, что ты не умеешь держать язык за зубами. Стоит отметить, что Эмма понятия не имела, на что именно должна была обидеться Руби. Но то, что та совершенно не умела хранить секреты, было чистейшей правдой. Чего бы это не касалось. — Эй, Свон, — барменша легонько ударила ее по плечу. — Я согласна на счет меня. Но ты то! — А я что? Я ничего, — пожала плечами блондинка. — Но почему-то все не перестают тыкать в меня пальцем. — Забей, — отмахнулась Руби, — тебе просто завидуют. — Ага, было бы чему, — шериф вспомнила про несделанный доклад и грустно посмотрела на трибуну на сцене. К ней уже подходила Реджина. — Ну, встречаться с самой Реджиной Миллс — кто не позавидует? Её хоть и побаиваются, но уверена, что половина Сторибрука, и я имею в виду не только мужскую, хотела бы с ней переспать. Да что там! Хотя бы дотронуться до ее шикарного тела, не боясь остаться без одной из конечностей. — Погоди-погоди, — Эмма несколько раз тряхнула головой. Она сама не заметила, как ее голос стал на октаву выше, — кто встречается с Миллс? — Ты! — ткнула в нее пальцем Лукас.