Дьявольски прекрасны

      Сегодняшний день встречает меня легким ветерком и большими грязными лужами под ногами. Дождь кончается, тучи уходят с неба. На душе становится легче, но я чувствую глухой удар в своей голове. В глазах темнеет, и я хватаюсь за Пола, шедшего впереди меня. Тот в панике подцепляет меня под плечо и отводит в сторону. Я присаживаюсь на корточки в попытке успокоить свое подсознание. Но оно бьется в конвульсиях, пробивается через страх и амнезию, заставляя меня вспоминать...       Передо мной стоит высокий человек в черных сапогах по самое колено, я заинтересованно смотрю на золотую пряжку сверху. Облегающие темные штаны, белая рубашка и сероватый кардиган делают фигуру очень стройной и утонченной. Белоснежные волосы спускаются по самый пояс, а сиреневые глаза с интересом смотрят куда-то за меня. Невероятно красивый человек не кто иной, как мой кукловод. В моей голове пульсирует понимание, что если я не попаду к нему, то попаду к другому, с которым моя жизнь станет адом. Не знаю, что бы это могло значит, но это имело огромное значение для меня на тот момент. Вцепляюсь руками в край высоких сапог, обнимая телом ногу. Было ужасно больно на сердце, но чувство долга и сочувствия накрывало меня с большей силой. Что же я хотел тогда? Ради чего я так сильно старался цепляться за кукловода? Человек тихо охает и кладет руку мне на макушку. Это действительно успокаивает меня, я много знаю о Дьяволах, о происходящем на улице. Я понимаю, что поступаю правильно. Но не понимаю до конца, что же на самом деле я делаю. Человек чем-то шуршит над моей головой, но я не желаю осознавать происходящее. Мое сердце разорвется, если я сейчас посмотрю назад, на то, что находится за моей спиной. Кукловод поднимает меня на руки, и я смотрю на его мягкую улыбку, хочется коснуться его лица. Глупое детское желание исполняется сразу же. Кукловод весело смеется и обнимает меня. И мы идем куда-то, а под каблуком сапогов каплями разлетаются лужи в разные стороны. А сиреневые глаза смотрят в собственные кровавые, наполненные испугом и любопытством.       Очень странное воспоминание. Мысли путаются, я не понимаю, что это значит. Но история повторяется, как и у всех. Я помню… только Фая, забирающего меня в особняк. В голове пустеет, а страх наполняет все тело. Различные подозрения наполняют меня, но отрезаю их под корень, чтобы оторваться от мира сознания в реальность. Но разум обвивает черными путами мои руки и ноги, сжимает мою шею так, что я не могу дышать. Я дергаюсь, пытаясь выбраться, но страх лишь наполняет силой прочные нити. Я громко кричу, и из тьмы передо мной вытягиваются руки, предлагающие помощь. Отчаянно пытаюсь дотянуться, хотя бы до одной из них, но не хватает пары миллиметров. Я уже хочу сдаться, но тут длинные пальцы обвивают мое запястье и тянут на себя. Черные нити разрываются, и я падаю вперед, а перед глазами подол сияющего белого платья. Резко открываю глаза, Пол смотрит на меня с волнением. Киваю, вставая прямо и продолжая путь, сейчас нужно идти, это успокоит. Пол смотрит на меня с сомнением и уходит чуть вперед, показывая дорогу. Поворачивает на улочках магазинчиков. Наверное, это переулок для Дьяволов, принадлежащих кукловодам. Может показаться, что мы свободны в перемещении, но это не так. У нас есть разграниченное пространство от людей. Пол оглядывает меня, остановившись перед дверью одного из магазинов. Приняв про себя решение, он оставляет меня ждать около входа, поэтому теперь я стою и рассматриваю мимо проходящих Дьяволов и кукловодов. Вот полный мужчина хвастается тощему юноше разными глазами своей куклы. Вот идет взрослая женщина, с пышным элегантным платьем и перышком в широкой шляпе, а за ней жилистый Дьявол, несущий большую кучу коробок от туфель и платьев. Вот маленький ребенок пытается убежать от запуганной няни-Дьявола. Вот молодой мужчина тащит за волосы свою горничную-Дьявола из-за того, что она уронила коробку с тортом. К слову, торт даже не пострадал, но девушку все равно наказывали со всей жестокостью.       