Что же творится у него в голове?

Тихий вечер. Звёзды, свет которых с трудом пробивается сквозь облака, слабо мерцает, постепенно угасая. Тёмно-серые тучи загораживают луну, делая небо ещё более мрачным. Лёгкие капли только что начавшегося дождя летят вниз, разбиваясь о поверхность. Непослушный ветер качает ветви деревьев из стороны в сторону, играя с почти опавшими листьями. Он отрывает их, и те летят над городом, падая на чьей-нибудь лужайке. Карума следит за осенним пейзажем через окно в своей квартире, вслух размышляя о том, что только придёт в голову. Порой, Акабане не мог понять что именно творится в голове глупого, но такого родного Нагисы — это и была основная тема размышлений. Обычно Карума читает человека, будто тот является раскрытой книгой, но с Нагисой всё иначе. Голубоволосый то хорошо общается с Карумой, хлопая широко раскрытыми глазами, то избегает его, словно красноволосый — его враг номер один. Бывало даже, что Нагиса вёл себя уж больно непривычно — без природной скромности он лез к Каруме, когда они были наедине, в попытках совратить его. Правда, голубоглазый приходит в себя через пару минут и сбегает с алыми щеками и выступившими слезами на глазах. В общих чертах, Нагиса — тот ещё цветочек, которого Карума хочет узнать (и взять) полностью. Ведь Акабане не уверен даже насчёт ориентации его цели бесконечных размышлений. На следующее утро весь город словно преобразился: жёлтые, оттенка глаз Карумы, опавшие листья украшали тротуары улиц, не оставляя ни клочка выступающего из-под них асфальта, а лужи всевозможных размеров лишь дополняли данную композицию. Акабане привык выходить из дома на учёбу на час раньше, чтобы неспеша рассмотреть каждое деревце и вновь поразмышлять о всяком. -Карума-кун! — до боли знакомый голос прервал мысли красноволосого, и тот повернул голову в сторону исходящих криков. -Ах, это ты, Нагиса. Почему так рано? -Я решил сходить на прогулку перед учёбой, ведь нечасто выпадает такой шанс. -Вот как. Ну… Может, тогда погуляем вместе? Щёки Шиоты приобрели розовый оттенок, глаза заблестели и он радостно закивал. Следующие полчаса они говорили буквально ни о чём, медленно приближаясь к учебному заведению. -Стой, — Карума резко остановился, приказав Нагисе сделать то же самое. -Что-то случилось, Карума-кун? — голубоволосый не скрывал своей растерянности и любопытства. -Знаешь о чём мы забыли? Сегодня начало каникул. Шиота несильно хлопнул себя по лбу, в знак того, что вспомнил это. -Что ж, продолжим нашу прогулку? — Карума оскалил острые зубы, изгибая губы в улыбке, и чуть прищурил глаза, не забыв по привычке приподнять подбородок. -Д-да, хорошо. Ученики класса убийц вернулись в парк, в котором на удивление не было ни души. Проходя вдоль лужи на проезжей части, парни не заметили, как проезжающая машина на огромной скорости неслась прямо в их сторону. Ещё секунда, и Нагиса уже был полностью мокрый из-за огромной лужи, находящейся по близости, и той самой машины. -Ублюдок! — крикнул напоследок машине Карума, не забыв кинуть дротик в колесо. Акабане всегда носил всякие штуки для издевательств над людьми в школьной сумке, — минус колесо, — сквозь смех сказал красноволосый своему другу. Но последнему было не до смеха. На улице стояла отнюдь не тёплая погода, которую дополнял поднявшийся ветер. Нагиса стоял, обняв себя и стуча зубами от холода. Его кожа моментально покрылась мурашками, даже шарф и верхняя одежда не спасали