Redeemable / Искупление

– Это унизительно. – Теперь ты понимаешь какого это, – с сарказмом прокомментировала Нина. Лиам посмотрел на девушку, которая невинно улыбалась. – Ты будешь, как можно сильнее меня раздражать, не так ли? – Да, – сказала она. Лиам отвернулся от шатенки и вернулся в комнату, расположенную в подвале местного отделения YMCA ( Христианская ассоциация молодых людей). В середине комнаты стояли стулья, образуя собой круг, за ними стоял стол с закусками, кофе и соком. Небольшая группа людей стояла с краю, ведя тихий разговор. – Я не буду этого делать, – сказал он решительно, отрицательно качая головой. – Не хочу быть гонцом приносящим плохие вести, но у тебя нет выбора. Я отчётливо помню, как твоя мать сказала тебе, либо ты идёшь сюда, либо возвращаешься жить в ДЭО. – Знаешь, – начал он раздражённо, – я думаю, что она будет использовать эту угрозу, каждый раз, когда захочет, чтобы я что-то сделал. – Наверное, – улыбаясь, согласилась с ним Нина. Лиам фыркнул, прежде чем пройти через комнату и сесть на один из стульев. Нина села рядом с ним, изящно закинув одну ногу на другую. – Здесь нет смысла притворяться леди. Я думаю всем здесь всё равно. Нина почувствовала вспышку раздражения и была готова ответить, но тут к ним подошёл мужчина и протянул руку. – Привет, – сказал он, когда девушка ответила на его рукопожатие, – я просто хотел поприветствовать вас, меня зовут Дэвид. Вы пришли первый раз на собрание? – Привет, приятно познакомится. Меня зовут Нина, и да это наш первый раз. Но я здесь только для моральной поддержки, – она показала на хмурого человека рядом с ней и Дэвид тут же обратил своё внимание на Лиама. – Привет, меня зовут… – Да, Дэвид, я слышал. Мужчина даже не моргнул на хамство Лиама, а просто продолжил. – Что, ж приятно познакомится… простите, а вас как зовут? – Алекс, – ответил Лиам. Мужчину улыбнулся. – Алекс. Я предполагаю, что вам сюда «посоветовали» придти. Может твоя девушка? – сказал он, кивнув на Нину. Нина и Лиам начали активно протестовать против его предположения. – О, нет, мы не… – Боже, мы определённо нет… Дэвид просто продолжал улыбаться, на их несуразные отговорки. – Хорошо, чтобы ты ни сказал… Нина откашлялась. – В любом случае… нет, это не я его попросила придти сюда. Но у него и правда не было выбора. – О, тогда приказом суда? – Что? – с негодованием отреагировал Лиам. – Нет! Моя мать поставила мне ультиматум. Или это или я съезжаю. Хотя я все равно считаю, что мне здесь не место. Дэвид кивнул. – Я слышал это и раньше. Но вы же знаете, первый шаг… – Я не в отрицании, – резко ответил ему брюнет, скрещивая руки на груди. – Ну вы не должны сегодня делиться, если не хотите… – Не хочу. – Хорошо, просто послушайте тогда. Нина попрощалась с Дэвидом и повернулась к Лиаму. – Что это было? – прошипела она. – Что? – Я знаю, что ты для всех заноза в заднице. Ты думаешь, что у тебя была самая тяжёлая жизнь. Ты не обращаешь внимание на людей, которых ты обидел, на семью, которую ты бросил, нет они не имеют права злиться или расстраиваться, только ты бедный, непонятый малыш. Но даже если ты можешь оправдать свои детские, незаконные и аморальные действия, по отношению к ним, это не повод быть дерьмом по отношению к хорошим людям, которые никогда ничего вам плохого не сделали, Дэвид просто пытался быть дружелюбным. – Ну я его не просил, – ответил Лиам. – Раскрою тайну, идиот, в отличии от тебя, других людей не надо просить быть милыми. Они это делают просто так. Он ничего не ответил, и до начала собрания они просидели в тишине. – Всем привет. Добро пожаловать на собрание. Сегодня у нас есть новички и поскольку они вероятно не знакомы с тем, как у нас здесь проходят собрания, я хотел бы сказать несколько слов об АН. Нас не волнует что и в каком количестве вы принимали, мы сосредоточены на том, как зависимость и последующий отказ от неё влияют на нашу жизнь. Собрания АН это не занятия или сеансы групповой терапии. Мы не учим и не консультируем. Мы здесь просто для того, чтобы поделиться своим личным опытом. Так как мы уважаем анонимность всех наших членов, мы просим всех, кто посещает наши собрания, не рассказывать об услышанном за пределами этой комнаты. Затем Дэвид приковал свой взгляд к Лиаму и спросил. – Хотите представиться? Нина встала первой. – Всем привет, я Нина. Я здесь для моральной поддержки моего друга, Алекса. Нина не могла понять почему Лиам использовал поддельное имя, да ещё и назвался, как зовут его тётю, но потом решила, что он может назваться хоть Винни-пухом, лишь бы он продолжал посещать их. После хора приветствия, она толкнула Лиама в ногу, чтобы заставить его встать. Он неохотно приподнялся. – Я, Алекс, – он хотел сесть обратно, но Нина пнула его ещё раз, заставляя других членов собрания, приглушённо смеяться, – ай, ок. Привет, я Алекс и я наркоман… ну по-крайней мере, так считает моя мама. Лиам ожидал смеха, но остальная часть группы молчала и он снова сел. – Приятно познакомится Алекс. Мы надеемся, что ты однажды будешь чувствовать себя достаточно в безопасности, чтобы поделиться своим опытом в восстановлении. Мы не судим здесь, и всегда готовы выслушать. Лиам не ответил и Дэвид обратился к остальным. – Итак… кто хочет поделиться первым?

