Противоположности.

В руках Гарри держал письмо любимой. Солнце ярко освещало вскрытый конверт, который Гарри уже успел кинуть на стол. Что-то в послании не давало покоя, хотя на первый взгляд всё было в порядке. В конце письма девушка как обычно нарисовала сердечко. Гарри нравились такие маленькие рисуночки в письме, но они всегда касались любви или тематики письма, но в этот раз здесь было всё немного по-другому. Ппрямо рядом с сердечком была нарисована свеча. Нигде в письме про неё не упоминалось и это-то и было странным. Чтобы проверить догадку, в миг пришедшую в его голову, он решил испытать её огнем: когда-то давно они обговорили, что если писать важную информацию будет опасно в письме, то они зачаруют его на огнеустойчивость. Сжечь письмо полностью было ужасно досадно, так как Гарри итак получал их редко и все складывал в потайной уголок в комнате, но если Белла действительно хотела написать что-то тайно, то он должен был это узнать. Достав палочку, Гарри взмахнул ей рядом над письмом и прошептал слова, из-за которых бумага моментально сгорела, оставив после себя горстку с пеплом. Однако наш герой рано расстроился: пепел начал собираться в буквы, а потом в слова: «Скоро мы нападём на Хогвартс».

***

Сказать, что Гарри был подавлен потом весь день — ничего не сказать. Как бы ещё так Гермионе с Роном наедине рассказать… Из задумчивости Гарри вывела Гермиона, которая громко позвала его завтракать. «Рон, наверное, опять с Лавандой раньше ушёл завтракать, » — пронеслось у Гарри в голове. Ему, на самом-то деле, ужасно не нравилась девушка лучшего друга, потому что она всегда была такая… приставучая. Конечно, он никогда не говорил об этом Рону, но иногда и самому Гарри казалось, что Рона она уже просто бесит. Когда Гарри спустился вниз, то увидел, что Гермиона сегодня выглядит мило, как всегда, но слишком уставшей. Под её глазами были видны синяки, а лицо выражало напряжение. Гарри видел, что она всегда пыталась это спрятать от него, потому что проблем у лучшего друга итак было предостаточно. Они обменялись приветствиями и молча пошли в столовую. Гарри даже нравилось это молчание, потому что оно не было каким-то обременяющим, а скорее наоборот. Только один раз он посмотрел на Гермиону — она о чём-то усиленно размышляла, впрочем, как всегда. И именно в этот момент, ему очень сильно захотелось спросить о чем же она думает, но, как обычно это и бывает, они уже пришли в пункт назначения, а именно в столовую.

***

Пока Рон уплетал куриные ножки, покрытые золотой корочкой, Гермиона старательно писала какую-то записку или список. В этот момент Гарри просто смотрел в окно, где на улице первокурсники учились летать на метле. Воспоминания и эйфория прошлых лет нахлынули на него, и он улыбнулся. Гермиона сидела рядом с Роном, который мог с лёгкостью разглядеть, что она пишет, но тот был занят только одним — едой. А может быть, так только казалось. Её голова была наклонена, каштановые волосы свисали на стол, иногда мешая девушке писать, но она только спокойно заправляла их за ухо, и то, в долгосрочной перспективе это не помогало. Выглядело это очень забавно. Гарри не понимал, как Рон может не замечать влюбленность и красоту подруги, если бы не Белла, то Гарри бы уже и сам давно влюбился в эту очаровательную девушку. С годами она не только стала женственнее, но и раскрылась в чувствах и искренности. Она такая добрая и веселая, понимающая и заботливая, что он был рад, что дружит с ней. В один момент Гермиона, по-видимому, уже дописала свою работу, и уже хотела сложить её в портфель, как совершенно неожиданно для Гарри, Рон спросил, что она пишет. Дело в том, что рыжеволосый друг из нашей троицы никогда не интересовался тем, чем занята Гермиона, как впрочем и чаще всего Гарри, потому что обычно это была домашняя или очередной проект. Да и к тому же, Гермиона сама делилась интересностями из своей жизни… раньше. — Да так. Неважно. — Неважно — план урока по трансфигурации, да ещё и того урока, где ты лучше всех справляешься? Для кого ты это писала, Гермиона? Сперва их стол окутала тишина. Гарри слышал об их уроках с Драко, но он забыл, что об этом не знает Рон, и поэтому старательно думал чтобы сказать. — Для Драко Малфоя. Мы сегодня идём обмениваться знаниями в библиотеку. — Только знаниями? — язвительно усмехнулся Рон. Эта фраза была сказана таким недобрым тоном, что Гермиона аж потерялась на секунду. — Рон, как ты смеешь такое говорить? — А ты вообще помолчи, тоже хорош. — Я хорош?! Да ты посмотри на себя! Ходишь весь недовольный, постоянно язвишь, даже Гермионе жить спокойно не даёшь! Взгляды переместились на девушку. Она имела довольно разбитый и потерянный вид, но как только она заметила их внимание — тут же встала, быстро собрала вещи, и побежала на выход. А на столе так и остался лежать план для занятия с Драко. «Какая же я дура! И зачем только согласилась идти с этим слизеринцем на встречу?! Хотя, с другой стороны, что в этом такого? Да даже если бы у нас были бы с ним отношения, я же не девушка Рону, чтобы перед ним отчитываться, ведь так? И как я только могла в него влюбиться!» — обо всём этом девушка думала, пока со слезами и гневом бежала в комнату Гриффиндора. У неё было около получаса, чтобы немного прийти в себя и дойти до занятий, потому что все вещи уже были собраны.