своего носителя от холода, поскольку были промокшими. -О боже! Нагиса, придётся сделать пробел в нашей прогулке и пойти ко мне, так как дом, в котором я живу находится ближе твоего, — Карума со спехом снял с себя пальто, накинув его на друга и забрав его мокрые вещи, чтобы тот не простудился. Они быстрым шагом дошли до дома Акабане, после чего хозяин квартиры предоставил горячую ванну, чай с лимоном и плед. -В ванной комнате есть полотенце и чистая сменная одежда. Если что-то понадобится — зови. -Спасибо тебе, Карума-кун… В ответ Нагиса получил несвойственную для Акабане добрую улыбку. После двадцати минут нахождения голубоволосого в ванной Карума стал беспокоиться — вдруг что-то случилось? Но Шиото вскоре вышел из ванной цел и невредим. Светло-серая футболка садиста на нём выглядела даже больше, чем ожидалось. Домашние шортики спрятались под футболкой, поэтому создавалось ощущение, что их вовсе нет. Голубые влажные спутанные волосы придавали ещё большей невинности этому образу, и Нагиса забавно смущался, закусив губу и совсем немного скосолапив худые женственные ноги. Карума не мог отвести взгляд от одноклассника, но вскоре опомнился и предложил Шиоте приготовленный горячий чай со вкусом японской липы. -Нагиса, тебе уже лучше? — Карума пытался маскировать сильное влечение к парню за привычной ухмылкой и расслабленным взглядом. -Спасибо, Карума-кун, мне теперь совсем не холодно. Я не буду валяться в кровати с температурой и кашлем все каникулы лишь благодаря тебе, — Нагиса сидел, обняв ноги и положив на них голову. Карума невольно покраснел, вновь и вновь повторяя лишь одну фразу в голове «Я не пидор», но и она уже заставляла сомневаться красноволосого, хотя он яростно пытался это отрицать, — ох, что-то я засиделся. Ты уж извини, что заставил волноваться, я, пожалуй пойду домой, — Шиота поклонился и заметался из стороны в сторону. -Но, Нагиса, твои вещи ещё не высохли. Может, останешься на ночь у меня? Тем более, взгляни за окно, уже темно. А вдруг с тобой что-то случится? Я предупрежу твою маму, чтобы она не волновалась. Нагиса медленно сел рядом с Карумой и задумался на пару секунд. После чего на его лице расцвела улыбка, и Шиота счастливо кивнул. -Ну и отлично, — Карума самодовольно улыбнулся. -Кстати, а где я буду спать? — голубоволосый чуть наклонил голову вправо и посмотрел прямо в глаза Акабане своими широко распахнутыми глазами глубокого голубого цвета. -Ты можешь лечь на моей кровати, а я лягу на полу. -Извини, Карума-кун, но я так не могу. Давай лучше я буду на полу, а ты у себя в кровати? -Нет, Нагиса, ты простудишься. Давай так, ты спишь тут, а пойду в зал, хорошо? -Х… Хорошо. -Тогда ложись, а я постелю для себя и тоже буду спать. -Спасибо, Карума-кун, спокойной ночи. -Спокойной. Акабане ушёл из комнаты, прихватив нужные вещи, оставив Нагису наедине. И только тогда, когда Карума начал переодеваться в одежду для сна, заметил, казалось бы, очень хорошо заметный стояк. -Блять, — выругался красноволосый, очень надеясь, что Нагиса ничего не заметил. А тем временем Нагиса уткнулся носом в подушку, с наслаждением вдыхая в себя запах Карумы. И ведь самому Шиоте это совсем не казалось странным, что он так помешан на своём друге, порой сам не замечая этого. Через несколько минут Карума уловил тихое сопение, раздающееся из его комнаты. Садист мягко улыбнулся в темноту и произнёс: «Спи, сладенький мой». Вскоре и его Морфей унёс в своё царство.