***

Как только встреча закончилась, Лиам вскочил со стула и выбежал из комнаты. Он ушёл так быстро, что Нина едва успела кинуть на Дэвида извиняющийся взгляд и побежать за ним. Лиам уже был на улице, когда она наконец-то догнала его. – Эй! Куда ты собрался? – Подальше от тебя, – прокричал он. – Ты не можешь просто так уйти… Лиам повернулся к ней и закричал прямо в лицо. – Я знаю! Я больше никогда не смогу сделать и шагу без тебя. Я знаю, что ты думаешь, что я эгоист, но ты бы смогла справиться с тем, что десять лет вы были сами по себе, и сами решали свою судьбу, а теперь её за вас решают миллион бестолковых идиотов? И при этом ты находишься под постоянным наблюдением? Работать на дерьмовой и скучной работе? Я был на переднем сиденье! Я мог бродить по галактике, летать где угодно! А теперь я не могу никуда пойти один, я должен везде следовать за тобой. Лицо Нины побагровело и она закричала ему в ответ. – Ты думаешь это пикнинк для меня? Ты думаешь, ты единственный кто страдает? Я пятый ребёнок двух супергероев. И я застряла в ситуации, где мне надо нянчиться с одним идиотом, которого мамочка вытащила из очередного дерьма. Если бы ты не был Лиамом Лютором, то тебе бы никогда не позволили больше увидеть дневного света, после того, что ты сделал. – Ради всего святого, это был не я! Не важно сколько раз я это повторяю, вы, идиоты, никогда… – Ты думаешь, что можешь взорвать эту чёртову больницу, а потом говорить, что другие не должны принимать меры предосторожности? И как бы ты её ненавидел, если бы ты не был сыном Кары, тебя бы здесь никогда не было. Ты думаешь, ты покинул бы ДЭО, если бы она не согласилась на это? Ах да я чуть не забыла… это же не твоя вина. Ты просто член Кадмуса, а все остальные ошибаются, сомневаясь в тебе. И несмотря на всё, что ты сделал, у тебя всё ещё есть мать, которая любит тебя и верит! И даже после того, как ты навредил всем вокруг, она всё ещё видит в тебе хорошего человека. И что сделал ты, чтобы отплатить ей? Плюешь на сделку, которую она заключила, чтобы вытащить тебя. Ты не сотрудничаешь, споришь со всеми подряд. Как по-твоему, я чувствовала себя десять лет назад, когда ты ушёл? Мне было восемь и я была опустошена. Я не понимала, почему мальчик, которого я обожала, бросил меня. И хуже всего, ты считаешь всё это нормальным, хотя по-прежнему ведёшь себя как ребёнок. Если ты хочешь, чтобы мы все относились к тебе по-другому, то повзрослей!!! Когда она закончила, её дыхание было рваным, грудь поднимался вверх-вниз, а он просто стоял и смотрел на неё с ухмылкой на лице. – Поразительно, как долго ты держала это в себе? Нина нахмурилась, а потом ударила его по лицу. Он упал, а она пошла дальше по тротуару. – Знаешь что, возвращайся обратно в тюрьму. Так будет проще для всех, включая меня. – Ты ударила меня по лицу? – Лиам поднялся и побежал за ней, останавливая её. Она повернулась наблюдая за тем, как его нос встал на место, а разбитая губа зажила. – Послушай, – начал брюнет, – я знаю, что я мудак. И я не пытаюсь оправдать это, но ты должна понять, что я такой уже очень давно. Мне трудно измениться за неделю. Нина закатила глаза. Лиам поднял руки, обозначая, что он сдаётся. – Я сожалею, ладно? Извини. Я обещаю, что буду стараться доставлять тебе меньше неприятностей. Я знаю, что я не твоя идеальная работа. Но я и не тот, кем ты меня считаешь, ясно? Я не делал этого, я не взрывал ту больницу. – Я не верю тебе. Лиам вздохнул. – Но… – продолжила она, – кого-то ты видимо убедил, что говоришь правду. Они возобновили расследование… довольно быстро. – Что? – удивлённо спросил Лиам, – кто убедил их это сделать? Нина взяла паузу, наслаждаясь обескураженном видом брюнета. – Твоя мать. – Лена? – Нет. Кара. Лиам выглядел ещё более шокированным, затем его выражение лица сменилось на обеспокоенное. Нина вздохнула и потёрла лоб. – Слушай, я устала. Почему бы нам не вернуться на квартиру и немного поспать. Я уверена, твоя мама с удовольствием послушает твой рассказ о собрании. – Ты знаешь… – начал он, – сейчас всё ещё довольно рано. почему бы нам не поужинать? Я угощаю? Ну технически, это моя мама угощает, она дала мне карманные деньги. Нина рассмеялась. – И ты удивляешься, почему люди считают тебя ребёнком. – На самом деле нет, – с улыбкой сказал Лиам, – я никогда, не удивлялся этому. Я знаю, что я молод в душе. И в отличии от тебя Твити, я уже достиг полового созревания. Она нахмурилась. – Я попросила тебя, не называть меня так. Лиам засмеялся. – Ты и в детстве точно так хмурилась, видишь ничего не изменилось. Так что скажешь? Хот-дог? Она на мгновение задумалась, но затем согласилась. – Хорошо, только быстрее. Я очень голодная.