Мое внимание привлекает маленький ребенок с перепонками между пальцев. Он без ошейника рассматривает окружение. Когда мимо проходит миловидная девушка, мило болтающая со своей спутницей, имеющей кошачьи ушки на голове, малыш падает на ее подол, цепляясь ручками за ленточки платья. В его глазах выступали слезы, девушка тут же опустилась на корточки, проверяя состояние мальчика, но тот кинулся к ней на шею, не желая отпускать её. Горничная испуганно тянула малыша за руки и тело, чтобы освободить своего кукловода. Из магазина выходит Пол и прослеживает за моим взглядом. Мы оба останавливаемся, желая знать, что будет потом. Через пару минут, девушка останавливает свою горничную, берет мальчика на руки и несет его в сторону особняков кукловодов. А ребенок счастливо опускают голову ей на плечо. Малыш сам себе выбрал кукловода, находясь здесь. Не у многих это выходит. Наверное, его выгнали из дома, а он уже знал, что будет с ним, раз решился на такой отчаянный поступок. По общению этой девушки со служанкой, он понял, что она воспринимает Дьяволов, как равных, а может, поддался интуиции и кинулся к ней, в надежде, что она заберет его. В любом случае, я думаю, ему очень повезло. Может мое воспоминание о том же? Слегка напрягаю память, но многое не сходится. Фай стоял около меня, но смотрел в другую сторону, значит, он смотрел на то, что стояло рядом со мной, я был не один. На руки кидаются только сироты, у которых мало выбора, так кем же был я? Пол отдает мне коробки, и мы продолжаем путь.       Приобретя все, что было нужно, мы присаживаемся отдохнуть. Пол привстает и осматривает все вещи вокруг нас. — Как себя чувствуешь? — Дьявол смотрел на меня своими белыми глазами. Мимо меня проскочила мысль, что меня окружает много белых вещей. — Все в порядке, — улыбнулся я. Пол присаживается снова, громко вздыхая. — Придется разделиться, сразу мы все это не утащим. Ты дорогу знаешь плохо, поэтому я схожу и отнесу часть, потом вернусь с кукловодом, и мы с тобой отнесем остальную часть. Договорились? — смиренно киваю на его слова, — Отдыхай пока, я скоро приду.       Пол уходит, а я смотрю ему в след. В голову снова закрадывались мысли о загадочном воспоминании. Что же это могло быть? Меня продавали? Мне приказывали кидаться на подходящих кукловодов, чтобы вызвать жалость? Тогда почему же я чувствовал себя так спокойно, не пытался сбежать. Голова кружится, сердце сжимается, на глазах выступают слезы. Вдруг чья-то теплая рука касается моих рогов. Я испуганно поднимаю взгляд. Передо мной стоит Фай. Неосознанно тянусь к нему, обнимая за талию. Фай в замешательстве замирает, но потом пытается отстраниться. Поняв, что я не желаю прекращать объятия, он пытается успокоить меня, покачиваясь из стороны в сторону и поглаживая меня по макушке.       Чуть позже подходит Пол, закатывая глаза и бубня что-то вроде «дитя малое». Фай несильно нажимает мне на плечи, я отстраняюсь, держа кукловода за полы его плаща. Фай берет часть коробок, отдавая мне оставшиеся три, поэтому отпускаю его и принимаю ношу. Мои спутники идут передо мной. Странные чувства окутывают меня, и я, то ускоряю, то замедляю шаг. Дойдя до особняка, мы сгружаем коробки в гостиной. Войдя на кухню, видим уже приготовленный ужин и ждущих нас Дьяволов, после чего я успокаиваюсь. Сегодня на ужин нежное куриное филе, которое было сначала нарезано маленькими кусочками и обжаривалось, политое лимонным соком и посыпанное грибами. После чего обсыпано солью, молотым перцем и мукой с мускатным орехом. Потом в мясо добавляют куриный бульон, перемешанный со свежими сливками и яичным желтком, и тушат. На гарнир был отваренный рис. Наверно, это тоже часть блюд, которые будут на приеме. Все расселись и принялись за еду.       