***

-К-Карума-кун… — громкий шёпот распространялся по помещению, и даже пожирающая всё на своём пути темнота не смогла его остановить. Карума спит чутко, поэтому долго ответа ждать не пришлось. -Н… Нагиса? Что-то случилось? Голубоволосый замялся. Благодаря слабому свету с улицы Карума смог увидеть лицо одноклассника, и по его выражению было отчётливо видно, что парень нервничает. Его глаза были наполнены слезами, от такого вида лицо Карумы стало сливаться с цветом волос, и он нервно сглотнул. -Карума-кун… Мне страшно и холодно… -Так вот в чём дело, — Акабане улыбнулся лишь уголками губ, после чего продолжил, — идём со мной. Друзья направились в комнату хозяина квартиры. Карума приказал лечь на тот край кровати, который упирался в стену, после чего сам лёг на другой край. Нагиса взял руку Карумы и положил её на своё тело так, чтобы Акабане обнимал Шиоту. А тот совсем и не против, поэтому берёт инициативу на себя, ещё сильнее прижимая к себе друга. Нагиса решил не отступать и крепко обнял Каруму за талию, вырисовывая круги на оголённой спине красноволосого, что сильно заводит последнего. Румянец незаметно подкрался к щекам Карумы, полностью их обхватывая, а член стал заметно твёрже от возбуждения. А ведь Акабане свято верил, что он — натурал. Или же это связано с внешностью того, с кем он сейчас разделяет постель? Карума даже не ожидал, что так будет остро реагировать на простые щекотящие прикосновения. -Кстати, ты ведь замёрз? Хочешь, я покажу тебе один из способов согреться? --Безумно хочу, — Шиота положил свою ногу меж ног Карумы и начал тереться коленом о член друга. -Н… Нагиса… Мммм… — Карума был заткнут глубоким неумелым поцелуем, но вскоре он опомнился и стал отвечать на данное действие со стороны голубоволосого. Акабане почувствовал изящные пальцы на своём животе, которые мягко ласкали выступившие от напряжения кубики пресса. Далее Нагиса поднялся к груди, намеренно задевая и щипая затвердевшие соски. Карума тихо стонал в губы Нагисе, что лишь подталкивало на дальнейшие действия. Оба сняли с себя футболки, и, как оказалось, у Шиоты тоже есть пресс, правда, не такой накаченный, как у Карумы. Акабане стал спускаться ниже, оставляя после себя влажную дорожку, которую украшали попутные засосы и укусы. Нагиса вплёл свои пальцы в красные волосы, прижимая голову любовника к себе и тихо постанывая. Неожиданно Карума остановился, и, нависая над ухом Нагисы, прошептал: -Ты действительно хочешь этого? Не сбежишь, как тогда? -Я хочу этого больше всего на свете, поверь мне, я не стану убегать от тебя. -Хорошо, ты успешно упустил свой шанс остановить меня. Надеюсь, ты не возненавидишь меня. Карума буквально зарычал, срывая с раскрасневшегося Нагисы шорты и нижнее бельё, и припал к его члену. Чуть коснувшись его пальцем, Акабане вызвал у голубоглазого стаю мурашек, охватившего того с ног до головы. Протяжный стон со стороны Шиоты лишь был щелчком для Карумы, поэтому тот мягко поцеловал головку, окутывая её своими губами и играя языком. Рукой он всячески щекотал и надрачивал член Нагисы, что вызывало ещё больше стонов и просьб не останавливаться. Посчитав правильным взять член полностью, Карума так и поступил, хотя потом пожалел об этом — его горло не подготовлено к такому, что даже начались рвотные позывы, но красноволосый терпел. Терпел только ради своего любовника и его стонов. Нагиса положил свою руку на голову Карумы, как бы подталкивая его брать глубже и глубже. Сладкие стоны эхом разбегались по комнате, и Карума лишь набирал темп. Шиота кончил за секунду до того, как Акабане вынул его член изо рта. Сперма запачкала живот Нагисы, а так же лицо Карумы и постель. Взгляд голубоволосого набрал фокус, и теперь он видит что натворил. Его глаза расширились, от стыда и чувства вины Шиота закрыл рот рукой. -Карума-кун… Прости меня, я правда не хотел этого… -Замолчи, в этом совершенно нет твоей вины. И уж точно это не конец, чувствуешь, как становится всё жарче и жарче? — Карума произнёс это хриплым, мягким и спокойным голосом. -Д-да… Акабане принял сидячую позу и ещё шире раздвинул ноги Нагисы. -Сейчас будет немного больно, но это вскоре пройдёт. Эта фраза насторожила голубоглазого, он нервно сглотнул и неуверенно кивнул, не утратив доверия к своему партнёру. Карума по-доброму улыбнулся, его затуманенный от возбуждения взгляд перешёл на кольцо мышц любовника, которое было просто необходимо разработать, чем красноволосый и занялся. В Нагису вошёл сначала один палец, через время добавился второй, далее третий. Зудящее ощущение медленно