***

Купив хот-доги (по семь штук каждому), они сели на скамейку в парке. – Моей матери, точно бы не понравилось что и как мы едим. Нина вытерла горчицу из уголка рта, прежде чем ответить. – Говори за себя. По крайней мере у меня есть оправдание в виде метаболизма пришельца. А ты просто обжора. – Вообще-то, – ответил ей Лиам, заглатывая последний хот-дог, – один из эффектов моих улучшений, это повышение скорости метаболизма. Нина с любопытством посмотрела на него. – А что ещё? Лиам подозрительно взглянул на неё, но затем его взгляд смягчился. – Ну, – сказал он, задумавшись, – есть метаболизм, плюс чип, о котором ты уже знаешь. Ещё есть чип впрыскивающий мне адреналин, когда мне нужны дополнительные силы в борьбе. Так же есть чип-переводчик, мои сенсорные возможности тоже улучшены. Я могу смутно видеть тепловые сигнатуры, когда нахожусь в сильном стрессе. Есть ночное виденье, и ещё куча всего, что я не могу объяснить. Тогда надо мной провели много разных операций и Кадмус особо не жаждал делиться информацией. Я не знаю, почему я могу бегать быстрее обычного и с помощью чего я стал сильнее. И мне действительно ничего не известно о регенерации, самое страшное, что со мной случалось, это когда мне случайно отрезало руку. Нина с ужасом посмотрела на него. – Случайно отрезало руку? – Ну, я сомневаюсь, что кто-то отрезал её себе нарочно. Я дрался с группой охотников за головами, которые думали, что я… эмм забрал у них. Я попытался им объяснить, что заключённый просто предпочёл пойти со мной, что он решил, что так будет лучше для него. Но они как-то не впечатлились, и моя рука оказалась зажата промышленной шлифовальной машиной, а эти парни бросили меня истекать кровью. На следующий день я проснулся с новой рукой и новым понимание своих возможностей, которые работали даже в космосе. Нина слушала его, всё более ужасаясь, а когда он закончил, она не выдержала и спросила. – Если ты так исцеляешься, то откуда… – Шрамы на груди? – Да. Перед глазами Лиама пронеслись воспоминания о тех днях и той боли, он сглотнул и тихо ответил. – Я получил их… до операций. Между ними повисла тишина, которую несколько минут спустя разрушил сам брюнет. – Ты действительно была так сильно расстроена, когда я исчез? – Ну… да, – неловко начала она, – Ты был моим лучшим другом. Я была маленькой, а ты был единственным из всех взрослых детей, который занимался со мной. Я была уверена, что однажды выйду за тебя замуж. Лиам шокировано улыбнулся. – Серьёзно? Девушка была рада, что уже стемнело и она могла скрыть румянец тут же выступивший у неё на щеках. – Я была ребёнком. Лиам нежно посмотрел на неё. – Мне очень жаль. Я знаю, что это ничего не меняет, тебе я хотел навредить меньше всех. Ты была моим единственным другом. Она вздохнула и легонько похлопала его по плечу. – Ты прав, это ничего не меняет, – лицо Лиама стало тут же грустным, но Нина улыбнулась ему и добавила, – но спасибо за попытку.