Когда все разошлись, я все еще сидел на кухне, не зная, куда себя деть. Сейчас начинается вечернее собрание, но идти туда я не хочу. Тут на кухню заходит Фай, улыбаясь мне, как и всегда. Его эмоции не отличались разнообразностью. Может, поэтому меня так часто цепляют новые эмоции его лица? — Кей, пойдешь со мной прогуляться? — пожалуй, он думает, что мне нужно проветриться. Расплакался сегодня при нем, почти на руки лез. Я такой назойливый. Ах, сейчас я точно думаю не о том. Встаю со своего места и иду за кукловодом.       Мы проходим по улицам, по которым я не ходил с Полом. Это вызывает у меня запутанность, ведь я не вижу здесь ни одного кукловода или Дьявола. — Разве нам здесь можно ходить? — Фай поворачивается на мои слова и горько усмехается, вызывая у меня мурашки по позвоночнику. Значит нельзя. Я опускаю взгляд в землю, разглядывая по-прежнему длинные сапоги кукловода, но для меня они уже не кажутся такими массивными, как раньше. Но тут Фай останавливается, я врезаюсь рогами ему в спину. Подняв взгляд, я слежу за сиреневыми глазами и ищу точку, куда они направлены. Дверь дома напротив неожиданно открывается и хлопает со всей силы о стену. Оттуда вываливается женщина, обнимающая маленькую плачущую девочку, за ними гнался мужчина в руках держащий твердый кожаный ремень. Женщина, изо всех сил стараясь не плакать и не кричать, накрывает телом свое дитя. С яростью мужчина начинает бить по спине женщины, которая только сильнее сжимается, пряча испуганную малышку.       Я застываю в немом шоке, мое тело парализуется, изо всех я стараюсь сдержать разрывающее меня на кусочки чувства.       Фай делает уверенный шаг вперед, а потом неожиданно отступает. Я не могу оторвать глаз от картины, поэтому я не могу повернуться к кукловоду. И тут меня толкают в спину, и я подрываюсь с места и направляюсь прямо к ним. Схватив мужчину в руку, я сжимаю ее с огромной силой, его пальцы немеют, и ремень выпадает из рук. Женщина встает и убегает с малышкой на руках. Мужчина кричит на меня, но я не слышу не единого слова. Отбросив его руку от себя, наглядно отряхиваюсь, возвращаюсь к Фаю. — Я горжусь тобой, — смеется он мне в лицо, вороша волосы на голове. Он сам подтолкнул меня, но ведет себя так, будто это только моя заслуга. Смущаюсь, довольно прикрывая глаза. И мы пошли дальше по этой дороге. Остановившись перед поворотом в переулок, Фай достал из-за пазухи хлеб и молоко. К нему начали подходить Дьяволы в оборванной и грязной одежде, опасливо оглядываясь на меня. Когда кукловод пытается достать кусочки мяса, один из них толкает его в руку, и они все убегают. — Они всегда отказываются от другой еды, — печально вздыхает Фай.       