Противоположности.

Пронизывающий ветер хлестал его по щекам, но внутренний жар и беспокойство не давали замерзнуть. Сжимая в кармане мантии маленькую записку, он подходил все ближе. Что ждало его дальше, ни он, никто-либо другой не мог себе представить. Остановясь в метрах двух от злополучного дерева, Драко вздохнул. Было ощущение как будто на тебя кто-то смотрит. «Параноик. Сначала идешь на встречу с каким-то Г., потом тебе кажется, что на тебя кто-то смотрит. Что дальше, Драко?». Внезапный звук в кустах заставил напрячься. «Просто ветер». Отвернувшись от кустов, слизеринец заметил впереди фигуру в плаще. «Это она!». Сердце пропустило удар, дыхание участилось. С каждым ее шагом пульс учащался. «Когда она подойдет, я, наверное, грохнусь в обморок», — издал нервный смешок у себя в голове Драко. Но она подошла, а он все еще на ногах. Лицо закрывал капюшон мантии и если бы не записка, то понять кто это было бы практически нереальным, но он все равно чувствовал, что это Гермиона. Голова гриффиндорки наклонилась в явном приветствии. — Что за шутки, Грейнджер? — голос сочился холодом и отстраненностью. Капюшон продолжал оставаться на ее голове, что расстраивало. — Отвечай! — Не кричи, — да, это она. Слава Богам. Только в эти напряженные секунды он понял, что в записке не было имени. Чтобы он делал, если бы это была не она? Вопрос, конечно, интересный. — Почему ты подумал, что это я прислала тебе записку? — удивление. ЧЕРТ. Действительно, а почему? Почему именно та, которая снилась тебе практически каждую ночь, голос которой ты всегда определял из всех студентов Хогвартса? Почему именно та, от взгляда которой ты просто тонул. Да, Драко, почему? — Пф, это было очевидно, Грейнджер. Только ты могла так запалиться, когда подкладывала мне эту записку в мою сумочку. Он сейчас действительно слышал скрип зубов или ему показалось? О чем ты хотела поговорить? Пожалуйста, скажи. Пожалуйста, не томи. — Гм, тут такое дело, — он был уверен, что она поджимает свои губы. Черт, Драко, возьми себя в руки. Губы. Что? Помочь ей? Да от него не больше пользы, чем от хорька. — Остановись, Грейнджер. Ты. Сейчас. На полном серьезе. Просишь. Помочь. Тебе? — Смех был особенно мерзким. Как у тебя получается так играть, Драко? Несмотря на чувства, вспыхивающие в твоей душе, несмотря на головокружение в голове, несмотря на все эти плохоскрываемые симптомы влюбленности? — Да я лучше сдохну. Какой врун. Угомонись, Драко. Либо забей на нее и не думай больше перед сном и при пробуждении, не представляй ее в своих самых грязных фантазиях, выкинь, просто выкинь из жизни (как будто он не пытался), либо попытайся сблизиться. Ты ведешь себя как ублюдок по отношению к ней, если она действительно тебе нравится (О Господи, он что, действительно подумал это?) или ты ведешь себя как дурак, сохнешь и отшиваешь. Вздох. — О, да, я так и думала. Спасибо, что пришел. Извини за потраченное время. Стоп. И все?! Грейнджер, это все на что ты способна???? Какой же ты дебил, Драко. Какой же индюк, а. Отшить девушку к которой неравнодушен. Молодец. — ЭТО ОТВРАТИТЕЛЬНО! - донёсся голос где-то слева. Слизеринец и Гриффиндора вздрогнули и повернули головы на источник звука. Это что, чертов Уизли? — Гарри, как ты мог? — Серьезно? Он следил за ними? Тут еще и Поттер, отлично, — С ним! С НИМ! Уизли уже практически дошел до них. Все еще говоря какие-то ругательства о предательстве. «Ничего не понимаю», — изрек