***

Занятия пролетели как один миг. Гермиона специально села слева рядом с Гарри. Ей не хотелось даже видеть Рона, постоянно он ставит её в какие-то рамки, а за собой вообще не следит. В общем, ведёт себя в последнее время не как хороший друг. Вот Гарри, кажется, наоборот, стал ей ближе. Идти на встречу с Драко было ужасно волнительно. Девушка около получаса сидела возле зеркала и думала насчёт всей этой странной ситуацией. Гарри с его новой девушкой, Рон со своими непонятными наездами и Драко. Что в её жизни забыл Драко? Ещё и Гарри говорил так, как будто подозревал её в чем-то с этим блондином, но это же бред, нелепица. Ещё и что надеть неизвестно. Школьную форму? Надоедливо, как будто ей больше надеть нечего. Скорее нужно что-то официальное, но в то же время свободное. Странное сочетание. В итоге выбор пал на чёрную кожаную юбка-карандаш и этого же цвета рубашку. Образ дополнял длинный шарф символики Гриффиндора. Волосы Гермиона решила собрать в пучок, чтобы они не мешали на занятии.

***

Как только она зашла в библиотеку, от паники не осталось и следа. Он просто парень, который её частенько задирал, да и вообще он ей ни капли не интересен как личность. У них деловые отношения. Гермионе только это зелье научиться варить, и свою часть работы выполнить, и на этом всё, до свидания. Её карие глаза сразу же заметили делового партнёра. Сегодня он тоже решил не одеваться в форму, а надел на себя белую рубашку и голубые джинсы. Его нога нервно постукивала по полу, а голова была повернута в сторону двери, в ожидании, как их глаза встретились. Вот только это взгляд ни капли не тронул Гермиону и она уверенно прошла к столику, но вот Драко ещё долго смотрел на неё. — Привет, кто первый? Ты или я? — Гермиона никогда не ожидала от себя, что так легко сможет начать диалог с полузнакомым парнем, а особенно с Драко Малфоем. — Привет… Давай, сегодня ты начнёшь. У меня завтра зачёт по трансфигурации, — Драко никогда в своей жизни не думал, что будет так тяжело выдавить из себя слова. Обычные слова, черт возьми. — Сегодня?! — Ну да, это довольно тяжёлые темы, за час не пройдешь. Действительно. Гермиона даже не подумала об этом. Она думала, что сегодня выполнит сделку и будет свободна. — Хорошо, давай я начну. Гермиона уселась поудобнее и достала из сумки заготовленные конспекты и иллюстрации. За каждым её жестом следил зоркий глаз собеседника. — Итак. Начнем с того, что та тема, которая не получается у тебя действительно является одной из сложнейших тем в трансфигурации. Превращение живого в неживое и наоборот требует огромной концентрации и четкого понимания что ты делаешь. Вот например, смотри… Для обоих часовая лекция Гермионы прошла незаметно. Это было очень интересно для Драко. Моментами он даже шутил вместе с ней над всякими словами и терминами. — А теперь приступим к практике. Доставай палочку. Пока Драко на миг отвернулся от лица Гермионы, она уже успела достать откуда-то пакетик с сахаром. — Не задавай вопросов. Сахар — это органика, поэтому её легче превратить в живое, чем, скажем, камень. — Он у тебя тоже с собой? — Да. Надо было видеть лицо Драко, когда Гермиона положила на стол камень с совершенно невозмутимым лицом, а потом начала смеяться. — Я же готовилась! Практика — важная часть в обучении. Итак, вернёмся к сахару. Ты должен представить как даёшь ему жизнь, наполняешь его силой и энергией. Можешь превратить его во что угодно, самое главное, чтобы в живое. Драко перевел внимание на горстку с сахаром, а Гермиона тем временем следила за своим учеником. — Ого! Так быстро! Через доли секунды сосредоточенного внимания Драко, на столе оказалась роза. Белая роза с яркими зелёными листьями и как будто только что отрезанная от корня. Она действительно была наполнена жизнью. Рука Гермионы сама потянулась к этой розе, чтобы понюхать её. Действительно ли она пахла как настоящая? Да, действительно, но в тысячи раз лучше. Этот запах был очень сладкий и сильный, и даже удивительно было, что он хранится в этом маленьком цветке. От удовольствия Гермиона прикрыла глаза. — М-м, какой запах. Эта