Обернувшись на меня, он хихикает чему-то своему, и продолжает идти дальше. Позже мы доходим до какого-то дома. Открывает нам женщина, одетая бедно, но со вкусом, Фай заходит внутрь. Я притупляю взгляд, а женщина тянет меня за локоть. Оказавшись внутри ко мне, я ищу взглядом Фая. Нахожу его в большой комнате окруженной детьми. Последние, заметив меня, охнули и без стеснения зашептались, указывая пальчиками на рога. Все эти дети были Дьяволами. Они кидаются ко мне, прося потрогать выступы на голове. Фай достает из сумки, висящей сбоку, нежно-розовую ткань и передает ее женщине, та в свою очередь забеспокоится и убегает на кухню. Возвращается она с козинаками в руках. Фай с улыбкой принимает ее подарок, и мы уходим. ***       Вернувшись в особняк, я чувствую себя уставшим, но довольным. Фай садиться за стол, доставая из сумки подарок женщины, отломив большой кусочек, кукловод быстро его съедает. Он тот еще сладкоежка. Посидев так пару минут, отдает мне пакет и велит раздать козинаки другим Дьяволам. — Могу ли я рассказать другим о сегодняшнем дне? — спрашиваю я с блаженным чувством в душе. — По-твоему усмотрению, — задумавшись, отвечает Фай, видимо он не подумал об этом, когда звал гулять. — А мы будем гулять так еще? — с надеждой в голосе произношу я. — Я не уверен, что у меня будет время. Я хожу по городу между встречами. Такие выходки, как сегодня я не устраиваю обычно, — откинувшись на спинку стула, Фай устало закрыл глаза. Посмотрев на него, я вспоминаю дневное нашествие деталей памяти. — Почему Вы решили состричь большую часть волос? — с сожалением, я смотрю на локоны, достающие до плеч, — Раньше ваши волосы были до самого пояса. Это было похоже на фонтан света! — Какие сравнения! — хихикая, отвечает Фай, — Скажем так, я чувствую себя увереннее с короткими волосами, — кукловод игнорирует, что длинные волосы у него были до моей амнезии. — Я Вам не верю. Когда Вы касаетесь волос, Вы выглядите так, будто не в своей тарелке, — замечаю я. Но кукловод лишь грустно улыбается, заматывая кончик волос на палец. Это движение мне показалось смутно знакомым. Но тут Фай неожиданно вскакивает и подходит к своей сумке. — Я помню, раньше ты очень любил необычные булочки, — с энтузиазмом проговорил он, доставая оттуда небольшой сверток, — Вот держи, — в моих руках оказывается небольшая булочка, с небольшим узором сверху. Фая садиться подле меня на корточки, ожидающе смотря и улыбаясь, упирается о мой стул. Я надкусываю. Сладкий вкус немного освежает, добавляя пряному изделию яркий оттенок. — Нравится? Внутри нее мятный сироп! — его лицо никогда так не светилось, как сейчас, — Раньше я очень много тебе приносил их, но, наверное, ты уже не помнишь, — его радость сменяется теплой тоской.       Сердце сжимается в тиски, продолжая сильно биться. С каждым ударом оно сильнее опутывает себя, становиться больнее. Фай встает, и садиться на стул рядом. И мы снова говорим о всяких пустяках. Говорим о других Дьяволах. Фай рассказывает мне о кукловодах. Они бывают совершенно разные, как и люди. Фай старался придумывать более мягкое сравнение, но, с виноватым лицом, сравнил нас с питомцами. Все относятся к своим любимцам по-разному. Игнорируют их, забывают дать им еды, выкидывают их, не выпускают из дома, дают свободу в передвижениях, любят, дают свое внимание и ласку. Все зависит от человека, кукловода. Еще я узнал, что место, куда мы ходили — это детский сад для Дьяволов, который поддерживают группа кукловодов. И многое другое. Я тоже многое рассказывал. В основном, конечно, о цветах и растениях. В конце кукловод рассказал мне прошлое Пола. Я был на эмоциях, поэтому впервые начал возмущаться по поводу историй моих друзей.       Время спустя, я замечаю, что Фай спит. Нужно отнести его в спальню. Подхватываю его под спину и колени, поднимаю вверх. Его вес направляется на мою грудь, Фай необычно легкий. Прохожу через гостиную, успевшую опустеть к этому времени. Бережно поднимаю его по лестнице, не хочу, чтобы он проснулся. Он так старался развеселить меня, увидев, что я плакал сегодня днем. Открывание двери, пожалуй, было сложнейшей манипуляцией из всех. Кладу его на кровать, нависая над ним. Убираю с щеки волосы, замечаю, что его кожа невероятно мягкая. Осматривая его, я замечаю неоднозначный белый бинт на груди. Он шире и плотнее стандартных бинтов. Новые технологии? Пытаюсь коснуться, но кукловод поворачивает спиной ко мне. Решив спросить об этом завтра, я накрываю его пушистым одеялом и неожиданно для себя целую его висок. Улыбнувшись и покраснев, я направляюсь в свою комнату.       