***

Когда Нина и Лиам вошли, Лена сидела за кухонным столом со своим ноутбуком и писала письмо. Некоторая нервозность, продолжала висеть между сыном и матерью, после того, как она накричала на него в ДЭО. Завтрак на следующее утро прошёл в напряжённой тишине, и они не разговаривали весь день, даже по пути на операцию. Она продолжала злиться на него, с беспокойством наблюдая за её проведением. Специальный хирург должен был проводить его в то время, как Алекс просто ассистировала ему. Самая большая сложность была в том, чтобы успеть извлечь чип до того, как кожа самоисцелится после надреза. Поэтому они постоянно впрыскивали, разъедающую кожу, жидкость, которая давала время на извлечение устройства. Также им нужно было поддерживать определённый уровень обезболивающих, чтобы Лиам ничего не чувствовал. Спустя несколько часов, его отпустили, будто и не было никакой операции. Тем не менее молчание между ними продолжалось и Лиам всё ещё не разговаривал с ней, когда уходил на встречу АН с Ниной. Так что, когда они вернулись, Лена вновь почувствовала напряжение, не зная, чего ожидать. Брюнетка была приятно удивлена, когда её сын вошёл с улыбкой на лице, даже придерживая дверь для Нины, чтобы та могла войти первой. Лиам тепло улыбнулся Лене, увидев её. – Привет, мам. Ты не против, если мы кое-что обсудим? Нина посмотрела на напряжённое лицо Лены и тут же решила ретироваться. – Я думаю, что мне пора лечь спать. Спокойной ночи, Лиам, тётя. Девушка ушла и Лиам присел рядом с матерью. – Я знаю, что вёл себя, как придурок, и я знаю, что тебе не нравится, когда я ругаюсь, но это правда. Я причинил тебе боль, невообразимую. Я не делал всего, в чём меня обвиняют, и ты единственная кто верит мне, и я благодарен тебе. Ты дала мне шанс, а всё что я делал в ответ это бесконечно ныл. Я просто… это было сложно для меня. Прости. – Лиам, – ответила ему Лена, положив руку на плечо, – ты мой сын… – Мама, ты не можешь продолжать говорить это и тем самым оправдывать любые мои поступки. – Нет, дорогой, – пытаясь успокоить его, – но, я знаю, что ты хороший человек. В тебе так много от твоей мамы, я знаю, что тебе не нравится это слышать, но это правда. У тебя сердце героя, такое же, как и у твоей сестры. Я просто хочу дать тебе шанс показать это. Лиам задумался, прежде чем мягко спросить. – Правда, что она возобновила расследование? – Нина, сказала тебе? – Так это правда? – Да. Её сын что-то промямлил и встал, уставившись в большие окна, из которых открывался вид на город. Она замешкалась, прежде, чем встать рядом с ним, ещё через мгновение она положила ему руку на плечо. – Она не доверяет мне, – грустно проговорил он. – Это не удивительно, после всего, что ты сделал с ней. Лиам повернулся к ней с отчаянным выражением лица. – Мама, это была не моя вина… – Твоя. Ты использовал её. В его глазах вновь появились проблески гнева. Он повернулся и вновь устремил свой взор в окно. – Нет, это было не так. Не так. Лена решила ничего не отвечать. Прошло несколько минут тишины, прежде чем Лиам спросил её уже спокойным голосом. – Она делает это для тебя или для меня? – Я не знаю, Лиам. Важно, что она вообще это делает.

