Нефилим

      Доктор Хеммингс не просто храпел, он издавал звуки, как если бы в соседней палате душили старую, хриплую собаку. А еще он так смешно открывал рот, что в него так и хотелось что-нибудь запихать. Тессе не хватило бы сил сделать какую-нибудь приколюху и убежать, поэтому она просто толкнула доктора в плечо.       — Э-э... Доктор Хеммингс, — она толкнула его еще раз посильнее, да так, что левое плечо заныло, — у вас все нормально, а?       Во второй раз доктор Хеммингс вздрогнул, и спросонья начал потирать глаза, но ему помешали очки.       — Что за...— он посмотрел наверх и увидел стоящую над ним тень, — а-а, Тесса?       — А чего это вы тут? — она сощурила глаза. — Вы же говорили, что вам очень-очень нужно торопиться уходить.       — Ты знаешь, врач - это очень нестабильная профессия, — он все еще сидел на полу и протирал очки, пытаясь найти в воздухе место посветлее, — меня срочно вызвали на ночное дежурство, и вот я случайно уснул.       — И вы уснули прямо напротив моей палаты? — Тессе очень хотелось смутить молодого врача от страшной скуки, — И вам что, нравится сидеть на полу? Если да, то сидите, конечно.       — А ты за словом в карман не полезешь, — доктор поднялся и стал ваше Тессы на пару голов, — между прочим, тебе прописан постельный режим.       Хеммингс выдавил улыбку, развернулся и ушел в темноту. Тесса проводила его взглядом, пожала плечами и вернулась в палату. За окном уже светало. Девушка легла на кровать, сжав зубы — жутко ныла рука от плеча (чересчур сильно она толкнула врача). Она взяла в руки смартфон. 03:28 высветилось на экране. Тесса не хотела спать, и решила написать Остину. Но парень, в отличии от нее, спал, и скорее всего спал давно. Он обещал приехать к ней, завтра днем... Скорее бы наступило это завтра, днем...

***

      На выписку приехала вся семья. «Будто бы меня месяц не было дома» — ворчала Тесса про себя. Палата была очень светлой и теплой — солнечный свет залил каждый уголок. Мама помогла Тессе надеть ее любимую серую футболку, которую та попросила привезти. Одежду, в которой Тессу привезли, пришлось выбросить — она была порвана стеклом. Да и оно к лучшему, так считала девушка. В коридоре их встретила медсестра, очень милая, пухлая женщина, которая помогала Тессе весь вечер и утро. Миссис Фостер вручила медсестре букет ирисов нежно-голубого цвета.       — Извините, вы не знаете, где нам найти лечащего врача Тессы? — у мамы снова глаза были на мокром месте, — я такая дура, никак не могу вспомнить...       — Доктор Хеммингс! — девушка заботливо приобняла мать правой рукой. — Мам, ну успокойся, пожалуйста. Все же хорошо.       — Доктор Люк Хеммингс закончил дежурство еще вчера вечером, и его смена начнется только через сутки, — медсестра любовалась букетом, — а что вы хотели?       Миссис Фостер виновато протянула длинный пакетик.       — Да вы что! — медсестра отмахнулась, — доктор Хеммингс не пьет! Совсем не пьет, только если чай, или кофе, иногда...       — Ну, тогда это подарок вашему отделению.       Медсестра пыталась отказаться, но миссис Фостер была женщина настойчивая, и молча оставила пакет на скамье. Они с дочерью направились в сторону лифта, когда Тесса опомнилась:       — Ой, а разве доктор Хеммингс не был сегодня на ночном дежурстве?       — Да вы что! —медсестра улыбнулась, — мы его бережем, он ведь самый молодой наш сотрудник, тем более сегодня дежурила доктор Пирс.       — А вот это уже интересно, — шепнула дочь маме на ухо, — пойдем скорее, мамочка, жутко проголодалась.