белая роза как и рубашка Драко так сильно контрастировала с одеждой Гермионы и даже её глазами и волосами. Этот контраст был таким притягательным в глазах Драко, который не мог их отвести от девушки. Через несколько мгновений Гермиона открыла глаза и положила розу в сторону. — Хорошо, как я заметила, для тебя это было достаточно легко. Теперь посмотрим что ты сделаешь с камнем. Драко опять перевёл взгляд на камень и постарался максимально сосредоточится на нём. Сам камень был среднего размера и был полностью гладким, без шершавинки. На этот раз ему понадобилось чуть больше времени, но то, что получилось, поразило Гермиону до глубины души. На столе сидела бабочка с голубыми крылышками с чёрными краями. Она была очень красивая и такая хрупкая. Гермиона не могла оторвать от неё глаз. — Как ты это сделал? — прошептала девушка. — Я просто думал о тебе. Слова сами соскочили с языка. Драко уже представил весь уровень катастрофы, которая должна была произойти, но Гермиона продолжала ни в чём не бывало смотреть на очаровательную бабочку. — Ой, прости, это бабочка меня зачаровала. Что ты сказал? — её смех был таким искренним, а глаза светились радостью. А когда эта бабочка взлетела и села ей на плечо, то это было самое замечательное зрелище, что видел Драко. Он вдруг понял, что ему давно не было так хорошо с кем-то. В её компании хочется улыбаться и смеяться, шутить и радовать её. Только её одну. — Хм, так. Я хотела, чтобы потом ты превратил эти существа обратно, но сейчас я просто не могу себе позволить этому случиться. Этот цветок и бабочка такие замечательные, право, я не представляю как ты это сделал. Вроде у меня есть ещё один камень, моя очередь показывать. Гермиона создала обычную гусеницу, чтобы её не жалко было превращать во что-то неживое. — Ты серьёзно?! Драко спокойно, практически с первого взгляда превратил гусеницу в разноцветное стёклышко. Бабочка всё также продолжала сидеть на плече у Гермионы. — Ты очень способный ученик, Драко. Немногие могут сразу научиться такому сложному заклинанию. — У меня просто хороший учитель. Спасибо. Гермиона все ещё не могла поверить местами, что действительно говорит с Драко Малфоем. Он вёл с ней себя так вежливо и мило, да даже вчера он был похож на себя больше чем сегодня. Гермионе определённо нынешний вариант нравился больше. Несколько секунд они просто сидели в тишине. Уходить как-то не очень хотелось: за сегодняшний вечер произошло так много удивительных событий, которые как будто раскрасили их жизнь цветными красками, что заканчивать это не хотелось. Однако вся сцена выглядела странно, и Гермиона решила закончить это. — Так что, пойдем? — Ты не возьмёшь эту розу? Драко взял в руку прекрасный цветок и протянул его не менее прекрасной девушке. Эта сцена была такой интимной, что у Гермионы аж вспыхнули щёки, но она все равно взяла розу, прошептав еле слышно: «спасибо». Драко настоял на том, чтобы проводить Гермиону до комнаты, потому что уже было достаточно темно. Они обговорили по дороге детали завтрашней встречи: такое же время и место. Чувство эйфории закончилось, когда Гермиона пожелала Драко удачи на зачёте и уже развернулась пройти в свою комнату, как увидела Рона, сидящего на диване, и смотрящего на неё как на красную тряпку. Действительно, можно было бы подумать, что Гермиона пришла со свидания. В руках цветок, в волосах бабочка, а на лице улыбка. Не так он представлял деловую встречу с Драко, о чём сразу же ей и сказал. - Какая тебе разница, что происходит в моей личной жизни? Тебя это не должно волновать. Я же не лезу к вам с Лавандой. Прокричав это, Гермиона быстрыми шагами дошла до нужного поворота, и убежала, не слушая, что кричит ей Рон. Даже если он что-то ей и кричал. Первым делом она поставила замечательный цветок в вазу и ещё раз вдохнула его запах. Удивительный вечер и удивительный запах. Бабочка сидела все ещё была в её волосах, когда Гермиона села на пол, и припав к окну, расплакалась. То напряжение, которое копилось в ней вылилось в этом слёзном порыве. Она не сделала ничего плохого Рону, она просто влюбилась в него.