***

Боб решил, что Лиам доказал свою преданность почтовому отделению и, что теперь ему можно доверить её доставку. Лиам сначала обрадовался возможности выйти из этого помещения, но очень быстро пожалел об этом. Очевидно, что новость о том, что сын Лены Лютор вернулся из своего десятилетнего «путешествия», распространилась по всему зданию, как лесной пожар. Почти каждый, кому он приносил почту, желал вовлечь его в разговор. – Такое долгое путешествие? – Где вы побывали? – Чем ты занимался? – Помните меня, мистер Лютор? Ваша мать приводила вас в мой отдел, когда вы были маленьким. – Вы так похожи на свою мать. – Ты стал таким высоким! – Такой красивый молодой человек. – Так… вы доставляете почту? Да. Повсюду. Путешествовал. Конечно, я помню. Спасибо. Спасибо. Да. Ух. Это заставило его мечтать о тех временах, когда все боялись даже посмотреть в сторону Люторов, не говоря уже о том, чтобы задавать им вопросы. Все эти разговоры удлинили его работу почти в три раза. Нина, однако, казалось, нашла новую ситуацию интересной. Каждый раз, когда ему приходилось выслушивать забавный рассказ какого-то старого учёного о первых годах его жизни после переезда в Нэшинал-Сити, она улыбалась улыбкой Чеширского кота глядя на него. Лиам с трудом сдерживал себя, чтобы не сказать очередному старому пердуну, чтобы тот заткнулся. Но… он должен сдержать обещание. Не быть засранцем тяжело. После того, как он наконец сумел вырваться из круга окруживших его молодых девушек, Нина уже не смогла скрыть своего веселья. – Вау, а ты действительно отнёсся серьёзно к тому, чтобы стать милее. Лиам кинул на неё недовольный взгляд, но промолчал. Тем не менее она продолжала смеяться. – Знаешь, ты не будешь выглядеть придурком, если просто скажешь им, что тебе нужно вернуться к своей работе. – Ну, я Лютор, и нам свойственны крайности. Нина хотела уже продолжить подкалывать его, но тут заметила, что его взгляд стал рассеянным, а сам он стал вдруг массировать шею. – Эй, Лютор? Возвращайся на планету Земля. – Что? – он толкнул свою почтовую тележку в закрывающийся двери лифта, – эй подержи. Человек внутри положил руку между дверями, и они успели войти в него. Нина улыбнулась парню среднего возраста, тот улыбнулся ей в ответ, тем временем Лиам заострил своё внимание на идеальном чёрном костюме и прямой осанке. Хм, возможно просто бизнесмен. Лиам понял, что снова отвлёкся, когда Нина ткнула его пальцем в бок. – Приём! Это наш этаж. – Что? А, хорошо. Они последовали за человеком, который уже вышел и шёл по коридору к почтовому отделению. Лиам пристально смотрел в спину парня и его снова отвлекла шатенка. – Лютор, серьёзно, что с тобой происходит? Кто-то другой не заметил бы этого, но другие люди не были обучены Кадмусом и не провели девять лет охотясь за преступниками по всей Галактике. В ту секунду, когда Нина назвала его фамилию, человек впереди них еле заметно сбился с шага. Лиам тут же среагировал толкнув тележку тем самым, сбивая неизвестного мужчину и тут же прижимая его к стене. – Что ты делаешь? – воскликнул он. – Сколько вас? – игнорируя его вопрос, задал свой, Лиам. – О чём ты