отступало, заменяя себя приятными ощущениями, но и они не были вечны — когда Карума начинал двигать пальцами, надавливая на узкие стенки, становилось неимоверно больно. Нагиса шипел и стонал от боли, но не просил остановиться. Через пару минут Акабане вынул все три пальца и начал игриво тереться головкой о анус Шиоты, раздражая и раззадоривая его. Карума держался из последних сил, чтобы не жёстко изнасиловать любовника, позабыв о его чувствах. Член красноволосого резко вошёл в тело Нагисы на половину, позволив последнему привыкнуть. -Узко… — мечтательно пролепетал Карума. Спустя некое количество времени Нагиса слабо кивнул, подталкивая Акабане на дальнейшие действия. Карума полностью вышел из одноклассника и тут же вошёл, но в этот раз уже полностью. Шиота издал громкий стон наслаждения, и красноволосый продолжил набирать темп. Карума продолжал толкаться в тело Нагисы, склонив голову и нагло наблюдая за раскрасневшимся и стонущим под ним другом. Его безумно заводил крик наслаждения Шиоты и с каждым таким криком набирал сумасшедшую скорость. На последних секундах Карума смотрел на Нагису с оскальной улыбкой, пытаясь запомнить на его теле каждую родинку, после чего шумно вздыхает и изливается в тело голубоглазого и терпеливо дожидается, когда одноклассник тоже кончит себе на живот. Акабане неохотно выходит из тела любовника, обессиленно ложась рядом и поворачивая голову в сторону предмета своего обожания, а именно в сторону Шиоты Нагисы. -Ну как, не жалеешь? — спрашивает запыхавшийся Карума. -Ни капельки, — раскрасневшийся и жутко уставший Нагиса не придумывает ответа лучше и более развернутого, чем этот. -Не забывай, сейчас нужно принять душ. -Мгм… — ленивый ответ Шиоты даёт понять, что тот засыпает на ходу. Карума понимает, что спать, когда весь в липкой сперме, не очень приятно, поэтому подхватывает Нагису на руки и несёт в ванную комнату. -Я помогу тебе, только не засыпай, хорошо? -Я постараюсь. После принятия холодного совместного душа одноклассники из последних сил добрались до кровати и упали на неё, тут же уснув.

***

Карума проснулся первым, не спеша уходить из комнаты. Он лишь наблюдал за обнаженным и мирно сопящим Нагисой у него под боком. -К… Карума-кун? — неожиданно Шиота проснулся, сладко потягиваясь и зевая, — что-то случилось? Почему ты голый? А почему я… — по виду голубоволосого было ясно, что он прокручивает в голове произошедшее прошлого дня и ночи. С каждым воспоминанием его щёки багровели, Нагиса боялся смотреть на лицо Карумы, где красовалась нахальная улыбка. -Да, Нагиса, всё так и есть. Не жалеешь хоть? — в ответ Шиота опустил голову вниз и замотал ей из стороны в сторону в знак отрицания. -Хороший мальчик, — Акабане ласково погладил одноклассника по голове, заплетая пальцы в его волосах, — знаешь, я тут одну вещь заметил. Нечестно получается, что ты кончил два раза, а я всего один. Поэтому я хочу, чтоб ты отсосал мне. Сделаешь? Глаза Нагисы округлились, он часто заморгал в недопонимании. Лицо ещё сильнее забагровело, парень нервно сглотнул. И кивнул. Карума самодовольно приподнял подбородок и прищурился, отдавая своё тело на ласки. Нагиса провёл пальцами вдоль позвоночника любовника, очертил контуры рёбер, груди, пресса и талии, после чего мягко толкнул Каруму, чтобы тот лёг на спину. Шиота лёг поверх него, заключая Акабане в объятиях и страстных поцелуях, свободной рукой же он поглаживал внутреннюю сторону бёдер одноклассника, касался члена и медленно надрачивая ему. Голубоволосый начал спускаться ниже, оставляя засосы и укусы на шее, ключице, груди Карумы. Последний утопал в его ласках, не стесняясь стонов и несуразных ласковых слов. Когда Нагиса дошёл до члена Карумы, который в свою очередь был уже каменным, то стал его дразнить поцелуями и кончиком языка, что, несомненно, нравилось его другу (а другу ли уже?). Горло Нагисы совсем неразработанно, поэтому он брал член лишь наполовину, помогая себе рукой. Акабане громко стонал и изгибался от возбуждения, Нагиса позволял себя иметь в рот. Ещё минута, и Карума изливается прямо в полость рта Нагисы, а голубоволосый, как подобает хорошим мальчикам, проглотил семя. Красноволосый притянул напарника к себе, слизывая остатки спермы с его губ и проникая языком в рот Шиоты, сплетая языки в глубоком, страстном поцелуе. Можете не сомневаться, но любовники будут встречаться ещё множество раз, желая друг друга. И, возможно, когда-нибудь одноклассники об этом прознают. Тогда Коро-сенсей будет радостно посыпать их лепестками роз, вскрикивая что-нибудь слащавое и трогательное.