для себя Драко. — Что ты здесь делаешь, чертов Уизли? — Заткнись, Малфой. От тебя я тоже этого не ожидал, конечно. Какой-то бред просто происходит. Все произошло, кажется, за мгновение. Вот Уизли делает шаг к Грейнджер, срывает с нее капюшон, вскрикивает. Я молча смотрю на нее. Наконец, я могу просто посмотреть на Гермиону так близко, практически уловить движение ресниц. Она абсолютно спокойна и это заставляет и меня выдохнуть с облегчением. Кричит ее имя и отшатывается, делая шаг назад. Смотрит на меня с презрением и… подозрением? Что ты успел себе надумать, Уизли?» — Что за представление вы здесь устроили, а, Грейнджер? — Смотрю на нее. Она выглядит немного озадаченно, как будто что-то хочет придумать. — Я хотела поговорить с Малфоем о зельеварении и Снейпе. Он бы не стал со мной говорить в школе, поэтому предложила ему встретиться здесь и все обсудить. Все? — Голос Гермионы был уверенным, даже Драко чуть не поверил в это. Помощь в зельеварении? Серьезно? — И это то, что вы от меня временно скрывали? — Рон сделал акцент на слове «временно». — Да. — И к чему же вы пришли? «Да, к чему мы пришли, Грейнджер?» — Ты перебил нас, Рональд, и мы не успели договориться. Так что, пожалуйста, иди к себе, когда я приду, все тебе расскажу, — Рон пристально посмотрел в глаза Малфоя. Он не мог доверять ему и оставлять свою лучшую подругу одну, это было бы чертовски неправильно. Но тон, с которым она говорила и ее уверенность, заставили его поверить. Глубоко вздохнув, и повернувшись назад, он медленно поплелся к себе. — И о чем же мы не успели договориться, Грейнджер? Разве я не ясно тебе сказал? — Зачем ты пришел сюда, Малфой? Почему один? Почему пришел, если знал, что это я? Она смотрела на него. Не мельком, как обычно. Прямым взглядом с заинтересованностью и вопросом в глазах: Почему? — Я думал, это что-то важное. Наступило молчание. Гермиона хотела уйти, но нужных слов, чтобы попрощаться не находилось. — Я могу помочь тебе, если это важно. — Да, я тоже уже хотела идти… Что? — Это было последним, что она ожидала от него услышать. Помощь? Да еще и от Малфоя? Какой кошмар. Она что, спит? Конечно, было одно зелье, которое у нее, ну, никак не получалось, но у Малфоя (Она видела это на совместных занятиях. Он был одним из трех человек в классе, у которого получилось: у него, у какого-то слизеринца высокого роста и Снейпа) получилось. Он всегда был одним из лучших учеников по зельеварению, — ты просто поможешь мне? Дурак. Это было так очевидно, что она не поверит. Долбанный псих. И что теперь, мать его, придумывать? — Конечно, не просто так, Грейнджер. «Просто так» делают только либо слишком сердобольные пуффендуйцы, либо тупые гриффиндорцы. Она поежилась. Типичный Малфой. Ну ничего, Гарри, ты мне еще вернешь должок. — Давай так. Я научу тебя варить это долбанное зелье, а ты меня трансфигурации, — О, да. Ненавистный предмет. Трансфигурация. Грейнджер как раз лучшая ученица (Не удивительно), — по рукам? Он что, сейчас действительно вытянул руку? Чем ты думаешь, Драко? Чем? Сомнительно посмотрев сначала на Малфоя, потом поразмыслив, что это довольно честная сделка, она выдохнула, вытащила руку из теплой мантии и пожала. Еще удар сердца. Драко не хотел выпускать ее теплую руку из своих замерзших ладоней, но остатки разума все ещё были с ним, так что он аккуратно прервал рукопожатие. — Завтра в библиотеке в 8 часов вечера. И больше никаких записочек, Грейнджер.