говоришь? Ты сошёл с ума! – Да. И через минуту я всё ещё буду сумасшедшим, а ты мёртвым. Лиам скрутил руку мужчины за спиной, когда Нина его строго окликнула. – Лиам. Отпусти его. Брюнет не отвёл взгляда от человека прижатого им к стене, но он понимал, что она достала оружие и направила на него. – Нина… он из Кадмуса. Девушка усмехнулась. – И откуда ты это узнал? – Эй, леди, уберите его от меня. – Заткнись, – прорычал Лиам, прикладывая того лбом об стену. – Я не буду повторять дважды. Отпусти его. – Нина, – медленно начал Лиам, – мне нужно, чтобы ты меня послушала. Он из Кадмуса, я чувствую это. – Что? Ты теперь человек-паук? Лиам не надолго замер, прежде чем принять решение, а затем сломал мужчине руку. Тот заорал от боли, а брюнет повернулся к девушке. – Нина сейчас ты увидишь! У него… – Ложись на пол, – закричала Нина, всё ещё указывая пистолетом на его голову. – Нет, Нина подожди… Внезапно сломанная рука мужчины схватила её за лодыжку и она рухнула вниз. Прежде чем, рука успела навредить девушке, Лиам смог оторвать её и бросить в потолок. Нина тут же вскочила на ноги, и теперь они вдвоём защищались от него. Он попытался ударить её кулаком в лицо, но она смогла увернуться и ударив его по плечу прижала к стене, Лиам тут же подскочил сзади и не долго думая, сломал тому шею. Тело мужчины рухнуло вниз, и Нины уставилась на него. Лиам же быстро начал быстро проводить обыск, он нашёл пистолет, пару ножей и всё. У него даже не было телефона. – Чёрт, – вставая, пробормотал брюнет, – я думаю, что он работал один, но не могу сказать это наверняка. – Ну, – выйдя из своего оцепенения спросила Нина, – у него нет никакого коммуникатора? Лиам наклонился и быстро отрезал левое ухо, его быстрота и точность движений ещё больше шокировала девушку, но она взяла себя в руки, когда он поднял его и показал ей свисающий провод. – Встроенный. Стандартно. Лиам встал на колени и прижал нож к горлу мужчины. Прежде чем он смог нанести удар, Нина схватила его за руку. – Какого чёрта ты делаешь? – воскликнула она. – Доверься мне, – ответил он, не спуская глаз со спины мужчины, – он не будет долго в таком состоянии. Ты же не хочешь, чтобы он причинил кому-нибудь вред? Я должен сделать так, чтобы он потерял достаточно крови, чтобы оставаться без сознания. Логически Нина понимала, что он прав. Человек явно имел те же регенеративные силы, что и Лиам, а это значит, что скорее всего его шея уже срослась. Но одно дело догадываться, а другое верить. – Нина, – сказал Лиам, прерывая её раздумья, – я должен сделать это сейчас. Она убрала руку и дала ему своё разрешение, а затем отвернулась не в состоянии наблюдать за тем, как он это делает. Кровь начала медленно растекаться по полу и девушка отошла в сторону, чтобы не запачкать обувь. – Что же нам теперь делать? – спросила она. Лиам пожал плечами. – Ты же работаешь в подпольной организации? Вероятно ты должна вызвать их для зачистки территории. Я осмотрюсь и прослежу, чтобы соседние комнаты были пустыми, последнее, что нам нужно, чтобы кто-нибудь увидел это. И надо остановить лифт, чтобы никто не смог спуститься сюда. Давай звони в ДЭО.