***

Утро было не самым добрым в жизни Гермионы. Как минимум, оно началось со звона будильника в 6 утра, который девушка благополучно забыла выключить. Заснуть опять не получилось, потому что после вчерашней бури у неё болела голова и был заложен нос. Хорошо, что сегодня выходной и можно никого не видеть и не слышать. Побыть одной до вечера, до обязательной встречи с Драко. Воспоминания о вчерашнем вечере заставили девушку улыбнуться. На окне сидела небезызвестная бабочка, а рядом с ней в вазе стоял прекрасный белый цветок. Его запах всё ещё оставался прекрасным для девушки, и именно он окончательно пробудил её и дал сил на новый день. На улице было достаточно темно, поэтому Гермиона не сразу увидела хлопья снега, падающие на подоконник. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что выпал первый снег! - Ю-ху! Голова стала болеть меньше, нос уже дышал, а от плохого настроения окончательно не осталось и следа. Гермиона просто обожала снег и зиму. Выходить на улицу и вдыхать свежий морозный запах. После такой прогулки и дома уютнее находиться, особенно сейчас, когда её единственная соседка уехала к родителям по личным обстоятельствам. Включив любимую музыку, Гермиона решила вначале перебрать шкаф, потому что на улице ещё слишком темно. Она доставала новогодние свитера, носки и штаны. Повесила на крючок у двери более теплую зимнюю куртку и шапку с шарфом, и достала свечки. Когда всё было собрано, джинсы и свитер с верхней одеждой надеты, на улице начало светлеть и Гермиона, выключив свет, стала как завороженная смотреть на хлопья снега. Тишина придавала романтический окрас сей сцене, и девушка через несколько мгновений выбежала на улицу. Конечно, сегодня она хотела целый день лежать в постели, но при данных обстоятельствах делать это было бы чрезвычайно глупо. Спокойно миновав все двери и коридоры, девушка оказалась на улице и первым делом полной грудью вдохнула запах пришедшей зимы. Хорошо, что сейчас раннее утро субботы и её точно никто не побеспокоит.

***

Казалось, что прошло только полчаса, но по ручным часам Гермиона определила, что она гуляет уже добрых два с половиной часа. Уходить не хотелось, но замерзшие конечности и лицо, а так же тот факт, что скоро все проснутся и хватятся её, вынуждал поторапливаться идти назад. "Ещё десять минуточек посижу и пойду," - сказала Гермиона сама себе, пока сидела на лавочке возле замка. - Привет, - послышалось где-то рядом с ней. Вначале девушке даже показалось, что ей послышалось, потому что она не только не услышала шаги этого человека, но и в принципе увидеть бы его здесь было бы очень странно. Однако ощутив некоторые движения за её спиной, она всё-таки повернулась и её предположение подтвердилось. Перед Гермионой без шапки и шарфа, одетый наспех стоял рыжеволосый паренек. Под его глазами залегли синяки. От его вида у Гермионы всколыхнулось сердце. - Господи, Рон, что ты здесь делаешь? Да ещё и в таком виде?! - Я хотел извиниться и пошёл к тебе, так как у вас комнаты закрыты, то я решил подождать пока ты проснёшься в гостиной. Потом я попросил Парвати посмотреть спишь ли ты или нет. А она сказала, что тебя в комнате нет. Вот представь как я испугался, поднял Гарри, рассказал ему о вчерашнем, и мы пошли вдвоем тебя искать. - Стоп, погоди, ты пришел извиниться? Вообще, честно говоря, извиняться Рону нужно было ещё давным-давно, но даже тот факт, что он пошёл её искать, а перед тем ещё и действительно осознал свою вину, ужасно поразило Гермиону. "Какое-то удивительное сегодня утро". - Да, прости меня, Гермиона, я ужасно виноват перед тобой. Мне не нужно было так себя вести. Я понял насколько ужасно поступал с тобой вчера, когда твоя улыбка при виде меня, превратилась в печаль. Всё началось, когда я начал встречаться с Лавандой, а вы с Гарри стали отдаляться. Как я тогда думал. На самом деле я понял, что отдаляюсь я, потому что ужасно ревновал вас. Я старался доказать себе, что могу спокойно жить и в отдалении с вами, в особенности с тобой, но на самом деле, я ужасно привязан к тебе, Гермиона, и ты мне очень дорога. Прости меня. На глазах Гермионы выступили слёзы. Она так скучала по Рону, так скучала по их шуткам, и его отношению к жизни, что не сдерживаясь, кинулась в его объятия. Сердце ужасно стучало: всё-таки у неё были к нему не только дружеские чувства. Однако с этого момента она запретила себе даже думать о них (как будто это было так легко). - И ты мне очень дорог, Рон.