***

С полнейшим недоумением, Гермиона поднималась по лестнице в гостиницу Гриффиндора. Она была, конечно, очень рада, что все прошло отлично, но, черт, почему Малфой согласился? Неужели ему так нужна была оценка по трансфигурации, что он согласился сотрудничать с ней, Гермионой Грейнджер, грязнокровкой. Это слово все еще вызывало неприязнь, но, на удивление, Драко ни разу не назвал ее так сегодня. Вообще, ей казалось, что этот парень слишком сильно изменился после неловкой ситуации в классе Снейпа. Воспоминания поглотили её. Рон и Гарри пошли обедать, а она прибиралась на их столах. Кушать после долбанного зелья, пахнущего тухлым яйцом не хотелось. Перерыв был большой, спешить некуда, поэтому она, полностью уверена, что осталась одна, стала разносить скляночки и подпевать в такт движений. Это была какая-то популярная песня тогда и Гермиона просто обожала ее. Не сказать, что она пела громко или как-то супер ужасно, но когда поворачиваясь к столам, она увидела затылок Малфоя (Да, это был точно его затылок) в дверном проеме и закрывшуюся следом дверь, ей стало ужасно неловко. Флэшбэк отступил, когда Гермиона подошла к портрету Полной Дамы. Назвав пароль, она уже было направилась в гостиную, как услышала голоса. — Ты достала ко мне лезть, Лаванда. Я хотел просто посидеть и подумать в тишине, а ты ко мне лезешь! — Ну, котик, прости меня. Дай твоя зая тебя поцелует и все будет хорошо. Скривившись, Гермиона уставилась на шторку. Что-то внутри в очередной раз оборвалось. Проходить через них не хотелось, но забираться с внешней стороны здания было не лучшей альтернативой. Зайдя и представляя себя невидимкой, девушка начала идти в сторону спальни мальчишек. — Куда ты идешь, Гермиона? — Злость и подозрение было в его глазах. Может, что-то ещё, но сейчас не время раздумывать об этом. — К Гарри, — Сказала она спокойно с твердым взглядом. — Понятно, — ядовито произнес Рон. Гермиона искренне не понимала, что творится в душе у лучшего друга. Списав все на ссору с Лавандой, Грейнджер устремилась вверх, при этом отвернув голову. — Гарри, у нас получилось! Ты видел это?! Взглянув на Гарри, она увидела не только радость, но и какую-то хитринку. — Да. Я видел и слышал. Все. — О чем ты? — Брови нахмурились сами. — Я о вас с Малфоем, подруга! У нас все так закрутилось. Если бы я сам не встречался с Беллой, то уверен, что просто бы убил вас обоих на месте. Шучу, конечно. Только его. Половину слов Гермиона не поняла, хоть и была одной из лучших в Хогвартсе. Какие отношения? О чем он? — Ладно, Гарри, я не понимаю о чем ты говоришь, но давай приступим к делу. — Если бы не встречался с кем??? С Лестрейндж????? Рон застыл у дверного проема. Глаза светились непониманием и раздражением. Он надеялся, что ему послышалось. Черт, с кем? С Беллатрисой Лестрейндж? И что, у Гермионы есть что-то с Драко? Это, почему-то больше задевало. Резко повернул голову в ее сторону и уставился, а в глазах злость. — О, Рон. Ты как раз во время. Присаживайся, — Гермиона указала на сиденье рядом с ней. Черт, присаживайся на его собственную кровать. — Спасибо, Гермиона. Рассказ длился очень долго. Сначала рассказывал Гарри, потом вставляла Гермиона. Лицо Рона, кажется, за все эти сорок минут показало все человеческие эмоции. В начале было полнейшее непонимание, а в конце начали появляться смешинки в глазах. — То есть вы просто боялись рассказать мне сразу, поэтому разыграли весь этот спектакль? Серьезно? — Да, — с выдохом произнесли Гермиона и Гарри.

***

«Здравствуй, мой любимый пирожочек. Хочу сообщить, что у меня все хорошо. Опять было собрание и опять одно и то же (Ты знаешь, это приводит меня в ужас). Надеюсь, что у тебя все получилось. Отпишись мне, пожалуйста. С любовью, Твоя Белка»