***

К счастью все комнаты были пустыми. Боб, очевидно, ушёл на обеденный перерыв. Дэо прибыл даже как-то слишком быстро, и Алекс тут же заковала парня в наручники, усадив его на пол. – Агент Дэнверс, он просто защищал меня. Этот человек из Кадмуса. – Откуда тебе это известно? – строго спросила Алекс, глядя на молчаливого Лиама. – Я просто почувствовал это. Алекс фыркнула. – Что? Ты можешь чувствовать это? Что это значит? Лиам начал объяснять, когда пара агентов подняли его на ноги. – У всех нас были имплантаты, чтобы определять других агентов. Я думал, что мне удалось свой сжечь, поэтому я не вспоминал об этом, пока мой взгляд не стал притягиваться к нему. У меня появился зуд в шее, а когда мы сблизились с ним, у меня стало уже жечь. А ещё я увидел, как он замедлил шаг, услышав мою фамилию. Его тётя ещё некоторое время изучающе смотрела на него, а потом дала команду агентам, снять с него наручники. – Ладно. Но тебе все равно придётся пойти со мной в ДЭО, на этот раз тебе не сойдёт с рук уклонение от вопросов. – Алекс, – начала Нина, – кому-то придётся рассказать Лене. – Я пойду с тобой. Лиам может поехать с агентами в ДЭО. Когда они все вместе поднялись на лифте в вестибюль компании, Лиам остановился. – Тётя Алекс? Алекс сначала показалось, что ей послышалось, такого голоса и нежности в нём, она уже давно от него не слышала. – Да…? – Можешь сказать маме, чтобы она не волновалась? Скажи ей что я в порядке. – Конечно, – мягко ответила она. Двери закрылись и они с Ниной продолжили путь наверх, Алекс выдохнула. Увидев, что девушка вопросительно на неё смотрит, она проговорила. – Просто, я думала, что хуже уже быть не может.

***

– ГДЕ ОН НАХОДИТСЯ? – закричала Лена, когда она вошли в здание ДЭО вместе с Алекс и Ниной. Джонн поднял руки, призывая её успокоиться. – Лена, с ним всё в порядке. Но нам нужно его допросить. Он ждёт в комнате для допросов. Вдруг воздух ускорился, и рядом с брюнеткой приземлилась Кара. – Что случилось? – резко спросила блондинка. – Кара, мы точно не знаем, – ответила ей Алекс. – Агент Кадмуса появился в L-corp, Лиам заметил его и мы вступили в бой, – тут же сказала Нина. Суперженщина посмотрела на девушку. – Ты уверена, что этот человек из Кадмуса? Нина пожала плечами. – Нет… но то, что сказал Лиам звучало логично. Я ему верю. Кара кивнула и перевела взгляд на Джонна. – Его собираются допросить? – Да. Я как раз собирался отправить Алекс. – Нет, – запротестовала Кара, покачав головой, – я сама сделаю это. Остальные участники группы, включая Джонна начали протестовать. – Суперженщина, я не думаю, что это хорошая идея. – Мне все равно, Джонн, я сделаю это. Алекс тоже попыталась отговорить её. – Кара…, – но её почти тут же перебила Лена. – Это хорошая идея. Все повернулись к брюнетке. Та смотрела на героя, так будто взглядом пыталась передать сообщение. Казалось Кара поняла его, что бы это ни было и мрачно кивнула. Она развернулась и пошла к коридору ведущему к комнатам допроса. Нина замешкалась, прежде чем побежать за ней. – Тётя Кара? Женщина остановилась и подождала Нину. – Я не поняла кто он, я не поняла, что этот мужчина агент. Лиам… он пытался мне сказать, но я ему не поверила. Я не знаю, что случилось бы, если бы он не помог мне. Кара выслушав её, тут же притянула девушку в объятия. – Я рада, что ты в порядке, Твити. Нина закатила глаза на нелепое прозвище. – Тётя, он поступил правильно, – закончила она. Блондинка отпустила шатенку и сделала шаг назад, её взгляд был направлен на дверь комнаты допросов. – Нина, ты доверяешь ему? Девушка опешила от вопроса, её глаза также были направлены к двери. – Больше, чем сегодня с утра. В глазах Кары появились легкие оттенки стали, прежде чем она открыла дверь и вошла в комнату. Лиам повернулся к ней, но ничего не сказал, когда она села в кресло напротив. Они оценивающе смотрели друг на друга в течении нескольких минут. – Вы будете допрашивать меня? – Да. Лиам продолжал пристально смотреть на неё, затем почесав бороду откинулся в кресле назад. – Ну, тогда, я думаю, вам стоит начать. *** – Что ты такое? – Я ничто. Кибернетический человек ударил Лиама по лицу. Цепи державшие его руки, привязанными к потолку, звякнули, когда его откинуло немного назад. Лиам поднял голову и выплюнул сгусток крови. – Я спрашиваю, КТО ТЫ? – Я ничто. Ещё один удар. – КТО ТЫ ТАКОЙ? – Я ничто. Третья пощечина. – Нет, – темнокожий человек наклонился к нему. Лиам наблюдал затем, как его кровь капает на серый бетонный пол, когда тот продолжил, – ты, Кадмус.