Перед сном подхожу к окну. В глаза бросаются красные астры. Наверное, я упустил сегодняшний визит своей незнакомки. Интересно кто же она? Как она каждый день так спокойно проходит в этот сад? А вдруг она шпионка? Тогда зачем дарить мне астры? Это способ войти в доверие? Если это так, то это очень пугающий способ. А может желанный цвет — это просто совпадение? Верно, она просто принесла цвет, которого не было в моем саду. А может это Дьявол, и она умеет читать мысли? Чем больше думаю, тем больше путаюсь. Уверен, если бы я мог спросить об этом у Фая, он бы нашел ответ. Он всегда знает, о чем думают другие люди. Я бы тоже хотел понимать чужие чувства и эмоции, как он.       Эти бинты показались мне очень странными. Он ранен чем-то? Стоит ли мне спросить его об этом или это будет слишком грубо, я очень боюсь его задеть с сегодняшнего дня. Он часто притворяется равнодушным, но он очень легко может сломаться под обстоятельствами. Такой сильный и слабый одновременный. Это поражает меня. Он многое прожил, каждый день он ходит по тем кварталам, полным жестокости и ужаса, пытается исправить, что может исправить. Почему раньше я не замечал этого? Почему все мы не замечали, как он благосклонен к нам? Потому что он не дает нам свободы, которой нам не хватает. Это заставляет меня задумываться вновь. Почему он не дает нам свободу? Этому же должна быть причина. Почему он не говорил никому их и свое прошлое? Разве это нужно скрывать? Я не понимаю этого момента.       Я выхожу в сад. Покрутившись, смотрю на небо. Я подошел к месту, где он всегда сидит и приземлился туда. Сегодня мое настроение так же прекрасно, как вид этого неба. Чистое ночное небо, посередине сияла луна, врываясь своим светом в окна особняка. Многие окна закрытыми шторами, в нежелании пускать назойливый взгляд луны. Но я уверен, она проникла даже в такие окна. Звездочки вокруг нее помигивали мне своим сиянием. Россыпь белых точек разного размера так очаровательно украшало идеально черное небо. Интересно. Почему Фай не выходит по ночам? Летние ночи вовсе не такие холодные. Опускаю взгляд на сад. С этого места отлично видно все цветы, которые росли в саду. Еще хорошо видно окна других Дьяволов. Ему, наверное, кажется веселым смотреть на заспанные недоумевающие лица. Наш кукловод ранняя пташка, никто не засыпает, так поздно как он, и никто и не просыпается так рано, как он. Многие вообще думают, что он не спит. А я? Не слишком ли я много думаю о нем? Неужели он мне настолько дорог? Когда я успел так сильно привязаться к своему кукловоду? Хах, ночные разговоры сближают.       Вдруг, около дерева начинает мелькать что-то белое. Ах, пришла все-таки. Встала так близко к астрам, спрашивает, понравились ли мне? — Этот мир очарователен, — я цитирую старую фразу Фая, которая тронула меня. В ночной мгле раздается еле слышный смех и незнакомка исчезает. Пожалуй, она пожелала спокойной ночи. Эта встреча была особенно короткой, хоть раньше они и не были особо длинными. Наверное, не стоит мне хотеть часто видеть ее. Я не знаю кто она и откуда. Но по таинственной причине меня тянет к ней. Я бросаю последний взгляд на сад, продумывая, что буду делать завтра. Медленно поднимаюсь в свою комнату и ложусь в кровать, засыпая под светом луны.