***

      Домой доехали без происшествий. Бен неловко приобнял падчерицу; Амита спросила, осталась ли Тесса со всеми пальцами на руках, но получив ответ, что пальцы на месте, расстроилась. Когда они подъехали к дому, Тесса старалась не смотреть на здание напротив ее дома. Заметила она только, что дверь была закрыта, на навесной замок.       Девушка поднялась к себе в комнату и плюхнулась на кровать. Как же мало, оказывается, нужно для счастья — одна мягкая, домашняя подушка. Тессы не было дома всего ночь, но она с огромным удовольствием оглядывала комнату, прижав подушку к груди. Маленькая тумбочка, на ней книжки и наушники. Пуфик измят — на нем лежала Амита, она всегда так делает, думая, что сестра не в курсе. Книжный шкаф, письменный стол, ее любимое окно, с решеткой. ЧТО? — МА-А-А-А-М!       — Мама! — Тесса ворвалась на кухню, — мама, что происходит, какого черта у меня на окне решетки!       — Тесса, успокойся, — неожиданно для всех подал голос Бен, — мы с Эмили посоветовались и решили, что так будет лучше...       — Лучше для кого?! — Тесса уже кричала, — я что, ПРЕСТУПНИЦА?       — Милая, так лучше и безопаснее для тебя, — вступилась миссис Фостер, — а для нас с Беном спокойнее, если...       — А-а-а, так ты беспокоишься за "нас с Беном", — она резко крутанулась и опрокинула со стола кастрюлю, — я забыла, в этом доме есть только "ты и Бен", а все остальное НЕ-ВАЖ-НО!       На грохот с кухни прибежала Амита. Тесса чуть не задела ее и громко выругалась.       — Тесса Тернер, последи за языком, — мать швырнула на стол полотенце, — не смей так разговаривать со мной и моим мужем, в конце концов...       — А он мне кто? — сорванным голосом она крикнула непоправимое, — он мне не отец, он мне никто, я тебя ненавижу, Бен!       — Тесса, сейчас же извинись!       Но девушка уже бежала по лестнице, где-то из кухни слышались крики матери и рев Амиты. Она ворвалась в комнату, громко хлопнула дверью и упала на кровать, рыдая без остановки. Внутри смешались все плохие чувства сразу — злоба, обида, разочарование, боль. Злоба будто наполнила ее всю, без остатка. Она злилась на маму, на Бена, на Амиту, на себя. Кричала в подушку на Сару и Оскара, на парня из переулка, на доктора Хеммингса. Ей хотелось выкричать всю боль. Ей хотелось убить его. Если бы он не возник впервые тогда, в переулке, не схватил бы ее за руку, то ничего такого с ней бы не случилось, все было бы хорошо. Она бы хорошо училась в колледже, ходила бы по магазинам с Сарой, ела бы мороженое с Оскаром, а может и целовалась бы. Все было утеряно, все потеряло смысл. Внутри Тессы остались только чернота и мрак. Горечь и греховность.       Дверь в комнату скрипнула.       — Выйди вон сейчас же, — Тесса уткнулась в подушку, — я не хочу тебя видеть, я не хочу с тобой разговаривать!       — Извини...       Когда Тесса опомнилась, было уже слишком поздно. Он давно сбежал по лестнице, сбежал тихо, как кошка. Он уже давно шел по залитой солнцем улице, а может уже и ехал в автобусе домой, или к другой какой-нибудь девушке, получше. В общем, вылетев на улицу, зареванная Тесса опоздала. Непростительно опоздала.       — Оскар...       Девушка вытерла рукавом лицо и взглянула наверх. На том самом окне тоже красовались решетки, да и вообще на всех окнах. Все переменилось слишком быстро.       Тесса развернулась и зашла домой, сгорая от стыда. Жуткую злость будто рукой сняло. Но впереди было хуже. Из кухни на нее глядела Амита. В ее черных, выпученных глазах читался ужас. Все лицо ее было в красных пятнах, от плача. Девушка осознала, что сестра ведь еще не знала, что Бен не родной отец Тессы. Конечно, она догадывалась, где-то в глубине души знала. Но знала по детски наивно, не в серьез. И она не должна была узнать так, она не заслуживала этого, она слишком мала. Добил ее плач матери, который доносился из гостиной. Голос Бена был еще мягче обычного, он что-то нежно говорил маме. Тесса убежала в свою комнату, аккуратно закрыла дверь и снова упала лицом в подушку, рыдая, но теперь от стыда и злости на себя, только на себя.       Сколько времени прошло она не знала, но вспомнив, что в мире существуют телефоны, кинулась звонить человеку, которого она незаслуженно обидела. Но он не взял трубку ни в первый, ни в десятый раз. Тесса обреченно кинула смартфон на кровать и подошла к зеркалу. На нее смотрело красное, опухшее от слез лицо, все в соплях, в мятой одежде и с гнездом на голове. Но, зато, состояние внутри соответствовало внешнему. Все вокруг темнело, Тессе становилось немного легче. Но мешало только одно — голоса.